I'm in love with your brother

— Волнуешься? — Немного. В поле зрения Хао попадает родной дом: двор уже был украшен гирляндами и игрушками, снег немного припорошил дорогу для атмосферы, а радио в машине проигрывало в десятый раз новогодние песни. Младший утепляется шарфом перед тем, как покинуть машину. Влажность в Пусане заставляла съёживаться от холода, так что дрожали даже кости. — Встретимся вечером? – Ханбин протягивает Хао сумку из багажника и закрывает его. — Не скучай сильно. — Не пались сильно, – младший тяжело выдыхает, закатывая глаза. Несмотря на то, что все друзья были в курсе их отношений, раскрываться перед родителями они пока не спешили. — А вот это будет трудно, – Сон тянется в крайний раз для поцелуя, пока их приезд ещё никто не заметил. Нежно и трепетно перебирая губами, старший запоминал каждый сантиметр кожи, к которой его подпустят ещё очень нескоро. — До вечера, Звёздочка. Быстрые объятия с Юджином, переброс стандартными фразами о делах и побег домой от глаз тёти Сон. Хао не стеснялся, но лишний раз попадаться не хотел. Зато его мама уже ждала с подготовленной доской и заточенными ножами на кухне. Совместное приготовление новогоднего ужина – главная традиция в их семье. Хао любил эту традицию ещё потому, что они всегда включали с мамой подборку её любимых рождественских песен и вместе напевали их, пока готовили. Вот и сейчас, слушая мелодичный голос мамы и немного подпевая сам, Чжан наслаждался домашним уютом. Он правда успел соскучиться по дому. — Ну как, он хорошо о тебе заботится? – дорезав очередную порцию овощей, мама разворачивается к сыну и скрещивает руки на груди. — Кто? — Твой парень, – по взгляду понятно, что она не шутит. Хао нервно сглатывает, включая привычный режим «дурочка». — Какой ещё парень? – под таким строгим взглядом органы парня сдавливались, выпрашивая возможность выбежать наружу, а сердце заходилось от волнения. — Это не твоя кофта, Чжан Хао, и не смей меня дурить, – женщина подошла ближе и оттянула одежду Хао в плечах. — Она буквально в два раза больше твоего размера. — Я просто люблю оверсайз, – мысленно Чжан проклинал Ханбина, который сам же вручил ему эту кофту с утра. Хао изначально сказал, что смешивать их гардероб было не лучшей идеей. — А я просто твоя мама, которую нельзя обмануть, – от парня немного отступают, давая возможность набраться сил или же сбежать. — Ну так, ты мне не ответил. — Да, – на лице Хао проступает скромная улыбка, которую он просто не смог сдержать. — Он хорошо заботиться обо мне. — Хорошо, – облегчённый выдох помогает и Хао расслабиться, пока мама не добавляет: — В следующий раз, если ты не приедешь с ним, то я тебя в дом не пущу, – парень пытался что-то вставить в ответ, но его быстро затыкают одним только взглядом. — Я всё сказала, мне нужно познакомиться с будущем зятем. — Хао, ты забыл сумку в машине, – совершенно не вовремя на кухне появляется виновник допроса – Сон Ханбин с вещами младшего в руках. — О, здравствуйте, тётя Чжан. — Привет, Ханбин-и. Как у тебя дела? – резкое переключение внимания на Ханбина ненадолго спасает от разговора о парне. — Всё отлично, – старший улавливает взволнованный взгляд Хао и лишь бровями спрашивает, случилось ли что-нибудь. Но быстро получив отрицательный кивок, возвращает своё внимание к собеседнице. — Мама попросила напомнить вам взять столовые приборы к ужину. — Ах, точно, спасибо, дорогой, – получив пару заботливых хлопков по плечу, Ханбин оставляет сумку в коридоре и спешит покинуть чужой дом. — Вот и познакомились, – Хао произнёс это шёпотом, но по округлившимся глазам осознал, что, наверное, это было громче, чем он планировал. — Чжан Хао, ты сейчас шутить надо мной? – по взгляду он не мог понять, как именно мама собирается отреагировать на его признание. — Прости, – не зная за что он извиняется, Хао спешит снизить накал изначально. — Ты и наш Ханбин-и, – мама продолжала пялиться в одну точку, связывая всю информацию воедино. С каждой секундой Хао было всё тяжелее стоять, а тишина била неприятным писком по ушам. Парень пару раз бросает взгляд на коридор, в котором не так давно исчез Ханбин, и думает над планом побега за своим парнем. И в тот момент, когда он уже решается сдвинуться с места, мама резко поднимает на него потеплевший взгляд и смеётся: — А я и думаю, какая-то уж очень знакомая кофта. Я даже не могла подумать, что вы… — Мам, давай закроем эту тему, пожалуйста, – Хао хотелось спрятаться в эту чёртову кофту, накрыться капюшоном и больше никогда не вылезать оттуда. — Я жутко стесняюсь. — Не думала, что он воспримет мою просьбу так буквально, – с довольной улыбкой на лице женщина возвращается к своему месту и продолжает нарезать овощи, как ни в чём не бывало. — Что? Какую просьбу? — Ты прав, малыш, если тебя смущает эта тема, то закроем её, – улыбка мамы стала ещё шире, а глаза Хао – ещё больше любопытны. Он продолжал смущаться, но желание знать было сильнее. — Ну, мама, какая просьба? – сын немного потягивал женщину за рукав, вызывая у неё яркий смех. — Как сразу оживился, – оставив нож на столе, мама встала напротив него и глубоко вздохнула. — Перед тем, как ты отправился в Сеул, я попросила Ханбина присмотреть за тобой, – шокированные глаза Хао пересеклись с заботливым маминым. — Чтобы ты не попал в плохую компанию, не потерялся или не нашёл себе неподходящего парня, – женщина подходит к сыну ближе и мягко поглаживает его по волосам. Как быстро бы он не вырос и каким бы взрослым себя не считал, она всегда будет видеть в нём её маленького ребёнка. — Хао, малыш, твои прошлые отношения…, – её немного передёргивает. Мама старалась подобрать правильные слова, чтобы не ранить чувства сына. — Я ничего не имею против твоего выбора и всегда на твоей стороне, но я просто не хотела, чтобы ты ещё раз пострадал, – нежная рука перемещается на тёплую щёчку Хао, отчего женщина ласково ухмыляется. — Именно поэтому я попросила Ханбин-и, чтобы он и за ухажёрами твоими следил. — Ты правда ему это так сказала? – Хао понимал её заботу и очень ею дорожил, но уже только от одного представления, как его мама говорит эти слова Ханбину, у него вызывается приступ стыда и желание захныкать от смущения. — А что мне оставалось делать? Он был единственным, на кого я могла бы положиться. — Какой стыд, – руками Хао закрывает своё раскрасневшееся лицо. — Я же не думала, что он так воспримет мою просьбу, – под тяжёлый вздох сына она продолжала смеяться. — Знаешь, так даже лучше. Ему я могу доверить наше сокровище, – заботливые руки мамы снова возвращаются на щёки Хао, вынуждая того поднять свою голову. — Ханбин-и хороший парень. — Угу, – Хао плотно сжимал губы, продолжая принимать всю неловкость ситуации. — Всё ладно, не буду тебя смущать. Оставь всё, как есть, бери друзей и идите на каток, пока не стемнело, – рабочее место парня быстро прибрали, а его самого вытолкнули в коридор, приказав собираться на улицу. — В конце концов, мой сынок приехал отдохнуть, а не работать. С сумками для коньков на перевес четверо парней не спеша шли по улице, поделившись по парочкам. Юджин что-то бурно обсуждал с Гювином; по предположениям старшего, они обсуждали подаренную им младшему брату приставку. По отрывкам их разговора про новую часть человека-паука Хао понял, что друзья уже планировали, какие игры испробуют первыми. — Моя мама знает про нас, – Чжан решает начать их разговор с самой горячей новости. Ханбин же должен знать, что происходит, если заметит хитрый взгляд мамы на него. — Ты уже рассказал? — Это случайно получилось, – он правда не хотел, всё вышло как-то само. — И что она сказала? – старший подошёл чуть ближе, чтобы взять чужую ладонь в свою и засунуть в карман. — Не сказать, что она была рада твоей кандидатуре, – Хао решает взять от этой нелепой ситуации всё и устраивает небольшое представления для себя самого. Он делает самое напряжённое лицо, отыгрывая страх перед Соном лучше, чем когда-либо мог. — Я так понимаю, на ужин мне сегодня лучше не приходить, – Ханбин нервно сглатывает, сжимая ладонь младшего сильнее. — Я бы даже сказал, что она против наших с тобой отношений, – ещё немного и он пустит самую фальшивую слезу в своей жизни. Такое разочарованное выражение, так ещё и с тяжёлыми вздохами. Хао уже пожалел, что не пошёл на актёрский. — Что будем делать? — Ну, – старший выпускает его руку из кармана и ненадолго замолкает, обдумывая сложившуюся ситуацию. — Тогда нам надо расстаться. — Что? – резкая остановка и по-настоящему расстроенный взгляд. Больше Хао играть не пришлось. — Раз она против, то бороться бессмысленно, – напряжённые мышцы лица, сжатые скулы и кулаки – Ханбин не шутил. — Но хён…, – фальшивая слеза скатывается к кончику носа, оживляя его наигранный образ своей реалистичностью. Пару секунду они смотрят друг на друга, пока их друзья уходят всё дальше от них. — Первый меня обманул, вот и получай, – нахальная улыбка и быстрые объятия сбивают Хао с толку. — Я слышал ваш разговор, так что твой спектакль тут был зря. — Сон Ханбин! Знаешь, кто ты?! – младший вырывается из чужих рук и мгновенно накидывается на Сона с кулаками. — Кто? – продолжая довольно улыбаться, Ханбин храбро принимал все нападки со стороны младшего. — Ты дурак, полный, глупый, бесящий дурак, – каждое слово отпечатывалось новой порцией ударов по плечам старшего. На крайнем Ханбин не выдерживает и притягивает лицо Хао за щёки ближе, чтобы поцеловать и успокоить его злобную буру. Он чувствует, как Чжан сопротивляется, специально сжимая губы между собой. — Прости, Звёздочка, – Ханбин отрывается от него, чтобы объясниться, и оставляет крошечный поцелуй на кончике носа. — Просто было интересно, как долго ты будешь разыгрывать меня. — А если это было правдой, – частое дыхание и надутые губы Хао заставляют Ханбина по-настоящему испугаться. Неужели он верит, что он мог сказать такое не в шутку? — Только через мой труп, Хао, как бы страшно это не звучало, – строгий тон старшего пускает мурашки по коже. — Ничьё мнение не заставит меня тебя бросить. — Не пугай меня так больше, – младший сам вжимается в парня, сдавливая его руками вокруг рёбер. — Я правда подумал, что ты хочешь расстаться, – Хао произносит невнятно, затаившись в шарфе у старшего, пока тот позволяет себе пронырнуть ладонью под шапку Чжана и пару раз провести пальцами по волосам. — Никогда, – заключает серьёзно Сон и целует парня в лоб, будто подписываясь под каждым своим словом. — Голубки, вы идёте или нам тут замёрзнуть насмерть, пока вы наболтаетесь? – Юджин был искренне счастлив за своих близких, но сейчас угроза отморозить себе конечности стояла выше всех их милых сцен. — Идём-идём, – отвечает за двоих Ханбин, возвращая руку младшего к себе обратно в карман. — Значит, ты слышал весь разговор, – продолжая путь к катку, младший всё же возвращается к предыдущей теме. — Когда твоя мама громко произнесла моё имя, я подумал, что меня зовут обратно. А когда подошёл ближе услышал отрывок разговора про свою кофту и понял, что произошло. — Я там краснел за двоих, а он подслушивал в тихую, – Хао специально впивается ногтями в ладонь парня, вынуждая того зашипеть. — Мне ещё предстоит разговор со своей мамой, так что мы квиты. — Отбил у меня всех ухажёров, значит, – вспоминая слова мамы о просьбе, Хао улыбается от реакции парня на слова. — Возможно? — Почему ты не рассказывал о вашем разговоре? — Не хотел, чтобы ты воспринимал меня, как старшего, который будет контролировать каждый твой шаг. Я просто старался быть рядом и присматривать. — Присмотрелся? — Да, теперь не могу оторвать глаз, – Ханбин совсем ненадолго тонет в чужом тёплом взгляде, не выпуская его руку из своей. В объёмной зимней куртке, красном шарфе и шапке с ушками Хао выглядел до невозможности умилительно. — Какие же вы тошные, – закатывая глаза, Гювин бросает свою сумку рядом с катком. — Согласен, – бросив свои вещи рядом, Юджин скрещивает руки на груди. — В следующий раз идём без них. Им крупно повезло, что предновогодняя суета помогла заточить всех по магазинам и домам. Почти пустой каток был в их полном распоряжении, только одна парочка каталась где-то в другом конце, периодически целуя друг друга в покрасневшие от холода щёки. Быстро переобувшись, Юджин и Гювин выскакивают на лёд, нарезая круги по пустой площадке. — Ты умеешь кататься? – Ханбин затягивал шнурки на чужих коньках, продолжая улыбаться от довольных визгов младшего брата на льду. — Крайний раз я катался в средней школе, не знаю, вспомню ли я сейчас что-то, – Хао нервничал, выходя на лёд, поэтому не мог отодрать себя от рук старшего. Сон только тихо смеялся с очень напуганного вида парня. — Я хорошо катаюсь, не переживай, не дам тебе упасть, – старший тянет его за обе руки, выводя на середину катка. — Попробуй докатиться до меня сам, проверим твои способности. Младший сжимает руки в кулаки, сосредотачиваясь глазами на отрывке льда между ними. Первый толчок и Хао чуть теряет равновесие, Ханбин порывается на помощь, но быстро одёргивает себя, заметив, как младший выпрямляется и катиться дальше сам. Второй толчок помогает мышцам Чжана вспомнить какие-то основы и продолжить своё скольжение, уже отталкиваясь двумя ногами. Ещё пару шагов и у Хао получается нарастить скорость, а улыбка расцветает на его лицо от осознания своих умений. Младший уверенно подъезжает к парню, делая круг вокруг него и останавливаясь чётко напротив удивлённого лица Ханбина. — А говорил, что не вспомнишь. — Наверное, я в прошлой жизни был фигуристом, – Хао ярко улыбается, утягивая старшего за собой на другой конец катка. Немного опасно, но он разрешает себе взять Ханбина за руку и плавно катиться с ним, как одно целое. Лёгкий снег оставался на ресницах, предавая картине перед глазами сказочности, а темнеющая улица начинала освещаться яркими гирляндами. Разноцветные огни плавали в тёмных глазах, смешиваясь в красочный оттенок счастья. Хао казалось, что более романтичной атмосферы он больше не переживёт, поэтому отпускает руку старшего и откатывается на пару метров. Растерянный Ханбин останавливается, взглядом спрашивая «что ты делаешь?». — Поймаешь? – тихо спрашивает Хао, отъезжая всё дальше от старшего по катку. — Поймаю, – отвечает Ханбин с полной уверенностью, что он упадёт на спину и что-то точно себе отобьёт. Младший демонстративно наклоняется вперёд и набирает скорость, практически летя в сторону Сона. Парень только нервно сглатывает, но руки раскрывает шире. За несколько метров от себя Ханбин слышит резкий звук скольжения и видит, как Хао быстро тормозит перед ним, заворачивая себя в сторону. — Испугался? – Хао стоял в пару сантиметрах от старшего, пока за его коньком красовался огромной след от резкой остановки. — Я же знаю, что мы бы упали, глупый, — тёплый смешок раздаётся прямо над ухом Ханбина, когда младший всё же обнимает его. — Но спасибо, что хотел меня поймать, – старшему не дают ответить и утягивают в горячий поцелуй с обмороженными губами и тихими причмокиваниями. — Ким Гювин!! — Прости, прости, прости, прости. Они тут не одни. Хао совершенно забыл, что пришёл сюда со своими друзьями, из-за этого быстро откатывается от Ханбина, краснея от смущения. Перед глазами был сидящий на коленях Юджин и вьющийся от волнения рядом с ним Гювин. — Что случилось? – Ханбин подлетел так быстро, как мог. — Этот дурак врезался в меня, – младший садится на лёд, демонстрируя окровавленную коленку и поцарапанные ото льда ладони. — Больно, блин. — Прости меня, пожалуйста, я не заметил, что ты повернул в другую сторону, – Гювин суматошно переминался с коленки на коленку и пытался помочь другу как-то подняться. — Мне с тобой общаться противопоказанно, – Юджин болезненно вздыхает, когда его поднимают на ноги. — То голова, то колено, я так точно сломаюсь. Фигурный сезон закрыт. Парни быстро переобуваются обратно, чтобы вернуться домой, где уже был заботливо накрыт праздничный стол. На улице совсем стемнело, а из разных концов улиц разносились новогодние песни, помогая им почувствовать сказку немного дольше. Ханбин, нагруженный теперь ещё и сумкой Юджина, всё также держал Хао за руку, наслаждаясь его теплом, как можно дольше, пока они не вернулись домой. Для них двоих дорога обратно была очень приятной и расслабляющей. Что не сказать о Гювине, который вызвался нести пострадавшего на своей спине до самого дома. — Давай ещё раз. — Прости, пожалуйста, дорогой Юджин-и. — И ещё раз. — Ах, прости, пожалуйста, дорогой Юджин-и. — Что-то я не расслышал… — Может ты опять головой ударился, а не коленом? — Гювин!! — Прости, пожалуйста, дорогой Юджин-и. — Так-то лучше. — И не дёргайся ты, а то упадём вместе, – поправляя младшего, который постоянно соскальзывал со спины, Гювин уже успел тысячу раз пожалеть о своём предложении. Да, он был виноват в его травме, но не заслужил же таких мучений за это. В конце концов, он же не специально его снёс. — О, вот и дом, – Юджин сильнее сдавливает шею друга, немного подстёгивая его по бёдрам своими ногами, как лошадь. — Неужели мы дошли, – Ким облегчённо выдыхает, ставя младшего на пороге его дома под смех старших, которые наслаждались их сценой всю прогулку обратно. — Я тогда пошёл, – только парень хочет развернуться, как Юджин затаскивает его за воротник внутрь. — Мама, принеси аптечку, пожалуйста, Вин-и опять провинился. — Что случилось? – взволнованная женщина прибегает в коридор с сумкой лекарств в руках. — Вас вообще нельзя оставлять одних вместе. Ханбин, ты же был там, почему не проследил? – его мама быстро усаживает младшего, чтобы внимательнее изучить рану. — Он уже давно не маленький, ничего страшного не произошло, – конечно же он не признается, что просто всё своё внимание отдал милому пареньку в красном шарфе и поэтому не уследил за братом. — Простите меня, – Гювин уже по привычке извиняется перед женщиной, забирая аптечку из её рук. — Давайте лучше я сам. — Хорошо, поднимайтесь тогда в его комнату, а вы…, – тётя Сон указывает пальцами на Хао и Ханбина, смиряя их деловитым взглядом. — Идите помогать нам с украшением стола, уже почти все пришли. Хао не знал, пугаться или смеяться от того, как сильно старший пытался игнорировать его присутствие и всегда строил очень серьёзный вид, когда младший появлялся рядом. Сдерживаться так же не помогала его мама, которая постоянно кидала взгляд то на него самого, то на Ханбина, хитро ухмыляясь. Когда обе семьи были в полном сборе, мама Ханбина стала усаживать всех за стол, выкрикивая имя Юджина, чтобы тот поторопился. — Сильно болит? – Гювин аккуратно смазывал рану обеззараживающим лекарством, периодически дуя на неё, чтобы уменьшить неприятные ощущения. — Конечно, дурак, – младший слегка ударяет того по спине, но через секунду сжимает его майку от новой волны боли из-за лекарства. — Прости, я буду заботиться о тебе лучше, – искренняя грусть на лице друга задевает Юджина, заставляя его приподнять лицо Гювина за щёки. — Я не серьёзно это говорил. — О чём ты? — О том, что мне с тобой общаться противопоказанно, – они редко обнимались, находя в этом действии что-то противное и неприемлемое для них, но сейчас Юджин сжимал шею Гювин, как никогда сильно. — Спасибо, что ты дружишь со мной, Вин-и. Я знаю, что со мной тяжело, и я не представляю, как ты всегда терпишь мои выходки. — Спасибо, что считаешь меня другом, – Гювин хотел сказать намного больше. В прошлой школе (читать как «прошлой жизни») он прошёл очень тяжёлый путь и перестал верить в искренность между друзьями. Встретив их компанию, Ким правда поверил в чудо, потому что не думал и не мечтал найти настолько искренних и добрых людей, которые хотят позаботиться о нём, а не навредить. Юджин – та самая крайняя частица, без который Гювин вряд ли бы смог заново поверить в дружбу. Он считал его самым близким к себе человеком, подпуская Юджина к самой тёмной своей стороне. Он был единственным, кого он вообще к ней подпустил. Но, конечно же, Гювин этого ему не скажет, потому для них задушевные разговоры об их взаимоотношениях было чем-то противным и неприемлемым. Поэтому Ким тихо выдыхает, прижимает младшего ближе и шепчет: — И спасибо, что ты у меня есть, Юджин-и. Гювина пару раз уговаривают остаться с ними, но парень каждый раз отказывается, напоминая, что его уже заждались дома родители. Теперь уже в полном составе, вместо с самым младшим, все расселись за столом, рассматривая приготовленные и очень ароматные блюда. — Мам, а к нам кто-то ещё придёт? – Юджин указал пальцами на два пустых места около Хао, предполагая, кто мог бы там быть. — Может это Мэттью-хён? – Хао усмехается, думая про себя «это вряд ли, они сейчас с Джиуном где-то в отпуске в горах». — Или Рики-хён? Он тоже классный, – «конечно, так его Сохи и отпустила с семейного ужина». — Кажется, они пришли, – раздавшийся звонок выдёргивает Хао из мыслей, а знакомые лица на пороге, вынуждают салфетку в его руках сжаться от напряжения. — Я не могла не позвать Кевина к нам в такой праздник, – счастливая улыбка Кевина ещё больше пугает Чжана, а Ханбину кажется, что сегодняшней вечер пройдёт совершенно не по плану. — Проходи, Кевин, и друга своего пропусти. Как давно Хао не видел этих глаз. Без злобы, без намёка на опьянение, даже немного счастливые – в коридоре стоял Сону. Такой, каким был ещё в день их знакомства. В голове Чжана сразу же помелькают воспоминания, когда Кевин познакомил их в канун Нового года и как они начали встречаться после лыжного курорта. Сейчас снег за окном и тёплая улыбка Сону больше травила душу, чем помогала новогоднему настроению Хао. — Здравствуйте, я просто проездом на пару дней и попросил Кевин-хёна взять меня с собой, так сказать, увидеть старых друзей, – все, в том числе и сам Сону, понимали, что от друзей тут ничего не осталось, но сделали вид, что всё в порядке и предложили парню присесть за стол. Хао видел, как палочки в руках Ханбина сжимаются крепче, чем необходимо, когда Сону занимает место рядом с Чжаном. — Привет, Хао, давно не виделись. — Да, привет, – «спасибо, что без «зайки» обошлись» – думает младший, запивая водой образовавшийся от нервов ком в горле. — Давайте накладывайте, пока не остыло. Праздничный ужин очень уютный, когда ты находишься в кругу друзей и близких. За разговорами о жизни в Пусане и Сеуле время пролетало незаметно. Взрослые не переставали говорить о том, как выросли их дети, пока те самые дети продолжали обсуждать свои планы на будущее. Когда почти всё было доедено, а все гости сыты, Сону решает воспользоваться возможностью для реализации своего плана. — Хао, можно тебя? – Сону откладывает приборы в сторону, наблюдая за реакцией Чжана. Тот кидает быстрый взгляд на Ханбина, у которого ещё немного и точно пойдёт пар из ушей. — Хорошо, – младший опускает глаза в пол, боясь встретиться с недовольным видом своего парня ещё раз. Ему тоже не нравилась эта идея, но лучше закрыть эту главу в своей жизни раз и навсегда. Хао поднимается со стула и утягивает Сону за руку в сторону кухни. — Я просто хотел извиниться. Сону переминался с ноги на ногу, что было для него несвойственно. Всегда уверенный в себе парень сейчас краснел перед Хао и изучал глазами кухонную плитку. Чжан ошибся – Сону не был таким, как в день их знакомства. Парень, стоящий перед ним, был для него незнакомцем. Хао на секунду передёргивает от мысли, что Сону сейчас напоминал самого Хао в день их знакомства: неловкий, неуверенный, немного помятый с растрёпанными волосами. — Ты не заслужил того, как я с тобой обращался. Я был глупым и не понимал, как правильно выражать свои чувства и эмоции, а когда осознал — было уже слишком поздно, – парень впервые отрывает глаза, пересекаясь с взволнованным взглядом Чжана. — Я искренне прошу прощения перед тобой. Ты очень дорог мне, а я не хочу, чтобы мы закончили на плохой ноте, – пока Хао думал, что ответить, Сону быстро убегает от него с просьбой подождать пару секунд. — Зачем? – Хао смотрел на протянутый ему пакет, пытаясь понять, какие чувства у него вызывает вся эта сцена. — Не думаю, что мои слова смогли меня искупить, подарок – тем более. Но я правда хочу закончить по-хорошему, поэтому купил твой любимый клубничный чай, – надежда в глазах парня подкупала, а добрая улыбка возвращала приятное мнение о человеке. — Можешь выкинуть его потом, я заслужил. Но я не мог не подарить его тебе, иначе Кевин бы убил меня, – Сону пускает тихий смешок, рассматривая пакет в руках Чжана. — Я так долго доставал его с этим ужином, чтобы он взял меня, и я мог поговорить с тобой. Если бы я так и не сделал этого, он бы задушил меня раньше твоих друзей и парня… Я полагаю, – Сону искал в глаза Хао ответ, который ему был так необходим. — Да, мы с Ханбином вместе, – он наконец-то признаётся в этом сам, закрывая эту тему раз и навсегда между ними. — И я очень счастлив, – парень и не спрашивал, но Хао отвечает раньше, чтобы оборвать все концы. — Я рад за тебя, Хао, – Сону позволяет себе ещё недолго разглядывать внешний вид парня, а после тщательного осмотра добавляет: — Стрелки тебе очень идут. Хао передёргивает. Он не желал ему зла и сказал это в комплимент, но у младшего внутри всё сжалось, вызывая рвотный рефлекс. Человек, который сам стирал с него эти самые стрелки, сейчас хвалил их. Сейчас, когда Хао восстановил себя по крупицам после их тяжёлых отношений. Сейчас, когда он был по-настоящему счастлив и любим. Сейчас, когда младший смог перебороть свои комплексы, благодаря Ханбину. Сону прав – Хао вряд ли сможет простить его. — Надеюсь, что ты будешь счастлив, как и я, – Чжан ставит пакет на стол, строгим взглядом оглядываясь на парня. — И надеюсь, что теперь нам больше незачем видеться. — И о чём он хотел поговорить? – Ханбин перехватывает Хао, когда тот остаётся на кухне один. Шум из гостиной доходил до них, но не тревожил, позволяя парням остаться в первый раз за весь день одним. — Бини, – младший тянется рукой в направлении парня, не отходя от кухонной тумбочки, которая служила ему подпоркой. Хао хочет рассказать ему всё: про клубничный чай, про извинения, про тошноту в горле, про стрелочки. Хао очень нуждается в такой привычной поддержке своего парня и его понимании, но сил хватает только на тихую просьбу: — Поцелуй меня. — Что? – Ханбин немного теряется, но через пару секунд быстро притягивает младшего к себе, сминая его губы немного жадно. Старший ещё больше удивляется, когда Хао сам переворачивает их, прижимая Сона к столешнице и надавливает губами сильнее. Хао хотел убежать ото всех, скрыться от чужих глаз, забыть об их разговоре с Сону и раствориться в Ханбине, позволяя себе поверить, что сейчас этот мир существует только для них двоих. Больше никого. — Я тебя люблю, очень сильно люблю, – как заговорённый повторял младший, постоянно возвращаясь к чужим губам, целуя их с новой силой. — Звёздочка, я тоже тебя люблю, – Ханбин всё же набирается сил, чтобы аккуратно оттянуть парня за плечи и заглянуть в его опустошённые глаза. — Что у вас случилось? — Да ничего особенного, – Хао всё же набирается сил, чтобы открыться в своих мыслях. — Он просто извинился за свои прошлые поступки и подарил мой любимый чай, а я просто задумался, – старший хочет спросить, но понимает всё без слов. Хао ответит ему, только нужно немного подождать. Младший пару раз вздыхает, сдавливая сильнее пальцами кожу Ханбина на плечах. — Помнишь мой день рождение, когда мы отмечали у океана? Мы с тобой ехали в машине, а я рассказывал тебе о том, что Сону мой парень и как мы с ним познакомились. Тогда я не хотел признаваться себе в этом, но почему-то говорить тебе о своих отношениях было очень неловко и даже стыдно. Я думал, что это всё из-за того, что ты старше, и обсуждать с тобой любовь так же неловко, как с родителями. Но сегодня, когда Сону спросил меня о тебе, я понял, что не в возрасте было дело, – краснота опять проступает на щеках Хао, но в первый раз не из-за смущения. Искреннее признание в чувствах; осознание того, что с ним произошло; радость за себя и свою любовь – Хао понял, что стал самым счастливым человеком, встретив Ханбина. — Ему я так легко признался, что ты мой парень и что я с тобой счастлив. Мне было плевать, что он скажет в ответ или что подумает о нас с тобой. А когда я признавался в отношениях с ним тебе, я хватался за каждое твоё слово. Мне было важно знать, как ты относишься ко мне. Мне всегда был важен именно ты. — Для меня ты важен не меньше, – Ханбин утыкается носом в ложбинку между ключицей и шеей, покрывая кожу ласковыми прикосновениями губ. — Мне кажется, что твоё мнение всегда было для меня решающим. Ты с самого детства имел очень большое влияние на меня. — Сказал бы раньше, я бы сразу попросил меня поцеловать, – Хао слышит приятный низкий смех парня, притягивая его ещё ближе к себе в объятиях. — В начале я правда много думал о том, что было бы, если бы твои первые отношения были со мной, – оторвав голову от младшего, Ханбин останавливается в паре сантиметрах от его лица. — Но в итоге пришёл к мысли, что ты есть у меня сейчас и неважно, как долго мы к этому шли, – улыбка старшего тонет в очередном поцелуе, когда Хао тянет его за дурацкую новогоднюю кофту, заражаясь такой же счастливой улыбкой. — Всё-таки я не ошибся, рассказав ему про дневник? – такой же счастливый Кевин стоял со штопором в руках. — Хён, ты что подслушиваешь? — Твоя мама порывалась прийти сюда, так что скажи «спасибо», что я вызвался пойти за вином сам, – Кевин по-хозяйски открывает шкафчик рядом с ними и забирает пару запечатанных бутылок. — И где моя благодарность, что я вам помог? — Ты выдал мой секрет, я оставил тебя без благодарности – мы квиты, – Хао, как ребёнок, вытягивает язык, дразня своего друга. — Ханбин-хён, ты плохо на него влияешь. Он стал жутко невоспитанным. — Вообще-то я…, – младший рвётся постоять за себя и за парня, но Ханбин быстро закрывает ему рот рукой и заводит Хао за спину. — Кевин, спасибо, – возмущённые глаза и сведённые брови показывали всю враждебность Чжана в этот момент. Ханбин только выдыхает и опускает свою руку от чужого рта. — От себя лично говорю, потому что без твоих слов, я бы ещё долго не смог признаться, но, думаю, теперь мы сами разберёмся, кто как влияет друг на друга уже без вашей помощи. — Ладно-ладно, зачтено, – Кевин поправляет бутылки в руках и спешит покинуть облюбленное место. — Возвращайтесь обратно, а то вы тут подозрительно надолго пропали. — Хён прав, надо идти. — Ещё секунду, – старший тянется первым, прижимаясь губами к щекам Хао. Ханбин ощущал себя школьником, зажимаясь в коридорах со своим парнем в попытках спрятаться от грозных учителей. — Я уже успел соскучиться по тебе, – нежный поцелуй загорается мгновенно, снося всё на своём пути. Хао сам не понимает, как оказывается прижатым к стенке. Напоследок, Сон позволяет себе оттянуть чужую губу, ловя ушами приятный тихий стон, случайно слетевший с губ Хао. — Дома ты всегда рядом и в любой момент я могу тебя обнять и поцеловать, а тут мне нельзя сделать ничего, даже когда ты в метре от меня. Это немного раздражает. — Хён, но вообще-то это твой настоящий дом, – младший быстро поправлял взъерошенные от столкновения со стеной волосы, смотря Ханбину в довольные глаза. — Никогда не думал, что буду говорить так банально, но мой дом там, где ты. — Скоро двенадцать, давайте быстрее, – мама Хао в темпе отдаёт зашедшим и слегка покрасневшим от чувств парням бокалы с напитками. — Осталось пара минут, где вы пропали? – женщина спрашивает это машинально, не подумав о последствиях. Опухшие губы собственного сына и смущённый вид обоих помогает ей восстановить картинку событий, поэтому она также быстро покидает их с улыбкой на лице, договаривая: — Наверное, мне лучше не знать. — Хао-хён, что ты загадаешь? – Юджин ковыляет так быстро, как может, чтобы успеть обнять друга перед тостом. — Я даже не знаю, – Чжан окидывает взглядом всех присутствующих: своих родителей, близких друзей и на секунду одаривает взглядом своего парня, заставляя их обоих заулыбаться вновь. — Для счастья у меня всё есть. Может только хорошо закрыть сессию? — О, точно, мне это тоже надо, – используя плечо друга в качестве опоры, младший приподнимает свой бокал вверх, готовясь встретить новый год. — Три… Две… Одна… С Новым Годом!!! – все присутствующие кричали в унисон. «С Новым годом, Звёздочка» – произносит Ханбин одними губами, любуясь счастьем в глазах младшего. «С Новым годом, Бини» – также тихо говорит Хао, прикусывая свою щёку изнутри от нахлынувших тёплых чувств к старшему. — Бини-хён, отведи его ко мне в комнату, пожалуйста. От нового года прошёл только час, а парни уже успели выпить в три раза больше, чем взрослые: Кевин утащил Сону с собой домой, несколько раз поблагодарив за приём и чуть не упав с сугроб около дома в ожидании такси; Юджин принимал сотую попытку отодрать лучшего друга от ёлки, заставляя его уйти спать, и лишь практически трезвый Ханбин не мог упустить шанс просто любоваться своим милым парнем, пока все были слишком заняты своими разговорами и не обращали на них никакого внимания. — Не-а, я хочу к себе, – Хао отталкивает друга, укладываясь спать прямо под ёлкой. — Ладно, отведи его к нему, пожалуйста, – в отчаянии Юджин складывает руки между собой, умоляя Ханбина забрать всю ответственность за парня. — Хао-хён, надо было следить за выпивкой, завтра будешь страдать. — Как себя чувствуешь? – старший присаживается рядом с сонным комочком, по привычке запустив свои пальцы в мягкие волосы с запахом клубники. — Голова не кружится? — Хён, понеси меня на спине, – через сон бубнит Хао, не охотно открывая глаза. — Давай, залезай. — Мой милый-милый Бини такой хороший, – Хао продолжал тыкать в щёки парня пальцами, пока тот нёс его по улице в соседний дом. — Пить будешь только со мной теперь. — Это почему? — Ты перестаёшь быть стеснительным, – Ханбин поворачивается лицом к младшему и оставляет поцелуй на его скуле. — И становишься ещё более милым, а я думал, что такое невозможно. — Я милый только для тебя, – старшему кажется, что он завоет от этого признания, пока не начинает кричать по-настоящему от внезапного укуса в шею. — Ты что делаешь? — Прости, мне просто захотелось тебя укусить. — Мы пришли, – Сон аккуратно сажает младшего на кровать и располагается рядом. — В следующий раз предупреждай, когда захочешь кусаться, а то ты меня напугал. — Прости, – Хао правда чувствовал себя виноват и выпучил нижнюю губу, готовясь заплакать. — Ты ж мой малыш, – оставшись вдвоём, Ханбин получает полную власть и сдавливает щёки парня между своих ладоней, от чего губы младшего становятся ещё более пухлыми. — Всё в порядке, не переживай из-за этого. — Хён, у меня для тебя есть подарок, – вспомнив о том, что Хао готовил последний месяц, младший сразу же трезвеет и устремляется в конец комнаты за ярким пакетом. — Получилось не совсем аккуратно, но я правда старался. — Ты сам это сделал? – Ханбин рассматривал в руках милый вязанный свитер тёмно-синего цвета. — Это очень аккуратно, – старший хотел уже утопить парня в комплиментах, но неожиданно громкий смех прерывает его. — Хён, ты дурак, – пытаясь успокоиться, Хао прикрывает рот рукой. — Я не настолько крутой, чтобы ещё и вязать хорошо, – младший ныряет в пакет рукой, доставая со дна небольшой конверт. — Это – главный подарок. Осторожно приоткрыв красиво украшенный конверт, Ханбин замечает небольшое рукописное письмо и какой-то рисунок рядом с ним. Когда бумаги оказываются на его руках, до старшего доходит, что именно лежит перед ним. Пояснительная записка помогает ему удостовериться в своих догадках. «Мой любимый Бини, помнишь я сказал тебе про парные татуировки? Я тут, кажется кое-что придумал. Надеюсь, тебе понравится :)» Небольшой рисунок отображал эскиз двух нарисованных колец: одно из них было украшено звёздочкой, второе – морской волной. Теперь Ханбин понимал, о какой неаккуратности говорил младший. Сама звёздочка была неровной, неидеальной, немного перекошенной, будто её нарисовали дети в садике, когда учителя им показали, как нарисовать звезду одной линией – от этого эскиз становился бесценным. — Я просто подумал, что было бы круто внести в татуировки какую-то нашу символику, значение которой будем знать только мы. Я – звезда, ты – волна, – Хао и сам рассматривал свой рисунок, будто видел впервые. — Когда нарисовал своё кольцо, понял, что ты у меня ассоциируешься с водой: наш разговор на день рождение или на лавочке у реки Хан после клуба, твоё предложение стать парнем у той же реки и даже твой спокойный характер. Я не знаю более подходящего человека для этой ассоциации, – младший отрывает глаза от эскиза и поднимает их к парню. — Хао, – кажется, Ханбин слишком буквально воспринял его слова про сравнение с водой, потому что из его глаз просочилось пару капель. — Это лучший подарок за всю мою жизнь. — Мы можем её поправить, это просто набросок. Края, мне кажется, надо выровнять, – Хао бегал глазами от эскиза к слезам парня, в итоге оказываясь заключённым в самые крепкие объятия. — Ни за что, – отчеканивая серьёзным тоном, Ханбин сдавливал своими руками плечи парня. — Она идеальная, самая красивая татуировка во всём мире. Спасибо, Звёздочка, – поцелуи в знак благодарности стали привычной монетой для расплаты. — Мой подарок теперь кажется таким простым, – Сон улыбался, рассматривая эскиз вновь, проводя по нему пальцем, пока Хао собственными собирал все слёзы парня. — Дай мне секунду. Чжан слышит, как быстро старший слетает вниз по лестнице на первый этаж и возвращается почти мгновенно, протягивая ему небольшую открытку. Открывая её, Хао видит небольшое послание, написанное гелиевой ручкой с блёстками, от чего тепло улыбается. «Я не знаком с их творчеством, но, если тебе не с кем будет пойти, я бы с удовольствием познакомился с их музыкой. Счастливого Нового года, малыш Хао. Я постараюсь помочь тебе исполнить каждую твою мечту» — Это же…, – под запиской Хао находит два билета на весенний концерт группы The Rose. — Как ты их достал, они же давно распроданы? — Волшебники не раскрывают своих секретов, – Ханбин улыбается, получив ту реакцию младшего, которую и представлял, когда просил у одного из организаторов эти билеты. Сон ему помог в судебном деле, а тот достал уже давно раскупленные билеты. — Я так мечтал попасть на их концерт, спасибо большое, – наступила очередь Хао душит своего парня в объятиях. — Это моя самая любимая группа. — Я помню, – старший поглаживал пальцем по расплывшимся от улыбки щекам. — Ещё с того дня рождения запомнил, когда Юджин заставлял меня выучить текст одной из их песен для твоего поздравления. — Я так сильно люблю тебя, Бини, – Хао смеётся, целуется, обнимается, наслаждается и любит, как никогда сильно. — Я люблю тебя ещё больше, моя Звёздочка, – Ханбин улыбается, тянется ближе, влюбляется и тонет в нём ещё глубже. Эта ночь ещё долго будет всплывать в их воспоминаниях, когда за окном шёл мелкий снег, дул до костей пробирающий и неприятный ветер, по улице раздавались голоса поющих от счастья нового года соседей, а они вдвоём любили друг друга и душой, и телом. Младший мысленно клянётся встретить каждый новый год вместе с Ханбином, рука об руку, душа к душе. Старший прикасается каждую секунду, обещая себе никому не отдавать его милого мальчика. Рождественская сказка в первый раз была не историей из книги, чудом в новогоднюю ночь или рассказом кого-то из знакомых за столом. Сказкой были они сами, придавая каплю волшебства всему окружающему их. Найдите сказку в себе, а магия проявится перед вами сама.