Солнечный кошмар

Боже, как болит бошка!—первая мысль Никиты. Он ели-как продрал глаза, но все равно ничего не увидел. На лес опустилась глубокая ночь. Юноша уж было собрался почесать виски, но с ужасом заметил что его тело связано, и он сидит опираясь на какое-то дерево. Постепенно картина начала проясняться, вокруг был густой лес. И самое напрягающее — Юра сидевший напротив, он был абсолютно свободен и с увлечением стругал колышек, из какой-то палочки. Брюнет таращился на на друга в недоумении, и тот это почувствовал. —О, Никита, ты проснулся! Долго же я ждал. - Блондин отбросил колышек, спрятал нож-бабочку в карман брюк и подошёл к другу. —Ну ты и соня-засоня! - он взял Никиту за подбородок и начал поглаживать по щеке У Никиты же было много вопросов, которые он хотел бы задать, но кляп не позволял , поэтому он просто таращился на Юру глазами полными страха. — Ты наверное напуган, не бойся, ты же мне доверяешь? Так ведь? - обеспокоенно тараторил блондин Сейчас он похож на психически больного маньяка. Никита в ужасе, до него начинает доходить, это не "девочки не смогли" это Юра их просто не звал, и спор не случайный, и в этот раз они поехали в незнакомый ему лес не потому, что "здесь красивее, атмосфернее, и вообще здесь шашлыки вкуснее получаются". Но брюнет понимал, надо что-то ответить слетешему с катушек товарищу, а иначе неизвестно, что тому в голову всбрядет. Очевидно, он мной одержим, — подумал Никита, — ему нужна моя покорность, а там глядишь кляп снимет, я его разговорю и как нибудь выкручусь. Отличный план, умничка Никитос—похвалил себя он собрав  все силы что бы не начать пониковать, медленно кивнул. —Вот и правильно! Мы же с тобой столько пережили, верно? Мы с тобой как одно целое, нам нельзя быть поразень, нельзя, понимаешь? Нас не будет друг без друга, понимаешь? Так, пока всё более менее хорошо, —подумал Никита и кивнул. —Но Никита, ты стал отдаляться. Я тебя не узнаю, я боюсь тебя потерять, ты же не оставишь меня? Ты же будешь со мной до конца? Никита кивнул. —Какой ты душка, Никита. Я хочу чтоб так и было, мы останемся вместе навсегда, Никита, никто нас не разлучит, никогда! Дело дрянь — подумал брюнет когда увидел как Юра тянет руку в карман, в который только недавно бросил нож-бабочку. Лезвие блеснуло в руке блондина и тот глупо заулыбался. —Никит, это ведь ты мне его подарил на один из моих дней рождений, помнишь? Конечно он помнит. Он уже тысячу раз за секунду проклял тот день. Поника нарастает, Никита просто не знает что делать дальше. Поэтому он испуганно таращится то на нож, то в обезумевшие глаза того, кого ещё совсем недавно считал своим другом. —Слуууушай, Никит.. - сладко протянул блондин —мне всегда было очень интересно какой ты на вкус.. можно я тебя..- Юра помялся, то ли подбирая слово, то ли просто смущался —... попробую? Никита в шоке, он мычит и матает головой, надеясь что блондин к нему прислушается. —Ну что ты, братиш, не волнуйся, я всего-то чуть-чуть, расслабься и покажи шейку "Пиздец" —бегущей строкой в голове у Никиты, он начинает громче мычать и дрыгать всем телом. —Хватит. - грозным голосом произнёс  блондин, но остался не замеченым. Юра хватает одной рукой Никиту за шею, а второю рукой влепляет ему звонкую отрезвляющую  пощёчину. —Угомонись, блядь! - почти кричит блондин Но вдохнув и выдохнув он вернул себе прежний, относительно спокойный тон. —Я не хочу делать тебе больно, сделай так как я прошу, ради твоего же блага, понимаешь меня? - медленно и чётко, проговаривая каждое слово произнёс Юра Никита в отчаянии. В уголках его глаз выступили слезы, которые вот-вот покатятся по щекам, и конечно это не остаётся незамеченным. —Ох, солнце.. - светловолосый прижимает к себе свой объект воздыхания и целует его в лоб —Не делай из этого такую большую проблему, это не так и больно, прошу, Никит, не плачь. Никита тяжело дышал, слезы лелись ручьём, разум расплывался, пока блондин покрывал его шею поцелуями. Скорее даже не поцелуями, он очень целомудренно, невесомо, касался губами шеи возлюбленного, не оставляя никаких следов. Как ни странно, это действительно имело успокаивающий эффект. Никита постепенно начал терять бдительность, утопая в ласке своего мучителя. Неожиданно шеи коснулось что-то холодное. Юра оставил длинный, но не глубокий порез и тут же начал его вылизывать и зацелововать. Никите даже больно не было, всё произошло слишком быстро. Но он всё равно недовольно мычал, хотя-бы для того, что бы блондин не подумал что ему нравится происходящее. Юра же, необратив внимание на недовольство своей пассии нанёс новый порез, на этот наз уже глубже. Вновь застигнутый в расплох Никита замычал. В этот раз он уже отчетливей почувствовал боль.