Без тебя ни дня

-Кажется, нам нужно поговорить -Да, нужно, - но до машины они шли молча, а оказавшись в ней застыли, словно не зная с чего начать -Почему ты мне не сказала? Я ведь сразу предупредил, - Паша явно нервничал, заламывал пальцы, обкусывал обветренные губы. Не выдержав того, что он грызёт себя за то, в чем по сути и вовсе не виноват импульсивно схватила его руки, вкладывая в них свои -Послушай меня, я хотела, да, каюсь, но у нас с Ромой ничего не вышло, простые попытки не дали результата, а на обследование он не пошёл, не захотел, понимаешь? Я тогда уже была заведующей, много работы, а потом подумала и решила, что мне это не нужно. Все в порядке, слышишь? Ты все сказал сразу,  ничего не утаил и за это тебе большое спасибо, а я не сказала, потому что это бы просто тебя расстроило. Сколько мне лет? Уже поздно что-то делать, да и к тому же, я ведь не шутила, я правда люблю тебя...- тяжело сглотнув кивнул. Она была искренней с ним, не лукавила, хоть доля печали в её словах оставалась. В жизни не всегда бывает так, как мы того желаем, брать ребёнка из детского дома огромная ответственность, это ведь не котёнок из приюта. Может быть им и правда это не нужно? Раз уж сама судьба свела их вместе. -Я не хочу чтобы ты о чем-то сожалела, - её лицо слишком близко, аромат цветов и лета напомнил ему день его первой и пока что последней свадьбы, а в душе, в сердце, словно кто-то провернул воткнутую туда отвёртку, с садисткой жестокостью. Ведь он уже проходил это. С другой женщиной...она тоже сказала, что ей ничего этого не нужно, тоже сказала, что все в порядке, а потом сломалась, по причине ему не известной. Не пожелала открыться, не пожелала объяснить снова и снова уничтожая ниточки, что связывали их когда-то. Он ведь тоже любил, тоже страдал. Сердце ведь не железное. И он имел право бояться того, что все вновь повториться, да только будет ли у него тогда куда бежать? Останутся ли силы двигаться? Этот страх, промелькнувший в его глазах, а затем глубоко засевший там испугал Олю. -Стой, остановись, я знаю о чем ты думаешь, этого не будет, нам ведь хорошо вместе, вдвоём. Так и проживем сколько получится в этом счастье, хорошо? - прижалась лбом к его. Он опять горячий... -Это не идея фикс, я просто когда-то думала об этом, перестань прошу тебя, - зарываясь в его волосы прохладными с улицы руками чувствовала, как он горит. Может дело в переживаниях, может в том, что она была права, что душ лишь временная мера. Паша продолжал метаться, в конце концов и вовсе до крови прокусил собственную губу, посмотрел в её глаза напротив так серьёзно, решительно и ужасно болезненно -Я попрошу тебя не забирать слов назад, потому что уже проходил через такое, скажи, что сможешь, что правда сможешь, - тревога залегла внутри так крепко, что не выдернешь, быстро проросла, пустила корни. Что она делала такое, эта Ирина, что Паша теперь так боится? И он тут же ответил ей, словно услышал или же увидел. -Я любил её слишком сильно, но видимо не достаточно чтобы мы смогли справиться. Она стала другим человеком, человеком, который несчастен больше, чем кто-либо заслуживает. И в этом моя вина, я не хочу такого для тебя. Подумай, хорошо подумай прежде, чем решать что-то. Я не хочу видеть, как кто-то из-за меня...- Оля прервала его исповедь, заткнула губами. Вкус металла на языке от его прокушенной губы...капелька почти падает на красивую голубую рубашку, но она успевает поймать её языком, зализывая ранку. -Тшш, этого не будет, я взрослый человек и понимаю, что бывают вещи от нас не зависящие. И тебе нужно понять, что в этом не было целиком твоей вины, хорошо? - пора ехать домой. К черту ресторан, к черту все. Паша медленно кивает, не разрывая взгляда. -Прости, что-то я расклеился, - он грустно улыбается, а по телу бегут неприятные мурашки. Она прикладывает руку к его лбу, убеждаясь в догадке -Я тебя просто сильная температура, едем домой, купим лекарства, буду тебя лечить, и прекрати уже кукситься. Хочешь ребёнка, давай заведём собаку, только гулять с ней будешь ты, - его взгляд теплеет, уголки рта слегка приподнимаются -А ты не пожалеешь? - он говорил в тот момент обо всем одновременно и о каждом вопросе в частности. Оля ласково погладила его по щеке, забираясь в волосы на затылке. -Не знаю, но сейчас я хочу жить так...       В итоге Паша основательно разболелся. Даже пришлось вызывать скорую чтобы сбить температуру. Благо есть знакомые и Оля смогла вызвать бригаду Ломагина. Ему она доверяла больше, чем себе в вопросах лечения. Конечно, следовало ехать в больницу, но пациент был непреклонен, а потому следующие три дня Оля провела дома за ноутбуком и присмотром за своей расстроенной половиной. Она никогда не считала отсутствие детей катастрофой, а потому восприняла отказ мужа в обследовании, как знак свыше. Нет, так нет. В конце концов ребёнок это не смысл жизни, есть и другие. Но Пашу этот вопрос судя по всему изрядно измотал и вновь встретившись с ним итак ослабленный организм дал такую реакцию. Она не знала и, если уж начистоту, то знать не желала, что за человек Пашина бывшая, но если она так сильно успела попить у него крови... Вставал вопрос стоит ли вообще отпускать его одного назад на родину. Эти несколько дней показали, что Лиза может управлять подстанцией сама. Потому что большинство работы заключалась в том, что Оля могла сделать и дома, или из другого места. Из спальни в очередной раз выполз заспаный, помятый Паша, с влажными взъерошенными волосами. Вяло кивнул ей и хотел уже было зайти в ванну, но остановился -Оль, а у нас найдётся что-нибудь поесть? - впервые за три дня он попросил еды, до сих пор приходилось кормить чуть ли не насильно. -Есть, куриный суп, будешь? - он кивнул, и даже за несколько метров было слышно, как в его желудке запели киты. Оля рассмеялась. -Отлично, значит выздоравливаешь