Наказание

Чимин открывает дверцу холодильника, достаёт оттуда остатки пиццы, сок и сковородку с котлетами. Котлеты летят в микроволновку, а он садится на стул и, даже не включив свет, начинает есть пиццу. Пак сверлит взглядом стену и запихивает почти весь кусок сразу, запивая соком. Он раздражён, у него стресс. И один из способов от него избавиться — еда. Второй способ — это секс. Не то чтобы он ему не подходил… Как раз таки наоборот. Человеку, у которого есть постоянный партнёр, не составит труда снять напряжение таким способом. Но не в его случае. У Чимина есть парень. Самый лучший, добрый, нежный и ласковый. И секс у них отменный. Был. Почему был? Да потому что Юнги наказан, и Чимин решил поступить как самый последний придурок: лишить парня своего тела на месяц. Пак Чимин придурок. Он уже сам убедился в этом, сидя в 2:34 на кухне и поедая пиццу, которой уже третий день. Он почти давится ей, но не перестаёт жевать и вспоминать тот день, из-за которого у него уже плюс три килограмма. *** Чимин моет посуду, напевая какую-то популярную песню, и слегка виляет бёдрами, что обтянуты короткими домашними шортами. Юнги заходит на кухню, ставит пакет на стол и сразу же подходит к своему парню, обнимая со спины, тесно прижимается и целует в шею. — Малыш… — Привет, буся, — улыбается Чимин и, повернув голову, звонко чмокает Юнги в губы. Юнги запускает пальцы в шорты парня и нежно гладит под ними. — Я соскучился… Пошли в спальню? Чимин поджимает губы, выключает кран, убирает тарелку и шумно выдыхает. — Нет. — Ну, не хочешь там, давай прям здесь… — Юнги целует скулы и сжимает в объятиях, прижимаясь плотнее. — Я сказал нет! — бесится Чимин и резко разворачивается, отчего Юнги почти отскакивает в сторону. Он непонимающе хлопает глазами и смотрит на злой взгляд своего парня. — Чимин? — Достало! Каждый день одно и то же! — повышая голос, возмущённо начинает Чимин. — Приходишь и сразу начинаешь с руки в трусах, с «детка, хочу тебя, пошли в спальню». — Так а что в этом такого? Если я хочу тебя всегда, — улыбается Юнги и снова подходит к парню, тянет к нему руки, чтобы обнять, но Чимин отталкивает их. — Это достало уже, Юнги! «Хочу тебя, пошли? Пошли! Давай? Давай!» Бесит! — Чимин вытирает руки о полотенце и кидает его на стол. — Я тебя вообще не понимаю. Ты поругаться хочешь? — удивляется Юнги и складывает руки на груди. — По-моему, хотеть своего парня и заниматься с ним любовью каждый день — это нормально. — Юнги, ты что не понимаешь? Где романтика? Где, блин, ласки? Я не знаю, хоть какой-то трепет и волнение хочется испытывать! — Всё нормально же было, ты чего начал-то вдруг? — Да потому что! Я тебе не кукла, которую можно брать, когда захочешь, ясно? — Детка… — устало говорит Юнги. — Не еби мозги, а… Придумываешь себе всякое. — Значит так! Ты не прикоснёшься ко мне месяц! А если ничего не измениться, то и вообще — год! –говорит Чимин и, отталкивая Юнги, выходит с кухни. *** С того инцидента на кухне прошло уже почти две недели. И если первые дни Чимин ходил с высоко поднятой головой, наблюдая, как его парень бесится, то сейчас всё наоборот. Чимин бесится, а Юнги, кажется, успокоился, что раздражало только ещё больше. Ему что, одному так плохо? После пятидневного испытания, Чимин был готов на стену лезть. Хотя залезть, на самом деле, хотелось на Юнги, на его крепкие бёдра. Хотелось почувствовать сильные руки и увидеть следы от них на своих ягодицах. Пак уже сто раз пожалел, что придумал этот коварный, как он думал, план. Подойти и нормально извиниться ему не позволяла гордость, а вот придумать новый, как ему казалось, хитрый план он мог. Что он только не делал, чтобы вернуть внимание своего парня и заставить трогать своё тело, любить долго, нежно, страстно и до дрожащих ног. Почти голый готовил ужин, фото из душа посылал каждое утро и каждый вечер, когда Юнги был на работе. Медленно банан ел при нём, пол даже руками мыл, выпячивая свою попку и виляя ей как мартовская кошка в течку, пока тот смотрел телевизор. Но всё было бесполезно. Ему даже плакать хотелось от безысходности. А вдруг Юнги кого-то на стороне найдёт? Пока Чимин обиженного недотрогу из себя строит, кто-то может времени не терять. Юнги у него завидный жених, на него все слюнями капают. Ну уж нет. Чимин никому не отдаст своего парня. У них любовь, вообще-то. Самая настоящая и до гроба. И никакое глупое наказание не изменит этого никогда. Спать совершенно не хотелось, организм требовал кое-чего другого, но тот, кто мог дать это, сейчас мирно спал в их кровати и даже не беспокоился. Чимину обидно. Неужели Юнги всё равно? Тогда почему он каждый день почти с порога начинал приставать и тянуть в спальню? Ну и ладно. Раз Юнги согласился, то Чимин будет ждать до конца. Но свою потребность он удовлетворит, и ему совсем не стыдно сделать это сейчас в душе, представляя своего парня. Зайдя в ванную, он стаскивает с себя одежду и, кинув её в корзину для белья, заходит в кабинку. Включив тёплую воду, он берёт гель для душа, которым пользуется Юнги, и выдавливает себе на грудь. Гель стекает по телу, и Чимин следит за этим, представляя тут совершенно не гель для душа. Руками растирает жидкость и закусывает губу. По телу бежит волна удовольствия, а член начинает твердеть. Он продолжает гладить свою грудь, задевая соски, и слегка щипает их, представляя здесь губы любимого. Юнги обожает ласкать грудь Чимина, потому что знает, какая она у него чувствительная. Член снова дёргается, и Чимин опускает на него руку, сразу сжимая, медленно проводит по всей длине, тихо шипя сквозь зубы. Вода продолжает омывать его возбуждённое, пылающее от страсти тело. Мокрые волосы спадают на лоб, а рот приоткрывается, когда он начинает водить рукой чуть быстрее. Пак закрывает глаза и представляет, что это руки Юнги ласкают сейчас его член. Дыхание становится тяжёлым. Правая рука плавно двигается на члене, набирает темп, а, подходя к пику, сразу замедляется. Чимин скулит. Юнги так же мучает его каждый раз. И Чимин это просто обожает. Он старается делать всё так, как привык получать, но ему хочется чувствовать длинные пальцы своего парня. Его хриплый шёпот на ушко и жаркие поцелуи, что обжигают тело. Левой рукой он ласкает сосок и громко выдыхает, откидывая голову. Из мыслей не выходит образ Юнги. Пак вспоминает, как язык его парня глубоко входит в него каждый раз, как он ласкает его дырочку, и его дыхание учащается. Чимин чувствует, что кончит прямо сейчас. Тело начинает дрожать. Он поджимает пальчики на ногах и часто стонет, совсем не контролируя себя. Рука быстро двигается на члене, пульс громко бьётся в висках. Чимин до боли щипает себя за сосок и, вскрикивая, кончает, видя перед глазами яркие точки. Рукой всё ещё водит по члену, и ему кажется, что он кончает целую вечность. Глаза не открываются, а ноги становятся ватными. Он прижимается к стене и громко дышит через рот. Юнги заходит в ванную и наблюдает за силуэтом через запотевшее стекло душевой кабинки, усмехаясь. Он тихо снимает с себя всю одежду, открывает стеклянную дверцу и видит Чимина, стоящего к нему спиной, смывающего пену с волос. Юнги заходит, сразу обнимает парня за талию, прижимая к себе, и хрипло шепчет на ухо: — Тебе нужна помощь? — ведёт рукой по животу. Чимин вздрагивает и сразу прогибается в спине, когда чувствует, как член Юнги упирается в его ягодицы и все мысли о наказании сразу испаряются. Наслаждение всё ещё бурлит в его крови после оргазма, и он не хочет больше мучать себя. — Юнги… Я… — Только не начинай снова. Ты же не просто душ здесь принимал, — шепчет Юнги, обжигая всё тело. Чимин молчит и лишь прикрывает глаза, наслаждаясь нежными прикосновениями. — Только скажи — и я всё сделаю, малыш… Чимин мычит, когда Юнги невесомо проводит пальцами по члену, который снова наливается кровью. Мин усмехается, убирает руки и отходит. — Нет… — Чимин тянет его обратно и кладёт руки себе на талию. — Помоги мне, пожалуйста, Юнги… Мне нужна твоя помощь, — шепчет он и тихо стонет, когда чувствует поцелуи на шее. — Я готов умолять тебя, только не уходи. Юнги слегка прикусывает шею и скользит членом между сочных ягодиц вверх и вниз. Чимин выгибается и теснее прижимается к возбуждению. Мин поднимает руку, зарывается в мокрые волосы, слегка тянет, заставляя Чимина повернуть голову, и целует. Сначала в щёку, потом прикусывает низ подбородка и дотягивается до губ, сразу втягивая в страстный поцелуй. Но, не давая слишком углубить его, останавливается, сильнее сжимая руки в волосах. — Не торопись, малыш… Он переносит руки на талию, делая шаг вперёд, прижимая Чимина к стенке. — Ноги шире, — говорит он и раздвигает их коленом. — Прогнись, солнце. Одной рукой упирается в поясницу, а второй начинает поглаживать дырочку, иногда скользя во внутрь сразу двумя пальцами. Чимин скулит, виляя бёдрами, и пытается насаживаться на пальцы как можно глубже, но Юнги прижимает его к стене и шлёпает по ягодице. — Не двигайся. Он мучительно медленно вводит пальцы и чувствует, как Чимин начинает дрожать. Пак хнычет и пытается повернуться, чтобы наблюдать. — Давай, Чимин. Скажи, чего ты хочешь. Что мне сделать, чем тебе помочь? — говорит Юнги и сгибает пальцы внутри, давя вниз. Чимин стонет, а Юнги теснее прижимает его к себе и глубже вводит пальцы. — Юнги… Мгх… — Я не слышу тебя, детка… — дразняще произносит Юнги в самое ухо. — П-помоги мне… Я хочу твой член… Мин вытаскивает пальцы, и Чимин хнычет от пустоты. — Юнги… Я прошу тебя… — он выпячивает задницу и пытается прижаться к парню. Юнги садится на колени, раскрывает ладонями ягодицы и рассматривает сжимающуюся дырочку. Проводит по ней пальцем и чувствует, как Чимин вздрагивает. Он раскрывает его для себя ещё шире, обводя бархатные стенки. Во рту скапливается слюна — он хочет попробовать вкус любимого тела. Приближает лицо и опаляет жарким дыханием, отчего Чимин выгибается в спине сильнее. Юнги высовывает язык и широко лижет от яиц до копчика, сразу слыша громкие стоны. — Бож-е-е… Юнги! Чимин упирается руками в стену и начинает насаживаться на упругий язык Юнги. Мин хватается руками за ягодицы и почти зарывается в них лицом, позволяя Чимину самому задавать темп. Пак толкается назад, чувствуя лицо старшего, его длинный язык, и стонет. Откидывая голову, тянется рукой к затылку Юнги и сильнее прижимает к себе. — Да… Да! Юнги продолжает лизать и быстро толкаться языком внутри. Слюна стекает по его подбородку, но он не обращает на это внимание. Его главная цель сейчас — доставить яркое удовольствие как можно скорее. Юнги садится на корточки, руками разводит ягодицы и проводит по красной и влажной дырочке пальцем. — Садись на лицо, детка. Чимин кивает, пока Юнги ложится на пол. Он на ватных ногах становится у головы парня и присаживается. Сразу кладёт руки на его грудь и прогибается. По телу словно током бьёт наслаждение, и он громко стонет, чувствуя внутри себя язык. Приподнимая бёдра, он опускается на язык и плавно двигается. Юнги держит чуть ниже талии, сжимая влажную кожу в руках почти до синяков, и одаривает анус и ягодицы сладкими поцелуями, от которых стоны младшего только усиливаются. Чимин наклоняется, упирается руками в бёдра, позволяя видеть себя полностью, и, не думая, сразу припадает губами к стоящему колом члену. Он вбирает его на всю длину, начиная делать горловой, как любит Юнги, и беспрерывно двигает головой, мыча от удовольствия, что дарит язык его парня. Тем самым посылает вибрацию, отчего ноги Юнги разъезжаются в разные стороны, и он так же стонет. В кабинке становится невыносимо душно. Вода всё ещё льётся, немного остужая их тела. Юнги отрывается от дырочки Чимина и двигает его чуть ниже. Освобождая руки, кладёт их на половинки и входит сразу двумя большими пальцами, начиная массировать стенки. — Какой ты приятный внутри. Так туго обхватываешь. Я не устану наслаждаться тобой. Мой. Весь для меня. Хочу быть внутри. Хочешь почувствовать меня полностью, Чимин? — и низко стонет, выдыхая и опаляя жарким дыханием. — Да… Юнги, да-а. — Тогда садись, солнце. Покажи, как ты меня принимаешь. Впусти меня всего во внутрь, давай. Чимин приподнимается и хочет развернуться. — Нет, останься ко мне спиной. Пак кивает, встаёт на корточки и начинает плавно опускаться на член Юнги. — Молодец, малыш. Да-а-а… Не молчи, я хочу тебя слышать, — шипит Юнги, умирая внутри от того, как в Чимине узко и жарко. — Юнги… — Стони для меня. Покажи мне, как ты меня хочешь. Не сдерживайся. Чимин громко стонет и садится до основания. Начинает медленно приподниматься и резко опускаться, опираясь руками на ноги Юнги. Мин гладит ягодицы Чимина, проводя пальцами вокруг растянутой дырочки. — Такой открытый и только для меня. — Юнги, да… Так хорошо, хочу тебя. Чимин меняет темп. Он медленно приподнимается, оставляя внутри только головку, делает несколько коротких движений и резко садится полностью, сопровождая свои действия громкими вскриками. Юнги поддерживает его за ягодицы и жмурится от долгожданного удовольствия. — Ложись на меня, малыш. Дай мне подвигаться в тебе. Не торопись, иначе я долго не продержусь. А я хочу. Хочу быть внутри тебя дольше, слушать тебя дольше, взять всего тебя и кончить глубоко внутри. Чимин откидывается на грудь Юнги спиной, чуть приподнимает ягодицы, чтобы дать возможность двигаться. Юнги упирается пятками в пол и начинает глубоко толкаться. Он выбирает медленный темп, почти выходя. И, входя до основания, мелкими толчками начинает двигаться как можно глубже. Голова Чимина лежит на плече, и он, повернув её, тянется к губам Юнги. Поцелуй выходит нежным и тягучим, как и их движения. — Мне так хорошо, Юнги… — хнычет Чимин. Ему хочется плакать от того, как его парень дарит ласку. Такую долгожданную и желанную. Юнги, сжимая ляжки младшего, раздвигает ноги и резко толкается глубоко, слыша громкий стон на ухо. Он медленно выходит из дырочки и снова резко толкается, крепко держа ноги. — Поласкай себя, — просит Юнги, совершая несколько раз подряд резкие движения. Чимин отрицательно мотает головой и продолжает стонать. Юнги усмехается, не меняя темпа. Тело пронзает вспышка наслаждения и словно ударяет в голову. Движения становятся быстрее. Он сжимает ноги младшего до лёгкой боли и продолжает вбиваться, громко шлёпая своими бёдрами о влажные ягодицы. Чимин хватается за руки Юнги и вцепляется в них короткими ногтями. Переходит на частые короткие стоны и чувствует, как тело наполняется сладкой негой. Юнги снова сбавляет темп, целует мокрую шею и проводит по ней зубами. Чимин начинает вилять задницей, прося о большем. — Юнги, пожалуйста… Я хочу кончить, — он хнычет и сам насаживается. — Ласкай себя, детка, я буду быстрее… Юнги полностью выходит, берёт в руку свой член и водит по нуждающейся дырочке. — Ты меня бесишь, — говорит Чимин и больно царапает руки. Юнги шипит, резко скидывает с себя тело младшего, встаёт на колени и, толкнув его в спину, входит на всю длину, небольно хватаясь за волосы. Он прижимает Чимина к себе, обхватив рукой поперёк живота, и вбивается с бешеной силой. Чимин кричит и откидывает голову на плечо парню. Юнги берёт его руку и подносит к груди. — Сожми его, давай, детка. Пак, забываясь и теряясь в ощущениях, что дарит Юнги, сжимает до боли свой сосок и громко кричит от невероятного наслаждения, которое горит внутри и пытается вырываться. — Юнги, Юнги, Юнги… — шепчет как в бреду Чимин. — Чимин… — сбивчиво произносит Юнги и, толкнувшись в последний раз, кончает с громким гортанным стоном, чувствуя, как тело Чимина сильно трясётся от нахлынувшего оргазма. Чимин поворачивает голову и затягивает в глубокий, нежный поцелуй. — Прости… Юнги не даёт договорить. Выходит из расслабленного тела под их общий стон и, полностью развернув к себе Чимина, обхватывает его лицо ладонями, продолжая целовать. *** Юнги сидит на кресле, раздвинув ноги, чуть сместившись к краю и откинувшись на спинку. Чимин —между его ног на полу, смотрит в глаза и лукаво улыбается. — Я виноват. Я исправлюсь… — невинно говорит Чимин, хлопая пушистыми ресничками, и чмокает твердеющий член. Юнги прикладывает ладонь к его щеке, ведёт большим пальцем по манящим и влажным губам. — Я не против, малыш. Но ты понимаешь, что тебе придётся постараться? Чимин обхватывает своими пухлыми губами палец и начинает посасывать, слегка проводя зубами. — С удовольствием. Он нагибается к члену, берёт его в рот целиком и начинает посасывать, прижимая языком к нёбу. Гладит ладонями разведённые ноги. Член начинает наливаться кровью, увеличиваясь в размерах. Чимин выпускает его изо рта, берёт в руку у основания, облизывается, чуть размыкая губы. Он нежно прижимается к уздечке и начинает водить губами по краю головки, отодвинув крайнюю плоть. Чуть приподнимается на коленях, чтобы делать головой круговые движения. Снова возвращается к уздечке, присасывается и ведёт по члену до самого основания, не снижая давления. Руками гладит внутреннюю часть бёдер, слегка задевая мошонку. Юнги спускается на кресле ещё немного, шире разводя ноги. Чимин, не останавливаясь, ведёт ещё ниже, проходя языком по анусу и обратно. Берёт в рот яички: сначала одно, потом другое. Лижет между ними сильным широким мазком языка, а после возвращается к головке, обхватывает её полностью, нежно посасывает и заглатывает до основания. Слегка давится, выпускает изо рта. По его щекам текут слёзы, но он снова заглатывает полностью, делая волнообразные движения языком и расслабляя горло, чтобы его любимый смог поместиться. Делает несколько глотательных движений, перебирая яйца своими нежными пальчиками, и снова выпускает член изо рта. Тот ударяется о живот, и Юнги шипит. — Прости. Я сейчас, — говорит Чимин и, обхватив член рукой, тянется к нему, дует, облизывает головку и снова дует. Контраст тёплого языка и прохладного воздуха заставляет Юнги застонать и податься бёдрами навстречу этому умелому и соблазнительному рту. Он запускает руку в волосы Чимина и тянет ближе, заставляя снова взять на всю длину. — Глубже… Чимин послушно размыкает губы и заглатывает полностью твёрдый член, утыкаясь в побритый лобок своего парня. Стенки его горла приятно давят на пульсирующий член, и Юнги, прикрыв глаза, стонет. — Да, детка… — выдыхает Мин. Чимин сильнее втягивает щёки, быстрее насаживается ртом на член, помогая рукой. Берёт глубоко, почти задыхаясь, и сам стонет, наслаждаясь стонами Юнги. Он выпускает член изо рта, рукой сжимает его и нежно гладит, опуская голову ниже, языком ведёт по мошонке. Юнги закатывает глаза и раздвигает ноги ещё шире, раскрываясь полностью. Он тяжело дышит и протяжно низко стонет, когда чувствует горячий язык на своей дырочке. Чимин играется языком, обводит колечко мышц, но не входит. Он начинает целовать морщинистую кожу и затягивает её в рот, отчего член Юнги сильно дёргается. — Чимин, так хорошо. Чимин отрывается с громким чмоком от красной дырочки и снова вбирает член в рот, держит рукой у основания и облизывает чувствительную головку. — Вкусный. Мой. Хочу ещё. Как же я соскучился. Он приподнимается и тянется к губам. Юнги его хватает, прижимает к себе, втягивая в глубокий жаркий поцелуй. Он ловит язычок, посасывает, врывается своим в податливый рот. Мычит в поцелуй, когда Чимин слишком сильно сжимает его член. Юнги за волосы оттягивает парня от себя и снова наклоняет к своему паху. Чимин опускает голову и обхватывает головку, покорно берёт глубже. Юнги держит его за голову двумя руками и сам направляет, откровенно трахая его рот, погружаясь в мягкую, но плотную теплоту. Он ускоряется, чувствуя, как возбуждение обжигает низ живота. Его пальцы на ногах поджимаются. — Да. — дышит уже с хрипотцой, слегка задыхаясь. — Чими-и-и-н, да… Ещё чуть-чуть, как же хорошо… Ещё чуть-чуть. Челюсть Чимина уже ноет, он почти её не чувствует, но не отстраняется. Он расслабляет горло, позволяя Юнги толкаться так, как он хочет. Член Пака течёт и требует разрядки, но он не отвлекается. Сейчас он хочет доставить удовольствие только Юнги. Мин хрипит и рвано дышит. Его тело начинает сводить сладкой судорогой, когда Чимин кладёт вторую руку на его мошонку, нежно гладит, слегка нажимает за яичками, ведёт дальше. Обводит пальчиками вход, рукой тянется к своему члену, собирает предэякулят и возвращает пальцы к дырочке Юнги. Водит по кругу, втирая своё семя, давит пальцем и входит наполовину. — Я сейчас… — стонет Юнги. Палец Чимина толкается свободно в тугой проход, а рот ласкает член. Юнги хрипит, стонет, содрогается всем телом и кончает Чимину на лицо, водит членом по губам. Чимин распахивает глаза и смотрит на своего парня. Языком аккуратно облизывает головку, собирает остатки спермы и стонет. Тянется рукой к своему члену, крепко проводит пару раз и кончает.

***

Чимин лежит между ног Юнги, откинувшись на него спиной. Руки старшего обнимают его за шею. Они лежат на кровати, оба разморенные после душа. Чимин тяжко вздыхает. — Ну что такое, милый? — спрашивает Юнги и гладит румяные щёки. Чимин молчит. — Детка, я с кем говорю? — Ничего… — тихо шепчет Чимин и, развернувшись на бок, утыкается Юнги в шею. Юнги тоже разворачивается, удобнее обнимает тело младшего и гладит по спине. — Ты злишься… — утверждает Чимин. — Злюсь. Чимин лежит с закрытыми глазами. — Потому что я тебя наказал? Юнги усмехается, чмокает в нос, и Чимин сразу же морщит его. — Ты, в первую очередь, наказал сам себя. — То есть я виноват в этом? — возмущённо пыхтит, открывает глаза и садится на кровати. — Чимин, — Юнги так же садится в кровати. — Ты опять начинаешь? Младший молчит, закусывая свою нижнюю губу, и поворачивает голову, отрицательно мотая. Его губы начинают дрожать, и он заламывает брови. — Будешь плакать? — Юнги улыбается, зная прекрасно манипуляции от своего парня. — Я плачу… — Чимин кивает, его глаза наливаются слезами, роняя Юнги на спину, садится на его бёдра и обнимает. — Если будешь плакать, я тебя накажу сам. — Юнги прижимает его к себе, гладит по спине, спускаясь на обнажённые ягодицы, и водит по ним круговыми движениями. — Юнги-я, мне щекотно, — Чимин выпрямляется и улыбается, смотря в глаза. — Ты маленький притворщик. — Я такой, — сладко хихикает Чимин и начинает визжать, когда Юнги набрасывается на него и щекочет. Нависает сверху, целует в лицо, в щёки, в мягкие губки. — Моя сладуся… — А ты моя бусичка, мой ласковый котик, — говорит Чимин, прикладывая руку к щеке Юнги, и тискает за неё. Юнги закатывает глаза и слезает с него. — Засмуща-а-лся, — громко смеясь, тянет Чимин и снова залезает на своего парня. Юнги обнимает его, пряча лицо в шее, и улыбается. — Хороший котик, ласковый лисёнок, — сюсюкает Чимин. — Замолчи свой маленький ротик. Чимин вновь громко смеётся, приподнимается, хватаясь ладонями за щёки старшего, смотрит прямо в глаза. Юнги смущённо улыбается. — Так люблю тебя, Юнги-я… — шепчет он и целует в губы. — Я тоже люблю тебя, малыш. — Сильно-сильно? — Безумно сильно, — отвечает Юнги и снова затягивает в нежный поцелуй, даря всю свою любовь этому капризному, милому и самому любимому парню на свете.