Целительница Звезд

Люси       В день, когда многое началось, солнце светило так ярко, что сквозь задёрнутые шторы до меня добрался солнечный луч. Было очень тепло, даже жарко, птицы что-то пели, и это было воистину прекрасно. Солнечные и тихие дни были моими любимыми.       Я встала с трудом, очень хотелось поспать подольше, и томление после сна ещё не прошло. Кровать казалась такой мягкой и уютной, но мне следовало встать и приступить к своим каждодневным делам. Сегодня многое намечалось. Когда я встала, было уже около пяти-шести утра. Мои часы не были такими точными, как у горожан или тех же дворян, или торговцев. Умыться можно было только в речке, и поэтому, накинув на себя плащ, я вышла в мой цветущий лес. Для меня он всегда был прекрасен, и даже то, что остальные люди называли его Тёмным, не омрачало моего восхищения им. Я шла по протоптанной мной дорожке и пришла прямиком к воде. Она всегда была чистой и прохладной. Я опустилась на колени и скинула с себя плащ, и на меня из воды посмотрело чудовище.       С раннего детства я жила в этом лесу и точно не знала, с чего началась моя жизнь, но короткие воспоминания, которые мелькали в моей голове, говорили мне о том, что я всегда была одна. Одинока. Единственным человеком, который заботился обо мне, который вырастил меня, который подарил мои знания мне, был Дрег. Он был мне отцом, хоть и не был таковым по крови. Я любила его, и, когда его не стало, я заняла его место. Он был великим целителем, он мог вылечить любую рану, мог дать кому-либо шанс на жизнь. Он научил меня писать, считать, читать и врачевать, но сейчас его дар был потрачен впустую, никто не хотел получать от меня помощь, ведь моё тело было настолько отвратительно, что вызывало страх у людей. Дрег же не обращал внимания на моё уродство, на шрамы, на ожоги, на перекошенные кости, будто расплавленные. Я была и буду отвратительной, но Дрег для меня сделал всё, о чём может мечтать такая, как я. Год назад его убил какой-то рыцарь. Я хотела отомстить, но я не знаю, кем он был.       Когда я была ребёнком, я слишком многого не понимала и не знала. Он рассказывал мне всё, что знал, а он знал очень многое. Я любила его сказки, а самой моей любимой была сказка о Двенадцати Звёздных Духах. Дрег говорил, что был ещё и тринадцатый, но он совершил что-то плохое и ужасное и за это был наказан, но он отдал своё бессмертие ребенку, после, на это дитя было наложено проклятье. На пятнадцатилетие он подарил мне подарок. Ключ с изображением кота из золота. Я всегда хранила его у себя. Я была слаба, поэтому, даже недавно чуть было не убила себя, но его слова, которые он сказал мне давным-давно, давали мне силу. Он сказал мне: «Когда плачешь — всегда улыбайся.»       Умывшись, я собралась и пошла в дом. Он небольшой, три маленькие комнаты, но для меня он — всё. В одной комнате я спала, у меня в ней было всё сразу: кухня, библиотека и спальня. В другой комнате у меня были лекарства и травы, а последняя комната для больных людей, хоть они и редко у меня появлялись, но всё равно это иногда случалось. Ко мне давно никто не обращался, все считали меня ведьмой, что я не лечила, а отравляла, что накладывала на них смертельные проклятия, что все болезни и раны, которые они получали, это от меня, и я их насылала. Возможно, они так и считали, но всё это было неправдой. Я часто собирала травы и делала из них мази и микстуры, один мой знакомый продавал их. Он должен был мне, а если бы нет, то он бы и не связался со мной.       Сегодня мне многое нужно было сделать. Цветы, которые цвели в эту ночь, многое давали организму. Если сделать из них мазь, то можно срастить кости за считанные дни. Также, мне сегодня нужно было отдать новые лекарства моему знакомому. Будет много криков, когда я приду в деревню.       Я решила приступить к остальным делам, которые не могла отложить.

***

      Уборка была тяжелой, я промыла полы трижды, разложила все склянки и баночки с лекарствами и травами по местам, пометила нарисованными растениями каждую из них. Постирала простыню и пробила от пыли шкуру, все мои вещи, кроме тех, которые были на мне, подверглись тщательному осмотру и многие из них я залатала и постирала. Приготовила обед и поела. Теперь пришло время собираться и идти в деревню. Все лекарства, которые я собрала за этот месяц, и которые приготовила, я собрала с собой. Кроме того, там мне предстояло купить мясо, молоко и пшеницу и другую крупу, которую вырастить я не могла.       Я взяла корзинку с травами и надела самый непримечательный плащ. Выйдя из дома, я закрыла всё на замок и спрятала ключ на шее, он всегда находился на цепочке вместе с кулоном, который был у меня всегда. Подарок Дрега в виде ключей хранился в самом отдалённом угле комнаты, они были спрятаны в шкатулке и положены за камень, который, в свою очередь, отодвигался. Мой дом был полностью из камня, и можно было узнать, что когда-то он был намного больше, и, что даже был ещё один этаж, сейчас же за место него была только крыша.       В лесу я жила давно, возможно, с самого рождения. В деревню я стала ходить относительно недавно, около года, почти сразу после смерти Дрега, до этого же ходил он. Также он смотрел больных и помогал им, ко мне же, как известно, никто не ходит. Деревня была довольно большой, когда-то давно она соединилась с другими двумя и теперь больше походила на город, многие так и говорили, что она являлась городом, но для Дрега она была деревней, и я не смогла переучиться говорить так же, как и он. В ней меня никто не принимал, и они бы и не хотели видеть меня, но обычно я появлялась там ровно через месяц, день в день. Люди обычно поднимали для меня цену на еду, но тратить заработанное мне было не на что, так что я покупала всё, не торгуясь. Редко, но я радовала себя сладостями, я их очень любила, но покупать часто не могла.       Вот и сегодня, купив всё на рынке, я уже отправилась к обычному месту встречи с Фридом, как вдруг на меня налетел ветер и сдернул с меня капюшон. Я не успела даже вскрикнуть, как в меня полетели слова ужаса и отвращения, кто-то из людей кинул в меня камень, стало больно и обидно. Я ничего им не делала, но моё лицо говорило им об обратном. Они считали меня чудовищем, ведьмой.       Кто-то схватил меня за руку, я мало чувствовала прикосновения из-за перчаток. Он побежал, и я за ним, когда я заметила волосы цвета летнего леса, то поняла кто это. Фрид был единственным обладателем таких волос. Сейчас он меня спас, но обычно он ненавидел меня больше остальных. Я была для него отвратительна, но он был обязан и мне, и Дрегу. Фрид был человеком чести, рыцарем, и, поэтому, держал слово и обещание.       Он завёл меня за угол и прижал свою руку к моему рту. Когда топот ног прошёл мимо, он отпустил меня. Я посмотрела на него. Пожалуй, можно было считать его красавцем, но он не имел одного глаза, и это отваживало всех девиц от него. Но я знала, что он влюблён в одну девушку из соседнего замка. Она была домовладелицей и следила за слугами в нём. Её имя было Миражанна, и она, по его рассказам, была прекрасна, её волосы цвета серебра были для него самыми чудесными на свете, но признаться ей в этом он не мог. — Что ты там делала? Я тебя ждал, но ты не приходила, как можно быть такой безответственной? — сказал он, дёрнув меня за руку. Да, ему тоже грозила бы опасность, если бы его увидели со мной, то он тоже станет прокаженным. Жаль, но только через него я могу продавать лекарства. — Прости, просто я ещё не привыкла к осеннему времени. Прости, — я убрала его руку от своей и снова закрыла лицо капюшоном. — Идиотка, — сказал он, но после шёпотом добавил, так, что я не услышала, — я волновался.       Я взяла корзинку в руки и вытащила из неё лекарства. — Вот, возьми, здесь всё, что я должна была. В следующий раз будет «Лерани», она излечивает любые раны за три дня и помогает срастить кости, сегодня я её соберу и после приготовлю. — Я помню. Я тут кое-что узнал. В лесу вчера видели людей, не попадайся им на глаза. Это может плохо закончиться. Сиди дома. Когда будешь собирать травы, будь очень осторожна, — сказал он и стал рыться по карманам. — Это тебе, там деньги за все лекарства. — Хорошо, — я взяла мешочек и хотела было уйти, но он снова меня остановил. — Прошу, будь осторожна. Я не хочу, чтобы ты умерла, — он отпустил меня, и я направилась в лес. Домой.       Я вышла к Тёмному лесу. Становилось темнее и холоднее. Ветер обдавал меня своим холодом, и я почти продрогла. Кажется, собирался дождь, в воздухе витал запах грома и молнии. Я закуталась в плащ посильнее.       В лесу мне не было страшно, я привыкла жить в нём, знала множество дорог и развилок, я очень любила его, он был мне родным. Я не боялась тех, кто заходил сюда, потому что лес охранял меня от многого, но кто мог осмелиться войти в него? Местные боялись меня и его. Здесь никто не гулял, грибы и ягоды никто не собирал, здесь для остальных было опасно. Чудовища часто задирали кого-то, и при этом все говорили, что это мои проделки. Почему не трогали они меня — я не знала. Возможно, магия полюбила меня, а, может, Дрег подарил мне чего. Я точно не знала.       Становилось холоднее, и я поспешила домой. Мне предстояло отдохнуть и пойти собирать ночью травы. Последний день октября был незабываем, в этот месяц многие травы в Тёмном лесу становились волшебными и утраивали свои способности.       Скоро будет зима, и всё окрасится в белый цвет. Снег будет везде, и пойдут праздники, многие Боги любили зиму за её красоту и невинность. Снег снимал все тяготы и невзгоды, убирал всю боль за этот год. Зима была чудом, и я очень любила её.       Зайдя в дом, я сбросила с себя накидку и поспешила развести огонь, чтобы прогреть дом. Огонь появился быстро и обдал светом комнату. Становилось теплее, я согревалась, и меня начало клонить в сон. Я заснула на кресле и опустилась в чарующий мир сновидений.       Тихие слова появились в моей голове и чей-то образ тоже. Он сказал мне: — Ты, чья кровь сильнее других, та, кто может прожить множество жизней, будешь проклята. Ты станешь страшной, твоё тело будет покрыто увечьями, никто не взглянет на тебя, но если ты полюбишь, и тебя полюбят в ответ, то ты станешь такой, какой должна быть. Но если же нет, то ты останешься такой на тысячелетия…       Я проснулась, дрожа, по телу бежал пот. Вещий сон, но больше похожий на воспоминания из далёкого прошлого. Я никогда не видела такие, обычно мне снились сны про счастье, где я была в безопасности и где моё тело было другим.       Заметив, что дрова, которые я кинула в камин, стали углями, я подкинула туда ещё и стала собираться. Нужно было приступить к своим обязанностям. Сон же следовало забыть, но я не могла.

***

      В лесу было очень тихо, я бы даже сказала, что очень непривычно тихо. Ветер шелестел и заставлял травы и растения с деревьями двигаться тем направлением, которым он шёл. Было прохладно, но я надела вещи потеплее, и сейчас мне было очень комфортно. Я точно не знала сколько сейчас времени, но эта ночь была определённо днём Богов, травы переговаривались друг с другом и сообщали мне, что они готовы к тому, чтобы я их использовала. Я срезала стебли и цветочки аккуратно, выкапывала корни и клала на их место маленькие камешки, это было своего рода ритуал. Я отдавала дань почтения умершим и отдавшим свои жизни магическим растениям.       Обычно в эту ночь можно было встретить свою судьбу, получить подарок от Богов. В эту ночь многие дарят подарки Всевышним, многие чудовища выходили в свет, Падшие Боги могли получить человеческие тела и получить самую обычную жизнь. Для магов же эта ночь была магической в том смысле, что можно было наложить любое заклятие и исцелить даже отрубленные конечности. Эта ночь была волшебной, магической, исполняющей желания.       Когда я уже всё собрала, то собралась идти обратно домой, но тут поняла, что тропинка, с которой я не сходила, потерялась. Так никогда не случалось. Деревья были другими, а травы шептали мне идти, но куда и зачем — я не знала. Магия тянула меня в неизвестную сторону, но я послушалась и пошла за лесом, который указывал мне путь.       Прислонившись к дереву, лежал мужчина. Его розовые волосы разлетались, а в уголке губ застыла кровь. Я увидела руку, которая зажимала рану, земля возле древа пропиталась кровью. Мужчина умирал. Я подбежала к нему так быстро, как могла, и нащупала пульс, что был слабым. Он дышал тяжело, его живот и плечи выглядели очень плохо. На мгновение я испугалась, и в голове появилась мысль бежать, но ветер обдал моё лицо, и капюшон спал. Это был знак.       Я вытащила из корзинки два синих цветочка. Кислица была полезным растением как для ран, так и для женщин. Я положила цветы к себе в рот и разжевала их, выплюнув кашицу на руки, я положила её на рану, она воспалилась и покрылась белой пенкой. Яд. Но я не знала какой. Нужно было отнести его в дом и там разобраться. Но я боялась, что мне это трудно дастся.       Я вытащила из его рук меч и положила его на землю. Сняв плащ, я обмотала им его рану на животе. Кровь остановилась, но в скором он ещё её потеряет. Я тащила его с трудом, он был выше меня на сантиметров двадцать, и я доставала ему до подбородка, а сколько он весил — это отдельная тема. Как я его донесла до дома — тоже та ещё история. Было тяжело.       Мы ввалились в дом все грязные и потные, он — потому, что началась лихорадка, а я — потому, что он тяжёлый и огромный. Всю ночь я провела возле его кровати. Я обтерла его, помыла и наложила жгуты, дала лекарства и пожертвовала из своей коллекции снадобье против всех ядов. Оно было очень редким, но его жизнь была дороже.       Он был очень красив, идеальное лицо, множество мускулов, он был точно силен, кто же мог его ранить? Его нос был прямым, ресницы длинными, я впервые видела такого красивого человека.       Я и не заметила, как уснула возле него, так и не забрав травы в корзинке и меч.

***

      Нацу чувствовал себя ужасно. Очень хотелось пить, но он не мог сдвинуться с места. Тело не слушалось, а раны болели. Он помнил, как спасся, что чудовище сохранило ему жизнь, но он всё равно должен был умереть из-за яда, но он, вроде, жив. Боль говорила о том, что он ещё не у Всевышних.       Когда принц открыл глаза, то увидел первым делом свою повязку и понял, что его кто-то лечил. А когда, собравшись с силами, он повернул голову, то увидел девушку, спящую, оперившись на его кровать, но не видел ни лица, ни волос, но он был уверен в том, что это именно она. Плечи были совсем маленькими и хрупкими.       Он думал её разбудить, но не знал как, его тело не слушалось его, но голос должен был. — Проснитесь, пожалуйста, — его голос был очень тих и хрипл, а когда он договорил, то понял, что и это причиняет боль.       Он застонал, и на этот звук девушка резко подскочила, схватившись за капюшон. — Сильно больно? Сейчас принесу обезболивающее, лежи и не говори, — Люси была очень осторожна, она не хотела показывать себя. — Воды, — прошептал Нацу, он сильно хотел пить, язык прирос к нёбу. — Хорошо, сейчас. Лежи.       Люси отправилась на кухню и, вернувшись от туда, принесла стакан с водой. Она обхватила его голову руками в перчатках и помогла глотнуть воду. Нацу же пил жадно, как в последний раз. Было очень трудно помогать держать собственную голову на весу.       Когда вода закончилась, она поднесла склянку с чем-то ещё, и принц непроизвольно выпил это. — Скоро будет легче, теперь ты можешь говорить, это не должно вызывать боль, — она села на стул и поправила накидку. — Спасибо, что спасли меня, мне и вправду намного лучше. Как вас зовут? Я должен знать имя женщины, что спасла меня, — сказал он, улыбнувшись. Улыбка делала его ещё более прекрасным и очаровательным и убирала прожитые годы.       Люси вздрогнула, она не была готова к такой нежности и улыбке. — Меня зовут Люсьена, но зови меня Люси. Я лекарь, целительница. Твои раны будут заживать дня три, а теперь спи. Тебе надо набраться сил. — А меня зовут Нацу. Рад знакомству. — Взаимно, — но Люси подумала, что это только пока он не увидел её уродливость.       Люси вышла, а Нацу остался лежать с глупой улыбкой, он был очень рад их знакомству и тому, что жив. Нацу считал имя девушки прекрасным и был уверен, что и она сама ещё более красива, чем её имя.