lost in the dream

Вы друг другу чужие. Никто. И в свете утренней зари, покуда ты глядишь в её окна по привычке, она улыбается новому дню и предвкушает встречу с другим. Когда-то всё было до банального просто. Ты и Она. Двое во вселенной, созданные и обречённые любить до боли в сердце. Беззаботное детство и полное юношеских мечтаний взросление. Надежды и мечты, наивные, но такие какие есть, не прикрытые и чистые, от самого сердца. Ты был жаден, сердце трепетало, хотелось быть центром её вселенной. Хотелось, чтобы её средоточие жизни было в тебе, ведь твоё — в ней. Ты говорил так мало, но она читала тебя как открытую книгу: с первых строк понимала о чём молчишь или грустишь. Опора, которой у тебя больше никогда не будет. Вы будто две части одной души: всегда притягивало, всегда рядом, всегда вместе. Будто так заложено природой, легко и естественно ты ступал за ней тихой тенью или она за тобой невесомым ветром. Сначала научились видеть красоту сердца и души, чтобы затем ночами сходить с ума в объятиях друг-друга. Поцелуи, горячие и жадные, касания, трепетные сначала, голодные потом. Вы тонули в чувствах, читали мысли и души друг друга. Смотрели далеко вперёд и предвкушали будущее полное надежд и ожиданий. Ты глядел на неё и видел весь мир в её глазах. Ты знал, что больше никто и никогда не сможет занять её место в твоём сердце. Ты сгорал, сгорала и она. Вы любили слишком сильно, отчаянно, будто боялись, что не успеете налюбиться. В какой-то степени, так оно и вышло. Юношество закончилось, пришло время ответсвенности и амбиций. Оба стремились к успеху, оба желали добиться большего и оба были уверены в своих силах. Нежность некогда маленькой девочки сменилась на нечто более разрушительное, что-то, чему ты всё ещё не можешь дать названия. Ты знаешь, это всё твоя вина. Ты первым это начал, она лишь ответила тем же. Ты первый захотел чего-то за гранью своих возможностей. Она в тебя верила, ни разу не усомнилась — твой успех вы праздновали три ночи. Ты первый стал тратить больше времени на других людей, обращать внимание на чувства других людей и не замечать то, что чувствует и говорит она — это тоже быстро вошло в привычку. Ты знаешь, ты не разлюбил, твое сердце всё так же неизменно, но ты лишь многим позже научился правильно расставлять приоритеты. Тебя рвало на части, ты выгорел на работе — её поддержки стало мало. Тебе хотелось чего-то ощутимого, ты сам не понимал чего хотел, но осознавал одно: мало. Твоя душа требовала неизвестного, сердце жгло горечью и покалывало стыдом, но все её старания и попытки ты воспринимал как должное, совсем не замечая, что она, как и ты, устала. Ты забывался на работе, днями и ночами пропадая там. Большой город после вашего родного городка поглотил вас обоих, но тебя сильнее и в первую очередь. В какой-то момент, ты осознал, что ваши вечера проходят в тишине. В разных комнатах и в судорожной пустоте. Успех о котором вы грезили пришёл быстро, но потери которые вы оба понесли были слишком значительными. Тебе хотелось вернуть всё к тому что было. Ты стал стараться: цветы, кино и рестораны. Свидания и путешествия. Ты старался изо всех сил, как и она. Она вновь начала готовить для тебя, вновь стала дожидаться с работы и ластиться, подобно кошке. Она снова стала крепко обнимать тебя, целовать и ласкать. Она так старалась, ты видел это, и был благодарен. Но вас не хватило надолго: пара месяцев. Ты снова стал игнорировать звонки и смс, задерживаться и не предупреждать заранее, что будешь поздно. Снова чужие люди вокруг, ты просил понимания — ведь это твоя работа, так ты зарабатываешь вам на жизнь. Едва ли её это трогало, ты знал, она тоже делала всё для своих амбиций. Она не желала уступать тебе в успехе и потому, вкалывала не меньше твоего. Она тоже уставала, выгорала и страдала. Она пыталась найти утешение в тебе, просила тебя о помощи, часто просила поговорить с ней. Все её просьбы и разговоры о том, что вы отдалились ты воспринимал остро. Лишь спустя время ты понял, что так ты пытался избежать неизбежного. Ты знал что вас ждёт, ты знал, что она устанет после твоего очередного эмоционального выброса. Знал и не хотел принять очевидного. Ты винил себя, больше всего ты хотел бы понять, почему продолжаешь так поступать. Ты продолжаешь делать больно вам обоим. А потом, ты увидел его и всё вдруг встало на свои места. Между ними не было ничего, потому что ваши отношения близились к своему концу, а она была раздавлена этим. Ты знал, что по прежнему был её миром, именно потому блеск её глаз давно потух, а улыбка на лице стала появляться всё реже и реже. И всё-таки, то с каким обожанием он смотрел на неё, расставило всё на свои места. Он был младше вас обоих на несколько лет, заканчивал последний курс в Сеульском и был тем, кого могли бы назвать «плохой парень». Пирсинг и татуировки, огромный байк и самодовольная ухмылка. На первый взгляд создавалось впечатление, что он тот кто не заботится о ком-либо, но это было так до момента, пока в его поле зрения не появлялась она. И тогда он становился совершенно другим, его взгляд был обращён только к ней, его тело говорило куда громче — он постоянно находился рядом, стараясь так или иначе касаться её и ощущать рядом. В его глазах ты увидел то, что отражалось в тебе самом: обожание, безграничное и всецелое. Этот парень был готов идти за ней по всему миру и тебе, Юнги, вдруг стало невыносима одна лишь мысль. Расставание было таким болезненным, что по сей день внутри норовит сорваться нечто. Струна натягивающая душу на тело, или же нечто иное, в любом случае, расставание сломило тебя. Ты перестал ощущать, чувствовать. Радость, гнев или печаль. Всё одно. И сколько бы женщин ни было в твоей постели, ты был бездушен, раздавлен и уничтожен. Иногда тебе снились сны. В них вы были вместе, там, в Тэгу. Лучи заката растворялись в её волосах, а ты зарывался в них носом и дышал, чувствуя, как заново живёшь. Она смеялась, счастливая и беззаботная, и ты улыбался ей в ответ. Это было счастье, всеобъемлющее, заставляющее жить и любить мир. Но потом ты просыпался ото сна и готов был сжечь себя заживо, закрывал глаза снова в надежде, что там сможешь пробыть с ней ещё немного. И умирал снова, когда мозг возвращал в реальность. Ты сходил с ума. Безумно скучал и жаждал её рядом. Где-то на второй год вашего расставания ты не выдержал. Раздобыл адрес и одним вечером оказался у её дома. Ты не знал чего ожидать, не знал, как она встретит тебя и не знал, что сказать. Ты лишь мечтал, чтобы она вновь согрела тебя в кольце своих рук, мечтал почувствовать её тепло и запах. Зная, что если будешь долго раздумывать, то не решишься, ты позвонил в дверной замок и спустя пару минут дверь открылась, а на пороге показалась она. До боли красивая, такая родная. — Юнги?! — её удивление позабавило тебя. Ты разглядывал её, без стеснения, с желанием о котором говорили твои глаза. Она была всё так же прекрасна, или же, стала ещё краше. — Ты что тут делаешь?! Ты не отвечаешь, входишь в дом и закрываешь за собой дверь. Тянешь к ней руки и обнимаешь так, как представлял всё это время. Крепко, почти до хруста. Носом обводишь шею и жадно дышишь, ощущая как в лёгкие забивается её аромат. Очень скоро твои нежные касания становятся настойчивыми, ты целуешь шею, борешься с желанием прикусить её и чувствуешь, как она дрожит. Она борется с собой, со своими чувствами и желаниями. Ты знаешь, ты так же оказываешься на неё то же влияние, что и она на тебя. — Прекрати, — просит она и толкает тебя. Ты не отступаешь, напротив, обнимаешь сильнее. — Я так скучал. Скучал. Я люблю тебя, — искренние слова, идущие от сердца. Она содрогается. Ты знаешь, так влияют твои слова. — Я выхожу замуж. На один короткий миг ты замираешь. Руки невольно оглаживают живот. — Ты беременна? Я счастлив. Я приму этого ребёнка и буду любить его, это будет наш с тобой малыш, — ты улыбаешься, радуешься. Потому что в твоих словах нет ни капли лжи. Всё что связано с ней связано и с тобой. Её частичка, часть тебя. Это закон, нерушимый. — Прекрати, Юнги. Я не беременна, но влюблена в другого мужчину. Это, конечно, слегка обескураживает тебя. На один короткий миг ты осматриваешь гостиную и замечаешь фотографию в рамке на столе. Там она и тот болванчик, что всюду таскался за ней. На фото они широко и счастливо улыбаются на фоне башни в Париже. Эмоции, которые невозможно притворно изобразить. Тебе хочется спросить «а я?!», но ты знаешь, что не имеешь права. Ты лишь крепче стискиваешь её в своих руках и молишь, отчаянно шепчешь: — Пожалуйста, вернись ко мне. Я стал другим, я осознал себя. Прошу, вернись, я сделаю тебя счастливой, самой счастливой. У нас будут малыши, двое или трое, — ты шепчешь точно сумасшедший. — Я буду оберегать вас, я сделаю всё. Только прошу, вернись ко мне, — ты задыхаешься от отчаяния. Знаешь, что она не изменит своего решения, ты бессилен. Она отдала лучшие годы своей жизни тебе, посвятила себя тебе, хотела разделить с тобой всё. Нужду, потери и предательство других, успех и славу. Она готова была на всё ради тебя, но тебе этого было мало. Ты счёл этого недостаточным. А теперь, всё это досталось мальцу который был предан ей с самого начала. — Пожалуйста, — ты шепчешь ей, целуешь и обнимаешь. — Обними меня. Обними так как делала это раньше, пожалуйста. Она обнимает тебя и ты чувствуешь ком в горле. Чувствуешь, как в уголках глаз щиплет и лишь сильнее цепляешься за неё. Теперь ты понял, что потерял её навсегда.