На фоне панелек

Возможно, распивать эссу на чьей-то хате, со шлюхами и хуёвым блэкджеком, было не самой лучшей затеей. В гостиной, которую уже так и не назовёшь, танцевали под какую попсу. Из колонок валил то мальчик на девятке, то какой то сраный рейв или фонк, под который весьма весело скакали обдолбанные и выпившие студенты со школотой. Всё было в какой то дыму, то от кальянов, то от одноразок, то от ленивых людей любящих классику табака, курящих её прямо в квартире, а не на балконе. Дима лишь фаркал на это. Изначально он искал Тимура, чтобы сказать что Катька с Тимофеем свалили, ведь первый, подхватил очередную паничку, а его миловидная девушка, с наклоностями к яндере, решила его проводить. Попытки найти друга не увенчались успехом. Его словно смело. Тодоренко на глаза уже попадались нюхающие наркоту в туалете девицы, люди в комнатах на куче курток и впринципе одежды, и бухие в хлам на пороге. На часах уже было утра 5 так точно. В квартире его ждёт только тишина, что перспективна, но даже она быстр надоедает. Решив просто закинуть этого ссаного Шарагина в дальний ящик, а если что, просто написать ему утром, ведь этот засранец точно не таскал сейчас с собой телефон, парень направился на его самое любимое место - балкон. Тот самый, на которое душевные истории и разговоры, после которых ты впадаешь в философский кризис личности, вместе с банкой пива или водочки с соком. Но, душевно больных не было. Был парень. Даже красивый. Высокий, подтянутый, видно сразу - турники его любимое место. Но при это не для спорта, а попить пивка с пацанами за семечками. Так то он был больно худощавый, либо употребляет, либо маленькая стипендия. Его блондинистые волосы растрёпанны, но по некоторым прядям можно понять что они укладвались в нормальную причёску до этого. В его пальцах, что были усеяны кольцами, тлеет сигарета, а его лицо великого мученика, вызывает сострадание. Подойдя ближе, Дима лишь достаёт свою сигарету из потрёпанной пачки, и решая своеобразное подкатить, отвлекает парня от красивых видов панелек. -дашь закурить? Губы, в коих сейчас сжимается сигарета, так лукаво расплываются в улыбке, будто у чеширского кота. Обратив своё внимание на Тодоренко, незнакомец лишь вяло улыбается. Он не дурачок, не будет сейчас выёбывается и давать прикуривать с пальцев. Делая очередную затяжку, блондин не убирая сигарету с губ, придвигается ближе к Диме, давая ему прикурить. А ему и нравится. Возможно, он даже сегодня сможет переспать с этим сипотягой. -птенчик, дашь свой номерок? Может даже имя скажешь? "Птенчик" буквально прилетело в голову из-за странного вида парня. Он был похож на птицу, скорее даже на воробья. Такой незаметный, в цветовой палитре как раз таки этой птички. Единственное что убивала воробья, это красные потёртые конверсы. -я подумаю.. Торчок И вновь на губах у него расцветает улыбка. Со стороны Дима походил на упыря. Руки в куче шрамов и татушек, на лице ожоги и тоже татуировки. Выглядит как дед инсайдик. -а ты, я смотрю, на комплименты не скупишься Это парень заворживал, заставляя по венам бежать пламя, азартное и страстное, что готово было сжечь всё на своём пути. -давай мобилу Тодоренко поражается. Вроде молодой, а говрит как дед. Ему так даже гопники не угрожали с года 2008, а тут это чудо "в перьях". -ты решил сделать своеобразный гоп-стоп? Окей, я тебя понял Белые локоны окончательно падают на лицо, закрывая его блекс от пирсинга, когда довольный Дима, с улыбкой Чикатило, тянется за телефоном. -ой, блять, не ёрничай, а то вообще хуй что получишь Птичка лишь драматичо закатила глаза, принимая в руки телефон. Что.. Тоже выглядел довольно абстрактно. Разбитый экран, где сейчас высвечивалс набор нового контакта. А задняя панель была под старым и заляпаным прозрачным чехлом с кучей хлама, от парочки бумажных купюр, до маленькой двушке в Казахстане. Свалка одним словом. Вбивая свой номер и имя, неизвестный парень отдаёт телефон владельцу. -Коля? И почему там ястреб в смайлах? Дима немного удивляется такому. Точнее, блять ястребу? Кто то вообще использовал такие смайлики в его окружении? У него были Курагин со своими дедовскими смайлами, да Катя, со своими сердечками и каомодзи, которые появлялись в каждом сообщении. -меня так друзья называют, и ты зови. Чего не понятного? Видя возмущение и непонимание на лице собеседника, паренёк лишь сам впадает в такое же состояние. Его так называла только Маша, его подруга ещё с пелёнок. И история за ней стояла, только не какая то великая как сама птица, скорее как падающий с качели Колька. Взлетел как птица, упал как пакет с говном. Спасибо хоть на травку, что мало смягчила падение. Лишь пожимая плечами, Дима не возмущается. Они стоят в такой тишине, глухой и давящей, но блять, такой до жути приятной. На горизонте уже веднелось солнце, скоро будет рассвет, а они сидят в компании друг друга, курят и слышат бомбящую музыку из квартиры. Пару раз к ним вырвались, но тут же уходили когда видели двух персон. В один момент Коля вздыхает настолько тяжело и смотрит на свой телефон, Толе аж становится его жалко. -я Машку потерял.. Хрен его знает где эту женщину носит. Сказала что на пару часиков, в итоге я тут уже торчу четвёртый час, а без неё уйти не могу. Он уже не стоял, а сидел, напротив Тодороки, в кресле. Откинув голову назад он и не знает что думать. Усайлова часто убегает, а потом сама его чудом находит, но через уже максимум три часа, а сейчас.. -какая похожая ситуация. Только нас затащила одна сумасшедшая из нашей компании, и сука.. Ливнула первая. Я друга потерял, шараёбится где то Тодоренко сам себе усмехается. Как же красиво совпадает. Они оба потерялись, оба сидят на балконе и говорят по душам, ну, насколько это было возможно. Они даже смогли перетереть кости одной из девушек, что чаще всего делала эти сраные тусы на своей хате. Они молчат. Им нравится. До ушей доносится уже не музыка из колонок, а гитара, простая акустическая. С какими-то "душевными" песнями. Коля прикрывает глаза и старается сильнее укутаться в свою зипку чуть ли не с головой. Ему становится холодно. А он холод не любит, от слова совсем. Вечно в тысяче кофт, водолазок и любой утеплющей дребедени. А голубые глаза проживают его на сквозь. Они до одури красивые, в них можно было утонуть с головой не жалея. От одной мысли что там, на глубине этого своеобразного океана, можно найти не ботискаф и титаник, а тепло, что окутывает с головой. И, видимо он не ошибся. -замёрз что ли, петух? Такаев лишь фыркает. Он не может до конца убеждать, что его новый знакомый хороший, он и имени его толком не знает. Но эта фигура удосужилась двинуться, и подошла к нему ближе. Рубашка, что была до этого на плечах Тодоренко, уже у него в руках. Жестом он просит встать Такаева, от чего получает недовольно фарканье, но всё же, его просьбу выполнили. Как только он сел на нагретое место "пернатого", тот тут же нахмурился желая возмутиться, но это желание прервали руки, хлопающие по коленями. -садись, не съем И он садится. Покорно и уставше, упираясь неловко лицом в изгиб шеи "пиромана". Тут же чувствуется рубашка и тёплый, такие тёплые руки, что накрывают его спину прижимая ближе. Коля чувствует себя хорошо. Настолько хорошо, что он готов либо закричать, что мало вероятно, ведь сил у него нет, либо, уснуть. -Дима Тодоренко, а то странно, тебя нн чел какой то обжимает И Дима слышит тихий мешок. Он чувствует как вздымается спина при каждом вздохе, чувствует чужое дыхание и чувствует руки, что так сильно дрожали, но теперь мирно лежат на его торсе. Такаев уснул. Уснул не дождавшись Марию, и скорее всего, он знатно на неё наедет, увидев в универе, а потом простит за обычную доставку KFC. Но сейчас его это не волнует. Его не волнует ничего за долгое время. Лишь тепло и уют, о котором он та долго мечтал. На улице уже вышло солнце слепая глаза, но Тодоренко их прячет в белобрысый макушке. Уже все затихли и наконец-то спят. Он не парится что его увидят вот так, ему и слова поперёк не вставят, а если он будет впригаться и за Кейго, то его точно уж трогать не будут. Им двоих слишком хорошо сейчас.