nonsense

— Господин Хван, господин!.. Хёнджин слегка потянулся в сторону распахнувшейся двери, но писать свои пометки не прекратил. Он ненавидел, когда студенты врывались просто так на кафедру, без предварительного стука. Пусть он пока не был профессором, а лишь аспирантом, надеялся на чуть более уважительное отношение младших. — Там девчонки на этаже дерутся! Ручка замерла на трети слова «частнопредпринимательский» и Хёнджин быстро поднялся со стула. Он моментально переступил через залежи распечатанных дел для постановочных судебных процессов, что разыгрывали студенты старших курсов юридической школы, и выскочил в коридор, следуя за старостой, что за ним пришёл. Вопли и шлепки послышались ещё на середине коридора, заставив Хёнджина перейти на бег, и он едва не влетел в густой и узкий круг студентов, жаждущих посмотреть, чем всё закончится и кто кого добьёт. Аспирант был достаточно высоким, чтобы за чужими головами увидеть Ын ДжиЫль, что бездумно махала кулаками, пытаясь держать соперницу на расстоянии, а Квон СонА наступала с очень хмурым видом. — Прекратите! — громко сказал Хёнджин, расталкивая студентов руками. — Зрители хотят быть первыми в очереди в кабинет декана? Сейчас запишу всех желающих… Толпа стала понемногу рассасываться, а растерянная ДжиЫль пропустила шлепок по лицу. И пропустила бы ещё один, если бы Хёнджин не поймал СонУ за кисть и не оттянул подальше. — Вы обе тоже хотите к декану? — строго спросил он, буравя то одну, то другую девушку взглядом. — Господин Хван, — у ДжиЫль в глазах были слёзы, а на голове настоящий бардак. Кого-то здорово оттаскали за волосы. — Это всё СонА! Она напала на меня… — Не ври, тупица! — Тш-ш, — шикнул Хёнджин, обрывая начало новой словесной ссоры. — ДжиЫль, тебе лучше привести себя в порядок, а ты, СонА… Он сжал губы в тонкую линию, впервые обращая внимание на внешний вид девушки. Её тоже пару раз за волосы дёрнули, на шее красовались красные полосы царапин, и правая щека раскраснелась. У Хёнджина от её вида перехватило дыхание и в горле пересохло. Он знал, какая она драчунья на самом деле, но не думал, что ввяжется в драку посреди учебного дня. — Пойдём со мной за аптечкой, — решительно сказал он. Одной рукой продолжая сжимать кисть СонЫ, другой он подтолкнул её в спину. Уходя, он оглянулся, чтобы ещё раз окинуть взглядом собравшихся у двери студентов, прищуренными глазами намекая, что всех запомнил и на всё ещё может пожаловаться. — Я правда не нападала первой, — забурчала СонА, когда они отошли чуть дальше. — Клянусь! Эта сучка схватила меня за волосы в туалете, доказывая, что у меня что-то с Йонылем, а этот кобель помогал держать двери, чтобы я не смогла выйти!.. — Я верю тебе, — оборвал её возбуждённый голос Хёджин, открывая двери и снова подталкивая её в спину. — Но обязательно было терпеть? Ты не могла начать громко кричать, чтобы кто-то из профессоров услышал, или ударить ДжиЫль так, чтобы у неё сил не было колотить тебя дальше? Горечь в его взгляде могла растрогать кого угодно, и губы СонЫ вдруг изогнулись в улыбке. — Так и знала, что ты будешь переживать. Её слова вызвали у Хёнджина тяжёлый вздох. Она пострадала, а умудрялась радоваться тому, что заставила его нервничать. — Садись, — приказал он, указывая на свой стул. — Подготовь все места, которые я должен обработать. — Такой заботливый… — хмыкнула СонА, бросая сумку под стол, присаживаясь и сразу заглядывая в тетради и лекционные материалы, что изучал Хёнджин. Он тем временем открыл один шкафчик, потом второй, находя белый ящичек с бактерицидными пластырями, бинтами и антисептиками. Его нередко использовали и опустошали, потому что медсестры в этом корпусе не было, а до главного было далеко идти. — Я не заботливый, — возразил Хёнджин, подтягивая к рабочему столу другой стул, чтобы сесть рядом. — Как старший, я обязан тебе помочь. — Конечно, как старший, — передразнила его СонА. — А не как мой трусливый бывший… Хёнджин на секундочку прикрыл глаза, приказывая себе не реагировать на её слова. Она лишь старалась упрекнуть его расставанием, поскольку впервые за долгое время им удалось остаться наедине. — Я не трусливый, — спокойно проговорил он, налив на тампон так много антисептика, что тот стал капать на пол. — Тогда ты хочешь сказать, что бросил меня по какой-то весомой причине, а не из-за того, что общаешься только с преподавателями и собираешься стать здесь профессором? — она раздражённо трясла головой, мешая Хёнджину обрабатывать царапинки на шее. — Ведь я для тебя теперь всего лишь очередная студентка, у которой ты раз в две недели читаешь коротенькую и тупую лекцию… — СонА, пожалуйста, не начинай. — После бакалавриата тоже пойду в магистратуру, а потом в аспирантуру, — её голос сочился возмущением. — И начну встречаться с настоящим профессором тебе назло, понял? Он неосознанно сжал тампон пальцами, и холодные спиртовые капельки заструились по шее СонЫ, стекая к разрезу на блузке и исчезая где-то там. Она от этого вздрогнула. — Я знаю, что ты всё ещё расстроена, — Хёнджин нервно сглотнул, вдруг ощущая себя как-то неловко из-за того, что она запрокидывала голову, подставляя ему свою шею, а он совершенно нечаянно во всей красе разглядывал родинки, которые так любил целовать раньше, и пялился в разрез, гадая, что именно впитало антисептик — блузка или лифчик. — Но мы оба сошлись во мнении, что важнее окончить университет, чем встречаться, так что неразумно до сих пор говорить об этом. Как и фамильярничать со мной. СонА оттолкнула его руку, отклоняясь и откидываясь на спинку стула. Её свирепый взгляд перекинулся на стопки листов и статуэтку в виде богини правосудия Фемиды. Рассматривая весы, она стиснула зубы, сдерживая слова ненависти, что норовили соскользнуть с языка. Как же её злил и бесил Хван Хёнджин. Что ни слово, то очередная бессмыслица. — Ладно, — выпалила она несколько секунд спустя. — Я поняла. Я больше не буду тебя трогать. И разговаривать с тобой. И вообще, наверное, лучше попробую с Йонылем. Он лишён совести, как и ты, но хотя бы не боится осуждения со стороны незнакомцев… Она встала, намереваясь уйти, но Хёнджин продолжал сидеть в проходе, а позади был ещё один стол. — Ты вспыльчивая и бездумно раскидываешься словами, дерёшься с одногруппниками и прогуливаешь мои пары, — чётко проговорил он, поднимая голову, чтобы взглянуть на неё. — Правда считаешь, что мы расстались по моей вине? — Разумеется, — сразу нашлась СонА. — Если бы ты не беспокоился о том, как на тебе отразится моё поведение, а просто любил меня, как это было всегда, я бы, может, и постаралась быть менее вспыльчивой, думать, прежде чем говорить, и избегать драк. Хотя насчёт последнего… Я и так била, чтобы следов не осталось и на меня нельзя было пожаловаться. Хёнджин прерывисто выдохнул. СонА выжимала из него остатки стоического терпения так же, как он выжимал остатки антисептика из тампона. — И ты бы перестала прогуливать мои пары? — предположил он. — Это нет. У меня подработка во время твоих пар. И тебе могло бы быть неудобно видеть меня в аудитории, — она заправила взъерошенные и спутанные пряди за ухо, открывая ещё больше царапин на шее, до которых он пока не добрался. — Было бы неловко, если бы я отвлекала тебя от лекций своей красотой. Он быстро прикусил нижнюю губу, но СонА всё равно успела заметить тень улыбки, которую он так старался скрыть. — А теперь жалей, что ты можешь видеть меня только такой, — высокомерно буркнула она. — Обещаю стать ещё хуже… — Не нужно, — почти со стоном выдал Хёнджин, дотягиваясь до стула и легонько похлопывая по нему ладонью. — Присядь и дай мне закончить. Нужно хорошенько всё обработать. ДжиЫль оставила столько царапин... — Нет, спасибо, — СонА сделала шаг в его сторону, намереваясь припугнуть или как-нибудь сдвинуть его с места, но вся её решительность куда-то испарилась, когда Хёнджин рефлекторно поднял руки, в попытке остановить опуская ладони на её бёдра. — Сядь, — повторил он. СонА хотела противостоять ему до последнего, но Хёнджин слегка надавил руками, и на его лице таки появилась улыбка. Не слишком широкая и счастливая, но такая расслабленная и милая, что грех было не любоваться ей, пока он сам любезно предоставлял такую возможность. СонЕ от этого становилось тоскливо. Воспоминания о том, как хорошо складывались их отношения и как закончились, заставляли сердце беспокойно ворочаться в груди, буквально крича: «Посмотри, как неудобно мне, когда он так улыбается! И как у него наглости хватает?» — Ты правда собираешься начать встречаться с профессором? — спросил он, опять хватая из аптечки баночку с антисептиком. — С кем именно? Кто тебе приглянулся? Сорокапятилетний профессор Квон? Шестидесятилетний профессор Ан? Или тебе по душе женатый профессор Кан? — Профессора есть не только на нашей кафедре, — язвительно сказала СонА. — И когда мне будет тридцать, можно будет подумать и о сорокапятилетних. Хёнджин понимающе кивнул, прикасаясь тампоном к одним и тем же царапинам по десять раз, только бы не пришлось говорить, что он закончил, и отпускать её. С тех пор, как он предложил расстаться, они редко виделись. Ему не хотелось её раздражать лишний раз, а СонА и не пыталась за ним бегать. — Может хватит уже? А то дыру мне там протрёшь… Она отстранилась и уставилась на него, уже менее улыбчивого, чем пару минут назад. Его внимательный взгляд изучал, настораживая своей проницательностью. О чём он думал? Что она красивая? Что она раздражающая? Что она ничуть не изменилась за эти недели, что они изредка сталкивались в коридорах, в столовой или в аудиториях? — Ты всё ещё волнуешь меня, — сказал Хёнджин. Его полные губы растянулись в вялой улыбке. Он не хотел говорить с ней об отношениях, но в итоге казалось, что именно поэтому у них всё и развалилось. — Ты нравишься мне, — пожал он плечами, тут же находя даже более подходящие слова: — По-прежнему люблю тебя. Но ты и сама знаешь, что всё непросто. Я под надзором профессора Кана здесь и в прокуратуре, а он не приемлет подобного на рабочем месте и очень строг в отношении любовных дел. Не хочу, чтобы у тебя или у меня были неприятности. — Боишься, что он нас нарочно завалит? — понизив голос, спросила СонА. — Хочешь напишем на него анонимную жалобу? Даже две. Или четыре, если ты, конечно, умеешь мало-мальски левой рукой писать… У Хёнджина вырвался гортанный смешок. Он сдерживал себя слишком долго, а теперь как-то расслабился. — Нет, — отмахнулся он, — я нуждаюсь в нём как в консультанте, пока работаю над диссертацией. СонА недовольно скривилась. — Говоришь, что всё ещё любишь, но мне кажется, что к профессору Кану твоя любовь в разы сильнее… Она выглядела такой милой, когда обижалась. Невыносимо милой и привлекательной. — Моя любовь к тебе не меняется вне зависимости от того, вместе мы или нет, — сказал Хёнджин. — А профессора Кана я люблю только когда он меня поддерживает и хвалит. — Так ты предлагаешь нам и дальше притворяться чужими? — вздохнула СонА. — Даже если я передумаю идти в магистратуру и аспирантуру здесь? Даже если единственный будущий профессор, с которым стану встречаться, это ты? Он снова сделал это. Снова пожал плечами. — А чего хочется тебе? Встречаться тайно? Закон подлости точно столкнёт нас с кем-нибудь. В университете или за его пределами. СонА ухватилась за лацкан пиджака Хёнджина, глядя на него с привычным недовольством. — Почему ты такой пессимист? — Я прагматик. — Нервный пессимист. Он нахмурился, говоря: — Не понимаю, ты пытаешься меня соблазнить или обидеть. Чтобы у Хёнджина не оставалось сомнений, СонА дёрнула рукой, притягивая его вплотную и впечатываясь быстрым поцелуем в его губы. — Пытаются тебя соблазнить второкурсницы, когда бегают сюда по поводу и без, а я взрослая, серьёзная женщина, и ты уже давно соблазнён мной. — Женщина, — прыснул Хёнджин, сжимая губы и растирая по ним поцелуй и заодно гигиеничскую помаду СонЫ. — Ревнуешь меня к второкурсницам? — Уже целых четыре недели. Хёнджин потупил виноватый взгляд в их соприкасающиеся колени. Ему удавалось сохранять дистанцию на протяжении месяца, и всё перечеркнули какие-то десять минут в пустом кабинете. — Прости, — проговорил он тише, — я не рассчитывал, что ты будешь думать обо мне так долго. Ты красивая, умная и не можешь не привлекать к себе внимание. Ты уже двести раз должна была найти кого-то и начать встречаться назло мне или по любви… — Если ты отошьёшь меня снова, я так и поступлю, — опять пригрозила СонА. Хёнджин быстро замотал головой, отрицая её догадку. Он не планировал её отшивать. Какой смысл, если его чувства ни капельки не изменились? — Нет, давай не будем заниматься ерундой, — мягко сказал он. — Хочешь снова встречаться? — Тайно? — Настолько тайно, насколько это возможно. СонА радостно взвизгнула, подаваясь вперёд вновь и в этот раз целуя дольше и чуть глубже, обхватывая нижнюю губу Хёнджина и легонько прикусывая. Ей было хорошо известно, как ему нравилось подобное. — Ну всё-всё, — он нехотя отстранился, приглаживая её волосы и стараясь причесать их пальцами. — Студентка Квон, ты должна достать где-нибудь лёд и приложить его к правой скуле, а ещё сделать что-нибудь с причёской. У тебя ведь сегодня ещё одна пара? — Да, освобожусь в половину пятого, — просияла она. — Тогда… — он выкинул ватный тампон и закрыл аптечку, ставя её к себе на колени. — Без десяти пять нечаянно столкнёмся у входа в метро? Возле касс. — Нечаянно, — закивала она, вставая со стула и снова пытаясь выбраться к выходу. В этот раз Хёнджин не стал её задерживать и вернулся к тому шкафчику, из которого взял аптечку. Он ставил её на верхнюю полку, когда СонА открыла двери и быстро поздоровалась с кем-то. — О, господин Хван, вы ещё не закончили с проверкой работ? — спросил профессор Кан, проходя вглубь и кладя рабочий портфель на стол у окна. — Закончил и уже начал готовиться к завтрашней лекции, — натянуто улыбнулся Хёнджин. Хотелось выдохнуть с облегчением от того, как вовремя закончились поцелуи и разговоры о тайных свиданиях. Он переживал бы, если бы их поймали в двусмысленном положении друг напротив друга. — Ваша девушка заходила? — полюбопытствовал профессор Кан. — Что?.. Студентка Квон? — глаза Хёнджина округлились. — Она не моя девушка, она просто зашла за аптечкой… — Не ваша девушка? С каких пор? Я слышал, вы встречались с прошлого года. — Слышали? — ещё больше удивился Хёнджин. Профессор выложил на стол папку с бумагами, отбирая часть для чтения на сейчас, а часть откладывая на край стола. Он оставался невозмутимым. — Даже видел. Раньше вы постоянно ездили домой вместе. Пару раз со мной в одном вагоне. Вы меня не замечали? Влюблённые действительно настолько слепы? Он постарался выглядеть разочарованным, но очень скоро старческие морщинки вокруг губ разгладились из-за добродушной улыбки. Было забавно, что они его ни разу так и не заметили, хотя садились они на одной станции. — И вы не злитесь? — поражённо спросил Хёнджин. — Вы же ругали меня за то, что у меня ни грамма профессионализма, поскольку я был дружелюбен с младшими студентками. Вы говорили, что если я хочу стать преподавателем, я должен смотреть на учащихся или как на коллег, или как на неразумных детей… — Вы и правда были слишком дружелюбны как для того, у кого есть девушка, — прочистив горло, сказал профессор Кан. — Это не моё дело, но я волновался, что из-за повышенного внимания будет сложно избежать недоразумений в отношениях. Вы только начали в этом семестре проводить лекции, а студентки за вами по пятам ходят... — Так вы не против? — досада в голосе Хёнджина была неуместна, но он был слишком расстроен тем, что всё превратно понял в первый раз. — А должен? Как я уже сказал, это меня не касается. Простите, что делал вам замечания. Уверен, вы ответственный молодой человек и не станете заглядываться на других, когда у вас есть студентка Квон. Два коротких стука в двери предшествовали заглянувшей в кабинет улыбчивой СонЕ. Она уже достала где-то бутылку холодной воды и прижимала её к правой щеке. — Прошу прощения, я забыла здесь сумку, — сказала она, едва ли не на цыпочках забегая и присаживаясь у стола, чтобы забрать свою вещь. Перед уходом она почти незаметно подмигнула Хёнджину и с широченной улыбкой поклонилась профессору Кану. Если бы им правда пришлось поддерживать тайные отношения, она сдала бы их в первые же пять минут. — Искренне надеюсь, что та драка в коридоре, о которой все говорят, была не из-за вас, — весело хмыкнул мужчина, как только закрылись двери. Хёнджин ещё какие-то пару секунд поглядывал на них, гадая, не додумается ли СонА заглянуть за чем-нибудь ещё, заставив его щёки гореть сильнее. — Профессор Кан, могу я попросить вас об одолжении? — Хёнджин нервно дёргал за низ подскочившего пиджака. — Не могли бы вы сделать вид, что не знаете про нас? Во избежание ещё одной драки в этих коридорах. СонА от него мокрого места не оставит, если узнает, что они могли встречаться всё это время, без глупого расставания на месяц. — Даже если студентка Квон так очевидно с вами заигрывает? — Да, пожалуйста. Профессор Кан согласно кивнул, подталкивая листы с края стола ближе к Хёнджину. — Без проблем, если вы тоже окажете мне услугу и почитаете это дело со мной. Очень любопытное, вам понравится.