Вчерашний черно-красный полдень.

      Луис знал, что это важно.       То, как Тейлор аккуратно цеплялся рукой за его бежевый свитер, наклоняясь, чтобы приподнять ногу и покрепче затянуть бантик на белом кроссовке.       То, как Итан (проснувшийся несколько часов назад, но все еще сонный) выпрямлялся и натягивал на свои кофейного цвета прямые волосы мягкий капюшон от худи, мимолетно щурясь и пряча едва заметный зевок в накрытой рукавом ладони.       То, как когтевранец выглядел в белой футболке под бежевое худи и серых джинсах, как шатен ловил себе на руки очередного рыже-белого уличного кота, и как прижившийся в Хогвартсе «ничейный питомец» мазал по подбородку парня пышным хвостом, в позе Сфинкса умещаясь в чужих руках.       Рид наблюдал за действиями Тейлора неотрывно, мечтая успеть за каждым взглядом серых глаз, и слишком поздно заметил, что теперь стоящий посреди школьного коридора Итан смотрел прямо на него.             — Тебя что-то волнует? — скорее шутя спросил когтевранец, награждая мурлыкающего на своих руках кота очередной улыбкой, но взгляд от Луиса не отвел.       А пуффендуец молчал.       Он просто не мог сказать прямо: «Меня волнуешь только ты, я могу часами думать об особенностях твоего поведения и жестов». Блондин боялся нарушить то хрупкое «нечто», называемое Итаном «дружбой», испортив все одной какой-нибудь глупой фразой, например:             — Я тебя люблю.       Однажды вечером, проведя с Тейлором слишком много времени, Луис уже пытался думать об Итане. Думать так долго и так старательно, чтобы даже в далекой башне Когтеврана его мысли и чувства наконец достигли шатена. В ту ночь Рид, рискуя нарваться на совсем несговорчивых в последнее время старост, даже спустился в библиотеку, надеясь найти там хоть какую-нибудь книгу о том, что могло бы помочь ему с телепатией. Но все было бесполезно, да и сам Лу прекрасно понимал, какое это мальчишество.       И сейчас Итан, такой как всегда невероятно красивый Итан, со своими абсолютно человеческими недостатками вроде невозможности вовремя проснуться по будильнику, стоял напротив и ждал ответа. А Рид пытался перевести тему:             — Я заметил, что ты пропустил завтрак, — аккуратно начал Луис, — И вдруг вспомнил, что как раз захватил с собой из столовой тосты с парой пластиковых упаковок твоего любимого фруктового чая.             — Но ты же не ешь ни тосты, ни чай, — слегка удивился Тейлор, — Неужели прихватил это все специально для меня?       Удар сердца… и абсолютная тишина следом.       Пуффендуец, забыв, с кем имеет дело, не ожидал, что когтевранец подберется к правде так быстро и так близко.       Теперь Рид стоял, стремительно пытаясь придумать хоть немного приличное объяснение, и даже не замечал, как совершенно спокойно продолжает смотреть на него Итан, думающий при этом совершенно о своем.       Шатен, лениво и едва заметно покачиваясь вперед-назад на носках обуви, думал о том, что Дани, редко поднимающаяся в такую рань без острой необходимости, должно быть, до сих пор спала. А Тейлор почему-то стоял в коридоре и нагонял страх на красивого парня в бежевом свитере, являющегося их общим другом.             — Я действительно взял все это специально для тебя, поэтому, может, ты хочешь со мной позавтракать?       Луис выпалил это скромное предложение о завтраке на одном дыхании, не глядя в сторону Итана. А Тейлор, только через несколько секунд поверивший в то, что ему не послышалось, почему-то заметил появляющуюся внутри себя странную грусть: шатен словно чувствовал, что это спонтанное предложение совсем не похоже на обычную дружбу.             — Извини, но мне вместо завтрака очень нужно попрактиковаться в Заклинаниях, иначе профессор Осборн снимет с меня три шкуры.             — Ты же знаешь, она на такое не способна, — пытаясь свернуть с темы предложения, поддержал разговор Луис.             — У меня есть все шансы стать исключением, если я снова перепутаю Депримо и Даклифорс.       Рид, миролюбиво рассмеявшись, улыбнулся:             — Ладно, ты прав, тогда это вполне может произойти.             — В тот раз мне просто повезло, что моим соперником оказался Крис. Не уверен, что чья-нибудь еще гордость выдержала бы превращение в резинового утенка так же непоколебимо, как и его, — усмехнулся Итан.       Они разговаривали и улыбались, Луис пытался отводить взгляд, чтобы не врать, а когтевранец с несвойственной наивностью продолжал убеждать себя, что ему просто мерещатся изменения во взгляде небесно-голубых глаз, и что шатен с Ридом все еще дружат.       И только стоящий за углом Грэй, словно ожидающий своей очереди, видел, что ни пуффендуец, ни Итан не смогут сбежать от этих изменений. Для того, чтобы по-прежнему смотреть на Тейлора как на друга, блондину придется подавлять свои чувства на протяжении нескольких лет, а может даже десятилетий. Если, конечно, когтевранец не начнет встречаться с Ридом из-за необъяснимого чувства вины и жалости.       Мерфи, сначала собирающийся только в библиотеку, теперь планировал попасться на глаза специально и извиниться за нечестную победу Слизерина. В конце концов игра Хантэра не по правилам была совсем не тем, что хотел показать брюнет Итану.       Слизеринец, снова вздохнув, попытался оправдать себя тем, что старосты других факультетов уже обсуждали вчерашнюю игру с Коулманом (хотя это не дало почти никаких результатов из-за отца Ли), и только заметил, как Тейлор прощается с блондином.       Итан, поблагодаривший Луиса за предложение, сказал что-то о том, что всегда был в состоянии о себе позаботиться и что Рид зря переживает (с чем, судя по взгляду голубых глаз, совсем не согласился пуффендуец). Отпуская рыже-белого кота обратно на каменную плитку замка, Тейлор дополнил, что всегда рад встречам с «другом», но сейчас ему нужно спешить. И когтевранец ушел в сторону библиотеки, а Луис, застыв на месте, молча глядел ему вслед.       В принципе, небольшая и безобидная ложь «во благо» о том, что когтевранцу срочно нужно на самостоятельную практику по заклинаниям или куда-нибудь еще, была ложью только отчасти. Шатен искал Мерфи, желая поблагодарить его за места на вчерашней игре по Квиддичу, но опасался рассказывать это хоть кому-нибудь, чтобы не вызвать лишних вопросов. И совсем не ожидал, свернув за угол коридора, чуть не столкнуться с самим слизеринцем.       Шаги Грэя напоминали кошачью поступь, поэтому когтевранец даже не удивился, что не услышал чужое присутствие. Движения — быстрые, но уверенные, — походили на повадки хищника. Итан смотрел на стоящего напротив парня снизу вверх, чуть не касаясь своим носом чужой черной футболки с белой надписью «meet me in California», и думал о том, что это было почти предсказуемо.       Мерфи сделал шаг назад первым.             — Доброе утро, — вежливо начал Грэй и, заметив чужое стремление начать какой-то разговор, уточнил: — Ты искал меня?             — Все сегодняшнее утро и весь прошлый вечер, — спокойно признался когтевранец, — Хотел сказать «спасибо» за места для раненых.             — Всегда пожалуйста, — с улыбкой, мягко и обволакивающе (словно это был не голос, а урчание кота) отозвался брюнет, и Итан вдруг почувствовал, что этот его вкрадчивый тон заставляет сердце пропускать удары.       Подождав несколько секунд и вопросительно наблюдая за шатеном, слизеринец вдруг с сомнением произнес:             — Ты хотел сказать мне что-то еще?..             — Нет, — моментально отозвался Тейлор, — Это все, еще раз спасибо.       Развернувшись, шатен уже собрался уходить, как вдруг за его спиной раздался голос слизеринца, заставляющий Тейлора повернуться лицом к Мерфи снова:             — Подожди!             — Да? — теперь необходимость ждать чужой ответ перешла к Итану.             — Я хотел бы извиниться за нечестную игру Ли, — подавляя неловкость, объяснил Мерфи, — Это было не то, ради чего я позвал тебя на матч.       Когтевранец молча кивнул, словно согласившись со сказанным. Но Итан никогда не был ярым фанатом Квиддича и тем более своего факультета (который был очевидно умным и совсем не то чтобы спортивным), поэтому нечестная игра расстраивала его намного меньше, чем брюнета.             — Меня немного волнует, что я так ничем и не поблагодарил тебя за места, — признался шатен.             — Это не так, — с вежливой улыбкой не согласился Мерфи, — Ты сказал мне «спасибо», а для меня этого более чем достаточно.             — И все же, может быть я могу отплатить тебе хотя бы парочкой галлеонов?             — Мне действительно хватит и простой благодарности. В конце концов, я ценю именно искренность, а не деньги, потому что денег у меня более чем достаточно.       Грэй, словно не желая смущать когтевранца своим положением в обществе, мягко улыбнулся, а Тейлор только сейчас заметил, что все проходящие мимо студенты смотрели на него самого, на Итана.       Конечно же, они смотрели на него. Шептались, бросали заинтересованные взгляды и, обсуждая его, прикрывали рот ладонями. Но шатен прекрасно понимал, кому на самом деле адресованы все эти слова и нашептывания, и даже знал почему.       Они впервые видели Грэя Мерфи искренне улыбающимся.       В этой школе было слишком много людей, но слишком мало студентов, которые так просто могли позволить себе разговор с Мерфи, да еще и с улыбающимся. Слишком много девушек и даже парней, вымаливающих у слизеринца ответный заинтересованный взгляд и пытающихся подмешать брюнету амортенцию, и слишком мало тех, кому Грэй сам дарил теплую улыбку и все свое внимание, удостаивая слишком долгим взглядом. Слишком интимным, чтобы быть доступным.       Слизеринец, тоже заметив нарастающее внимание, поспешил высказать свое предложение:             — Я слышал, что тебе нужна помощь с боевыми заклятьями.             — Это не так уж и срочно, — признался Итан, — Серьезная практика снова начнется только ближе к концу октября.             — И много тебе нужно освоить? — поинтересовался слизеринец.             — Я знаю заклятья, — попытался объяснить шатен, — Мне просто не хватает практики и…             — …и людей, которых можно не бояться ранить, — догадался Грэй, на что Тейлор лишь снова молча кивнул, а Мерфи внезапно продолжил: — Если я правильно помню новое расписание твоего факультета, то со следующей недели ты свободен по средам на закате, ближе к вечеру.             — Правильно, но у твоего курса в это время факультативы для сдачи ЖАБА.             — Вся школа верит в то, что я могу сдать экзамены хоть сейчас, и только ты во мне сомневаешься? — с легкой усмешкой поинтересовался слизеринец.             — Не сомневаюсь, — пожал плечами Итан.             — Тогда я буду ждать тебя в следующую среду ближе к вечеру возле башни Когтеврана. Приходи, как только освободишься.       Мерфи, казалось, хотел сказать что-то еще, но шум вокруг них усилился настолько, что Тейлор был уверен: скажи сейчас брюнет еще хоть что-нибудь, и шатен его все равно не услышит.       Поэтому Грэй ушел, а Итан остался посреди коридора с мыслями о том, что слизеринец, должно быть, просто шутил, но вид у брюнета для шутки был слишком решительный.