Simple Truths

Тёмное ночное небо накрыло полотном Земной Мир, пронзëнное мерцающими огнями звёзд и редкими облаками, что медленно плыли по нему, то и дело перекрывая свечение лунного диска. И словно в ответ ему мерцал из темноты одинокий огонёк тлеющей сигареты в руке у изящного высокого силуэта. Она даже не затягивалась, лишь неуверенно мусолила губами край и вновь отнимала, с какой-то тоской глядя на то, как покрывается пеплом подожжëнная сторона, не стряхивая его и позволяя свободно падать на землю, после чего взор возвращался на покрытую туманом водную гладь, что расстилалась перед ней в неверном ночном свете. — Ничто уже не будет так, как раньше. Это нужно просто принять, вот и всё. — как раньше, спокойным голосом тихо произнесла она, но только её собственная душа могла знать, сколько боли таилось за этими казалось бы, незатейливыми и до скучного логичными словами. Боли, состоящей из смеси тоски об ушедших днях и неуверенности в будущих. Даже та жизнь - неправильная, искорëженная по сути своей - и то могла назваться какой-то жизнью, в отличие от того, что было сейчас. Существование, не более, и неизвестно сколько ещё продлится это состояние, но Китана надеялась хотя бы на то, что в вековую агонию оно не перерастёт. Всё оказалось совсем не так просто, как эденийка ожидала - душа за двадцать лет бытия на грани жизни и смерти ничуть не "свыклась со страданиями, что стали её обыденностью" - после возвращения в нормальное состояние она была всё такой же чувствительной как и до этого, закованной с виду в броню безразличия, что на деле была просто испещрена трещинами и проломами, через которые острые стрелы реальности кололи её, как и всегда, с той же силой, добираясь до незащищённых точек внутренней сущности. Может она и стала взрослее, опытнее - кто спорит, но уж сильнее - навряд ли. По крайней мере, так казалось ей самой, но спрашивать у кого-то ещё, дабы сравнить, навряд ли был смысл... Им бы просто было всё равно. Как наверное и без того было большую часть времени, что они были бок о бок, просто сейчас это отчуждение стало куда более явным, чем оно было ранее. И не страшны были насмешки, нет: куда хуже них могло быть холодное презрение. За свои двадцать лет бытия на Тёмной Стороне в качестве воскрешëнного трупа, Китана, казалось, оставила с собой эту частичку прошлого навечно. Иронично, что даже тысячи лет служения Шао Кану не перевешивали по эффекту воздействия на разум эти несчастные почти четверть человеческого века, для неё, способной прожить ещё десятки и десятки тысяч лет - и вовсе сущные пылинки. Но отличие было в том, что эти тысячи лет её характер и сила выковывались в битвах и строгом воспитании качка-императора, формируя личность, в то время как двадцать лет прислуживания паршивому лысому колдуну лишь ломали и искажали до неузнаваемости то, что оставалось от неё прежней. В том вся и разница, Шао был нужен живой подручный-убийца (до поры до времени, но всё же!), Куану же - мёртвый и максимально не имеющий самоосознания. Живой Китане потребовалось не так много времени, чтоб задуматься о том, кем она на самом деле является и повернуть к свету - мёртвой же не хватило бы и вечности на то, чтоб додуматься до этого. Даже будучи свободной от Куан Чи, была ли она столь же свободной от самой Тьмы? Если б не Рэйден, кто знает, как бы всё повернулось... Рэйден. Величайшее благо и смертельная опасность в её жизни, что однажды привёл её к концу и потом вернул обратно. Она должна была вернуться обновлённой, словно птица-феникс из вспышки пламени, как и другие до неё, но что-то пошло не так. Что именно? Она не могла знать, не совсем видимо осознавал это и бывший падший бог, что с превеликим трудом и сам недавно на тот момент освободился от влияния амулета. Несмотря ни на что, не благодарной ему быть она не могла в целом - ведь если б не его настойчивость, она так бы и держалась за этот недолговечный трон Преисподней, как за ненужную безделушку, что бросить жалко, а забрать с собой невозможно. Иллюзорную власть, что вот-вот могла быть оторвана вместе с руками в любой момент, когда орды демонов решили бы взбунтоваться, не желая видеть на троне самозванцев. Даже Лю Канг это осознавал, и посему, как бы ни хотел - выбрал благоразумие, встав на сторону чудом вернувшего разум Рэйдена, Китана же - упрямство, и до сих пор чувствовала, как за это упрямство она расплачивается. Чего ей стоило пройти через "очищение" сразу, слепо доверившись интуиции, как двадцать лет назад, и не быть "искуплëнной" позже всех - причём так неловко, что возникало ощущение того, будто ей, образно говоря, при лечении сломанных костей их переломали ещё хуже, и они теперь срослись неправильно, причиняя мучения ей самой и вызывая невольное отторжение со стороны других - ну чего? В любом случае, что бы ни было причиной, сделанного уже не изменишь. Даже будучи живой, Китане казалось, что от неё всё ещё несёт трупной гнилью, а одежда - всё те же изодранные тряпки, в которых она впервые наконец-то полноценно вышла из тьмы на свет. Чего уж тут говорить об её собственных кошмарах, когда тёмными ночами ей снилось, будто она стоит у зеркала, и высунутая наружу её собственная рука - в раскалённой адскими температурами броне, покрытая трещинами и дополнительно "украшаемая" длинными, острыми словно когти, ногтями - пытается затащить её в чёрный омут, со дна которого мерцали до ужаса знакомые оранжевые глаза на её же собственном лице, таком же потрескавшемся, бледном и искажённом от злобы и ненависти ко всему вокруг, в том числе и самой себе. Или же когда земля под ней проваливалась и Китана падала в бесконечно, казалось бы, длинный тоннель - точно такой же, как на одной из боевых арен - что вёл прямо в огненные недра без возможности выбраться. Просыпаясь в холодном поту, без крика - всё равно некому было услышать - она лишь сидела на кровати, сжавшись и просто радуясь, что на этот раз кошмар, пусть и реалистичный, реальностью не оказался, или же открывала окно и подолгу смотрела куда-то вдаль, позволяя прохладному ночному ветру обдувать её тело. Но по крайней мере, несмотря на все ужасы, у неё хотя бы была возможность спать, коей мёртвые обделены - максимум медитация для восстановления в случае утраты сил, не более, во время которой всё равно не отключаешься от реальности так, как этого бы хотелось. Возможность отрубиться на шесть и более часов, и желательно, если при этом не видишь сны вообще, потому как грёзы о давно утраченной Эдении по своей сути были такой себе альтернативой кошмарам о возвращении ко мраку. Волны тихо плескались о берег, усыпанный песком и мелкой галькой, что тянулся вдоль кромки воды до горизонта. Что это за место? Не особо разбиравшаяся в земной географии Китана навряд ли могла дать себе точный ответ на этот вопрос, да и на деле ей было всё равно. Абсолютно скучное квадратное здание в паре десятков метров позади, выкрашенное в однотонный светло-серый, абсолютно скучная клумба под окнами, усеянная ярко-синими цветами. Посадил ли их кто-то для неё, или они росли тут и до этого, и оказаться именно в той комнате, под окном которой они цвели, было чистой случайностью? Кто знает. Это было её обителью последние несколько месяцев, или лет - теперь, когда она была вновь жива, подобная разница для неё вновь была ничтожной и роли особой не играла. Когда-то коридоры и этого здания были полны жизни - по ним ходили, разговаривали и смеялись люди, те люди, что когда-то для неё были ближе всего. Но уже тогда она замечала, как они периодически отводили взгляды, словно от неё действительно исходила какая-то аура смерти, и постепенно перестала приближаться вовсе, наблюдая лишь издалека, а то и отводя взор первой, блуждая в лабиринте собственного разума в поисках выхода. Тогда уже она понимала - он будет нелёгким, и до сих пор, не сдаваясь, продолжала искать этот выход, хотя по ощущениям словно тыкалась в глухую стену в то время как он был где-то всегда неуловимо рядом - но сделав шаг, снова упиралась в чëртову стену, и приходилось всё начинать сначала. Покуда Китана была занята собой, она и не заметила, как все постепенно вернулись к полноценной жизни - и в итоге лишь она одна осталась в этих серых стенах с видом на водоём - море? озеро? река? а впрочем, так ли это важно, она всё равно не собиралась переплывать на другой берег, где сейчас клубился туман в лунном свете, оставляя видимыми лишь самые верхушки деревьев. По другую сторону - бесконечные поля, завершавшиеся тоже верхушками, но уже гор. И по всей видимости, с этим тихим местом никто не собирался связывать свою дальнейшую жизнь, пусть тут было и спокойно, и уютно - остальным похоже хотелось шума и суеты, а кто и хотел покоя, то явно не тут - иначе бы тоже остался. Предназначение казённого здания тоже было не совсем ясным, но по всей видимости, это явно не тюрьма или не... кажется, здесь их называли "психиатрические больницы" - иначе ей бы не позволяли так свободно разгуливать по всей территории в свободной форме одежды и иметь при себе оружие в виде многострадальных вееров, что в последнее время в основном пылились на полке по причине отсутствия потенциальной угрозы или же использовались по прямому назначению в жаркую погоду. Средства связи, коими по причине отсутствия оных во Внешнем Мире, а уж в Преисподней и подавно, Китана пока что толком и не научилась пользоваться, тоже имели место быть - одним словом, никто её не ограничивал. Однако каждый раз, видя всё такой же спокойный, но слегка грустный взгляд, коим бог грома, периодически наведывавшийся сюда, неизменно встречал её, бывшая принцесса понимала - ещё не время. Ей не к кому и некуда пока что идти. Она не готова вернуться к полноценной жизни по некоторым причинам, неважно, хотелось ей или нет, и всё это, увы, от неё самой не полностью зависело. Пускай иногда и совестно было перед Рэйденом за то, что он ей помогал как минимум иметь крышу над головой и не умереть с голоду, а она взамен ничего не могла ему дать - пока что, по крайней мере - нутром женщина понимала, что уйдя внезапно, сорвавшись с места, куда глаза глядят, лишь бы никому не быть обязанной чисто из принципа, она не сделает лучше ни себе, ни ему. Пора оставлять эти вредные принципы и приобретать более рациональные и полезные... не затем ли она всё ещё здесь, пытаясь пережить фазу "существования", чтоб затем переступить порог в абсолютно новую, ждущую её - после стольких лет, можно сказать, настоящую - Жизнь? Не зря говорится, что смирение - первый шаг к успокоению души. Непонятно, опять же, услышала она это у кого-то или дошла своим умом, эденийка и вправду ощущала правдивость сего высказывания на себе. Смирившись ещё в начале своей очередной хандры с тем, что её положение таково и стоит это принять, постепенно понимаешь, что дурные мысли сходят на нет куда быстрее, чем ежели выражать явное недовольство насчёт того, что пока что не в силах изменить резко и сразу. Всему своё время, вода камень точит - так же постепенно приходит в себя и её разум, возвращаясь из искажённого состояния в обычное. Это тело вернуть было проще простого, по словам громовержца - мозг же требует куда большее время на процессы реабилитации, и слава Старшим Богам, хотя бы навязчивые мысли о том, что быть мёртвой не так уж и было плохо, что преследовали в начале, теперь же окончательно не давали о себе знать. И правильно. Вернувшись к тому состоянии, из которого её вытащили, явно ничем ей не поможет, полностью же быть той, кем была до этого, при всём желании опять же не получится. Остаётся двигаться дальше, пусть даже физически сейчас она и стоит на месте, чувствуя, как полностью догоревшая сигарета осыпается пеплом из её руки, в то время как луна движется всё дальше по ночному небу, неумолимо, хоть и медленно, приближаясь к горизонту - но морально она уже сделала шаг вперёд. Пусть это был и маленький шажок, но всё же лучше, чем никакой. — Ничто уже не будет так, как раньше. — словно эхо, повторяет Китана собственные слова, что сказала ранее. — Но с другой стороны, и не нужно. Цепляются за прошлое только тогда, когда боятся настоящего и будущего. — продолжает она твёрдо, и неважно, её ли это личные мысли, или чьи-то суждения, что некогда услышала и посчитала правильными сейчас высказать. В конце концов, от этого они менее истинными не перестанут быть.