Ты солнце в моих глазах.

Я был бы рад находиться рядом с тобой.

Мне хочется утонуть в твоей заботе и любви. Не той любви, которая является для тебя обыденностью. Я хочу тонуть в твоей любви, которую ты не давал никому. Я буду первым и последним. Я хочу быть твоим защитником, твоим Архангелом. Мне не хочется видеть тебя печальным, больным или даже при смерти, поэтому я хочу защищать тебя от людских обид и невзгод. Ты мой лучик света, который открыл во мне новое чувство и ощущение. Такое теплое и необычное. Я вправду рад чувствовать эту эмоцию. Эту боль от твоих страданий. Эти румяна на щеках от твоих прикосновений. И это частое и громкое биение сердца, делает меня по настоящему счастливым. Ты являешься светом, я тьмой, нам не суждено быть вместе. И от этой мысли в груди что-то невыносимо болит. Мне бы хотелось, чтобы мы не враждовали. Мне становится мучительно больно видеть новую рану на твоем теле от моих же рук. Мне тягостно видеть твой злобный взгляд, который направлен только на меня. На душе появляется горечь и обида. Обида на то, что они из разных группировок. Обида на то, что они встретились раньше, где мы были бы рады видеть друг друга. Но в первую очередь, обида на себя, что я не пытаюсь с этим покончить. Я продолжаю это делать, зная насколько мне противно от этого… И насколько больно тебе. Прости меня за боль, что принёс я тебе и приношу по сей день. Я бы хотел переродиться с тобой в том мире, где ты бы был моим любовником, а не врагом.

Я правда сожалею, что так получилось.

***

－Тигр…－так монотонно, но без какой либо злости произнес парень. Перед ним стоял удивленный юноша, примерно того же возраста. Видимо он и вправду был удивлен неожиданной встречи с Акутагавой. Как в тех самых сопливых фильмах, где эта встреча является судьбой. В их случае, судьба смеялась им в лицо, ни капли не стесняясь. Брюнет, что безответно влюблен в своего врага и белобрысик, что не знает о влюбленности первого. Ацуши казалось, что тот был бы рад видеть его в черном смокинге и в таком же черном гробу, окруженным яркими цветами. Поэтому на душе становилось ещё тяжелее, а видеться с мальчиком-тигром больнее. Недовольно цыкнув, парень отвел взгляд, чтобы не сталкиваться с солнечными глазами, в которых хотелось б потеряться лишь бы быть рядом. В груди предательски закололо то, что молчало многие годы. От этого не убежать, но если остаться, можно пораниться. Можно получить рану, от которой невольно тянет плакать и кричать. Этого не хотелось Рюноске, поэтому он продолжит тщетно бежать, даже зная, что всё это бесполезно. －Это… Я не буду сейчас с тобой сражаться! －громко и четко говорит младший, делая шаг вперед. Ему и вправду не хотелось бойни, лучше пусть молча разойдутся, как будто ничего и не было. Словно они не виделись, не говорили с друг другом, не пересекались взглядами, ничего не было. А так же, он видел и понимал, что сейчас возможно у Аку не самое лучше настроение и ему бы не хотелось его портить. Однако появление Накаджимы никак не портит тому настроение, он был бы счастлив видеть его каждый день и чувствовать тепло от его прикосновений. Но от того, что его желания не будут воплощаться в реальность, настроение портится, а лик всё мрачнее. Вернув свой взгляд обратно в глаза хищника, его рука невольно потянулась к губам. Этим взором можно прожечь дыру в человеке, но юноша напротив не сдавался и так же пристально смотрел в чужие чёрные глаза. Казалось, словно это тьма, смотрящая прямо на светленького, хотела взять и утопить маленького человека на своём пути. Топить так, чтобы тот и не надеялся на то, что выйдет из этого кошмара сухим. В этом взгляде нет ни капли надежды. Хотя даже сам владелец этой темноты в глазах, источал пугающую ауру. Он словно луна ночью, которая несмотря на свою яркость, могла напугать своей обстановкой и ужасов, спрятанных в её тьме ночной. Его изящность рук пленила и заставляла повиноваться. А безмятежный и искусный голос выдавал команды, которых нельзя ослушаться. Он так и манил забыться во сне под звучание его сладкой речи, которая была тихой и однотонной. Ацуши не принимал его за ненавистного врага. Были мысли, что если бы они были б простыми людьми, то у них возможно сложилась некая дружба. －Я тоже не собирался драться с тобой, тигр…－протяжным и тихим, но слышным голосом заговорил Рюноске. В его голосе не читалось ничего, ни злость, ни отвращение. Одно лишь спокойствие, необычайно приятное на слух－Просто хочу прогуляться.－ уже собираясь закончить диалог и пойти по своим делам, как чья-то мягкая и нежная ладонь взяла более грубую кожу. Сначала взгляд упал на руки, одна из которых была взята в плен чужой, а после на лицо того, кто посмел так бесцеремонно схватить за бледную руку. －Ты один гуляешь? Давай я с тобой? －неожиданное предложение для обоих. У каждого были широкие глаза, а брови подняты к вверху. Первым внешне успокоился Акутагава, сделав своё обыденное лицо, который видит каждый. Ацуши же, слегка пожалел о том, что сказал неподумав, но слово не воробей. Опустив руку брюнета, белобрысик отвел взгляд и невольно потянулся к шеи, чтобы нерво чесать её－Хаха, глупость сказанул, ты это пр…－парень не успевает договорить, как тут его перебивают, уже более мягким и ласковым голосом. －Хорошо, только не подходи слишком близко.－ ему бы не хотелось, чтобы кто- то увидел их двоих рядом, но если есть шанс, то лучше они будут не так близко к друг другу, но вместе. Однако тот был счастлив хотя бы находиться рядом без драк. Так же, он рад, что тигр предложил ему эту бессознательную идею.

***

Тем для диалогов нет, поэтому с ними воцарилось глубокое молчание. Однако Ацуши покорно идет туда, куда идет Акутагава, несмотря на неловкую атмосферу. Прогулка в полном безмолвие с кем-то может расслаблять, если с человеком знаком давно и вам двоим комфортно вместе. Всё же, начать диалог и прервать мертвую тишину первым решился белобрысик, своим вполне резонным вопросом. －Куда мы идем? －не останавливаясь спрашивает юноша, при этом наклоняя голову вбок. Однако из-за того, что брюнет остановился, чтобы самому понять куда они собрались, Накаджима стукнулся лицом о спину черненького. В ответ светлый ойкнув, в знак того, что ударился больновато. Вспомнив условия, которые тому сказали, дабы не получать проблем, Ацуши отошел сразу же на два шага назад, в ожидании. －Мы идем в парк.－ недолго думая отвечает парень. Парк не такое людное место, по крайней мере сегодня: в будний день там должно быть намного меньше людей, чем в выходные. Так и ещё темнеет, уже виден темно-оранжевый закат и солнце, которое почти ушло за границу нашего зрения. Так красиво, однако эта красота не такая редкая, но видеть её каждый день нет желания. Иногда можно просто проспать этот момент прекрасного заката и после сожалеть, но увидев снова другим днем. Если так подумать, они шли в гробовой тишине до самого вечера. Столько ждал, чтобы побыть вдвоем с тигром без какой либо вражды. И он добился этого, но это не принесло какое-то особое наслаждение, которое он так ждал. Становится ещё больнее и тяжелее на душе. －В парк? Давай, хотя слегка поздновато…－ Ацуши говорит непринужденно, ему всегда удается оставаться добрым и легким, несмотря с кем. Это раздражало и одновременно умиляло. Странно. Вся это любовь появилась только из-за невинности и добродушности этого одуванчика. Казалось, что и не любовь всё это. Но разве, когда ты влюблен тебе не хочется находиться с человеком чаще, больше чувствовать его прикосновения, ловить на себе взгляд предмета обожания и желать быть рядом, несмотря ни на что. Акутагава испытывал всё это и смирился, что чувства есть. Для него тигр являлся лучиком света, когда тот был окружен одним лишь мраком. Когда тот тонул в собственной боли, увидев эту лучезарную улыбку с далека, становилось легче. Оттого ли, что тот видел радость любимого, на душе пропадала вся боль, а может, потому что он просто забывал о ней, видя улыбочку младшего－Но я полностью свободен сегодня, так что всё нормально.－ уголки губ поднялись вверх, а шел он чуть вприпрыжку, но так же на два три шага дальше от Рюноске. Такое зрелище брюнет не сможет увидеть, ведь идет впереди, скорее он даже не знает.

***

－Смотри, там лавочка свободная! И рядом никого нет! －присев на ту лавочку, на которую он указал указательным пальцем, Ацуши неосознанно похлопал ладонью место рядом с ним, как бы говоря «садись». Акутагава же, не задумываясь, сел ближе, чем сам говорил. Рассматривая местность где они сидят, парень случайно встретился глазами с хищником. Яркий взгляд белого тигра смотрел прямо в лицо. Белобрысик неотрывно глядел то на лицо, то на тело черненького. Рассматривая всего его с ног до головы. Раньше такой возможности не было, только спина была открыта его взору. Пристальный осмотр всего брюнета, заставляет его слегка покраснеть и отвернуться от мелкого стыда. Его не так часто рассматривают, словно под микроскопом новую неизвестную бактерию. Тигр это заметил и лишь тихонько хихикнул, прикрыв пальцами свою лыбу. Такая реакция казалась ему милой, хотя это даже странно, что он так считает. Они же недруги. А это слегка чудно считать своего врага милым. Хотя юноша многое считает милым, например: бродячих котов, детей, идущих в садик, брелок с мишкой, который он получил во время прогулки с Кёко, Рюноске… Погодите, что? Тот считай напрямую сказал, что Аку является для него милым. Откуда же это всё хотелось бы знать, но сейчас нельзя, он не один, для того чтобы о чем-то размышлять. Свой тигриный взор он всё-таки решил убрать с чужого личика. Кажется, не только брюнету стало неловко. От этой неловкости сразу на диалог потянуло и как всегда, молчание ягнят прерывает Накаджима. －Уже фонари включились, совсем потемнело…－и вправду. Уличные фонари включились, а солнце наконец-то ушло и за ним последовала луна. Необычайно яркая, словно она звезда черного неба, а не теплое солнце. Словно она что-то хочет сказать, что-то важное, но из-за того, что не может, пытается достучаться знаками. －Луна сегодня красивая, не так ли? －всё же что-то вылетело из уст черненького. Не особо осознавая, что тот сказал, он спокойно повернулся с еле заметной улыбкой на бледном лике. Но вскоре, выражение лица с расслабленного перешло на недоуменное. Рядом с ним сидел краснеющий Ацуши: краснота шла с щек до ушей. Он настороженно пересматривал свои прошлые слова, думая, что сказал что-то не то. Когда же осознание пришло, краснота была уже и на его щеках. Однако он не стал оправдываться, мол сказал совсем не подумав. Посчитав пусть, что будет Акутагава потянулся руками к тигру, для объятий. Обвив чужое тело руками, тот стыдливо уткнулся носом в плечо Накаджимы. Мыслей было много, переживаний не больше, но всё меркло с одной из них, главной мыслью

«даже с отказом, моя любовь к тебе не убавится»

Верно, он будет любить его до конца, до его конца жизни. Но даже после смерти, он будет летать воздухом, которым будет дышать юноша. Он будет каждым ему встречным бродячим черным котом, который будет лезть к нему для ласки. Будет звучать нотами в самых разных песнях, даже в тех, которые он так не любит. Он будет рядом, несмотря ни на что. И если Накаджима полюбит другого или другую, он не будет горевать. Рюноске продолжит находиться рядом и радоваться его счастью, любви. Даже если в этой любви не будет самого брюнета.