Лазурит

1 Акито усваивал намного больше информации от Тойи, чем от учителей в школе. Довольно трудно сфокусироваться в огромном классе с большим количеством людей, поэтому он отдавал предпочтение занятиям с Тойей у себя дома. В начале учебного года они заключили сделку: Тойя помогает ему с подготовкой к экзаменам, и, если Акито удаётся их сдать, Аояги угощает его чизкейком. По правде говоря, даже чизкейк не мотивировал потратить время на подготовку к дурацким экзаменам, однако Акито всё равно согласился, ведь так Тойя сможет проводить больше времени вдали от своей домашней тюрьмы. Как оказалось, из Тойи получился неплохой преподаватель. Он добрый, в отличие от учителей, раздражённых плохими оценками Шинономе за тесты, или третьегодок-репетиторов в библиотеке, которые едва могут скрыть свое недовольство, когда у него не получается понять тему. Но по-настоящему пугало то (если не считать осознание чувств Акито к Тойе), что Акито вообще не мог сконцентрироваться на учёбе. Это было сложно, учитывая множество других, более интересных вещей. Его репетитор, например. Они занимались тригонометрией за обеденным столом. Тойя безрезультатно пытался объяснить что-то об углах. Но мысли Акито были заняты его серебристыми глазами, тембром голоса и тем, как его невероятно мягкие на вид губы сжимаются, когда Тойя понимает, что Акито его совсем не слушает. Тойя откладывает карандаш и наклоняет голову. – Ты меня слушаешь? – Я... нет. – О чём-то задумался? О тебе. – Эм, о тренировках, – он упорно игнорирует свою нелепую попытку лжи. Тойя поджимает губы, явно не поверив. Но всё равно пододвигает свою тетрадь к Акито. – Смотри. Тебе известны угол и длина двух сторон, теперь ты можешь узнать остальные значения. – он записывает какую-то формулу под нарисованным треугольником. Эна заходит в тот момент, когда он потянулся к калькулятору. – Здраствуйте, Эна-сан, – вежливо приветствует её Тойя. – Привет, Тойя, – отвечает Эна и прикрывает зевок рукой. – Подтягиваешь его по тригонометрии? – Верно. Эна рассмеялась. – Удачи с этим. – она открывает кран, пока Тойя набирает какие-то цифры на калькуляторе. Акито демонстративно отказывается смотреть на длинные, тонкие пальцы Тойи – пальцы пианиста – нажимающие на кнопки, вместо этого предпочитая изучить формулу на странице. Хотелось бросить тригонометрию и вместо этого начать подготовку к альтернативному экзамену. У Vivid BAD SQUAD на носу выступление, тренировка перед ним выглядела предпочтительнее. – Я решу этот пример, – сказал Тойя, делая записи в тетради, – А ты попробуй сделать вот тот. Нужно всего лишь заменить буквы цифрами и высчитать финальный ответ. – закончив, он откладывает ручку. – Где мой ластик? – Свалился на пол? – Акито опускает голову под стол, но ластика не находит. – Его тут нет. – Наверно забыл в сумке, – предположил Тойя. – Сейчас вернусь. Две пары глаз наблюдают, как Тойя направляется в сторону комнаты Акито. Эна хмыкает. – Ты в него влюблён. – Не неси чепухи, – возражает Акито. – С чего такие выводы? И зачем вообще пришла сюда? Иди рисуй для твоих Найт-что-за-название-кордов. – Ты мне запрещаешь ходить в собственном доме? – она прищурилась. – Да и по твоему взгляду всё видно. Словно он для тебя все звёзды с неба добыл. – Не хочу слушать подобную чушь. Он мой товарищ. – а ещё лучший друг. И самый близкий для меня человек. Но независимо от того, что он чувствует по отношению к Тойе, он не позволит этому мешать его жизни. Да и не может же Тойя влюбиться в него, верно? Допив, Эна вытирает свой рот и продолжает: – Только ты так думаешь. Никто не смотрит на своих "просто друзей" таким взглядом. Однажды ты поймешь. – Начнём с того, что нет у меня чу... – Акито замолкает, заметив приближение Тойи. – О чём спорите? – спрашивает он. – Обсуждали Акияму, – Акито не даёт Эне заговорить первой. Он направляет взгляд в её сторону и не может не упиваться восторгом при виде выражения лица сестры. Эна издала недовольный звук. – Не втягивай Мизуки в это дерьмо. Я ухожу. – она с грохотом ставит свою кружку в раковину и топает вон из кухни. Взгляд Тойи падает сначала на Акито, затем на пустую лестницу. – Вы обсуждали не Акияму, так ведь? Акито требуется момент, чтобы ответить. – По правде говоря... мы... – Впрочем, – прерывает его Тойя. – Давай вернёмся к задаче. Как я уже говорил, тебе нужно запомнить эти формулы для экзамена... Акито молча кивает. Сейчас в его мыслях вертятся слова Эны. Не может он и впрямь так смотреть на Тойю? Он видит в Тойе своего лучшего друга, того, без кого не может представить свою жизнь. Человека, которого он очень хотел бы поцеловать. Но Эна неправа. Акито не влюблён в него по уши. Он с лёгкостью задвинет эти чувства на задворки своего сознания и разберётся с ними, когда будет готов. Ничего сложного. По крайней мере, так думает он сам. Затем Акито обращает своё внимание на лежащую перед ним задачу по тригонометрии. Он смутно помнит, как Тойя объяснял формулу, берёт карандаш и пытается решить следующий пример. Его голова не переваривает слова Тойи, но, должно быть, он делает всё правильно, потому что Тойя улыбается и похлопывает его по плечу. – Ты справишься, – подбодрил он. – Получишь нужный балл и не придётся пересдавать. Акито, не уверенный в данном утверждении, решает оставить сомнения невысказанными. – То есть с тригонометрией мы закончили? – Да, – Тойя закрыл тетрадь. Он собирает свои вещи и встаёт, побуждая Акито подняться за ним. – Мне пора. – Ты можешь остаться на ночёвку в любой момент, – говорит Акито на пути к комнате. – Уверен, ты нравишься Эне больше, чем я. Тойя криво улыбнулся. – Даже при всём моём желании не могу. Отец начнёт ругаться, если я поздно вернусь домой. – Как бы мне хотелось врезать по его роже, – бездумный комментарий заставил Тойю рассмеяться. Больше он никак не реагирует, просто опускается на колени и собирает свои вещи. Они спускаются обратно по лестнице в тишине, к которой Акито в последнее время начал привыкать. Тишина – это то, что он получает от отца в дни, когда тот утруждает себя вернуться домой; она сгущается над ними, как тёмное облако, ввергая Акито в беспокойство. Но каким-то неизвестным образом тишина с Тойей ощущается по-другому. Даже если диалог их прекращается, Акито знает, что тишина не доставит себе неудобств. Нет ничего, что могло бы вызвать дискомфорт рядом с Тойей. Акито открывает входную дверь и они выходят на крыльцо. Телефон зазвонил в тот момент, когда Шинономе собирался попрощаться. Тойя достаёт телефон из кармана и смотрит на экран. "Отец" произносит он, отвечая на звонок. Акито знает, что некультурно пялиться на других, но предпочитает игнорировать данный факт. Довольно трудно не смотреть на Тойю, когда угасающий солнечный свет освещает его тёплым золотистым оттенком, смягчая его обычно холодные серебристые глаза. Его лицо выражает напряжение, но он так прекрасен в угасающем свете, что Акито хочется поцеловать его прямо здесь, отчасти для того, чтобы стереть хмурость с его лица, но и потому, что он чертовски красив. Звонок завершается, и Тойя оборачивается к Акито, чувствуя, как напряжение покидает плечи. Он наклоняет голову, приподнимая брови. – Ты наблюдал за мной, – констатирует факт. Эти слова выбивают почву из под ног. Без лжи эту ситуацию никак не объяснить. – Эм, – он не сможет признаться ему. – Муха. У тебя на волосах. Но улетела. Тойя прищуривает глаза. – Но ты смотрел... впрочем. Мне пора. До завтра. – Увидимся, партнёр, – Тойя, помахав рукой, спускается с крыльца. Его фигура становится всё меньше, пока не исчезает вовсе.   2 Акито не совсем нравятся игровые центры. Огни вокруг него слишком ослепляющие, но почему-то не могут полностью осветить пространство. А люди... Что ж. Он не фанат орущих детей. Тойя об этом знает, поэтому в большинстве случаев он ходит туда, когда у Акито подработка или занятия в футбольном клубе. Либо когда Эна тащит брата в какую-нибудь новую кофейню с завышенными ценами. Сегодняшний день был исключением. Остановившись перед дверями в аркаду, Акито оборачивается к нему. – Кажется, ты начинаешь верить, что я из тех, кого легко подкупить, – сухо произносит он, и Тойя смеется. – Тебе не понравились панкейки? Если мне не изменяет память, ты несколько раз отмечал, насколько хороши они... – Хватит, – прерывает его Акито. – Пойдём уже. Он следует за Тойей мимо игровых автоматов к ряду "хватаек" вдоль стены. Аояги подходит к одной из них и оборачивается. – Это их новая игра, мне хотелось её опробовать. Поэтому я позвал тебя – будешь держать игрушки. А теперь, – сказал он, – какая тебе нравится? Я вытащу любую. – Эм, понятия не имею, – замешкался Акито. – Ту, что понравится Эне. – Нет, я выиграю её для тебя, – отчего-то Тойя выглядел... смущённым? – Выбирай. Акито всматривается через стекло. Его не привлекла ни одна из них. – Тогда выбери вместо меня? Я доверяю твоему вкусу. Тойя подчиняется, вытаскивая рыжего полосатого котика, лежавшего на самом верху. Акито осматривает протянутую игрушку. Мило думает он. Акито снова обращает внимание на сосредоточенного Тойю, пока тот умело управляет краном. Он сдвигает коготь на сантиметр влево и примерно на сантиметр вверх, затем опускает его, и достает из лотка выигрыш, выглядя удовлетворенным своими усилиями. – Вот, отдай кота мне, – говорит Тойя, – а взамен держи это. – Акито протягивает котика и Аояги вручает ему другую плюшевую игрушку. Это был кролик с приятным лазурным мехом. Он симпатичный, а если точнее, такой же милый, как и оранжевый кот в руках Тойи. Стоп. Ему кажется или эти игрушки что-то напоминают? Он смотрит на полосатого кота, затем на кролика и на Тойю, что неловко потирает шею. Если приглядеться, то можно заметить едва заметный румянец на его щеках. – Ты выиграл нам парные игрушки, – озвучивает свою мысль Акито. Что, если бы Ан увидела их прямо сейчас? Она бы точно смеялась над ними и обзывала голубками. Акито не смог бы этого вынести по причинам, в которых он не хочет признаваться самому себе. Теперь он не сможет выйти из торгового центра вместе с Тойей; люди наверняка подумают, что они... – Эта игрушка напомнила мне тебя, – легко признаётся Тойя. Словно парные игрушки – обычное дело. – Тойя, – возражает Акито. – Так нельзя. Люди подумают... – он останавливается прежде, чем успевает произнести проклятую фразу. – Люди подумают что? Акито нечего сказать. Он снова облажался перед Тойей. Только в этот раз Тойя не меняет тему – терпеливо ждёт ответа, которого у Шинономе не имеется. В этот момент всё становится только хуже. – ТОЙЯ! – раздражающий и в то же время знакомый голос раздаётся позади них. Акито едва успевает уйти с дороги, прежде чем Тойю заключают в самые крепкие и неудобные по мнению Шинономе объятия. Тойя обнимает парня в ответ, а когда Цукаса Тенма возвращает его на землю, счастливо улыбается. Акито отмечает, насколько мил улыбающийся Тойя, но решает зарыть подобные мысли поглубже. – А вот и цирк на выезде, – вместо приветствия бросает Акито. Тойя направляет на него недовольный взгляд. – Не ожидал встретить тебя здесь, Цукаса-сенпай. – A, Нене хотела поиграть в Пуйо-пуйо, – Цукаса указывает на девушку позади. – Поэтому мы с Руи... – Цукаса жестом подзывает его. Акито замечает отсутствие последнего участника... – решили составить ей компанию для моральной поддержки. – Не нужна мне никакая поддержка, идиоты, – проворчала та девушка, Нене. – Это вы позвали меня с собой. – Пуйо-пуйо? – Тойя приподнял брови. – Мне нравится эта игра. – Я... не слишком хороша в ней, – неловко произносит Кусанаги. – Просто хотелось попробовать поиграть. – Если ты не против, я могу помочь, – предлагает Тойя, отчего на лице Нене расцветает улыбка. Акито наблюдает, как они уходят к автомату, оставляя его наедине с наиболее раздражающей частью этого клоунского парада. – Итак, – без капли заинтересованности спрашивает Акито. – Где последняя участница вашей... труппы? – Эму? Она в школе. По-моему, сегодня у неё тренировка по плаванию и гандболу, – отвечает Руи. Это имя ни о чём не говорит, поэтому Акито решает временно исключить эту "Эму" из цирковой труппы. Он не собирается оскорблять незнакомого человека. – А, – вместо этого говорит он. – Клёво. Руи кивает, но не продолжает диалог. Наступает тишина, что редкость в компании второгодок. Акито уже собирался подойти к автомату Пуйо-Пуйо, когда Цукаса вновь заговорил. – Как поживает Тойя? – на этих словах тон его голоса смягчился. Акито игнорирует укол ревности от нежности и неподдельной заботы в голосе Цукасы, и переводит взгляд на Тойю. Тот закатал рукава джинсовой рубашки до локтей и пристально глядел на экран. От этого зрелища сердце Акито пускается в пляс. Тойя выглядел невероятно. И тут Акито ловит себя на том, что засматривается: то, как его тонкие пальцы обхватывают кнопки управления, то, как его волосы спадают на лоб. То, как он говорит, поёт и дышит – Акито очарован всем этим. – Шинономе? – Акито обернулся к Цукасе. Стоящий рядом Руи явно сдерживает смех. Акито подозревает, что это расплата за все те разы, когда он подшучивал над Цукасой. Пофиг. Заслужил. – У Тойи всё отлично, – Акито старается выглядеть так, будто его только что не застукали за тем, что он пялился на своего лучшего друга совсем не платоническим образом. – Он проводит не так много времени у себя дома, если ты об этом. – Хмм, – Цукаса не вдаётся в подробности, так что Акито просто решает, что разговор на этом окончен. Пока Цукаса не произносит: – Парные игрушки? Вы наконец-то встречаетесь? Требуется вся его решимость, чтобы не дать дёру. – Мы не встречаемся! – по взглядам Тойи с Нене он понял, что заорал слишком громко. Внутренности Акито переворачиваются вверх дном, когда они возвращаются к нему, Цукасе и Руи. Тойя прижимает к себе игрушечного кота. – Что-то случилось? Вместо ответа Акито хватает Тойю за запястье и тащит к выходу. (– Обычно ты не отступаешься ни перед чем, – спустя несколько недель говорит ему Тойя. Они лежали на кровати в комнате Акито. Сам Шинономе устроился на груди Тойи. Тойя провёл пальцами по рыжим волосам. – Но в тот день ты сбежал от Цукасы-сенпая и его друзей. Акито отвечает не сразу, просто прикладывает руку ко рту и смеётся. Он не знает, из-за себя, из-за Тойи или из-за Цукасы. – Теперь, – отвечает он, стоило перевести дух, – ты понял, почему я не хотел, чтобы нас видели с этими игрушками?)   3 Никто из них не говорил о произошедшем в аркадах. Акито, будучи мастером подавления своих эмоций, умудряется нормально общаться с Тойей всю следующую неделю. Он был серьёзен в намерении засунуть свои чувства куда подальше. Всё было в норме, даже Ан ничего не заметила; словно этой неловкой ситуации и не происходило вовсе. Но Эна была права, предупредив, что чувства Акито настигнут его. Потому что Тойя попросился переночевать у него. Так происходило не впервые: мрачный Тойя появляется на пороге его дома, извиняясь за вторжение. Акито кладет руку ему на плечо и напоминает, что не против. Тойя уже поужинал, поэтому они сразу поднимаются наверх. Акито вытаскивает спальный мешок из шкафа, хранящийся специально для подобных ситуаций. В такие моменты Тойя не слишком разговорчив – лишь пересказывает причину ссоры с отцом. Однако сегодня он молча разглядывает свои колени. Акито не может не заметить, что сегодня он выглядит более подавленным. – Что случилось в этот раз? – спрашивает Акито. – Мне казалось, что у вас всё наладилось. – Мы... не совсем так, – бормочет Тойя, теребя нитки на джинсах. – Мы до сих пор ругаемся и это причиняет мне боль. Просто наши конфликты случаются реже. Чёрт. Акито реально думал, что они помирились. Он помнит, как пел с Рин, Леном и Тойей в Crase Café на следующий день после примирения Тойи со своим отцом. Он помнит, как Тойя впервые за долгое время выглядел по-настоящему расслабленным. От мысли, что после этого Тойе пришлось вернуться домой и выслушивать оскорбления, его сердце сжимается в груди. Будучи не в состоянии связать слова в предложения, он обнимает Тойю. Тот наклоняется в ответ. – Прости. Я ведь считал... На лице Тойи появилась небольшая улыбка. – По крайней мере, он научился оставлять меня наедине. Сейчас он вступает в конфронтацию, если у него плохое настроение, или когда кто-то из его друзей спрашивает обо мне. Раньше было хуже. – Нет, – сказал Акито. – Иначе бы ты сейчас тут не находился. "Не так плохо" не означает "всё замечательно", согласись? – Полагаю, ты прав, – произнёс Тойя. Он кладет голову на плечо Акито, и Шинономе требуется несколько секунд, чтобы сосредоточиться не на близости и тепле, а на словах друга. – Видимо я ошибочно предположил, что он будет относиться ко мне как к личности. – Чёрт, – отвечает Акито. – Это ужасно, чувак. Я могу чем-то тебе помочь? В смысле, раз ты не в силах разрешить конфликт, Vivid BAD SQUAD могли бы вмешаться? Или даже Кен? – наверняка они никак не смогут повлиять на проблему, но попробовать стоит. Тойя вздыхает и закрывает глаза. – То, что вы делаете, уже достаточно. Я не уверен, что должным образом отблагодарил тебя, Азусаву и Шираиши за всё это. Особенно тебя, – добавляет он, отчего в груди Акито расцветает странное приятное чувство. – Наверно, ты этого не осознавал, но ты спас меня. Спасибо. – Я, – Акито снова не находит слов. Странно. Обычно он тот, кто говорит от имени их группы. – Да не за что, партнёр. – он почти добавляет "я тоже тебя люблю", но слова так и не выходят у него из изо рта. Не сейчас. Тойя тихо смеётся, наклоняясь к в своему рюкзаку. – Когда собираешься спать? – Без понятия. Я планировал сначала сделать домашку. – Акито, делает свою домашнюю работу? – Тойя язвит. Какое облегчение. – Редкое явление. Акито предпочитает проигнорировать поддёвку. – А ты когда пойдёшь спать? – Я немного устал, поэтому... сейчас. – Тойя прикрывает зевок рукой. Должно быть, он действительно устал после ссоры с отцом, а затем из-за долгой прогулки к дому Шинономе. – Хорошо, – сказал он. – Не буду задерживаться. – Нет, ложись во сколько хочешь, – возражает он. – Я обычный гость. – По сути это не мой дом, – от этих слов Тойя рассмеялся. Главное, что он чувствует себя лучше.

***

Акито не знает, почему решил остаться спать рядом с Тойей. Он не настаивал, просто Тойя, должно быть, услышал, как Акито ворочается в спальном мешке, мешая заснуть. Он свесил голову с кровати и разглядел в темноте хмурое выражение лица Шинономе. – Тебе ведь не нравится спать в спальном мешке. Залезай, на твоей кровати полно места. – Ты ещё не спишь? – Довольно трудно уснуть из-за копошения. Залезай, – повторил он. Акито решил, что Тойя никогда не смотрел романтические сериалы, в которых влюблённые вынуждены делить одну постель. Иначе не вёл бы себя так беспечно. – Я подвинусь. Тебе тоже надо отдохнуть. – Нет, – отрезал Акито. – Тебе кровать нужнее. К тому же, будет неловко делить... – он замолкает, не желая заканчивать мысль. – Неловко? – повторил Тойя, в его голосе явно слышалось неодобрение. – Не нужно придумывать отмазки. Залезай уже. Таким образом Акито оказался на кровати с Тойей. На удивление это не похоже на сериалы, которые смотрела Эна. Но опять же – эти киношки не обещали быть правдивыми. Лежать рядом с Тойей настолько же приятно, как и заниматься другими вещами рядом с ним; нет никакой неловкости или дискомфорта. Из-за размышлений Акито не замечает, как Тойя поворачивается к нему, берёт за руку, выжидающе глядя на партнёра. – Эм, – начинает Тойя. Акито понимает, что для Тойи наверняка довольно трудно выразить мысли вслух. – После того, как вы помогли мне понять, как общаться с отцом, я пообещал полагаться на вас больше. Так что... – он сделал вдох-выдох... – Я решил, что начну с тебя. С тобой проще поговорить об этом. – Со мной? – Акито готов был рассмеяться, если бы не стоящая атмосфера в комнате. – Обычно у людей противоположная реакция. Почему именно я? – Ты… не знаю. Просто… с тобой я чувствую себя в безопасности. А ещё ты понимаешь меня сильнее остальных. Безопасность. Понимание. Спустя время до Акито доходит, что это говорят о нём. Он не похож на Кохане или Ан; он не достоин этого. Но Тойя всё равно решил довериться ему. Тойя прочищает горло. – Ты спрашивал, почему мы до сих ругаемся с отцом. Всё не так просто, – взгляд Акито вновь падает на парня рядом с ним. По мнению Шинономе, отношения Тойи с отцом напоминали качели. В особые дни Харумичи видел в Тойе своего сына. Спрашивал, чего тот хочет на ужин, интересовался как дела у Акито, задерживался у постели Тойи, когда тот простужался. В остальное время в его глазах Тойя выглядел провальной версией себя самого. Обычной куклой. Харумичи прищелкивал языком, глядя на пыльную крышку пианино, кричал Тойе, чтобы тот выключил свою музыку, высказывал такие ужасные и унизительные вещи, что Тойя задавался вопросом, а правда ли отец любит его. "Иди занимайся" его крик разнёсся по всему дому. Бывало, он выражался ещё хуже. "Ты собираешься позволить себе общаться с такими людьми?" – Он сделал тебе больно, – произнёс Акито. Их пальцы соприкасаются под одеялом. – Родители так не поступают. Аояги это понимает. Но… по каким-то неизвестным для него причинам он не способен испытывать к нему глубокую ненависть. Харумичи желает всего самого наилучшего для своего сына. Просто данное понятие в его мировоззрении сильно искажено. Тойя старался понять своего отца, и все же он никогда не узнает, почему отец интересуется, поел ли он, а затем отчитывает за то, что он пропустил занятия на скрипке. Почему он кричит на Тойю так, словно тот только что совершил преступление, а через десять минут зовёт ужинать. Топор забудет, дерево запомнит. Тойя не уверен, что когда-либо сможет выбраться из этого нескончаемого цикла притворной любви и абсолютной ненависти. Акито нарушает их недолгое молчание. "Тойя," сейчас его не волнует, насколько они близки в физическом плане. Шинономе крепко обнимает его, чувствуя, как Тойя прижимается лицом к его плечу. Он не плачет, но дышит неглубоко. Акито прижимает его до тех пор, пока его дыхание не замедлится. Спустя время Тойя полностью приходит в себя, и Акито отпускает его. Сейчас они лежат рядом, соприкасаясь руками и ногами. – Спасибо, что выслушал, – шепчет Тойя. – Я просто... – Что? – Спасибо за заботу обо мне, – Акито еле улавливает тихо произнесённые слова. – Заботу, – повторяет Акито. Нечасто услышишь это слово в его адрес. Это большая честь для него, хоть и странно слышать, как Тойя приписывает недостойные ему черты. – Мгм, – отчего-то Тойя казался смущённым. – Ты - первый, кому я открылся. Первый, кому я рассказываю подобные вещи, не получая несуразный ответ, от чего мне станет только хуже. Я никому не рассказывал об этом, так что ты особенный, – он вздыхает. – Шираиши говорит, что я должен презирать отца. Но это непросто. Пойми. Я ненавижу его, но желаю… – Ага, – отвечает Акито, вспоминая своего отца и Эну. – Понял уже. – Ещё раз спасибо, – голос Тойи немного заглушает подушка. – Я правда благодарен… за то, что ты есть в моей жизни. С таким же успехом это могло быть признанием в любви (платонической или романтической, Акито не знает). Они, в отличии от Ан с Кохане, слишком сдержанные в чувствах. Поэтому в тех редких случаях, когда Тойя высказывает их, Акито знает, что нельзя испортить этот момент. Его слова звучат как-то неправильно. Он не проигнорировал Тойю. Просто… услышанное выбило его из колеи. – Я тоже, – умудряется выдавить из себя Акито. Удивительно, что Тойя не заметил его смущения. – Т-тоже рад быть с тобой. Тойя смеется, поворачиваясь лицом к потолку. – Я немного устал. Спокойной ночи, Акито. – Спокойной, – бормочет Шинономе в ответ. Он до сих пор смущён, но сильное чувство привязанности захлестывает его, когда он слышит ровное дыхание Тойи. Вид его спящего партнёра умиротворял. В груди Акито вновь поселилась боль - из-за Тойи. Ему хотелось не только петь или разговаривать с ним. Видеться в школе и на тренировках было недостаточно. Ему хочется… он хочет этого, чем бы это ни было. Он хочет спокойствия, который приносит с собой Тойя, он хочет утешения от осознания, что Тойя всегда будет рядом. Это желание будто разрывает его на части. Акито взглянул на своего партнёра. Рукой он поправил его волосы. На лице появилась улыбка. Я люблю тебя мысленно произнёс он. В этот раз он абсолютно точно уверен в этом.   4 – Когда хотите порепетировать в следующий раз? – спросила Ан. Они стоят перед жилым домом. Время близилось к полуночи. Акито чувствовал, как вот-вот заснёт. Он жертвовал сном, чтобы тренироваться для сольных выступлений, совмещая школу, работу и обычные групповые репетиции с Vivid BAD SQUAD. Последствия вскоре дали о себе знать. Возможно, записываться на сольные выступления было не лучшей идеей, но что-то в нём толкало сделать это назло Тоно Арате. Сейчас он чувствует слабость, но не в плане "я-влюблён-в-тебя" по отношению к Тойе; Вернее будет "я-сейчас-рухну-на-землю". Тойя, видимо, заметил его состояние, а потому крепко сжал плечо Акито. Девушки не заметили этого движения; Кохане предлагает взять выходной на пару дней и возобновить практику позже. Из-за недосыпа, Акито чувствует себя слишком плохо, чтобы подать голос. Благо, Тойя отвечает за него. – Соглашусь с Азусавой. Не стоит перенапрягать себя. Мы можем возобновить репетиции в понедельник. – Звучит отлично, Аояги-кун, – кивнула Кохане. Её хвостики дёрнулись вверх-вниз, и по какой-то причине это всё, на чём Акито может сосредоточиться в данный момент. – Здорово! – согласилась Ан, хватая Кохане за руку. – Папа подвезёт нас с Кохане-чан до дома, давайте с нами? Тойя смотрит на Акито. Акито смотрит на него в ответ. – Не нужно, – отвечает Тойя. – Мы доберемся на метро. Доброй ночи, Шираиши, Азусава. – Спокойной, – бормочет Акито. Тойя хмурится, но ничего не говорит, ведя его к станции метро. Во время поездки Акито практически засыпает, ему кажется, что в какой-то момент он кладет голову на плечо Тойи. Он не был уверен в своем предположении, пока они не доехали до своей остановки и Тойя осторожно поднял голову Акито с плеча. Он бы смутился, не будь он таким вымотавшимся. Акито так бы и дремал всю дорогу, если бы им не пришлось подниматься по лестнице на тротуар. Подобной физической нагрузки хватило, чтобы он очнулся или, по крайней мере, проснулся настолько, чтобы замечать происходящее вокруг. В какой-то момент они доходят до места, где всего несколько дней назад устроили баттл и проиграли Арате. Тойя берёт его за руку и ускоряет шаг. Акито тянет его назад. – Что такое? – спрашивает Тойя. – Я кое о чём задумался. Эм... – он почесал свою шею. – Сорян за то, что заставлял беспокоиться всю неделю. С моей стороны это было безответственно. Тойя склоняет голову. – Ответственность? Переутомлять себя было не лучшим решением, но я понимаю причину твоих действий. Я хочу, чтобы ты не держал всё в себе. Ты знаешь что нужно именно тебе, но в процессе делаешь себе больнее. Акито взглянул на него. – Больнее? – Именно, – говорит Тойя, беря Акито за запястье. Они продолжили идти. – Не знаю, где ты научился скрывать свои эмоции, но тебе не следует этого делать. Ты больше не одинок. Акито всегда знал, что он сдержанный человек, но слова Тойи... неужели он настолько замкнут? Ему трудно вспомнить, когда приходилось делился истинными чувствами с кем-либо, кроме Тойи. Интересно. – Наверно, это из-за моего отца, – Тойя понимающе кивнул. Существует особый тип связи, возникающий из взаимной ненависти к родителям. Это та связь, которую, к несчастью, имеют Акито и Тойя. – В конце концов, он больше художник, чем отец. Не знаю, как можно забыть то, что вдалбливали в меня всю жизнь. – Да, – отвечает Тойя и опускает руку так, что их ладони соприкасаются. Физический контакт успокаивал Акито, это раз не исключение. Акито никогда не воспринимал касания в романтическом подтексте; они умиротворяли, придавали сил. Чёрт, даже простое присутствие Тойи приносило облегчение. – Могу я кое-что сказать? – неохотно добавляет Тойя. – Валяй. Тойя усмехнулся и направил взгляд в другую сторону. – Довольно странно говорить это другим, но... это нормально - позволять себе хорошие вещи, независимо от того, связаны они с музыкой или нет. Не нужно добиваться того, что заслуживаешь изначально. Не стоит… доказывать, что ты достоин меня, Шираиши или Азусавы. Мы сами выбрали тебя, ведь видели, на что ты способен. – Тойя отпускает руку Акито, чтобы провести пальцами по его щеке. Его ладонь холодная, но Акито лишь чувствует разливающееся тепло. – Я... ты нужен нам, Акито. Ты нужен мне. Акито смотрит на него в свете уличных фонарей. До него доходит, что они находятся очень близко друг к другу. С такого расстояния Тойя наверняка сможет пересчитать веснушки на его лице. И, судя по тому, как Тойя смотрит на него, так и есть. – Тойя, – его голос надламывается от смущения. Пофиг. Сейчас неловко им обоим. – Спасибо, – единственное, что он смог выдать. На языке вертелось множество других слов — я люблю тебя, прошу поцелуй меня, хочу остаться с тобой навечно — но они не могут вырваться наружу, а потому Акито довольствуется молчанием. Впрочем, в данный момент слова не требовались. Взгляд Тойи выражал всё яснее любых слов. Чёрт, ему так хочется поцеловать Тойю. Вокруг никого не было, они стоят достаточно близко друг к другу. Идеальный момент. И тут же в голове прошибло осознанием. Взаимны ли эти чувства? Эта мысль была словно ударом под дых. Он был так поглощён влюблённостью в Тойю, раз даже не задумался о том, нравился ли он ему в ответ. И, скорее всего, его чувства не взаимны. Акито признаёт, что является не самым приятным человеком в Камияме — ему встречались люди и милее и добрее. И вгляд Тойи на них отличался от того, которым он одаривает Шинономе. Случится чудо, если Тойя ответит взаимностью. Он прерывает зрительный контакт с Тойей и отступает на шаг. Каким-то образом этот момент под уличным фонарем ухудшил настроение Акито. Ему не хотелось смотреть на Тойю. Не важно, что он не сделал ничего плохого. Акито стиснул зубы. – Давай... по домам. Я устал. – Да, – сказал Тойя. – Тебе нужно выспаться. Акито молча ждёт, пока Тойя догонит его. Оставшаяся часть прогулки проходит в тишине. Стоило им добраться до района, где живёт Акито, Тойя схватил его за руку, прежде чем Шинономе успевает ретироваться. В его взгляде виднелось что-то странное. – Под тем фонарём... – Тойя сжал губы. Казалось, мысленно он подбирал нужные слова. – Когда мы... стояли там, ты вдруг стал выглядеть тревожнее. Если я... если я сделал что-то не так, прости меня. И Акито сказал бы ему правду. Нельзя скрывать её от того, кому доверяешь. Однако сейчас всё по-другому. Эта тайна напрямую касается Тойи, и он не знает, как бы поступил, узнай Тойя правду. – Всё в порядке, – ложь. – Просто устал. Не могу... нормально сосредоточиться. Тойя нахмурился – Ты... – Ночи, Тойя, – прерывает его Акито. – До понедельника. – Доброй ночи, – Тойя вторит ему. – Тогда... напиши мне. Хорошо? – Окей, – бормочет Акито.   +1 В последнее время их выступления становятся всё лучше, это заметно каждому. Его сердцебиение отдается в ушах, музыка заканчивается и толпа сходит с ума - сильнее, чем он когда-либо видел раньше. Пока Акито возвращал дыхание в норму, Ан пыталась перекричать шум толпы, её голос гремел из динамиков: – Мы Vivid BAD SQUAD! Надеемся на вашу поддержку! Стробоскопы гаснут, подавая сигнал вернуться за кулисы. – Это было невероятно, – Ан наполовину кричит, пока Акито проводит рукавом по лбу. – Народ, вы меня не поймёте. Даже не представляла, что вы так можете петь. Вас будто захватил какой-то песенный демон. – Песенный демон? Таких не бывает, – сказала Кохане. Она сняла свою куртку и обвязала вокруг талии. – Но вы молодцы. Полагаю, это потому что вы разобрались беспокоящими вас проблемами. А затем ваша энергия перекинулась и на нас. – Ага, – Тойя провёл рукой по волосам. Акито наблюдает, как тёмные пряди смешиваются со светлыми. Акито находит странно привлекательным то, как выглядит Тойя: свет стробоскопов освещал пот на лбу, в серых глазах горел огонь, исходящий от чистой страсти и желания. – Нужно найти способ выкладываться так на каждом выступлении. – Всё благодаря вашим совместным усилиям, – Кохане обратилась к Акито и Тойе. – Вы двое сегодня звучали максимально синхронно. Никогда не видела такой синергии между вами. – Синхронно, – повторяет Акито больше для себя, чем для остальных. – Да! – вмешивается Ан. – Кохане права. Вы спели как и репетировали, но в сто раз лучше. Невероятно. – Она оглядывается в поисках Кохане, что бросила свою куртку на ближайший стул. – Кохане-чан! Сходим вместе за водой? Ан утащила Кохане с собой искать воду, оставив Акито и Тойю наедине в темноте с большим количеством несдерживаемого адреналина. Акито подпрыгивает на цыпочках, не в силах усидеть на месте. – Чувак, я не представлял, что ты так можешь. Твой голос такой мощный. Я от шока чуть не забыл как петь. Тойя покачал головой. Акито заметил, как часто тот дышал. Пряди волосы падают на лицо Аояги и он снова откидывает их назад. – Нет, это был ты, Акито. Я всего лишь повторял за тобой... – Прекрати принижать себя. Мы только что закончили самое ахуительное выступление в нашей жизни, – воскликнул Акито. Он прячет руки в карманы. – Ты - лучший певец среди моих ровесников. Стоит открыть рот - и в округе узнают голос Аояги Тойи. Когда ты выходишь на сцену, люди словно поклоняются тебе. Ты будто, блять, создан для этого. – Я сделал это, потому что ты был рядом, – отвечает Тойя. Акито видит, как его зрачки расширились, и постойте, когда они успели оказаться так близко? Он всматривается в глаза Тойи. Огонь в зрачках сиял ярче, чем что-либо на этой планете. – Ты был со мной. Поэтому мы… я смог спеть. – Тойя, – выдох. Акито хочется высказать многое. Однако слова, вертящиеся на языке так и произносятся, потому что Тойя наклоняется к нему, запуская пальцы в рыжие волосы, а затем, чёрт возьми, они целуются. Он не ощущал внутри себя искры или фейерверки; только губы Тойи прижимаются к его губам в темноте. В этот момент что-то пробегает по венам Акито, словно прилив, возникающий во время их выступлений. Но кое-что отличалось. Оно горячее, но не пожирающее целиком, словно безумное пламя – оно будто распространяет чистый свет, раскаленный добела, сияющий и такой, такой тёплый. – Акито, – Тойя выдыхает ему в рот. Он отстраняется, а Акито жаждет больше подобных прикосновений. – Я... – Ничего не говори, – шепчет Акито. Он тянет рубашку Тойи вниз для ещё одного поцелуя, в этот раз чуть менее настойчивого, но всё такого же тёплого. Он бы с радостью целовался с Тойей за кулисами и дальше, однако крики толпы напомнили, где именно они находятся. Он неохотно отстраняется, и отступает на социально приемлемое расстояние. Словно они лишь друзья-певцы а не… не… Акито даже не хочет думать о том, кем они приходятся друг другу. Взгляд возвращается к Тойе. – Ты, – выдыхает. – Ты даже не представляешь, как давно я хотел это сделать. Акито протягивает руку, чтобы убрать с его лица влажную двухцветную челку. – И это взаимно. – Что, – рука Акито замерла. – Ты тоже? – Мм, ага. – улыбнулся Тойя. – Мне казалось я действовал очевидно. Но ты так и не понял, поэтому пришлось... – Я ни черта не понял, – Акито мог протестовать и дальше, но дверь лайв хауса открывается, и внутрь врываются Ан с Кохане. – Мы можем уже идти? Или дать вам ещё время понежиться? – произносит Ан. – Идти? – одновременно произнесли Акито с Тойей, – Нежиться? – Ну естественно, – Акито понятия не имел, к кому именно она обращается. – Мы оставили вас наедине, чтобы вы разобрались со своими чувствами. Надеюсь выброс эндорфинов от выступления помог. А также... – она переводит взгляд то на Акито то на Тойю. До Шинономе дошло, что она рассматривает их припухшие от поцелуев губы. – Видимо всё прошло крайне удачно. Давайте возвращаться, иначе прослушаем результаты. – Что это было? – спрашивает Акито. Тойя застенчиво улыбнулся. Чуть позже, по пути домой он поведал о том, как некоторое время назад он поделился своей проблемой с Кохане; за день до похода в аркады, если быть точнее. Идею с парными игрушками предложила Азусава. И по словам Тойи она сработала. Он воспринял это как разрешение выходить за рамки дозволенного, и именно так они оказались в той... катастрофической ситуации на улице под фонарём. – Прости, – говорит Акито. – Просто меня… сдерживали некоторые сомнения. Мне казалось… кхм. Я думал, что ты это не всерьёз. – Хмм, – Тойя взял Акито за руку. Прямо сейчас Шинономе нет необходимости говорить; Их переплетенные пальцы - достаточный ответ. Они поговорят позже, на крыльце Акито. Там же Тойя наклонится и поцелует его на прощание. Тепло, мягкое и сладкое, расцветёт там, где их губы соприкоснутся. Он вспомнит прежние слова Тойи - мы выбрали тебя, Акито, ты мне нужен - и улыбнётся в ответ на поцелуй. И это будет лучшее, что он когда-либо испытывал за свои шестнадцать лет существования. Сейчас хватает лишь этого. Держаться с Тойей за руки, направляясь домой под уличными фонарями - это всё, о чем Акито мог мечтать. Большую часть жизни он отрицал чувства, считая, что должен заслужить их. Казалось, он не до конца избавился от этих мыслей. Но теперь… ему кажется, что даже если бы он попытался отказать Тойе, тот всё равно бросился бы в объятия Акито, заставляя Шиономе влюбляться в него с большей силой. Тойя легонько дергает его за пальцы, переключая внимание Акито на себя. – Ты замедлился, – хоть его тон и звучит вопросительно, в нём совсем не чувствуется обвинения. – А, ага, – говорит Акито, проглатывая чуть не вырвавшееся "прости". – Задумался – О чём? – спрашивает Тойя. Лёгкая улыбка появляется на его губах, и Акито не может не пялиться на них. Нет смысла лгать. – О тебе, – отвечает. И в этот раз именно он прижимается к Тойе.