Надоедливый поклонник

      Кормак плёлся с вечеринки в прескверном настроении. Девчонки… Ну кто учит их быть такими глупыми? Постоянно что-то из себя корчить и «ломаться»? Уж от кого, но от Грейнджер он явно ожидал чего-то другого. Не зря же она постоянно сидела в библиотеке и таскалась с книгами, которые по размерам чуть ли не превосходили её саму. Грейнджер-то должна была понимать, что все эти игры в «кошки-мышки» уже неактуальны и тратить на них драгоценное время могут только сущие глупцы или те, у кого в венах вместо крови течёт тормозящее зелье какое-нибудь. Вот Долгопупс или тот же Поттер, например…       Последний так вообще раздражал МакЛаггена с самого начала года. Как стал капитаном сборной факультета по квиддичу, так зазвездился и понабрал в команду своих бесталанных друзей. Мерлин! Ну какой дурак в здравом уме возьмёт Уизли вратарём? Этот орангутанг того и гляди от страха в штаны наложит, когда увидит летящий в него квоффл.       Ну ничего… Поттер ещё пожалеет о своём идиотском решении, когда они сольют следующий матч. С таким вратарём, как недотёпа Уизли, других исходов Гриффиндору просто не светит. Разок ещё могло повезти, но чтобы побеждать постоянно — нужно быть лучшим. Таким, как он, Кормак, а не какой-то там рыжий придурок.       Но в череде неприятностей одно светлое пятно всё же имелось: Грейнджер. Эта кудрявая бестия аж сама пригласила его на вечеринку, что явно говорило об её интересе. Запала на него. Ну а как иначе? В уме Грейнджер не откажешь, она явно понимала, кто на гриффиндоре самый лучший из парней. Вот только почему она весь вечер скакала от него, словно горная козочка, МакЛагген не понимал. Даже из-под омелы умудрилась удрать, чертовка! Не иначе как цену себе набивает. Вычитала, наверное, в своих дурацких книжках какие-нибудь глупые советы от фригидных перечниц.       Ох… В свете факелов Кормак поймал собственное отражение в своих идеально начищенных лаковых туфлях и подмигнул ему. От столь великолепного вида даже настроение улучшилось. Подумаешь, решила Грейнджер немного повыпендриваться, с кем не бывает, можно ей и подыграть немного. Он, Кормак МакЛагген, не из тех, кто сдаётся, а долго его обаянию ни одна девчонка всё равно сопротивляться не сможет. Падёт к его ногам ещё быстрее, чем Уизли провалит свой следующий матч.       Кормак присвистнул и игриво подмигнул какой-то дамочке на портрете, отчего та зарделась и принялась обмахиваться веером. Вот ещё одно свидетельство его неотразимости. Даже эти нарисованные мадмуазели пожирают его глазами, когда он проходит по коридорам. Особенно сегодня. В парадной мантии, подчеркивающей спортивное мускулистое тело, с идеально уложенной причёской и даже галстуком под цвет глаз… Как только он вошёл в зал все остальные просто померкли. Хоть профессор Слизнорт и не произносил ничего подобного вслух, но МакЛагген был уверен, что хитрый старикашка считает его украшением Клуба Слизней. По-другому просто не могло быть.       Надо, конечно, отдать Грейнджер должное, она оказалась крепким орешком. Но ничего, он расколет эту скорлупку недоступности одним маленьким нажатием. Так ведь даже интереснее на самом деле. Поговаривают, что неприступные девчонки самые горячие и в постели потом вытворяют такое, что другим даже не снилось. Наверняка, Грейнджер из таких. Жгучая штучка.       Кормак усмехнулся своим мыслям и даже не заметил, как добрался до портрета Полной Дамы. Он произнёс пароль и шагнул в гостиную гриффиндора.       Грейнджер, к сожалению, тут не оказалось. Большая часть студентов уже разбрелись по спальням. Лишь рыжая Уизли лизалась на диване со своим Томасом, да ещё парочка студентов скучали за какими-то настольными играми.       Кормак решил не терять времени даром и хорошо выспаться. Завтра он начнёт ловить рыбку в сети своего рокового магнетизма. Эх, недолго осталось Грейнджер вертеть своим хорошеньким носиком. Она привлекательна, он — чертовски привлекателен. Их союз просто идеален и это уже практически свершившийся факт.

***

      Гермиона встала с утра пораньше, намереваясь посетить Запретную секцию. В преддверии каникул практически все студенты уже забросили учёбу. Библиотеку уже мало кто посещал, и Гермионе нравилось заниматься в одиночестве и тишине. Пустынный зал и бесконечные ряды любимых книг — что может быть лучше? Её никто не отвлекал от действительно важных дел.       Ещё в спальне она заметила, что кровать Лаванды пустовала. Вряд ли эта легкомысленная особа поднялась ни свет ни заря. С гораздо большей вероятностью было то, что она вообще не приходила ночевать. Нетрудно было догадаться с кем пропадала ночами Браун. Гермиона сжала губы и потопала вниз.       Едва она спустилась с зачарованной лестницы, как чуть не вскрикнула, так как из-за угла выскочил Кормак МакЛагген с букетом белых орхидей. Откуда он тут вообще взялся?       — Привет, красавица, — играя бровями, он протянул ей цветы, и Гермионе ничего не оставалось делать, как принять их.       — Привет, — буркнула она и нехотя добавила, глядя на букет. — Спасибо, но не стоило.       — Ты достойна всех цветов мира, любовь моя, — парень обнажил идеально-белые зубы в улыбке и подмигнул ей.       — Кормак! — насупилась Гермиона. — Только не надо всех этих штучек, ладно? «Любовь моя», «красавица» и тому подобное. Мне некогда заниматься подобной ерундой. Я иду в библиотеку.       — Прекрасно! — энтузиазму МакЛаггена в столь раннее утро можно было только позавидовать. — Я иду с тобой. Мне тоже надо… позаниматься. Я изучаю теорию лучших игр в квиддич за последние сто лет.       — Да уж, безумно интересно, — проворчала Гермиона, протискиваясь мимо него к выходу. Вот привязался же! И зачем она только пригласила его на вечеринку?       Гермиона ускорилась, практически переходя на бег. Она надеялась, что МакЛагген просто отстанет от неё или отвлечётся на что-нибудь по дороге, но он, даже не напрягаясь, ступал рядом своими огромными ножищами. Лишь изредка переключал внимание и ловил своё отражение в мозаичных стеклах окон, дабы поправить причёску.       К счастью, строгая мадам Пинс не пропустила МакЛаггена в Запретную секцию, ведь у него не было разрешения. Гермиона возликовала и скрылась от навязчивого кавалера за огромными стеллажами.       Гриффиндорец что-то проворчал и даже попытался очаровать библиотекаршу, но та была непреклонна и пригрозила вообще выставить его прочь, если он попытается нарушить правила. МакЛагген вздохнул и уселся за столиком у окна. Он очень надеялся, что Грейнджер заскучает по нему и вскоре вернётся назад. Спустя полчаса ему надоело листать спортивные журналы (ничего другого Кормак всё равно читать не собирался) и он поплёлся восвояси. Ладно, он выловит Грейнджер в другом месте. Прожигать день в этом царстве уныния было не в его правилах. Даже ради такой хорошенькой штучки, как Грейнджер.

***

      Гермиона безумно злилась на лучших друзей. С Роном она из-за Лаванды вообще теперь не разговаривала, а Гарри совсем помешался на Малфое и забросил учёбу. Да ещё и жульничал на уроках Слизнорта, используя непонятную и наверняка опасную книгу Принца. Поэтому она демонстративно отсела от них подальше и решила, что не будет никому помогать. Гарри со своим «Принцем» и так справится, а Рон… Да плевать! Пусть получит «тролля», может тогда ему миссис Уизли закатит такую взбучку, что он, наконец-то, начнёт заниматься чем-нибудь ещё, помимо поцелуев со своей Лав-Лав.       Со звонком в кабинет вошел Гораций Слизнорт, и Гермиона чуть не подпрыгнула на стуле, когда увидела, что за ним следом тащится ненавистный ей Кормак МакЛагген. Она уже неделю бегала от него как проклятая. Этот верзила отчего-то прилип к ней, как перхоть к волосам профессора Снейпа.       — Присаживайтесь, молодые люди, — добродушно поприветствовал их Гораций и тут же махнул рукой в сторону Кормака. — Этот замечательный юноша со старшего курса вызвался сегодня быть моим ассистентом. Он говорит, что в его роду было немало талантливых зельеваров, так ведь мистер МакЛагген? Вы, вероятно, унаследовали талант от прабабушки по отцовской линии? Мадам Орла когда-то училась в Хогвартсе и даже получила грамоту за победу в конкурсе по зельеварению.       — Ага, — буркнул Кормак. Он, право сказать, не сильно-то интересовался тем, чем занималась его прабабка, но раз профессор так говорит, то это было ему на руку.       — Хорошо, тогда, прошу вас, подайте мне коробку с ингредиентами с верхней полки.       МакЛагген поправил идеально наглаженный ворот рубашки и подмигнул Грейнджер прежде, чем выполнить поручение преподавателя. Та же опустила глаза в пергамент, делая вид, что проверяет свои записи. Вот плутовка! Ну ничего, чем дольше добыча не даётся в руки, тем она желаннее.       — Итак, здесь у нас настойка полыни, сок дремоносных бобов, корень валерианы и корень асфоделя. Кто догадался, какое зелье мы будем варить? — профессор Слизнорт пригладил свои пышные усы и окинул взглядом класс. — Да, мисс Грейнджер?       — Напиток живой смерти, сэр.       — Удивительно! Десять баллов гриффиндору. Благодарю, мисс Грейнджер. А вы, мистер МакЛагген, можете пока присесть. Я сейчас напишу формулу, затем можете помочь мне ассистировать тем ученикам, у кого не будет получаться.       — Конечно, сэр, — просиял Кормак и в считанные секунды опустился на стул рядом с Гермионой, толкая её локтем. — Скучала по мне?       Она смерила его таким взглядом, что у любого другого, неуверенного в себе юноши кровь бы встала в жилах, но только не у Кормака. Он не какой-нибудь рохля или неудачник, пасующий при подобных приёмчиках. Сколь бы ни строила она из себя ледяную королеву, сразу растает, как только окажется в его горячих руках.       — Пойдёшь со мной в Хогсмид на выходные? — не унимался он, пока Гермиона переписывала на пергамент формулу с доски.       — Не мешай! — прошипела она, в панике оглядываясь назад. Может, кто из друзей мог бы её выручить? Но Гарри уткнулся в свой проклятый учебник, а Рон с Лавандой перекидывались записками.       — Да не стесняйся ты так, — Кормак придвинулся ближе и положил огромную ладонь ей на спину и осторожно повёл вниз. — Ой! — вскрикнул он, когда через секунду каблук её туфли с размаху опустился на его ногу.       — Что такое, мистер МакЛагген? — не остался безучастным профессор, которого отвлёк шум в кабинете.       — Ничего, сэр, — прошипел Кормак и злобно зыркнул на неприлично довольную Грейнджер. — Вот же зараза! Или…       Его вдруг осенило! Неужели она предпочитает жесткий секс?! Всякие там садо-мазо, связывания и другие «извращения». Ух! От такого аж в паху зашевелился определённый орган, и Кормак поспешил отодвинуться от предмета своего воздыхания. Грейнджер удивляла его всё больше и больше. И с каждой минутой становилась ещё желаннее.       Когда студенты приступили к практике, Кормак расхаживал по рядам с важным видом и даже умудрился плюнуть в котёл Рональда Уизли, когда тот в очередной раз отвлёкся на переглядывания с Браун. Зелье Рона тут же заклокотало и оказалось испорченным, отчего профессор Слизнорт дал ему дополнительное индивидуальное задание.       Грейнджер больше не взглянула на него, строя из себя недотрогу. Ну ничего, и не таких кобылок укрощал Кормак МакЛагген.       Лучше всех с заданием справился Поттер, что почему-то расстроило Грейнджер и та вылетела из кабинета со скоростью «Молнии», пока Гарри получал порцию хвалебных од от профессора Слизнорта. Кормак с трудом догнал её в конце коридора.       — Гермиона, подожди! — он ловко преградил ей путь рукой, оттесняя к стене.       — Кормак, оставь меня в покое! — процедила она, гордо вздёрнув вверх подбородок. Карие глаза сияли страстью. Конечно же, она хотела его, иначе просто не могло быть. Просто боялась пойти на поводу у собственных желаний. Ох уж эти скромницы!       МакЛагген уже наклонился, желая взять в плен эти чудесные розовые губки и выбить из её головы всю дурь, но она ловко присела, протиснулась под его рукой и бегом понеслась к лестницам.       — Эй, верзила! Отвали от неё! — раздалось сзади, и МакЛагген резко обернулся.       — Иди куда шёл, рыжий упырь, — бросил он в сторону Уизли, который в кои-то веки был без своей сиськастой подружки и смотрел на Кормака так, будто он сожрал последнюю куриную ножку за рождественским столом. — Наши с Грейнджер дела тебя не касаются.       — Ещё как касаются! — Рон с кулаками ринулся вперёд, но МакЛагген поймал его за шкирку и удержал на вытянутой руке. — Она моя подруга!       — Вислый, я бы тебе вмазал, но руки о твою немытую рожу марать не хочется, — самодовольно заявил Кормак, наблюдая, как Рональд машет руками и ногами, пытаясь достать до него. — Тут тебе не квиддич и дружок капитан тебе не поможет. Тут честное противостояние. И у тебя против меня нет ни единого шанса. Так что иди и окучивай свою Браун, пока той не надоел. А то так и помрешь девственником!       МакЛагген отшвырнул Рона от себя и поплёлся прочь, мысленно кляня его последними словами. Глызень паршивый! Из-за него Грейнджер снова удалось улизнуть в самый волнующий момент, когда он практически попробовал на вкус её манящий ротик.

***

      Гермиона злилась, что из-за дубины МакЛаггена, который просто достал её своим вниманием, теперь даже толком не может позаниматься в гостиной. Ей приходилось прятаться в женской спальне, ведь это единственное место, где он точно не мог её найти. Кормак подсаживался к ней за столом в Большом зале, ждал после уроков, постоянно пытался где-нибудь зажать и «осчастливливал» своими пошлыми комплиментами. Единственное, что её останавливало от того, чтобы превратить его в какое-нибудь мерзкое существо, так это то, что Рон бесился. Тот бросал на них такие взгляды, что она злорадствовала и продолжала участвовать в этой надоедливой игре. Вскоре МакЛагген сам устанет и оставит её в покое. По крайней мере, она надеялась на это. А пока можно было пощекотать нервишки Рональду.       В один из вечеров она вернулась после обхода немного уставшая и обрадовалась, не застав своего пылкого поклонника в гостиной. Может, он, наконец, нашёл себе новый предмет обожания. Она уже собиралась расположиться у столика в углу, как портрет Полной Дамы отъехал в сторону, и МакЛагген — дементор бы его побрал — протиснулся в проём и заголосил:       — Гермиона, а я тебя везде ищу.       Взгляды всех присутствующих устремились в их сторону. Даже Джинни отлипла от Дина и решила понаблюдать за разыгрывающимся на их глазах представлением. Рон весь покраснел, но не смог сдвинуться с места, ведь у него на коленях восседала Лаванда Браун, и лишь Гарри грустно продолжал сверлить глазами камин, сидя на бархатном диванчике.       Гермиона непроизвольно метнулась в сторону лучшего друга и, бухнувшись рядом, положила голову ему на плечо, отчего он вздрогнул и перевёл на неё удивлённый взгляд.       — Гарри, умоляю, спаси меня, — прошептала она, чуть ли не обнимая его. — Я больше не могу.       Пока Гарри соображал какого рода помощь от него требуется, Кормак протопал к дивану и расположился с другой стороны от девушки, намеренно прижимая своё бедро покрепче к её ноге.       — Грейнджер, ну так что насчёт закрытой вечеринки старшекурсников? — Кормак обдал ей шею горячим дыханием, придвинувшись совсем близко. — У тебя больше не будет шансов попасть туда.       — Эй-эй, потише! — наконец, до Гарри дошло в чём дело. — Кормак, иди-ка ты отсюда! У нас с Гермионой дела! Твои вечеринки могут подождать!       — А ты мне не указывай, чай не на поле! Там будешь командовать!       — Ага, буду, — завёлся Гарри. — И исключу тебя из второго состава! Тем более на последних тренировках ты вообще отсутствовал.       — Что, Поттер, власть в голову ударила? — обиделся Кормак и поднялся с дивана. — Смотри как бы ещё не пришлось умолять меня играть в сборной, когда твой рыжий дружок обделается в следующем матче!       Рон попытался вскочить на ноги, но Лаванда удержала его за руку. Гермиона же забеспокоилась, что эта перепалка может перерасти в драку. Мало того, что придётся снимать баллы со своего же факультета, так ещё и за друзей страшно. МакЛагген ведь тот ещё верзила.       — Ладно, я схожу с тобой на вечеринку. Один раз! — строго отчеканила она. — Только сейчас мне правда надо поговорить с Гарри, так что не мог бы ты оставить нас?       — Желание прекрасной дамы для меня закон, — сверкнул глазами Кормак и неожиданно для Гермионы, сцапал её миниатюрную ладошку своими ручищами и поднёс к губам. — Увидимся завтра, Гермиона.       Он резко поднялся и зашагал к спальням, не оглядываясь.       — Ну и стоило втягивать меня в это, если всё равно соглашаешься идти с ним на вечеринку? — проворчал Гарри. — Ещё не наигралась?       — Гарри, я просто не хотела, чтобы вы сцепились тут… Он же по габаритам, как горный тролль!       — Думаешь, я бы испугался твоего МакЛаггена? — обиделся Гарри и отвернулся к камину. Надоели ему эти девчачьи игры и перепалки Рона с Гермионой. Без этого проблем хватало.       — Гарри, ну ты что? — она вдруг обняла его за плечи и крепко сжала. — Я совсем так не думала! И вообще, не называй МакЛаггена «моим». И так спасу от него нет, ещё и ты туда же!       Он исподлобья взглянул на неё, пытаясь выглядеть сердитым, но тут она неожиданно чмокнула его в щёку и прошептала:       — Спасибо, что попытался помочь. Я ценю это.       Пока Гарри приходил в себя, Гермиона сорвалась и убежала прочь. Он удивлённо провёл рукой по месту поцелуя, соображая, что же это было, и даже не заметил, как сузились глаза Джинни и как покраснел Рон.