Мне никогда не было до этого дело

— Фран, пожалуйста, ты нужен здесь. Неужели ты думаешь, что это то, что Фарагонда хотела бы — Ашра со слезами на глазах пытается вразумить, остановить Франческо от поисков Бена. Лололошка же в этот момент находился в своих мыслях, где-то очень далеко. Он смотрел на силуэты Эбардо и Бена видневшиеся вдали. В голове крутились сомнения, аргументы, противоречившие один другому. Сжав кулаки, он, кажется, сделал своё окончательное решение. — Ребят, я сейчас… — Увидимся в Тринадцать. — кивнув, пробормотал Фран. Лололошка же направился в сторону выхода из Поэны. С каждым новым шагом он понимал, что назад дороги не будет. С каждым шагом к горлу подкатывал ком, состоящий из нарастающей тревоги. Но слёзы, наконец, отступали. И вот он совсем рядом с ними. Бен, заметив приближающегося Лололошку, нахмурился. — Господин, там… — Эбардо… — Названый обернулся, самодовольно усмехаясь. — Что, пришёл мстить за Фарагонду? — Сложил руки за спину, свысока смотря на помрачневшего Лололошку. Бен гадко улыбнулся, доставая палочку. Он готов атаковать, если понадобится. — Я пришел сказать, что я согласен. Согласен на твоё предложение. — закрыл глаза, выдыхая. Вот и все. Назад пути нет. — Ох, нас ждёт Великое будущее, Лололошка. — Эбардо смеётся под вопросительный взгляд Бена, понимая, что Джодах в очередной раз проиграл. Ло чуть улыбается, внутренни соглашаясь с его не озвученными мыслями. — Господин? Что это значит? Эбардо усмехается и, кажется, начинает что-то разъяснять. Лололошка, однако, его уже не слушает. Тревога нарастает не давая даже вдохнуть. Он разжимает кулаки, а на усталых глазах появляются кристаллики слёз, что, впрочем, идеально скрывают тёмные стёкла голубых очков. Ему стыдно перед Фарагондой. Ему стыдно за свой выбор. Ему стыдно за слова, сказанные минутой ранее. Фарагонда была бы разочарована. Ему жаль… Но в этот раз он выбирает позаботиться о себе. Из мыслей его выводит тёплая рука, легшая на плечо. Он поднимает глаза и встречается с ярко-зелеными, под цвет пустотной магии, глазами Эбардо. Он и не заметил, когда, успел уйти Бен. — Думаю, тебе стоит вернуться уже к своим друзьям, пока они тревогу не подняли. — Усмехается. В глазах Эо плещется непонятное, кажется, даже для самого владельца, чувство. То, что он не чувствовал лет с 14, но чувствует сейчас. Он сжимает плечо Ло, отходит назад и рассыпается на миллионы зелёных искр. Лололошке и вправду пора в Тринадцать. — Прости меня… — единственный, что произносит Лололошка над могилой Фарагонды, пока по его щекам текут горячие слёзы. И никто ничего не спрашивает. Каждый из присутствующих чувствует определенную вину в случившимся. Каждый сожалеет. И никто не пытается успокоить другого, ведь порой слёзы — единственное, что может помочь с душевной болью. Им ли это не знать.