Мальчик, который хочет знать...

Тихий вечер. Музыка в наушниках. Желание спать и лень что-либо делать. Так можно описать происходящее в комнате, когда в ней помимо Виктора никого не было. Такое случалось редко, чтобы он оставался один, но сегодня его родители пошли на свадьбу к дальним родственникам и оставили его наедине со своими мыслями. Он думал о том, что уже устал от бесконечного хождения в школу и обратно, его раздражало вставать по утрам и собираться в столь далёкое место, когда он мог проволятся в кровати до полудня. Сам по себе он не любил несколько вещей: вставать рано утром, слушать нравоучения умных людей, чувствовать боль в пальце, на которой образовалась мозоль из-за бесконечного волокиты домашнего задания и последнее- быть никому ненужным и одиноким, да он любил проводить тихие вечера не думая о тех, кто сегодня даже не заговорил с ним. В них он получал свою дозу, такую особую, что следующим днём он становился самым улыбчивым мальчиком в мире. На самом деле он был доволен своим положением, быть центром любого разговора из-за доброжелательности и простого уважения к другим, он не понимал почему его все любят, когда он элементарно общается не презирая и не оскорбляя человека. Он считал, что все люди вокруг него такие, Виктор не замечал за собой особую учтивость или считал это обыденностью, тем что стало рутиной, как монах, совершая утреннюю молитву, чтобы очистить душу и прося покровительства бога. Был 11 час, время, когда обычно все хорошие детки спят, но ему было не до царства Морфея. Он думал, думал о том, что станет с его жизнью, когда он переедет в другую страну, чтобы продолжить обучение в университете. Отдаление от любящих его родителей станет глубокой раной, которая затянется совсем не скоро. Его пугала неизвестность, неопределенное будущее заставляло его в который раз возвращаться к монологу со своей душой. Он рассуждал о том, что действительно для него важно, чем он готов пожертвовать, чтобы выйти из зоны комфорта и стать самодостаточным человеком? Пока эти мысли кружили в его голове, в комнату зашёл дедушка, который жил со старшим сыном в виду того, что в квартире он числился хозяином, хоть и оставил дом детям и внукам. Все в семье его уважали, не столько из-за преклонного возраста, сколько за широкий кругозор и светлый ум в свои то 76 полных лет. В юности отличался способностью быстрым запоминанием различных моментов, чисел, имен, поэтому любил историю, которая как нельзя лучше подходила под его хобби узнать обо всем. Внук Николая Сергеевича перенял любовь к этому, но не безупречную память, он мирился со среднестатистической скоростью мысли. Виктор любил дедушку и обращался к нему на вы, не только потому что сильно уважал и ценил своего родственника, но и потому что не был с ним близок. Хоть он и пытался заставить себя обращаться к нему на ты, но когда делал над собой усилие, то ему становилось гадко, будто какая-то жижа заполняет рот и не даёт вырваться слову. В детстве такой неловкости не было, потому что юношеская непосредственность делала свое дело и брала вверх над любыми мыслительными процессами, поэтому заветное подростком слово в то время вылетало без задней мысли. Он помнит время, когда дедушка вечером, перед тем как ложиться спать всегда рассказывал хоть одно историческое события, описывая его так, будто он сам побывал на поле брани или присутствовал на банкете у самой королевы, настолько живы были его воспоминания об изученных ранее материалах. Маленький мальчик, для которого казалось бы такие рассказы стали рутиной, с нетерпением ждал дозы новых, ранее несказанных. Так продолжалось недолго, когда ребенку исполнилось 8 лет, он как обычно помогал дедушке на даче, как вдруг Николай Сергеевич свалился на кухонный пол. Не смышленый внук сразу забежал в комнату и увидел дедушку, лежащего без чувств. Слезы пеленой застлали его глаза, неспособный даже пискнуть, он зарыдал, как младенец в первые минуты своего рождения. На детский плач прибежала соседка и обнаружив обоих мужчин в подобном состоянии позвонила в скорую помощь. После обследований стало известно, что у Николая Сергеевича случился инсульт, из-за которого у него будут проблемы в речи, поэтому стоит уменьшить нагрузку на голосовой аппарат в ближайшие месяцы. Малыш, который теперь сидел у соседки, смотрел в одну точку красными от слез глазами. Никакие слова не смогли заставить его сдвинуться с места, в его душе зародились новые истины, что в любой момент его жизни дорогой ему человек может покинуть этот мир и даже не предупредить. Он будет страдать, ему будет плохо, даже больнее, чем тем, кто провел последние минуты с почившим. Эти мысли всё крутились в маленькой головушке Виктора, пока по одной из щек не побежала слезы. Правый глаз вновь обретал раздражительно красный оттенок, когда левый тужился, чтобы дать волю своему порыву, но безуспешно. В тот день он уснул не от усталости, а от невозможности больше думать о прошлом, это был единственный способ заглушить боль незнания.