прости, чифую

      холодный бетонный пол. воздух, пропитанный запахом дешевых сигарет. тусклая, мигающая лампочка. неразборчивые диалоги. кривые смешки. множество насмешливых взглядов. кровь, которой от каждого удара становится все больше. знакомые глаза, полные грусти, отчаяния и сожаления, знакомые черты лица, знакомые черные волосы, собранные в хвост, знакомые руки, наносящие бесконечные удары уже окровавленными костяшками.       чей‐то словно отдаленный, но разборчивый разговор: – казутора.. что он делает? – что? ..а, это «проверка на верность» – «проверка на верность»..? – проверяем его «веру». он сменил секту, так что для этого необходима решительность. тот, кого избивает баджи — заместитель командира первого отряда. самый верный друг баджи. – заместитель командира первого отряда?! – тосва — враги вальхаллы. если ты предашь «бога», то должен доказать свою верность       несмотря на отдаленность сего разговора, голос баджи для чифую был ужасно близко, что чуть не бил по ушам: – ну как? доказал, ханма? – краткое молчание, доля секунды, и перед глазами чифую расплывчато стал видеться силуэт кейске, поднимающегося с него, – я присоединяюсь к вальхалле.       мацуно с самого начала понимал, что намеривается сделать баджи, с того самого момента, когда баджи попросил его о встрече у заброшенного игрового центра, с того самого момента, когда заходя в сие здание, баджи тихо, но отчетливо прошептал «прости, чифую», но всё равно у него словно мир рухнул после этих слов. его пронзила резкая боль не то от увечий, не то от ухода близкого человека, но в секунду всё окончательно поплыло, цвета, звуки, кровь, слезы, пот — всё смешалось. сознание улетучилось в даль. и не только сознание, боль тоже словно исчезла.

спустя некое время

      с сознанием чифую вновь вернулась и ломота по всему телу от чего он с трудом открыл левый глаз, ибо правый нехило подбит баджи. все тот же пол, запах, лампочка, но нету тех смешков, разговоров, взглядов, и..голова на чьих‐то ногах, а не на бетонном полу? чифую переводит взгляд вверх, вновь видя, уже не враждебно настроенного баджи: – баджи‐сан.? – все ушли. – что происходит? – у меня дома никого, пошли ко мне, – задумавшись на секунду, он добавил, – идти сможешь?       чифую знал, что бесполезно говорить с баджи, не желающим говорить, от того лишь попытался развеять гнетущую атмосферу своим ответом: – у меня ощущение, что ты меня оттрахал, а не избил – всё плывёт, а конечности толком не двигаются, – на уставшем и избитом лице юноши появилась лёгкая улыбка.       кейске посмотрел на друга так, будто желал отвесить подзатыльник за неуместную шутку, но еще раз взглянув на полуживого чифую, решил отложить сию мысль, в то время как сам мацуно предпринял попытку встать, в чем ему сразу помог баджи, что было весьма милосердно с его стороны, учитывая недавнюю «проверку на верность». – то есть идти не сможешь? – не дождавшись ответа юноша аккуратно убрал ноги из-под головы своего зама и сел на корточки, повернувшись спиной, – залезай.       чифую всеми силами постарался сфокусировать зрение на спине кейске, но, только сконцентрировав, увидев «безглавого ангела», вновь поник, окутанный грустью, медленно перебираясь, скрещивая руки на шее старшего, мацуно размышлял о том, что же будет с ними дальше. в подъезде – чифую. – а? – ты тяжёлый. – интересная тема для разговора. – ..потому я не могу достать ключи из кармана и открыть ими дверь, достанешь? – и даже открою, – несмотря на своё состояние, чифую не смог упустить столь прекрасную возможность цокнуть и закатить глаза, – какой карман? – правый задний. - баджи, словно окончательно удостоверившись, что не отбил мацуно части мозга, отвечающие за сохранность юмора и былой личности в целом, чуть облегченно выдохнул.       достав ключи, прокрутив их в замке, чифую открыл дверь, кладя их обратно. зайдя, кейске торопливо, не разуваясь, прошел в свою комнату, усадив чифую на кровать. – я сейчас, – баджи быстро удалился из комнаты.       он метнулся в соседнюю комнату, стараясь как можно быстрее найти аптечку, дабы залатать нанесенные им увечья. кейске хотел извиниться и объяснить, что же происходит, но как объяснить человеку, что ты не хотел его избивать, но побил до полуживого состояния, или как объяснить человеку, что ты не предал банду, в которой состоял, а лишь ушел из неё, для ее же благополучия, но позже все равно будешь на ее стороне?

он не знал «как». потому действовал, отбросив все предрассудки.

      зайдя в комнату, баджи сел к чифую, подвернув одну ногу под себя, он с сожалением смотрел на младшего: – ну так, что происходит? – кейске, тянувшийся за ватным диском замер на секунду, – что происходит, баджи-сан? – прости, чифую.. прикрой глаз. – кейске приложил пропитанный спиртом диск к брови, плавно передвигая его вокруг глаза, – я ушёл из тосвы. так было нужно, – свернув диск вдвое, он приступил к второму глазу, придерживая голову мацуно за подбородок, – я нагрешил, но больше так не сделаю. обещаю. больше я не натворю херни.       кейске потянул чифую к себе, после чего прильнул к разбитым устам, мягко углубляя поцелуй, запуская руку в слипшиеся от крови волосы, и вскоре так же мягко разрывая его, произнес: – ты же согласен и дальше быть моим пацаном? – в эти мгновения баджи казалось, что его сердце танцевало чечетку. – а ты моим отпадным мужиком? – сердце чифую явно соревновалось с сердцем кейске. – обязательно. – тогда можешь еще глаз перевязать?       в тот момент комната кейске была залита мягким смехом и теплыми солнечными лучами. 31 октября – чифую. – ..да.? – поедим лапши? – …я куплю. – на пополам, да? – … – спасибо, чифую. можешь наклониться? – наклонившись, чифую сократил расстояние между их лицами настолько, что чувствовал редкое и тяжелое дыхание кейске, – больше я точно не нагрешу.       последний свой выдох баджи совершил в секунду соприкосновения его уст и уст его мальчика.