Напугаем людишек вместе?

      – Нам нужно задержать дыхание, пока мы проходим мимо кладбища, – шёпотом в мёртвой тишине говорит один голос.       – И зачем? – недоумевает второй.       – Чтобы духи мёртвых не смогли проникнуть в наши тела, – всё шепчет первый голос, и Тарталье становится откровенно смешно.       – Нет, Эфир, ну ты слышал? Они верят в то, что мы не сможем попасть в их тело, если задержать дыхание, – веселится Тарталья, покачиваясь на старом надгробии.       – От такого как ты ничего не спасет. Даже смерть, – фыркает Эфир, закатывая глаза. – Меня вот не спасла.       – Зато нам вместе весело!       Хотя это только недавно вновь стало весело, а общение немного наладилось. Сразу после их смерти было… слишком сложно. Никто из них не хотел верить в случившееся, было слишком тяжело и дошло вплоть до того, что они начали обвинять друг друга в аварии. И это, конечно же, никак положительно не сказалось на отношениях.       Но невозможно молчать вечность, когда ты и твой жених – единственные обитатели кладбища, которые могут поговорить друг с другом. Выхода уж нет, приходится говорить, либо перекидываться матами с разных концов кладбища, пугая людей страшным гулом. Тут как получится, на самом деле.       И, что сложно, Тарталье пришлось научиться любить Эфира словами, а не действиями. Они больше не могут потрогать друг друга, обняться, похлопать по плечу. Больше нет ничего физического.       – И правда весело, – мягко, мечтательно улыбается Эфир, поглядывая в сторону удаляющихся голосов. – Хочешь их припугнуть?       – А то ж! – воспревает духом Тарталья, спрыгивая с надгробья.