Кровь со вкусом ванили

Наш новенький, Антон Петров, оказался очень занятной личностью. Он всёк свину два раза всего лишь за 2 часа, а тот, тормоз, даже пальцем его тронуть не успел. Скажу по секрету, кровь Семена пахнет тухлыми яйцами. Это отвратительно. В итоге он выпал из нашей компании, но за то появился Антон. *** — Ну, что, Тох, пойдем гулять после школы? — я присел на край парты. Он поправил очки и поднял на меня взгляд. — Окей, только зайдем домой, я вещи соберу. — Антон поправил очки. — Всё, значит, договорились! — я улыбнулся и кивнул Бяше, что веселье сегодня не отменяется. После уроков. Мы собрались все за школой около «повешенного». Я достал пачку сигарет и протянул одну Бяше. — Только на меня не дышите. — сказал Антон, делая пару шагов назад. — Ха-ха-ха, ты прям как девчонка, на! — Бяша вставил сигарету в зубы и ждал огонек. — Ха-ха, реально — я хохотнул и зажег спичку. — Меня мама зашибёт, если дымом пропахну. — спокойно ответил Петров. Огонь поджег мою сигарету, и дым тонкой струйкой полетел в небо, растворяясь в воздухе. После, то же самое повторил Бяша. — Да ладно ты, не бойся, не пропахнешь. — я затянулся сигаретой, дым заполнил легкие, вызывая состояние легкого дурмана, сладкого и пьянящего. Ничего не заменит это чувство, ну, может только чья-то вкусная кровь. — Ром, ты прям как будто бы в раю, на. — Сказал Бяша, заливаясь смехом. — Ты сейчас досмеёшься и оставшихся зубов лишишься! — Рявкнул я, выкидывая докуренный бычок на землю. Антон стоял в стороне и еле слышно смеялся. Я что реально так выглядел? Я почесал затылок и притоптал бычок. — Ладно, пацаны, пойдемте. — Я сунул руки в карманы и направился к дыре в заборе. Казалось, что с каждым годом она становится всё больше и больше. Видимо, дыра растет вместе со школьниками. Мы пролезли через забор, и вышли на тропинку, которая вела к основной дороге. — Куда хотите гулять пойти? — послышался тихий голос за спиной. — На речку, костер хотим развести. — Я обернулся. — Может мне взять хлеб или зефирки? — он догнал меня, и мы шли наравне. — О, давай, на! — Бяша довольно засверкал. — Было бы круто еще мясо взять. — Ну, мясо тогда давай ты неси. У меня его нет. — «Все равно вы есть будете, не я» — я вздохнул, взгляд уткнулся в ноги, которые делали шаг за шагом и ни о чем не беспокоились. Прошлый год был самым тяжелым, ведь именно тогда во мне проснулась жажда. Не знаю, откуда она взялась, но, после того лета, я перестал есть еду. Она казалась отвратительно на вкус и запах, каждая попытка поесть, была мучением. Живот болел, в глазах темнело. Родители до сих пор не знают об этом. Год прошел, а я и не собираюсь им рассказывать. Спросите, как я выживал всё это время? Кровь животных не была такой сытной, как человеческая, но утолить ею голод было возможно. Зайцы в лесу лучше всего подходили, их кровь по вкусу было лучше, чем у волков или тех же медведей. Про лисью кровь можно даже не спрашивать, она воняет хуже протухших яиц. Мы дошли до дома Петровых. Нас с распростертыми объятиями встретила его сестра Оля. Когда в прошлый раз приходил к Антону, тот сказал мне принести банку сгущенки, ведь его сестра очень ее любила. Благодаря его совету, Оля теперь не боится меня, а наоборот, зовет играть. Бяша же с ней подружился сходу. Они оба на одной волне, так что им легко ладить друг с другом. Да и Оля единственная называет Бяшу по имени, Игорем. — Тоша, Рома, Игорюша! — Оля по очереди начала всех обнимать. — Смотрите, что мне папа купил! — она закружилась, новое платье красиво развивалось, напоминая ромашку. — Вау, на! Платье очень красивое, тебе идет! — Бяша взял ее за руки и они вместе закружились, словно в танце. — Да, ты в нем как Принцесска! — сказал я. Антон лишь стоял и с улыбкой наблюдал за своей сестрой. Без слов было понятно, что он рад видеть Олю в ее новом платье, ведь это он выбирал его, когда они с отцом ездили в город. — Тоша, тебе папа тоже подарок купил! — Оля взяла брата за руку и повела на второй этаж. — Пойдем, покажу. — Антон удивленно посмотрел на сестру. Мы все вместе поднялись на второй этаж, и зашли в комнату Петрова. На столе стояла запечатанная коробка. — Вот, смотри! — Оля подошла к столу и, сверкая глазами, ждала, когда Антон откроет коробку. Петров подошел к столу, коробка была небольшая, но в нее могло поместиться много канцелярии. Он достал канцелярский нож, разрезал скотч, который скрепляет коробку. — Ром… — Антон повернулся в мою сторону. — Открой за меня. — А сам? — я подошел к нему. — Хочу, чтобы ты сказал, что там будет. — Петров отошел от коробки, уступая мне место. Оля с непонимание посмотрела на меня и Антона. — Эх, ладно — я подошел к коробке и открыл ее. Внутри лежало много канцелярии и красок разных видов. Акварель, гуашь, пастель, цветные карандаши и многое другое. — Ууу, Тоха, да ты просто обязан меня нарисовать. — я широко улыбнулся и посмотрел на Петрова, который прикрыл лицо рукой. Видимо, ему было очень неловко. — Ну, что там? — взволнованно спросила Оля. — Иди-ка сюда, посмотри — я отошел от стола, чтобы все могли посмотреть на содержимое. — Вот это, да, на! — Бяша уставился в содержимое коробки, — Хороший такой подгон. — Вау, Тоша! — Оля заглянула в коробку — теперь ты точно сможешь нарисовать мне рисунок на большом плакате! — она радостно развела руки. Петров убрал руку от лица и подошёл к коробке. Он вытаскивал содержимое, и аккуратно раскладывали его по столу. Я не могу понять, рад он был или же нет. — Ладно, Ром, нарисую я тебя. — он вздохнул. Антон разложил все инструменты нужные для рисования на стол. — Позови, когда закончишь, хорошо? — сказала Оля. — Хорошо. — Антон сел на стул и приготовился рисовать. — Мы пошли! — сказал малышка, и утащила Бяшу к себе в комнату. Петров взял в руку карандаш, и периодически поглядывая на меня, начал выводить линии. Я не видел, что было на листке, какие линии там были, в какой мере они плавные. Но точно могу сказать, что в процессе глаза Антона светились, пусть даже по лицу было ничего и не понятно. Спустя 5 минут он закончил делать наброски. — Хочешь глянуть? — спросил Антон, разглядывая то, что получилось. Я подошел к нему и посмотрел на лист. На нем был я, но что-то во мне было не то. Я присмотрелся, но так и ничего не увидел. — Да ты у нас прирожденный художник, Тоха. — Я похлопал его по плечу, а после лег на кровать. — Я тогда быстренько цвета добавлю — он сел за стол и принялся работать кистью. Я угукнул, и закрыл глаза. Не знаю, замечал ли кто-то, но в комнате Антона приятно пахнет ванилью.