Больница с высокой смертностью

Итак, ещё один прекрасный день. А точнее, прекрасная ночь. Этой ночью Кира встретила меня в коридоре со словами: — Привет. Знаешь, я тут думала кое над чем... Одним словом, мне хочется убивать... Она выглядела очень расстроенной. Из-за того, как она грустит, показалось, что она имеет ввиду то, что хочет убить меня. Я, конечно, сделал вид, что не понял намёка: — Что ты имеешь ввиду? — Понимаешь... Ну тебе ведь не нравится то, что я убийца... Но мне так хочется! Так хочется ещё раз увидеть человеческие страдания! Так хочется посмотреть на то, как течёт кровь из тела... Мне нужно кого-то убить... Прости... Кого-то, значит. Ну тогда ладно. Опасность в очередной раз миновала меня. — Знаешь, Кира, рядом со мной ты можешь быть такой, какая ты есть. Я принимаю тебя любой. — Правда? — Да. Я бы даже посмотрел на то, как ты будешь кого-то убивать. — Ну что ж, я бы сходила проверила дежурного. Кира заметно повеселела и пошла в сторону того самого кабинета с вечно открытой дверью. Мы подошли к кабинету. Кира сказала мне ждать снаружи и вошла в него. Я осторожно подглядывал за тем, что там происходит. — Почему ты не спишь? — спросил Киру дежурный. — Да вот что-то не спится. А вы почему не спите? — Так, хватит тут шутки шутить. Оделась бы для начала нормально, прежде чем разгуливать по больнице. И что за тёмно-красные пятна на тебе? — Это неважно. — А что у тебя с глазами? Ты не из-за них тут лежишь? Тебе вообще можно смотреть? — Может хватит уже? Я хотела как-то по-интересному это сделать, но ты такой душный. — Сделать что? Из руки Киры вылезло что-то вроде дырявой чёрной трубы и вонзилось в сердце дежурного. Из дырок полилась его кровь, которую эта труба начала активно выкачивать. Пару мгновений спустя, дежурный уже лежал на полу, пытался шевелиться и тихо кряхтел, умирая. Кира уже спрятала трубу и слизывала кровь, попавшую ей на руки. Не буду что-либо скрывать или пытаться оправдаться, а просто скажу: мне понравилось то, что я увидел. И всё бы ничего, но дверь одной из палат где-то далеко в коридоре начала открываться с ужасным скрипом. Кто-то выходит и обязательно увидит то, что здесь произошло. В коридоре света нет, а в кабинете есть. Также кабинет залит ярко-красной жидкостью. С этим надо было что-то делать. — Кира! — обеспокоенно сказал я — Смотри, там свидетель! — Свидетель? — спокойно отвечала она — Это не надолго. — Ты и его убьёшь? — Нет... Ты! Ты убьёшь его! — Я?! — Ага. Если что, я видела, каким восхищённым взглядом ты смотрел на меня. Поэтому если хочешь как я, то вперёд. — Ну не знаю... — Давай, ты сможешь. Я в тебя верю. С этими словами Кира синтезировала у себя в руке нож, лёгким движением руки прокрутила его так, чтобы рукой схватиться за лезвие, и протянула его мне. — У тебя получится. На всякий случай я буду рядом. — сказала Кира и слегка потрясла передо мной нож. Я медленно взялся за ручку ножа. И вот орудие убийства у меня в руке. Я тоже немного покрутил его чтобы показать, что я тоже так умею. Я сильно сомневался. Мне нужно убить человека. Убить. Человека. Что будут делать потом его родственники? А если меня посадят? Чтож, времени на раздумья у меня не было. Кто знает, когда тот человек увидит труп издалека и позовёт на помощь. Решено: убиваю. Через весь коридор я побежал к своей потенциальной жертве. Жертвой оказался какой-то мальчик года на два старше меня. Он увидел, что я бегу к нему и остановился, не дойдя до туда, куда шёл. А куда он шёл я не знаю. — Чё ты тут носишься? — сонным голосом спросил он у меня. Я не знал, что ответить. Я не мог собрать свои мысли. Я сомневался в том, что я должен убить его, эти сомнения разрушались внезапной волной решимости, и эта волна вновь тормозилась об ещё одну партию сомнений. Я стоял перед ним, сжимая нож, смотря прямо ему в глаза и ничего не говорил. Должен ли я это делать? А если Кира — это моя галлюцинация и я просто стану убийцей-психом? Да и где она? Сказала, что будет рядом. В конце концов, я решил временно убрать вообще все мысли из головы и просто дать команду мышцам, а дальше будь что будет. Я воткнул нож в живот своей жертвы. На секунду я подумал о том, что его друзьям и родным будет очень грустно, если я его убью. Я сразу же прогнал эти мысли. Пути назад уже нет. Я вытащил нож и повторил свой удар. Мальчик закричал от боли. Тогда я крепко взял одной рукой его голову, а второй изо всех сил ударил ножом в горло. Половина лезвия пропала в горле. Жертва стала издавать звуки, будто захлёбывается. Я вытащил нож. Кровь ручьём полилась на меня. И не было уже никаких сомнений, никаких сожалений и никаких переживаний. Я видел, как страдающий человек медленно умирал. Возможно, со мной и правда что-то не так, но мне это очень понравилось. Когда моя жертва издала последний вздох и упала замертво, я слизал кровь с ножа и рук. Чёрт, как же это вкусно. Красная жидкость с металлическим привкусом, которую хочется ещё и ещё. Когда я облизал свои руки, я уж думал начать слизывать с пола, но не хотел себя выставлять диким животным перед Кирой. Кстати, где она? Я обернулся. За мной стояла улыбающаяся Кира. — Я же говорила, что у тебя получится. — Я... Я... — Ты большой молодец. Не переживай, такие, как он, не заслуживают жить. — Я... — Всё хорошо, не бойся последствий. Я тут всё почищу попозже и никто ничего не найдёт. — Я. Хочу. Ещё. И сказал я это таким голосом, как будто это я тут синт, обиженный на всё человечество. Может, из-за переполнения эмоциями я выдавил такую интонацию, а может из-за горла, пересохшего от крови. Тут даже Кира удивилась. — Ещё?.. Подожди... Я же не спрашивала. Откуда у тебя такая... То есть, что тебя движет? — Я не знаю. Просто... Хочется. Более лучшего ответа я не смог придумать. Готов поспорить, что года через три я придумаю, что здесь надо было ответить, когда буду пытаться уснуть. — Ладно. Понимаю тебя. Ты как вообще? В порядке? — Да, я в порядке. Но мне, наверное, надо отдохнуть. — Ты пойдёшь спать? — Не знаю. — Поспи. Первый раз всегда трудно. Я молча ушёл. Зашёл в душ, помылся вместе с одеждой и лёг спать. На следующий день, обедая в столовой, я думал о событиях, произошедших этой ночью. И ведь действительно никто не обратил внимания. Неужели это сон? А я так переживаю... Хм, да так даже интересней. Хотя... Нет, не интереснее, я хочу, чтобы Кира была настоящая. Она хорошо ко мне относится, она искренняя, она... Она прекрасна. Мои мысли прервал чёрный куб, который врезался в мою ногу. Я посмотрел на него. На нём появилось лицо, которое подмигнуло мне. Затем куб куда-то укатился. — Значит это не сон. — прошептал я так, чтобы никто не услышал. На радостях я доел свою еду и пошёл дожидаться ночи. Надо было придумать, куда прогуляться с Кирой, потому что последняя наша прогулка получилась мягко говоря такой себе. Но самое главное, надо дождаться ночи.