Почему у Чимин-хёна не было тортика FACE?!

       — Почему у Чимин-хёна нет торта? Чонгук стоит перед большим столом в офисе менеджера, широко расставив ноги и скрестив руки на широкой груди.        — Парни, мне очень жаль. Я ничего не могу сделать. Альбом и так создал громкий фурор. Billboard и первые места. Мы не хотим больше привлекать внимания. Я молчу про скрытый трек, — менеджер устало щипает себя за переносицу. На самом деле он немного боится Чона. Да, он знает его с 13 лет, но теперь он просто огромный бычара, который, казалось бы, может раздавить все кости в теле одной рукой. Чимин тихо сидит на диване, элегантно закинув стройную крепкую ногу на ногу. Эти двое его погубят. Или лишат работы.        — Это просто издевательство! Кого вы все так боитесь? Я не понимаю почему он должен быть лишен вещей, которые он заслужил! — Чонгук делает шаг вперед и сжимает кулаки.        — Чонгуки — впервые за 20 минут раздается тихий голос Пака.        — Нет, Чимин. Мы должны знать. Неужели ты не понимаешь, что это все отговорки?! Они что-то недоговаривают, — Чонгук переводит глаза с Чимина снова на менеджера, — Давайте, мы уже решим здесь и сейчас. Что происходит?! Менеджер пугливо смотрит на Чона, а потом переводит глаза на Чимина. Как будто ищет поддержки.        — Парни. Пожалуйста. Я не могу.        — Меня все устраивает, менеджер-ним. Это всего лишь торт. К тому же я на диете, — в привычном ласковом тоне перебивает Чимин.        — С каких пор ты снова на диете? — уже звереет Чонгук, — Малыш, мы же договорились. — ласковым голосом начинает Гук, подходя к Чимину, и занимает место рядом с ним. Руки тут же хватают плечи своего парня. Чимин опускает голову, борясь с эмоциями. Он так не хочет проблем. Но опять им что-то мешает.        — Это даже не диета. Все нормально. Просто хочу подсушиться, чтобы быть более рельефным. Помнишь Томми как-то… — дальше менеджеру больше не было слышно. Пара начала интимно шептаться, поглаживая друг друга. Как и всегда. Они будто в вакууме. Менеджер смотрит на них и заламывает брови от противоречивых чувств. Они ему как дети. Как он может быть против них?        — Они знают про вас. Парочка на диване затыкается. Оба синхронно поворачивают голову к менеджеру. Поразительно, как эти парни связанны.        — Кто? — первым нарушает звенящую тишину Чонгук. Он хмурит брови и становится больше в размерах, готовый защитить своего маленького бойфренда. Чимин поглаживает парня по внутренней стороне бедре. Ему надо успокоить своего грозного парня.        — Правительство, — отрезает мужчина, — Оно позвали Шихёка. Был трудный разговор. Он пытается вас защитить, ребята. Мы все этого хотим. Но это перестало быть возможным.        — И поэтому вы не дали Чимину торт? — Чон снова зло хмурится.        — Да нет же. Мы не привлекаем больше внимания к его альбому, ребенок! — всплескивает руками менеджер, — Мы даже не ждали первое место! А этот скрытый трек. Хорошо, что он на CD. Его бы заслушали до глюков на стриминговых площадках. — прыскает от смеха мужчина, запуская руки в волосы.        — Все дело в нем? Я же сказал, что Письмо для Арми. Я не думаю.        — Это все мой бэк, — Только я один у тебя в кредитах. Надо было петь другие строки. Или позвать Ви-хёна. Или Рэпмон-хёна. Боже. Мы не знали, что они подумают про нас. Это песня не наша. Это песня всех нас — Чонгук закрывает глаза руками и горбится.        — Не неси ерунду. Ты ничего не изменишь своими сожалениями. Трек сделал свое дело. Люди тоже. Надо просто жить дальше. — менеджер кивает как болванчик, соглашаясь с разумными мыслями Пака. Он всегда отличался умом и рассудительностью.        — Нет.        — Чонгук. — менеджер снова сникает.        — Нет я сказал. Я хочу поставить условие.        — Гуки, перестань. — Чимин, перекинув руку через плечи парня, тихо массирует мочку его уха, осыпая другую сторону шеи крошечными поцелуями.        — Нет, малыш. Мы это заслужили!        — Какое условие? Я готов идти навстречу. Вы же знаете — мягко улыбается менеджер.        — Да, менеджер-ним, мы знаем и очень ценим вас.        — Мы вас любим как часть семьи, Хобом-ним — поддерживает своего парня Чонгук, переплетая свободную руку Чимина со своими пальцами.        — Знаю, дети. Я вас слушаю.        — Я хочу, чтобы Чимин был на каждом моем соло. На каждом выступлении. На каждом промо. Это же немного. Чимин всех мемберов поддерживал. Это не будет подозрительно! Можете это все организовывать тайком, мне все равно. Мне просто нужен мой парень рядом! — Чон выпрямляется, зажигаясь идеей. Менеджер молча смотрит на парочку на диване, задумчиво потирая подбородок.        — Я поговорю с Шихёком — не успел он договорись, как Чонгук подпрыгивает, ловко изворачиваясь и целуя Чимина в губы, зажав его маленькое лицо в огромные ладони. Мужчина тихо уставился в стол, пряча улыбку. Они его дети. Конечно, он все им устроит.

***

       — Думаешь он сказал это просто так? Или все правда получится? Чимин тихо хмыкает и начинает смеяться.        — Знаешь, мне кажется, ты его так напугал, что он сделает все возможное и невозможное, — широко улыбается Пак, блестя глазами-щелочками. Чонгук тает. Они лежат на кровати в их квартире. А, в квартире Чонгука, извините. Еще один пункт, который бесит Чона. Начальство разрешило им жить вместе, при учете того, что никто никогда не будет знать где живет Чимин. Пак старается. Ему это удается. Он всего один раз прокололся с теми компьютерными стульями. И то не по его вине. Чонгук переворачивается с Чимином на груди. Простыни немного влажные от их любовных нагрузок, но им не привыкать. Вы ни у кого дома не найдете такое количество запасных постельных комплектов, как у этих двоих. Меняют они его практически каждый день. Два чистюли в семье — то еще наказание. А два извращенца так тем более.        — Да? Так значит у тебя огромный злой бойфренд?        — О да. Сильный и дикий и грозный, — Чимин говорит, а Чон улыбается. Чувствует как член парня начинает вставать. Снова.        — Тебя это заводит, да? — шепчет парень, поглаживая одной рукой вставший орган Пака, а другой ласкает бровь. Он всегда много трогает Чимина. Хоть считают тактильным всегда последнего, Чонгук никогда не уступает. Как-то раз парни наткнулись на правдивую подпись под одним из их совместных видео-эдитов. Чимин влюбился первым, но Чонгук влюбился сильнее. Абсолютная правда.        — Меня заводишь ты. Любой. Милый и нежный. Дикий и громкий. Я люблю тебя любого. — томно шепчет Чимин, раскрыв губы и запрокинув голову назад. Он крепче обнимает Гука ногами за бедра, а руками за бока. Ни на секунду не перестает его гладить.        — Сейчас дикий и неуравновешенный парень будет дико трахать мировую звезду, обладателя первого места Billboard и самого красивого человека на планете. Вы готовы, Пак Чимин-щи? — шутливо дергает бровями. Чимин тает.        — А? Ой. Это вы про меня говорили? — оторвав одну руку от массивных косых мышц своего бойфренда, Чимин направляет его член в себя. Снова обнимает и прижимается к подбородку губами, посасывая кожу.        — Я так сильно тебя люблю. Я буду делать все, для тебя. Для нас. Я люблю тебя, Чимин, — стонет на последних словах Чонгук, двигаясь в парне. Как хорошо он скользит и наполняет его. Пак прямо сейчас буквально наполнен спермой своего парня вперемешку со смазкой.        — Мм, я знаю, детка. Я тебя тоже люблю. Ахм. Тоже люблю, малыш, — им никогда не надоесть признаваться друг другу в любви. А уж заниматься любовью подавно. Чимин был очень любвеобильным, а Чонгук выносливым. Они идеально дополняли кинки друг друга. У Чимина фетиш на высоких и широкоплечих. У Чона на пухлую задницу. У Пака на длинные пальцы, у Гука на пухлые губы. Они были созданы друг для друга.        — Давай, давай, — жмурится Чимин, чувствуя приближающийся третий оргазм, — Погладь меня! — выгибается красивой дугой Пак. Чонгук, постанывая, начинает двигаться короткими глубокими толчками, почти не выходя из любимого тела. Одной рукой шлепает и сжимает крепкую объемную задницу, заполненную собственным членом, а другой начинает мять грудь парня, задевая соски и ушки. О да, Пак это любит. Одна из самых чувствительных мест, если не главная — милые маленькие ушки. Чонгук не может устоять перед ними. Как все уже поняли. После Роуз Боула.        — Боже, ты мне делаешь больно, настолько хорошо-о-о-о. — закрепляет последнее слово тремя мощными толчками. Чимин притягивает Гука за шею к себе и крепко целует. Они всегда любят кончать со стонами друг друга во ртах. Чимин широко раскрывает красивые губы, хмурит брови и громко стонет в открытый рот младшего.        — Давай! Вместе! — Чонгук супер романтичный и сентиментальный. Он всегда пытается поймать момент, чтобы они кончили одновременно. Все, что особенно для Гука, Чимин тут же выполняет. Как по приказу кончает длинными двумя струями спермы, пачкая свой пресс, грудь и соски. Чонгук бурно пульсирует внутри, снова накачивая парня новой порцией спермы. Они идеальные извращенцы. Лениво целуясь остаток ночь и шепча друг другу признания в бессмертной любви, парни засыпают в ворохе мокрых простынь и одеял. Все завтра. Сейчас только любовь.