Libretto / Либре́тто

      Раннее утро радует жителей города, даруя чистое небо и яркое солнце, рассветные лучи которого с нежностью покрывают каждое здание, дерево, улицу, весь город. И глаза Олега, вынуждая того проснуться.       Он так хорошо и крепко спал прошедшей ночью, что сейчас организм бунтует, отказываясь просыпаться. Он прикладывает немалые усилия, чтобы принять положение сидя, при этом всей душой радуясь, что спит без одеяла. Если бы на нём была хоть какая-то ткань, он бы не смог сопротивляться. Глаза трёт руками, те поначалу видят мутно и ужасно чешутся, и только через минуту Олег уже может развидеть мир и принять попытку встать. Со второго раза, но встал. Он считает, что это успех.       Выйдя из комнаты, потягивается, ощущая, как тело словно перезагрузку винды проходит, от чего улыбается. Прислушиваясь к звукам понимает, что в квартире на удивление тихо. Ни единого звука, скрипа, шелеста, ничего. Подойдя к комнате брата, приоткрывает дверь и застает того спящим. В отличии от Олега, Саша спит укутавшись до носа в мягкое, пушистое как вата, одеяло. По сравнению с ним Саша кажется на столько тонким и хрупким, что Олег не может сдержать улыбку умиления. Конечно, в голове так же просыпается и активно живёт вопрос, почему Саша ещё спит, ведь тот всегда просыпается раньше. Оправдание младший находит в преждевременном пробуждение от будильника в виде солнца в глаза.       Смирившись со своей участью, Олег глубоко вздыхает, и вновь цепляется взглядом за торчащую из одеяла макушку брата. Поддавшись соблазну и желанию, подходит ближе как можно тише, позволяя себе пару минут полюбоваться редкими кадрами мирно спящего брата. Был бы телефон с собой, Олег бы даже фото сделал и подпись "Ого, он умеет спать." Ещё пара секунд, и Олег позволяет себе шалость. Улыбаясь со своих же действий, подходит чуть ближе, наклоняется и целует в лоб Сашу, аккуратно и мягко, как когда-то в детстве это делал старший, укладывая спать неугомонного брата. Отстранившись, кивает сам себе на какие-то мысли, и тихо выходит из комнаты, прикрывая дверь.

«Я скорее разделю смертную жизнь с тобой, чем проживу все эпохи мира в одиночестве.»

      Завтрак решает приготовить сегодня сам. Мало того, ему хочется сделать что-то необычное, вкусное, а не простой чай и бутерброды. Это слишком скучно. Давно повернутый на японии мозг подкидывает навязчивую идею, и Олег, обдумав, согласно кивает. В холодильнике находит яйца и овощи, в ящике рис и приправы. Отваривает рис, укутывает его на сковородке в яйцо. Он ещё в подростковом возрасте начал учиться готовить разные японские блюда, и рисовый омлет стал фаворитом как для самого Олега, так и для Саши. С чаем куда проще, рука уже давно набита на приготовление брату зелёного чая, чаще всего с ромашкой. Тот уже давно стал привычной частью жизни нервно-тревожного старшего брата, в то время как сам Олег пьёт кофе, как истинный извращенец, порой немного с сахаром.       Этот выходной день они проводят вместе друг с другом, без соцсетей и друзей, без кого и чего либо. Они вместе играют в игры, смотрят какое-то новое аниме, много часов проходит за общением друг с другом о волнующих вещах. Саша много говорит о безопасности ритуалов, о защите Олега, несколько раз повторяет про барьеры, неумело скрывая своего волнения за младшего. Олег много кивает, соглашается, запоминает, хотя все это уже слышал. Сам он много говорит об опыте, о его получении, о страхе ошибок. Олег боится сделать ошибку, боится навредить не только себе, но и окружающим, желая помочь. Саша обнимает того крепко, прижимает к себе, целует в макушку, рукой чуть гладит по волосам. Очевидная вещь: ошибки - это нормально, не всегда работает в их деле. В их деле ошибка может стать последней в жизни, и не только самого мага. Но рядом с Сашей как-то спокойно, уже не так страшно. Олег знает, что пока Саша под его физической защитой, он сам под психологической и магической защитой Саши. Навсегда.       Вечером Олег тащит Сашу на улицу, всей душой желая немного пройтись с братом по какому нибудь парку близ дома, подышать свежим воздухом, погулять, посмотреть на цветущую природу и красоту вечернего летнего неба. Саша улыбается теплее солнца, не сопротивляется и только соглашается. Когда ещё будет такое хорошее время, такие условия и атмосфера? Мы с каждой минутой все ближе к смерти, каждая прошедшая минута становится прошлым, и её уже не вернуть. Братья чётко знают, как важно ценить каждую секунду жизни, и учат всех этому знанию.       В парке к вечеру всегда чуть больше людей, чем обычно, но они идут путями малолюдными, не обращая ни на кого внимания. Встречаются пара редких фанатов, которые просят сделать фото или дать автограф, и братья никогда не отказывают людям, что тактично спрашивают. Олег смотрит на их глаза, полные восхищения и удивления, и понимает, что неописуемо сильно рад дарить кому-то яркие счастливые эмоции просто потому что он есть, просто жив здесь и сейчас.

«Мне нравится то, что мы принадлежим друг другу. И что бы ни постучалось к нам в дверь, мы встретим это вместе.»

      Всё происходит как-то слишком резко, слишком быстро. Олег даже не успевает ничего понять, он даже испугаться не успевает. Просто видит, как по щелчку секунду назад улыбающийся Саша уже бледный лежит без сознания на земле. Ещё секунда, и Олег опускается на колени рядом, берет руку брата за запястье проверить пульс, но сразу же понимает, что не имеет смысла. Рука Саши сильно напряжена, и это напряжение волной окутывает все мышцы тела за ещё одну секунду. В порыве осознания и наступившего страха, Олег поворачивает Сашу на бок, к себе лицом, руку кладёт тому под голову, другой придерживается за плечо. Этих нескольких секунд хватает для того, чтобы каждая мышца в теле старшего начала адские соревнования, кто сделает приступ сильнее и больнее телу. Ноги замерли в полусогнутом состоянии, пальцы ног вытянулись в напряжении. Руки, согнутые в локтях, невозможно было даже попытаться разогнуть, придать положение удобнее, а пальцы рук камнем застыли в скрюченном положении. Плечи выгнулись назад, спина в напряжении чуть изогнулась мостиком. Олег слышал, как что-то хрустнуло. Мышцы на столько сильно и резко сковало, что Саша даже дышал через раз. Свободной рукой Олег достаёт из кармана сумки какую-то мягкую ткань, скорее всего что-то вроде платка, и, прикладывая усилия, запихивает Саше в зубы, которые опасливо порой стучали. Одной рукой продолжая придерживать голову, второй сильно прижимает к себе тело брата, обнимая, окружая защитой и теплом. Он знает, что его силы более, чем хватит, чтобы сдерживать Сашу. Он слышал, как кто-то из людей вызывал скорую, и не рыпается к своему телефону. Скорее всего кто-то из фанатов, но думать об этом не хочется.       Около трех минут длится то, что Олег назвал был самым страшным адом в своей жизни. Этот приступ кажется Олегу одним из самых сильных, и мозг не может придумать ни единой причины, что могло его спровоцировать. Прижимая брата к себе, Олег наконец понимает, что издало хруст. В приступе Саша снова повредил больное плечо, то самое, что когда-то выбил призрак девочки у окна, и теперь оно стало проблемой. С того момента при приступах у Саши уже дважды было повторное повреждение плеча, не операбельное, но требующее помощи врача при постановке на место и рентгена.       Слышится звук машины скорой помощи, Олег потихоньку начинает более-менее здраво мыслить, приходя в себя. Он поднимает взгляд, осматривает отключившегося Сашу, тело которого полностью расслабились, убирает из зубов ткань, ласково проводит по волосам брата и понимает, что больше ничем не может помочь. Врач и медсестра со скорой, как только Олег говорит единственное:       - G 40.       Ничего не спрашивают, действуют сразу же. Олег сам несёт брата в машину скорой помощи, он никому не может сейчас доверить самого дорогого ему человека. Ему слишком страшно, пусть внешне сейчас он выглядит максимально спокойно, как может позволить ситуация. В скорой, пока медсестра подключала Сашу к отслеживающим кислород, давление, пульс и сердцебиение аппаратам, Олег находит в сумке Саши его паспорт, в обложку которого вставлен снилс и полис, от чего облегченно выдыхает.       В больнице Сашу ему больше видеть не разрешают. Вход в маленькое крыло реанимации строго запрещён, и Олег остаётся сидеть рядом с дверью в коридоре. Он хочет знать все, что происходит, он хочет быть рядом, особенно в момент, когда проснётся Саша. Он нужен Саше, а Саша нужен ему.

«Семья должна стать для человека самым безопасным местом на свете, свободным от тревог.»

      В больнице всегда много душ и неупокоенных, это стало привычным с самого детства. Всегда рядом был Саша, не физически, так фантомно. Он всегда защищал, уберегал, прятал от всех этих душ, его амулеты были самым сильным щитом, его присутствие - глотком свежего утреннего воздуха. Сейчас Олег чувствовал себя крайне паршиво. Он ощущал, что он - один. Саши нет. Он не чувствует брата, не ощущает ниточки связи, он более открыт перед фантомами, особенно в таком своём состоянии. И он знает, что Саша будет чувствовать тоже самое, но физически. Проснувшись в больнице без Олега, Саше будет страшно, он не будет ощущает себя в безопасности, ему не будет спокойно.       Они не могут друг без друга. И Олег, ещё будучи подростком, клянётся себе никогда не оставлять Сашу.       В коридоре раздаются шаги, становится более шумно, чем часы до этого. Скорее всего это врачи или медперсонал бегает туда сюда, или привезли нового пациента. Олегу на самом деле все равно, он даже не поднимает взгляда от пола, согнувшись и опираясь локтями о колени, пока не слышит знакомый голос.       - Олег?       Подняв взгляд, встречается с тёмными глазами Димы, а после рядом замечает Лину.       - Что... вы тут?.. - слова даются тяжело после часов молчания и нервозности, - Как вы тут оказались?       - На такси, как же ещё, - отвечает Лина, садится справа от Олега, - думал, мы тебя оставим одного?       - Конечно нет, - хмыкает Дима, садится от Олега слева, - Новость о том, "что произошло с знаменитыми братьями Шепс" уже по всему фандому полетела. Адрес больницы мы узнали через Марьяну. У неё связи типа, - говорит Дима и делает пальцами рук козу, типа "йоооу", - а сама Марьяна скоро придёт, она недалеко.       Лина открывает бумажный пакет, который Олег до этого не замечал, достаёт оттуда плотный бумажный стакан с горячим кофе и отдаёт Олегу, тот признательно кивает, принимая угощение. Немного взбодриться не будет лишним. Спустя минуту подходит и Марьяна.       - Вот это у вас лица кислые... - бурчит она, на что Лина улыбается, тыкает Олега в щеку, а Дима смущается, закрывая улыбку рукой, - что вы тут устроили. Все классно будет с Сашей, надо по бодрее как-то!       - Согласна, что-то мы приуныли, - соглашается Лина.       - Как ты там нас с Сашей учишь, Олег? Мысли материальны. Во, - вспоминает Марьяна, гордо ставя руки в боки.       - Все, о чем мы думаем и что говорим, продлеваем минимум на три месяца, - продолжает цитировать Шепсов Дима, а сам кладёт руку на плечо Олегу, - Так что ты это... не думай. Реально, тебе не идёт думать.

«Что такое семья? Люди, которым ты нужен. В радости и горе, в мелочах или целом, они приходят в нужную минуту и остаются с тобой, несмотря ни на что.»

      Олег впервые за несколько часов улыбается. Он ощущает, как цепи и оковы, что больно сдавливали тело, отпускают его. Как становится легко дышать. Сейчас, будучи окружённый друзьями, он чувствует себя комфортно, как дома, и тревога отходит на дальний план. Друзья правы, нужно думать только о хорошем. Ещё на некоторое время они залипают в телефон, в соцсети. Марьяна показывает Олегу прикольные картинки, Лина что-то пишет в их рабочий чат, где все в битвы сильнейших, о том, что "все нормуль, не волнуемся." Дима общается со всеми, а сам он, дистанционно совместно с Владом и Викой, исследуют просторы интернета и занимаются уничтожением любых новостей, что не соответствуют правде, вранья и внезапно всплывшей клеветы о вине Олега, мол, он довёл брата. Внезапно на помощь приходит и Гецати, в этой больнице он когда-то стажировался и имеет связи, а потому просит вести за Сашей особый контроль и сообщать достоверную информацию обо всем сразу Олегу, как представителю Саши. Надежда, Марат, Илья, вся команда пишет слова поддержки, спрашивает, чем они могут помочь. Тогда Олег впервые осознает, что они чуть больше, чем просто коллеги. Они маленькая семья, такая пестрая, с совершенно разными личностями, странная и удивительная, но все же семья.       В первые он ощущает себя и Сашу под защитой. Такой масштабной, сильной, такой, которую могут дать только друзья и семья. Это так ново и необычно, что Олег теряется в чувствах и ощущениях. Обычно, плачет всегда эмоциональный старший брат, но на этот раз сдержать эмоции не может Олег, и вот уже Лина обнимает парня, что как в детстве сдерживает слезы, лишь бы не выглядеть слабым. А он и не слабый. Он один из самых сильных.       Саша просыпается спустя ещё час, и лечащий врач сразу сообщает об этом Олегу. Только благодаря давлению Гецати, Олега одного пускают к Саше, и тот летит сломя голову и даже не думая, что скажет. Лишь бы просто увидеть. Видит Сашу бледным, с огромными впалыми синяками под глазами, его руки, с парой проводов на пальцах и предплечье, лежат поверх одеяла и чуть подрагивают, но Саша улыбается, когда видит брата, и Олег улыбается в ответ. Подходит и обнимает аккуратно, переживая за поставленное на место плечо, но всего себя отдавая через эти объятия. Саша от счастья, что брат рядом, рыдать готов. Но, видимо, от лекарств сил нет.       - Как.. тебя сюда впустили?       - Ты даже не представляешь масштабы нашей семьи, Саш... даже не представляешь.       Спустя сутки Шепса старшего переводят в одиночную палату, обещая, что не будут держать больше пяти дней, пока Саша разрабатывает руку, что стала чуть непослушной, и проходит курс необходимых капельниц. За эти пять дней Олег отходит от Саши, разве что, за продуктами и пару раз в мастерскую. Больничная палата приобретает атмосферу и уют мини-дома, это ощущает даже забегающий мимоходом медперсонал, не сдерживая удивления. Тут нет запаха спирта, нет ощущения пустоты и холода. В палате Саши по домашнему тепло, пахнет цветами и фруктами, всегда шумно и кто-то есть.       После выписки и возвращения в квартиру, первые пару дней Олег ощущается себя на месте Саши, а Сашу на своём месте. Он бегает и следит за старшим так, как будто мама за ребёнком. В эти несколько дней Олег полностью осознает, почему Саша ведёт себя так по отношению к Олегу и клянётся себе никогда больше не обижаться на брата за это.       В пределах квартиры существует только лишь их маленькая семья из двоих.