Земля солнца

Деймон открыл холодильник и наклонился, чтобы разглядеть содержимое нижних полок. Рейнира сверлила мужчину взглядом. Пальцы её нервно отбивали дробь по кухонному столу гораздо громче, чем следовало. Пускай. Она хотела действовать ему на нервы, если бы это помогло ей быстрее получить желаемое. Блэк вытащил из холодильника контейнер и, открыв его, протянул девушке. — Курица? — скептически поинтересовалась та. — Серьёзно? — Ты не будешь хлебать мой дорогой виски, если не станешь закусывать. Иначе тебя унесёт через десять минут. — Деймон наклонил голову, сопровождая этот жест выразительным взглядом. — Или так, или никак. Мой дом — мои правила. — Ладно, — вздохнула Рейнира и забрала у него контейнер. Внутри лежали три средних по размеру куриных ноги, и даже холод не делал их менее аппетитными. Неплохая закуска. — А теперь доставай свой виски. — Что, даже не разогреешь? Микроволновка прямо за тобой. — Не-а, — равнодушно протянула девушка. — Где будем пить? Деймон покачал головой, точно не мог поверить, что они действительно собираются это делать, и всё же махнул рукой в сторону кабинета. — Иди туда и жди меня. Рейнира подчинилась, не пряча удовлетворённую улыбку на губах. По пути из кухни в кабинет она успела достать одну куриную ножку из контейнера и вгрызться в неё зубами, как голодный дракон: жадно и дико. Язык и губы тут же покрыла тонкая плёнка жира. Мягкие волокна мяса легко жевались, и всё внутри девушки охотно приветствовало эту пищу. Да, они с Деймоном перекусили по дороге обратно, но это — это было совсем другое. Добыча. И Рейнира собиралась подкрепить её достойным напитком, как будто им было что праздновать. Ни черта подобного. Деймон вошёл в кабинет и оставил на своём рабочем столе два гранёных стакана и бутылку виски. Пока Блэк скрылся в соседней комнате — своей спальне, как полагала Рейнира, — его помощница подошла ближе, чтобы изучить бутылку. Синяя этикетка с серебряными буквами и благородная жидкость внутри. Настоящий шотландский виски. — А у тебя губа не дура, — сообщила девушка детективу, когда тот вернулся в офис с тремя подушками в руках. — Отличная выпивка! Деймон бросил подушки прямо на пол напротив стола, под самым окном. — Не думал, что ты разбираешься, — ответил он, смахнув упавшую на лоб тёмную прядь. — Я и не разбираюсь. Но шотландский — это ведь хороший, да? Мужчина улыбнулся. — Вполне неплохой. — Мы будем сидеть прямо здесь? — Да. На полу, как дикари. Ты же так хотела напиться? Чтобы ничего человеческого не осталось и ты не смогла поднять голову? Деймон вопросительно посмотрел на Рейниру. Та внезапно почувствовала смущение, странное и горячее, но только смело кивнула в ответ. Да, он прав: именно этого она и хотела. Нажраться под хорошим предлогом. Узнать друг друга. Забыть о Мире. Об изнасилованиях. О злости. И перестать думать о том, что прямо во время поездки Эйгон начал слать ей фривольные СМС. «Привет, красавица, я тут вспомнил о тебе и о твоём ангельском личике. Хочешь встретиться? Ты же помнишь, что звёзды с неба ближе, чем кажутся?» От одной мысли об этом дешёвом подкате от такого, как он, ей становилось не по себе. Глубоко не по себе. Так, что хотелось откупорить бутылку Деймона и вылакать всё разом. Или залезть под душ, чтобы смыть с себя воспоминания о том, как Эйгон касался её щёк, плеч и рук. Содрать с себя кожу в процессе. Сделать что-нибудь, чтобы оторвать от себя эти воспоминания и притвориться, что она никогда не попадалась Санфайру прямо в руки. Дура. Без лишних слов Рейнира взяла со стола стакан и, прижимая к себе контейнер с едой, плюхнулась на большую подушку в сером чехле. Устроилась на ней поудобнее, прислонилась к стене под окном. Довольно удобно и неформально — самое то. Да ещё и с видом на рабочий стол детектива, который с такого ракурса казался огромным — прямо-таки монумент. И Деймон возвышался над ней точно исполин. Однако недолго: он взял второй стакан и бутылку и опустился рядом. Скрестил длинные ноги. Откупорил бутылку. От запаха алкоголя у Рейниры внутри что-то затрепетало. Она давно не пила. И точно не такой крутой виски. — Правила просты, — сказал Деймон, наливая янтарную жидкость, тускло поблёскивающую на свету, в оба стакана. — Говорим по очереди «я никогда не...» и заканчиваем фразу на свой вкус. Кто такое делал, пьёт. Один глоток — иначе надолго нас не хватит. — Не учи учёного, — усмехнулась Рейнира и взяла свой прохладный стакан в руки. — Ты представить себе не можешь, в сколько таких игр я играла. Я знаю их все. — Знать всё — и моя профессия тоже, — хитро улыбнулся Деймон. Она не знала, что он прячет за этой улыбкой: разочарование, злость или усталость. Что-то он наверняка чувствовал, после того как их поездка за город с треском провалилась. Однако сейчас, даже сидя с ним бок о бок, девушка не могла сказать, что у Деймона на уме. Она видела его глаза — зелёные, насмешливо прищуренные — и не понимала, что скрывается за этим прищуром и пляшущими внутри чёртиками. Интересно, насколько лучше читал её настроение он? Гораздо лучше, наверное. Рейнира облизала губы и, отведя взгляд от соседа, перевела его на стакан. Поднесла тот к носу, принюхалась к дубовому, чуть ванильному аромату. Она ещё никогда не пила виски. Водку и вино — да, приходилось, а также пиво и какую-то пряную мутную настойку, которую ей однажды вручил седой потрёпанный старик в благодарность за несколько яблок. Она всего лишь сорвала их тогда в общественном саду, но от благодарности отказываться не стала: любопытство победило. И вот, она всё ещё жива, а значит, доверие себя оправдало. Что уж говорить о первом виски в компании частного детектива? Да ещё и с игрой? Точно будет что вспомнить. — Начинай, — предложил Деймон. Он тоже прислонился спиной к прохладной стене. Голова его доставала до подоконника, и ветерок из приоткрытого окна лениво играл с каштановыми волосами. В слабеющем свете солнца они отливали серебром. Или это первая седина? Рейнира прищурилась, разглядывая его волосы, и не сразу откликнулась. Отрезвил её только взгляд Блэка. — Окей, — протянула она, — тогда... Я никогда не притворялась кем-то другим ради хорошего дела. — Злодейка, — прокомментировал Деймон, наблюдая, как девушка с довольной улыбкой делает первый глоток. Алкоголь одновременно и взбодрил её, и успокоил. Насыщенный вкусом и градусом, он скользнул теплом по горлу — и остался тлеть где-то внутри, как уголёк. Интересно. Она часто заморгала, а затем выдохнула, привыкая к новому, но вполне приятному вкусу. Точно не как у той жуткой настойки от старика. — Теперь ты. Не став возражать, детектив сделал глоток. — Хороший виски, — кивнул он, покрутив стакан перед глазами. — Я держал его у себя где-то год, и всё руки не доходили попробовать. Видимо, ждал подходящего случая. — Сомневаюсь, что это он, — честно ответила Рейнира. — Кто знает, может, и он. У богов на всё свои планы. — Ты веришь в Семерых? — Нет. Это было образное выражение, так что не обращай внимания и ешь. — Деймон указал на контейнер с куриными ножками у девушки под боком. — Сейчас моя очередь. Я никогда не сбегал из дома. Рейнира с досадой посмотрела на него. — И что мне делать сначала — есть или пить? — Ешь. Мы всё равно никуда не торопимся. — А ты что, правда никогда не сбегал? — спросила девушка, достав недоеденную ножку. Замерла, поднеся её ко рту. — Потому что ты выглядишь так, будто мог бы. — Нет, я был на удивление хорошим сыном, — усмехнулся Деймон. Рейнира снова вонзилась зубами в курицу, как голодный зверь, не волнуясь о том, как выглядит со стороны. Уж не сейчас ей изображать элегантность. — У моего отца было трудное детство, и он старался уберечь меня от его повторения. Он был... довольно понимающим. — А твоя мама? — с набитым ртом спросила девушка и тут же смутилась. Она всё же прикрыла рот ладонью, хотя и не в еде крылась причина её смущения. — Она умерла. Сердце Рейниры сжалось, и она с трудом подавила порыв что-то понимающе промычать. — Прости. — Извиняться тут не за что. Она и мой отец изначально не жили вместе, так что я редко с ней виделся. Обглодав кость целиком, Рейнира отложила её в контейнер и за неимением салфеток облизала пальцы — быстро и аккуратно, как сделал бы любой, а не только беспризорница с улицы. Она подняла стакан и сделала свой заслуженный глоток. — Ну а я, как ты уже понял, имею некоторый опыт в побегах из дома, — призналась она. Виски снова согрело её изнутри. Уверенность тоже постепенно прибавлялась, учитывая, что Деймон впервые за всё время их знакомства был расположен поговорить о личном. — Но я не собираюсь пояснять данное утверждение. — Правила тебя и не обязывают. Тогда твой черёд. — Я никогда не залезала людям в голову, только чтобы показать, какая я умная, — язвительно произнесла Рейнира. Торжествующе проводила взглядом руку Деймона, которая поднесла стакан ко рту. — Довольна? — спросил он, сделав глоток. Облизал губы. От взгляда на них девушке стало тепло и щекотно — совсем как от виски, и она предпочла перевести взгляд снова на его волосы. Улыбнулась. — Теперь да. — Что ж, а я никогда не угрожал никому навредить, если они узнают меня поближе. — «Узнать поближе»? Звучит так, будто ты со мной флиртуешь. — Правда? Деймон приподнял брови, но серьёзность недолго держалась на его лице и быстро сменилась смехом. Рейнира подумала, что ей нравится его подкалывать. Она глотнула ещё виски и уже сама, без его подсказок, взялась за вторую куриную ножку. Сидеть на полу оказалось на удивление комфортно. Было приятно превратить этот офис во что-то неформальное — и увидеть, как маска начальника окончательно спадает с мужчины рядом с ней. Теперь он был всего лишь человеком: весёлым, расслабленным, пьющим и играющим в какую-то детскую игру. Совсем как она. — Я никогда не жила за границей, — продолжила их игру Рейнира. Она с удовольствием жевала куриное мясо, чувствуя привкус виски во рту. — Пьёшь или не пьёшь? Вместо ответа Деймон поднял свой стакан и, отсалютовав ей, сделал ещё глоток. — Великобритания, — добавил он после. — Я родился в Манчестере и провёл там всю юность. — То есть ты не из Вестероса? — удивилась девушка. — Мне действительно казалось, что у тебя есть слабый акцент, но... — Мой отец был из Вестероса. Так что наполовину я всё-таки отсюда, тем более что живу здесь... хм, пожалуй, уже четырнадцать лет. — А сколько тебе? Вопрос сорвался с губ Рейниры быстрее, чем она подумала, стоит ли его озвучивать. Не то чтобы настроение разговора это запрещало, но... К счастью, Деймон только тихо рассмеялся. — Ты как-то не подумала задать этот вопрос раньше, да? — спросил он. Рука его скользнула по волосам, растрепав их, и опустилась обратно, но перед этим девушка успела отметить серебряное кольцо на его пальце. У него вообще были красивые руки: явно сильные, с крупными ладонями и по-своему изящными пальцами. Да и сам он выглядел как минимум неплохо. Весь этот ум в глазах, выразительные черты лица, широкие плечи... И правда, на сколько он выглядел? Лет на тридцать пять? Своё предположение Рейнира высказала вслух, опустив мысли по поводу его внешности. — Почти угадала. Мне тридцать семь. И, кстати, я никогда не врал о своём возрасте, чтобы получить халявную выпивку. Закатив глаза, девушка допила то, что оставалось в её стакане. К её удивлению, Деймон тоже приложился к своему. — Хоть в чём-то мы должны быть похожи, — пояснил он. — Ты не прав, если считаешь, что я вру о своём возрасте сейчас, — заметила Рейнира. — Я уже несколько месяцев как совершеннолетняя. Но в прошлом бывало всякое, так что... да, тут я пью. — И вот мы сидим здесь: почти сорокалетний детектив и восемнадцатилетняя девчонка. И как это произошло? Думается мне, ты где-то свернула не туда. — Но так же интереснее, верно? Деймон повернул к ней голову и смерил девушку долгим задумчивым взглядом. — Пожалуй. — Готова поспорить, что не каждой восемнадцатилетней девчонке выпадает возможность поработать помощницей детектива, — улыбнулась Рейнира. — Смотри, моя жизнь действительно стала круче с тех, пор как ты поймал меня на том приёме. — Неужели я слышу благодарность? — усмехнулся мужчина. — Не знаю. Мне нужен минимум ещё один стакан, чтобы дойти до этой стадии. — Не хочу быть обвинённым в спаивании молодёжи, но, — Деймон взял бутылку и заново наполнил их стаканы, — сегодня особый случай, и я хотел бы узнать, как выглядит добрая Рейнира. — Я добрая! — засмеялась она. — Правда! Просто слишком привыкла быть острой на язык. Веришь или нет, но я не всегда была такой — по крайней мере, не настолько острой. На мгновение между ними повисла недосказанность, и Блэк, очевидно, заметил её — но задавать вопросов не стал. Рейнира это оценила. У неё самой в груди заныло даже от поверхностного упоминания перемен, через которые ей пришлось пройти. Перед глазами замелькали кадры прошлого, как из старого кинофильма: родной дом на Драконьем Камне, отец — и мама в своей постели, из которой в конце жизни уже не могла подняться. Скорбь, утрата... И блядская Алисента Хайтауэр. Девушка прикусила губу, чтобы болью вернуть себя в реальность. Поёрзала на подушке и несколько сжалась, точно в защите. Она чувствовала на себе взгляд Деймона, но Блэк, к счастью, никак не прокомментировал её вид. Только сказал: — Твоя очередь. — Хорошо, — кивнула Рейнира, рассеянно глядя перед собой и пытаясь придумать, что бы такое спросить. Мысли её, как назло, разбегались по углам. — Эм... я никогда не ходила на Шёлковую улицу, чтобы снять проститутку. Или проститута. Деймон хмыкнул. — Вот что ты обо мне думаешь? — Я просто трезво смотрю на вещи. Брось, да все мужчины в этом городе хоть раз снимали кого-то на ночь! Мужчина покачал головой. — Я не пью. — Что, правда? — недоверчиво спросила девушка. Она доела вторую куриную ножку и бросила кость обратно в контейнер. Чуть сползла по стене, чтобы не сидеть, а полулежать на двух подушках из трёх. — Никаких свободных взглядов? «Секс-работа — это тоже работа»? — Ты серьёзно хочешь обсудить со мной права секс-работников? — А ты серьёзно хочешь уйти от ответа? — Я бывал на Шёлковой улице, — спокойно ответил Деймон, — много раз, по личным делам и по работе. Но я никогда не ходил туда с целью снять кого-нибудь на ночь. Хотя бы потому, что для этого есть телефон. Рейнира фыркнула. — Что ж, может быть. Да и я бы наверняка увидела тебя там, если бы ты кого-то снимал, — сказала она, серьёзно глядя мужчине в глаза. — В конце концов, я там часто кого-то цепляю. Его лицо дрогнуло — этого она и добивалась. Блэк пристально посмотрел на неё, выдерживая упрямый взгляд девушки и одновременно, очевидно, пытаясь понять, не врёт ли она. — Я никогда не обманывал людей, только чтобы эпатировать их. — Я не пью. — Как знаешь. Они отвернулись друг от друга почти синхронно, раздражённые и раздосадованные. Весёлое настроение сменилось напряжением, и пару минут Рейнира и Деймон просто сидели бок о бок, глядя в разные стороны и держа в руках стаканы с недопитым виски. Нет, наконец подумала Рейнира, заканчивать слишком рано. Она ещё не напилась до такой степени, как хотела, хотя чувства уже начали захлёстывать её страннее обычного. — Расскажи о себе что-нибудь, что никто не знает, — неожиданно попросила она, следуя этим самым чувствам. — И выпей в наказание за то, что раскрыл секрет. — А цена? — Я сделаю то же самое. Деймон кивнул, соглашаясь, и медленно выдохнул — не то устало, не то задумчиво. Может, оттого, что не мог так сразу выбрать один секрет из многих? Их за тридцать семь лет у него накопилось достаточно — в этом Рейнира была уверена. Однако в итоге, спустя минуту раздумий, он всё же поднёс к губам стакан. Сделал жадный глоток и, откинув голову, бросил: — Моя фамилия — фальшивка. Я взял её для работы и по личным причинам. Это достаточно хороший секрет? Рейнира на мгновение задумалась над этой информацией, а затем кивнула. Она снова повернулась к мужчине и притянула к себе свободную подушку, чтобы опереться на неё локтем. Взглянула на Блэка с интересом. — Почему именно эта фамилия? — Короткая, простая, узнаваемая. Деймон Блэк — хорошее имя для частного детектива: запоминающееся и достаточно пошлое, чтобы привлечь клиентов, которые о детективах знают только из книг. — И вправду неплохое. Мне тоже нужно взять фальшивую фамилию, чтобы быть тебе под стать. — Бери сразу «Ватсон», — усмехнулся мужчина, — чтобы все знали, кто перед ними. Или «Уайт», чтобы мы звучали как цирковой дуэт. — Или адвокатская фирма, — предложила более выгодный, на её взгляд, вариант Рейнира. — «Блэк энд Уайт» — я определённо подумаю над этим! Оба тихо рассмеялись над этой дурацкой шуткой. И смеялись целых несколько бесценных мгновений — пока девушка не осознала, что пришло время для важного откровения уже с её стороны. Не то чтобы у неё было много весёлых секретов. Посерьёзнев, Рейнира вздохнула: — Снова моя очередь, верно? Она обняла подушку, что была у неё под локтем, и свободной рукой притянула стакан с к груди. Наклонилась к виски, чтобы вдохнуть его запах. Выдержанные алкогольные пары, чуть терпкие и сладкие, расслабляли и немного придавали решимости для того, чтобы раскрыть один из её не менее выдержанных секретов. Конечно, долго выбирать не пришлось. — Когда моя мать умерла, отцу понадобился год, чтобы жениться снова. На момент свадьбы его новой жене было двадцать два. И да, я презираю их обоих. — Это многое объясняет, — помолчав, ответил Деймон. — Наказываю тебя двумя глотками: за отца и за мачеху. Чувствуя благодарность за такую простую, но говорящую поддержку, Рейнира сделала ровно так, как он сказал. Алкогольное тепло в её груди становилось всё ярче, всё ощутимее, и мысли в голове текли уже безо всякого её контроля. Девушка уткнулась подбородком в подушку. Настроение металось где-то между весельем, лёгким и желанным, и странной тоской, идущей глубоко изнутри. Но она не хотела сдаваться этой тоске. Она хотела просто перестать думать. — Как ты узнал, что я бродяжка? — Рейнира спросила первое, что пришло в голову, но на самом деле этот вопрос уже некоторое время занимал её мысли. — Ну, ты не то чтобы это отрицала. — Но разве это так очевидно? Как ты понял, что я не просто из бедной или неблагополучной семьи? Воровки бывают разные, знаешь. Деймон неопределённо пожал плечами, но они оба знали: у него есть ответ. И в итоге он всё равно его произнёс: — С первой нашей встречи ты была такой ловкой, уверенной в себе и зубастой, что мне было трудно представить тебя... — Что? — В семье. Девушка понимающе хмыкнула. Ответ Блэка звучал более чем логично — больно, но логично. И благодаря ему в том числе, вопреки своему желанию, Рейнира всё сильнее погружалась в меланхолию, тягучую и настойчиво бередящую душу. Ей захотелось выпить ещё. И, может, включить музыку — что-то, что отзовётся внутри каждой нотой и словом. Может быть, начать петь во весь голос. А меня действительно развозит, отстранённо отметила она и грустно усмехнулась. Поёжилась, точно от холода, хотя в офисе было довольно тепло. Пиджак она отдала Деймону ещё в машине по дороге назад, но теперь ей вдруг стало его не хватать: такого уютного, удобного, пахнущего приятным одеколоном Блэка. Она бы не отказалась сейчас завернуться в него. — Сколько ты выпила? — насмешливо спросил мужчина, наблюдая за ней. Он склонил голову набок. Во взгляде его читались любопытство и снисходительность, рука по-прежнему сжимала стакан. Он поднял его и выпил парой больших глотков то, что оставалось внутри. Кивнул в сторону стакана Рейниры. — Что-то ты совсем не сопротивляешься. — Я и не хочу, — пробормотала она. Посмотрела на свою выпивку, приложилась к ней снова. Виски, быстро ставший таким знакомым, приятно ощущался на языке, но ещё приятнее скользил по горлу. Разбавлял мысли, делая их всё более и более прозрачными. — Налей мне ещё. И только не надо про курицу, ладно? — Ладно. Рейнира выпила и третью порцию, на этот раз ещё быстрее прошлых. Закуска не могла победить крепкий алкоголь, особенно учитывая то, что девушка так давно не пила ничего действительно крепкого. Её начало клонить в сон. Или же это было естественное последствие поездки в Росби, в которой она потратила слишком много энергии. А ещё это разочарование... Финальное разочарование высасывало её силы до сих пор, как невидимый вампир, припавший к шее. Где-то у двери ухнула кукушка — это в её мобильном, оставленном в сумке, возникло уведомление. Не то чтобы Рейнире часто приходили уведомления. «Я знаю, что ты прочитала моё сообщение, — написал ей Эйгон Санфайр, когда она и Деймон приехали в Росби и остановились у того паба. — И я знаю, что я в твоих мыслях. Не бойся мне ответить». После этого он начал звонить, и Рейнире пришлось прятаться у задней двери паба, чтобы Деймон её не увидел. Она сбрасывала и сбрасывала звонки Эйгона, пока тот не перестал названивать. В общей сложности он позвонил пять раз. Пять раз подряд. Настойчиво и уверенно, явно не стесняясь того, что она отказывалась с ним говорить. Когда телефон наконец замолчал, девушка ещё пару минут напряжённо ждала, когда же ей придёт в лучшем случае разочарованное, а худшем — гневное сообщение. Но Санфайр замолк. А теперь, видимо, таки нашёл слова. И что ей с этим делать? Просто забить? Расфокусированным, мутным взглядом Рейнира смотрела на свою сумку, повешенную на крючок у двери, и думала обо всех пошлых подкатах, которые мог написать ей актёр. А может, там будут проклятия? Финальное оскорбление? Холодное «я понял, пока»? Оказывается, она была гораздо ближе к Мире, чем думала изначально. И кто знает, пришлось бы ей только притворяться его жертвой, если бы сообщения от Эйгона стали приходить раньше и Рейнира решила на них ответить. Даже переписываться с этим человеком было опасно. — Думаю, тебе хватит, — мягко сказал Деймон. Девушка вздрогнула от звука его голоса: она уже и забыла, что они, вообще-то, играют. Хотя так себе выходила игра — одно расстройство, не считая того, что теперь Рейнира знала о Деймоне... Что? Что у него фальшивая фамилия и был отец? Всё равно он и она ничего не знали друг о друге на самом деле. Про того же Эйгона она бы никогда Блэку не сказала, а о своих страхах на его счёт — тем более. — Не мешай мне веселиться, — протянула девушка. — Если ты уснёшь у меня на полу, я не буду относить тебя в кровать, — сказал он. — Она у меня только одна, и я собираюсь в ней сегодня спать. — Здесь вполне уютно, — усмехнулась Рейнира, демонстративно прижав к себе подушку. — Если ты знаешь, кто я, то тебя не смутит, где я сплю, верно? — Делай что хочешь. Деймон медленно поднялся с места, забрав с собой бутылку. Посмотрел на свою помощницу, уже весьма пьяную, сверху вниз. Ей померещилась сочувственная улыбка на его губах, но в следующее мгновение лицо мужчины снова стало равнодушным. Он мягко подтолкнул к ней свою подушку ногой. — Можешь устраиваться поудобнее, а можешь встать и принять холодный душ. Я не собираюсь выгонять тебя, но был бы рад, если бы из моего офиса не делали спальню. — Встану через минуту, — пообещала Рейнира. Голова её так и норовила упасть набок, веки тяжелели с каждой секундой. Ей было чертовски грустно, и её злило то, что для этой грусти было сразу несколько причин: как прошлые, так и нынешние. Один только взгляд Миры. Одно только воспоминание о доме, о маме. И одно только сообщение от действительно плохого человека. Она уснула раньше, чем поняла это. И проснулась на пару секунд только тогда, когда Деймон сильным и властным движением поднял её с пола и, взяв на руки, куда-то понёс. Пожалуй, ей бы стоило сопротивляться и рычать, боясь за свою безопасность, но она была для этого слишком пьяна, разбита и безвольна. А ещё она, кажется, действительно доверяла этому человеку.