Земля солнца

Документальное кино «Бастарды», продюсируемое Эйгоном Санфайром, победило в своей номинации. Когда все причастные к этому фильму поднялись на сцену за наградой, среди них был и сам Эйгон. Рейнира видела его лицо по телевизору. В тот день она специально пришла к Гаррольду Вестерлингу, чтобы наблюдать за триумфом актёра в прямом эфире. Деймон отказался смотреть трансляцию — а ей это было нужно. Увидеть, как Санфайр растягивает губы в польщённой улыбке, как берёт «Золотого дракона» в руки и зачитывает наизусть свою часть благодарственной речи. В этот момент он был на вершине мира. Но она треснула под ним на следующий день. В один момент, точно по команде, все вестеросские и международные соцсети наводнили посты про грязные тайны Эйгона. Треды со скриншотами переписок с несовершеннолетними, видео с признаниями девушек, переживших насилие. Все они были в ярости: как такой человек до сих пор на плаву? Их голоса звучали из каждого третьего телефона, и Рейнира слышала их, когда шла по улице. Люди шептались, люди косились на чёртовы плакаты с рекламой газировки и его бледным самодовольным лицом на них. Неравнодушные пользователи быстро откликнулись на посты пострадавших девушек. Понеслись лайки, репосты, комментарии. К вечеру добрая часть интернета ругалась из-за Санфайра, а к утру следующего дня новости начали просачиваться в прессу. Рейнире хотелось смеяться и петь. А ещё внутри неё бурлило удовлетворение от такой желанной, особенно после всего случившегося, мести. Диана Стоун, клиентка Деймона, тоже была среди выступающих. На вид такая хрупкая, она честно рассказывала о своей истории и не боялась отвечать тем, кто пытался найти в этой истории изъяны. Конечно, у Эйгона появились защитники. Много защитников. Но их голоса неизбежно затихали под валом доказательств — личных фотографий и переписок, слитых из телефона актёра. Его пошлые подкаты к юным фанаткам быстро растащили на издевательские хэштеги. Посвящённые ему сообщества неумолимо закрывались. А девушки всё говорили и говорили — о том, как он зажимал их в укромных углах или даже у всех на виду, о том, как отказывался слышать слово «нет», и о том, как после всего заявлял, что они должны быть ему благодарны. Три дня спустя к Диане и другим жертвам, найденным Деймоном, добавились ещё четыре, не побоявшихся заговорить. В интернете появилась петиция исключить Эйгона из актёрского состава его следующего фильма. В ток-шоу по телевизору потихоньку начинали говорить, что «Бастарды» получили свою награду незаслуженно. И хотя, по мнению Деймона и Рейниры, это было уже чересчур, поезд общественного возмущения было не остановить. Репутация Эйгона Санфайра рушилась на глазах. Оставалось надеяться, что он, судорожно пытающийся её спасти с помощью десятка менеджеров, забудет о тех, с кем скандалил недавно. Теперь у него были другие заботы. Тем временем жизнь Рейниры тоже менялась. Она согласилась переехать к Деймону, и с каждым днём это решение вызывало у неё всё больше вопросов. Нет, оно ей нравилось. И Деймон ей нравился. И новый кожаный диван, который детектив купил специально для неё, тоже вызывал исключительно приятные чувства. Но она перестала быть бродяжкой. Перевезла вещи, что хранил для неё Гаррольд. По собственной воле пришла в дом к человеку, которого знала не больше месяца, и... Она пока не до конца понимала, откуда в ней взялась такая решимость. Почему она его не боялась? Почему она ему доверяла? Видимо, как и все девушки, Рейнира не устояла перед тем фактом, что кто-то спас ей жизнь. Или, по крайней мере, не дал очередному подонку как следует её избить. Да, этот факт их с Деймоном взаимоотношений был, безусловно, очень очаровательным — настолько, что теперь она начинала краснеть каждый раз, когда вспоминала о том, как он тогда ворвался в комнату и остановил Эйгона. Помог ей подняться. Убрал волосы с её лица, заглянул ей в глаза в страхе за её жизнь. Это было... мило. И благодарность, которую она теперь испытывала по отношению к нему, было трудно недооценить. Но, конечно, Рейнира держала себя в руках. Она не позволяла себе смотреть на Деймона щенячьим взглядом — даже когда он презентовал ей диван, или отдал весь комод под её вещи, или выплатил первую зарплату. Все эти подарки, говорила она себе, были вполне заслужены тем, что она добыла доказательства против Санфайра. Да, для такого умозаключения приходилось немного покривить душой, но она могла себе это позволить. В конце концов, хитрость была её ремеслом — и Рейнира не позволяла себе горевать о том, что всё так сложилось. Наступил июль. Жизнь более-менее наладилась. Теперь Деймон работал над своими куда более привычными и скучными делами: слежкой за неверными супругами, завравшимися партнёрами по работе или просто чьими-то ненавистными родственниками. Рейнире он поручил копаться в файлах, добытых из чужих ноутбуков и телефонов. Нередко детектив и его помощница проводили рабочее время вдвоём: он — за своим столом, она — на диване прямо напротив. Так было и тем вечером, когда по радио — его слушала Рейнира, вставив в уши наушники, — передали, что у «Бастардов», вопреки требованиям некоторых, не отберут награду. Далее ведущий новостей перечислил новые номинации фестиваля. Конечно, после свежего скандала с документалкой и её опороченным продюсером мало кого интересовали номинанты на лучшую короткометражку и анимационный фильм. Но Рейнира прослушала все названия с интересом. Она вынула один наушник и посмотрела на погружённого в работу Деймона. — Знаешь, я всегда хотела побывать в Красном замке. Мужчина что-то промычал, не отрывая взгляд от ноутбука. Одна его рука двигала мышку, а другая время от времени что-то печатала. — Я знаю, туда постоянно водят экскурсии, но у меня обычно не оставалось свободных денег, чтобы купить билет. Не говоря уже о том, чтобы сходить туда во время фестиваля и посмотреть кино. Деймон по-прежнему не отвечал. Рейнира вытащила и второй наушник — всё равно по радио началась реклама — и, закинув ноги в кедах на диван, повернулась к детективу лицом. Откинулась на мягкий коричневый подлокотник. — Ты меня слушаешь? — И? — спросил Блэк. — К чему этот разговор? — Говоришь так, будто я всегда к чему-то веду. Может быть, я пытаюсь завести с тобой светскую беседу. — А это так? Девушка помедлила, прикусив губу. — Я просто подумала, что мы могли бы сходить в кино, знаешь. Сейчас по радио рассказывали про новых номинантов, и я не думаю, что в залах будет много народу. Никому не нужны короткометражки, давай честно! — Но тебе нужны, — заметил Деймон. Он до сих пор не поднял на неё взгляд, и Рейнира подозревала, что причина кроется в том, что за последние недели она уже не раз приставала к нему с разговорами во время работы. В конце концов, она, как помощница, работала куда меньше, чем он. Вот и делать ей становилось нечего куда чаще. — Ещё есть анимационные фильмы, они длиннее. Если ты не из тех, кто считает, что анимация только для детей. Лично мне всё равно, на что идти, — ты можешь выбрать, что хочешь. Деймон вздохнул и наконец посмотрел на неё. Взгляд у него был серьёзный. — Я не думаю, что вести тебя прямо в сердце фестиваля, когда история с Эйгоном ещё свежа, — хорошая идея. — И что, ты реально хочешь держать меня здесь взаперти? — недоверчиво спросила Рейнира. — Кто держит тебя взаперти? Я просто не думаю, что в Красном замке нам сейчас место. — Почему? Меня там никто не знает. Ты же не думаешь, что Эйгон развесил фотографии моего лица у каждого кинозала? Да и звёзды собираются там только на открытии и вручениях. — Знаю. Но всё же думаю, что пока рано рисковать. С вашей стычки прошла всего пара недель, и я предпочту, чтобы ты пока держалась подальше от всех мест, которые хотя бы как-то с ним связаны. Рейнира недовольно вздохнула, понимая, что он прав. Осторожность — вот зачем Деймон взял её к себе. И вряд ли в его планы по обеспечению её безопасности входило таскаться с ней в кино, особенно на никому не сдавшиеся короткометражки. Тем не менее, съехав по спинке дивана и устроившись головой на подлокотнике, девушка решила порассуждать вслух: — По радио перечислили всех номинантов, и я запомнила несколько. Ты любишь ставки? Я бы поставила на победу «Охоты» — это фильм о принцессе, проходящей боевое крещение на охоте отца. Звучит сочно! Не то что очередная история о женской ревности — кажется, «Зелёный — цвет мести». Что-то про шьющую платье женщину... И ещё «Упавшая корона» — про дни последнего короля Вестероса. Но это выдуманный король, а не настоящий, потому что последним был Таргариен... Деймон резко захлопнул ноутбук. Рейнира посмотрела на него, умолкнув на полуслове. — Что, я тебе мешаю? — Нет, я уже привык к звуку твоего голоса. Он для меня всё равно что птичье пение, — ответил Блэк, и девушка смущённо поджала губы. — Просто подумал, что хватит на сегодня работы. И тебе определённо требуется свежий воздух. — Прогоняешь меня? — усмехнулась Рейнира. — Напротив, иду с тобой. Хочешь выпить кофе? Сегодня прекрасный день для прогулки. Он встал из-за стола, высокий и удивительно решительный, и взял ключи от «Караксеса». Солнце, светящее сквозь приоткрытые жалюзи, делало его белую футболку ещё белее и играло не то золотом, не то серебром в каштановых волосах. Мужчина кивнул помощнице. — Поднимайся, бездельница, мы найдём тебе чем заняться. И я больше не хочу слышать о последних королях Вестероса, окей? — О, ты многого о них не знаешь! — снисходительно протянула Рейнира, почти лениво вставая со своего заслуженного дивана. — Уверена, я могла бы поразить тебя своими знаниями истории, но ты к этому не готов. Так что мы будем делать? Деймон открыл перед ней дверь и загадочно улыбнулся. — Узнаешь. В разгаре лета, даже во время рабочих будней, на улицах было полно народа. Рейнира видела, как люди мелькали за окном автомобиля, загорелые и одетые в лёгкую яркую одежду, и от этой картины сердце её наполнялось приятным трепетом. Она с детства привыкла воспринимать лето как праздник, а уж здесь, в сердце страны, когда повсюду висели плакаты кинофестиваля, чувство это усиливалось в разы. Из магнитолы «Караксеса» играла драйвовая песня группы Roxette. Ветер из приоткрытого окна трепал светлые волосы девушки. Она прижималась щекой к стеклу, разглядывая пролетающие мимо автомобили и солнечные блики, отражающиеся в их боках. В воздухе пахло теплом и пылью. Деймон привёз их прямо в центр города и припарковался в тени пышных зелёных деревьев напротив кофейни. Над входом в её небольшое уютное помещение висело подсвеченное кофейное зерно размером с голову Рейниры, а изнутри доносился восхитительный аромат кофе. Там мужчина купил себе и ей по бумажному стакану с холодным глясе. Девушка облизала губы после первого же глотка: на них остался вкус мороженого и сливок. Детектив и его помощница двинулись вдоль по улице. Она всё ещё не знала, куда они идут, но это её не слишком беспокоило. — Удиви меня, — бросила Рейнира, пожав плечами. — Мне понравится любое предложение, которое не включает в себя офис. — Ловлю тебя на слове, — откликнулся Деймон. Он шёл неторопливо, расслабленно, скользя равнодушным взглядом по чистым стенам домов и свежеразмеченной дороге, по которой проносились дорогие машины. Здесь, в центре столицы, было особенно красиво. Поскольку город ежегодно принимал в своих стенах тысячи туристов, его главные улицы держали в идеальном порядке: любую трещину заделывали, любой кустарник подстригали. Дома здесь выглядели как новенькие, и повсюду блестели модные вывески кафе, магазинов и ресторанов. В большинство из этих мест Рейнира никогда не заходила: не было денег. Даже близко не хватало. Но теперь... С тех пор как Деймон выплатил ей зарплату, руки девушки так и чесались потратить её на что-то приятное. Но детектив продолжал двигаться вперёд — мимо ресторанов, в окнах которых виднелись удобные диваны и кресла, занятые посетителями, и мимо магазинов, из витрин которых смотрели на прохожих манекены. Они протягивали зевакам сумки и шляпы, блестели солнцезащитными очками и дорогой бижутерией на длинных пластмассовых шеях. Заметив, как уставилась на них Рейнира, Деймон усмехнулся и потянул её за локоть. Дойдя до перекрёстка, они повернули на новую улицу — и всё стало ясно. Рейнира выдохнула, увидев возвышающийся впереди торговый центр — три этажа, переливающиеся перламутром стёкла и вращающаяся дверь, впускающая и выпускающая десяток людей одновременно. Она уже и забыла, что его тут построили! — Серьёзно? Мы идём развлекаться в торговый центр? — Кто сказал о развлечении? — удивился Деймон. — У нас по плану жизненно необходимый шоппинг. Я научу тебя, как тратить твои первые честно заработанные деньги, чтобы это принесло пользу в будущем. — В будущем? С такими словами ты вполне мог бы привести меня в банк открывать вклад или типа того, — фыркнула девушка. Они уже миновали полпути до торгового центра и выкинули в ближайшую урну пустые стаканчики из-под кофе. — И вообще, ты мне не... — Кто? — насмешливо спросил Блэк. — Отец? Рейнира поёжилась, почувствовав неприятие от такого окончания фразы. Дёрнула плечами. — Нет. Но как минимум ты мне не дядя, чтобы учить меня жить. — Я твой босс, а это почти одно и то же. И сегодня я буду лепить из тебя своего идеального ассистента, — довольно улыбнулся Деймон, когда они зашли во вращающуюся дверь. Рядом с ними оказалась ещё молодая семья с ребёнком, и он беззубо улыбнулся Рейнире. От такой искренности та растаяла и украдкой помахала ему рукой. — Ну так что? — спросила она, когда они с Блэком оказались внутри. — Куда идём? В торговом центре ожидаемо оказались высокие потолки, эскалаторы, тянущиеся вверх и вниз, и длинные ряды подсвеченных лампами витрин. Здесь продавали всё — от дорогой бытовой техники до одежды. Мимо сновали люди с пакетами брендов. Играла стильная, но абсолютно безликая музыка — та, что обычно играет в подобных местах. И огни... Огни были повсюду: на потолке, под водой в небольшом фонтане у входа, на полу — вдоль дорожек, уходящих в два противоположных торговых ряда. А наверху, насколько Рейнира помнила рекламу этого места, и вовсе располагался кинотеатр. Отчасти она надеялась, что в итоге она и Деймон окажутся именно там, но у мужчины, очевидно, были свои планы. Он потянул её вперёд и налево — и через пару мгновений они оказались у отдела женской одежды. Внутри между стройных стеллажей и рядов с вешалками сновали консультантки в фиолетовых футболках. Медленно прохаживались покупательницы. Все молодые, ненамного старше Рейниры. — Серьёзно? — повторила она. — Вот чем ты хочешь меня занять? — Не говори, что тебе не нравится покупать одежду. Я видел, как ты одеваешься, и знаю, что у тебя есть вкус. Конечно, насколько это можно сказать о твоём... уличном стиле. — Ну, знаешь, когда мне пришлось жить на улице, пришлось выбросить большинство платьев, — пробурчала девушка. — А то чудесное белое платье, в котором ты была на бранче в «Утёсе Кастерли»? — невинно напомнил Деймон. — Не спорь. Мне нужно, чтобы моя помощница выглядела чуть опрятнее, чем бродяга с улицы. — Эй, я отлично выгляжу! — Может быть. Но я бы всё-таки купил тебе новые кеды и пару джинсов, что думаешь? И не дожидаясь её ответа, Блэк лёгкой и уверенной походкой вошёл в магазин. Закатив глаза, Рейнира потащилась следом и, быстро нагнав мужчину, схватила его за локоть. Повисла на нём, заставив детектива затормозить. — Ты же помнишь, что я не взяла с собой денег? — Расплатишься со мной позже. — Кажется, тебе нравится тратить на меня деньги. Кто ты, по-твоему, Ричард Гир из «Красотки»? — Для Джулии Робертс ты мелковата, — очаровательно улыбнулся Деймон и, несмотря на вцепившуюся в него девушку, зашагал к ближайшим вешалкам. На них висели футболки — пёстрые, яркие, исписанные дерзкими и мечтательными надписями, которые могли бы понравиться молодым девушкам. Пробежавшись по ним пальцами, он вытащил голубую футболку на пару размеров больше, чем у Рейниры. Приложил её к своей помощнице. — Она мне велика, — озвучила та очевидное. — Тебе нравится свободная одежда. Рейнира неожиданно для себя смутилась. — Так уж ты и знаешь, что мне нравится, — пробормотала она. — Надо чаще напоминать тебе, что ты не умеешь читать мысли. — Зато я наблюдательный, — ответил Деймон, всучив ей ту голубую футболку: на ней был узор из красно-белых японских карпов. — А ты постоянно вертишься перед глазами. — Не слышала, чтобы ты жаловался. Рейнира потянулась к соседней стойке с вешалками, и пальцы её начали перебирать белые топы на тонких лямках. Все они смело оголяли живот. С самодовольной улыбкой девушка прижала один из них к себе и повернулась к ближайшему зеркалу. — Знаешь, сюда отлично подойдут свободные штаны и ремень, — заметила она. — Я думал о чём-то более закрытом, — покачал головой Деймон, задумчиво разглядывая её отражение. В руках у него уже были новые футболки. Рейнира игриво надула губы. — Что, не хочешь, чтобы я смущала твоих клиентов? Кто знает, что они подумают, увидев меня в таком топе у тебя на диване. Детективу с такой помощницей позавидует каждый женатый и неженатый мужчина в Королевской Гавани. — Единственное, чему они смогут позавидовать, — это силе пинка, которым я им отвешу. — Или, — довольная этим ответом, продолжила Рейнира, крутясь перед зеркалом с уже полюбившимся ей предметом одежды, — я буду смущать тебя? — С чего бы это? — Вот именно. Ты уже видел меня в своей ванной в одном полотенце — нам почти нечего скрывать друг от друга. Подавив улыбку, Деймон приблизился к девушке со спины и чуть наклонился — так, чтобы его губы поравнялись с её ухом. Их щёки почти соприкоснулись. Рейнира немедленно покраснела, почувствовав тепло его дыхания на своей коже. Заворожённо уставилась на их совместное отражение — взрослого темноволосого мужчины и юной светловолосой девушки. — Пока ты не видела меня обнажённым, мы не равны, — заметил он. От его дыхания по её коже побежали мурашки, и пальцы крепче сжали мягкую ткань топа. — И я не собираюсь делиться этой картиной с тобой, Рейнира. Она с трудом удержалась от вопроса «почему». Часто заморгала и резко обернулась, чуть не столкнувшись с Блэком. Посмотрела на него снизу вверх. — Я возьму эти футболки, но и топ тоже. А джинсы выберу сама, и ты подождёшь меня у примерочной. — Как скажешь. Деймон и вправду оставил её у полок с джинсами в одиночестве, а затем, как по волшебству, снова появился — на этот раз у примерочных, держа отобранную ранее одежду. Увидев его таким, Рейнира невольно задумалась, как он и она выглядят со стороны. Как босс и ассистентка? Или, действительно, как дядя и племянница? Ей не нравился ни один из этих вариантов. Она, пожалуй, и сама не смогла бы сказать, кем считала их дуэт. Друзьями? Вряд ли. Коллегами? Ну да, ну да... Вот и получалась какая-то мистика — да такая, что довела бы её отца до инфаркта, если бы он узнал, что дочь шляется по магазинам одежды с таким покровителем, как Деймон. Конечно, он был вполне благонадёжен, но... что-то в нём не давало поверить в эту благонадёжность до конца. Может, быть хитрый взгляд зелёных глаз. Или таинственная и самодовольная улыбка, периодически возникающая на его губах. Но они друг друга стоили — это можно было сказать точно. Забившись с кучей обновок в примерочную кабинку, Рейнира задёрнула шторку и повернулась к зеркалу. В ярком белом свете лампы над головой вид у неё был болезненный: кожа казалась серой, под голубыми глазами мерещились несуществующие круги. Поморщившись, девушка скинула майку. Покрутилась у зеркала в одном бюстгальтере, оглядывая голую спину и плечи. После стычки с Эйгоном Санфайром она отделалась всего парой синяков: ударилась, когда упала на пол. Но от них уже почти ничего не осталось. Чудо, не иначе. Хотела бы она сказать, что тот день не возвращался к ней во снах, но, увы, не могла. Испуг, такой живой и будоражащий, по-прежнему давал о себе знать по ночам, когда Деймон закрывал за собой дверь спальни и Рейнира оставалась в тёмном офисе одна, засыпая. Её диван был широким, мягким, и мужчина выдал к нему свежее постельное бельё — всё, о чём Рейнира могла только мечтать. Своё место. У неё было своё место. Но даже всё это удобство порой не мешало ей просыпаться посреди ночи от снов. В них на неё с бешенством в глазах бросался Эйгон. В них она бродила по ночным улицам столицы, одержимая голодом и необходимостью что-то украсть, чтобы прокормиться. В них она снова и снова отплывала от Драконьего Камня, увозя с собой скорбь по умершей матери и боль от предательства отца. Куда бы ты ни шёл, себя ты берёшь с собой, верно? Силой отпихнув от себя эти неприятные мысли, Рейнира потянулась к вешалкам с одеждой. Накинула ту самую голубую футболку с карпами и придирчиво осмотрела себя в зеркале. В ней она и вправду выглядела классно: яркий цвет подчёркивал её глаза, а рыбы приятно пестрили. У Деймона тоже был хороший вкус. Интересно, приходилось ли ему хоть раз вот так одевать кого-то вроде Рейниры? Вряд ли. Он не упоминал ни братьев, ни сестёр и давно дал понять, что никогда не нанимал никого так, как Рейниру. Выходит, она была для него особенной? Ей нравилось так думать. Примерив все футболки, она вышла к Деймону в том самом топе и новых джинсах-бойфрендах, которые очаровательно сидели на её тонкой талии. Покрутилась перед ним, засунув руки в карманы. Смело улыбнулась. — Ну же, не отрицай: я выгляжу чертовски круто! Мужчина окинул её оценивающим взглядом с головы до ног. Одобряюще, хоть и немного снисходительно, улыбнулся. Кивнул. — Круто. Только обещай не нарываться на неприятности. — На какие? — приподняла брови девушка. — Сейчас лето, и я выгляжу потрясно. Почему я не могу носить топы летом? — Ты можешь носить всё, что захочешь, пока не играешь в роковую соблазнительницу. Я не хочу снова отбивать тебя у каких-то мутных типов. — Мне это больше не нужно. У меня теперь есть деньги, дом и работа — зачем мне кого-то соблазнять? Деймон покачал головой, поджав губы, и Рейнира поняла, что он отказывается отвечать. Прищурилась. — Что? — Она подошла к нему ближе. — Что ты хотел сказать? — Ничего. — Ой, да брось! — Тебе не нравится, когда я делаю вид, что читаю твои мысли, поэтому я промолчу. Из уважения. — На хуй твоё уважение! — фыркнула Рейнира, уперев руки в бока. — Давай, говори всё, что ты обо мне думаешь. Прочитай меня как открытую книгу, давай. Деймон склонил голову набок, иронично и одновременно задумчиво глядя на стоящую перед ним девушку. Вид у неё был требовательный, она знала. У неё всегда получалось добиться того, чего она хотела, и она не стеснялась ради этого давить на людей. А давить на такого, как Деймон... Ей всегда была интересна его реакция. — Нет, — к её разочарованию, ответил он. — Покупай всё, что захочешь. Просто держи в голове то, что я сказал, ладно? Скорчив ему рожицу, Рейнира отступила и направилась обратно в примерочную — переодеться и забрать обновки. Всё, что выбрал для неё Деймон, подошло идеально. Её несколько раздражал этот факт, но бороться с ним она не могла: ей действительно были нужны новые вещи. И почему он вообще об этом подумал? Видимо, потому, что всё-таки читал её мысли. Выйдя из магазина одежды, они направились вдоль подсвеченных витрин и отделов, заполненных людьми с пакетами и тележками. После полудня их всегда становилось много. Из динамиков под потолком лилась музыка, иногда прерывающаяся на рекламу. Рейнира остановилась у маленького отдела с бижутерией, разглядывая такие популярные в период фестиваля броши с золотыми драконами. Рука её привычно опустилась на запястье — туда, где поблёскивал браслет. Деймон остановился рядом. — Хочешь что-нибудь? — спросил он. — А можно? — Это же твоя зарплата. Девушка смущённо пожала плечами. — Когда ты постоянно платишь за меня, я об этом забываю. Но надо тратить умеренно, так что, пожалуй, сегодня обойдусь без украшений. Она уже двинулась дальше, но Деймон внезапно окликнул её. Рейнира подошла обратно к стеклянной витрине, когда детектив уже что-то сказал продавщице и та нагнулась, чтобы достать нечто с одной из полок. — Как тебе? — поинтересовался Блэк, взяв протянутую продавщицей вещь и показав Рейнире. Это было ожерелье. Довольно простенькое, но одновременно интересное: необычно переплетающаяся стальная цепочка с маленькими красными камнями и подвеска — три овала и камень побольше. Милая вещица. Девушка улыбнулась, взяв украшение в руки. Деймон повернул к ней зеркало, стоящее на витрине, и Рейнира приложила ожерелье к шее. — Тебе идёт, — заметил мужчина. — Очень идёт! — подтвердила продавщица. — Самое то для юной девушки! И совсем небольшая цена для такого украшения, оно как раз последнее из коллекции. К тому же в сплаве есть валирийская сталь — очень модно! — Ну как? Хочешь быть модной, Рейнира? — насмешливо спросил Деймон. А затем, не дожидаясь её ответа, кивнул женщине за витриной: — Мы его возьмём. Сколько с меня? Пока он расплачивался, Рейнира продолжала рассматривать себя в отражении зеркала. Ожерелье тускло блестело, точно старинное, но больше всего в глаза бросался красный камень в центре подвески. Она ещё никогда не носила красные камни — только серебро да золото с прозрачными как слеза камнями. Это было давно, ещё в детстве, когда она бегала в маминых украшениях по особняку на Драконьем Камне. С тех пор у неё остался только мамин браслет да пара маленьких серёжек. И вот... — Позволишь? — спросил Деймон, подойдя к ней сзади. Он протянул руки, чтобы застегнуть ожерелье на девичьей шее, и Рейнира, задумавшись на мгновение, отвела в сторону светлые волосы. Подняла подбородок и протянула мужчине украшение. Лёгким и быстрым движением тот обвил его вокруг её шеи, и прохладная сталь коснулась кожи. По ней побежали мурашки — а может, их причиной стало еле заметное тёплое прикосновение пальцев Деймона, когда он застёгивал ожерелье. Девушка глубоко вздохнула, внимательно наблюдая за его руками в отражении. Коротко, но благодарно улыбнулась. Погладила подарок — или всего лишь ещё одно одолжение? Честно, с тех пор как Деймон начал платить ей зарплату, было трудно отличить его великодушные жесты от её собственных заслуг. Хотя кого она обманывала? Вся её новая жизнь была одним большим великодушным жестом со стороны Деймона. Сжав в пальцах подвеску с выпуклым красным камнем, она двинулась дальше. Бок о бок со своим боссом. Называть его так было проще всего: не приходилось лишний раз задумываться, а правильный ли термин подобрала Рейнира. В обувном магазине она выбрала себе новые кеды — чёрно-белые, блестящие, идеально сидящие на ноге. В них она сразу почувствовала себя увереннее. Улыбнулась, пройдясь по плиточному полу, и выставила ногу вперёд, чтобы продемонстрировать консультантке и Деймону обновку. Те единогласно одобрили её выбор. Блэк снова заплатил за неё картой, и Рейнира задалась вопросом: сколько же у него денег? Он не выглядел шикующим богачом. Жил достаточно просто. Но с её появлением его деньги только и делали, что тратились — и никак не кончались. В чём же его секрет? Она спросила его об этом, когда они, держа в руках пакеты с покупками, поднялись на третий этаж и сели на фудкорте. Стены вокруг были расписаны яркими граффити с изображением еды, в воздухе стоял аппетитный запах фаст-фуда, а за соседними столиками галдели семьи с детьми и подростки. Рейнира укусила свой гамбургер, вопросительно глядя на Деймона. — Это моё дело, — ответил он. — У меня есть деньги на всё это, иначе я бы тебя не нанял, а о большем тебе волноваться не надо. Мужчина указал на девушку пальцем. — Но это не значит, что я буду тебя баловать. Я и так слишком щедрый — так что дальше по магазинам будешь ходить сама. — Не притворяйся, что тебе не понравилось наряжать меня, как куклу, — хмыкнула Рейнира. — Уверена, глубоко в тебе живёт шугар дэдди, который прётся от таких вещей. Думаю, у мужчин под сорок это часто встречается. — А ты больно сопротивлялась, да? Девушка подняла в воздух свой стакан с колой, как бы говоря тост. — Кто я такая, чтобы мешать тебе обо мне заботиться? — Разве ты не сильная и независимая? — приподнял брови Деймон. Он лениво покручивал в руках длинную палочку картофеля фри, и, глядя на это, Рейнира вдруг подумала, что на вкус его пальцы солёные. Странная мысль. — Я позволила себе немного пригреться на солнышке, когда переехала к тебе. Это плохо? Мне уже волноваться, что счастье недолговечно? Он покачал головой. — До конца лета ты со мной, если сама этого хочешь. Я не брошу тебя, пока ты честно отрабатываешь своё и не делаешь... глупостей. — Я умная девочка, — улыбнулась ему Рейнира. — И, думаю, нам предстоит очень интересное лето. Они уже почти расправились со своими бургерами — сыр, томаты, две говяжьих котлеты и салат с соусом «цезарь», — когда у Деймона зазвонил телефон. Прижав его к уху, он жестом остановил Рейниру: та уже открыла рот, чтобы спросить, не Мисария ли это. В последнее время она часто спрашивала об этой женщине — и даже не знала почему. Но тот факт, что у Блэка была подружка, да ещё и с такой модельной внешностью, определённо вызывал у неё эмоции. Смятение. Вопросы. Желание узнать об их отношениях больше — и одновременно не узнавать ничего. Однако обычно любопытство побеждало. Деймон прикрыл ладонью второе ухо, чтобы лучше слышать среди общего шума, и поздоровался с собеседником. Официально — значит, звонок по работе. — Мы знакомы? — спросил он. — Я не... Вот как? На лице его мелькнуло удивление. — Да, — медленно протянул детектив, когда его собеседник что-то ответил, — конечно. Я помню вас. Рад, что вы всё-таки решили обратиться ко мне. Еле слышный голос в мобильном — кажется, мужской — сказал что-то ещё, и Деймон заинтересованно хмыкнул. — Значит, вы были на моём сайте? И даже искали обо мне отзывы? Что ж, тогда вы уже знаете, что я предоставляю обширный список услуг. Да, конечно, мы можем встретиться. К сожалению, сегодня я занят, но вы можете подъехать завтра днём в мой офис, и мы всё обсудим. Рейнира заёрзала на своём пластиковом стуле: ей не терпелось узнать, кто звонил. Очевидно, это был клиент. Боже, пусть у него будет интересное дело! — Тогда до завтра, — попрощался с невидимым собеседником Деймон. — Буду рад с вами поработать. Когда он отложил телефон, Рейнира выпалила: — Это клиент? У нас новое дело? — Возможно, — кивнул детектив и отправил палочку картофеля фри себе в рот. А затем ещё одну. Он не торопился, хоть и явно заметил, как загорелись глаза у девушки напротив. — Ну? — Что «ну»? — Кто он? Деймон усмехнулся. — Отвечу, когда мы вернёмся в офис и я нарою на него побольше информации. Но знаешь, что интересно? Оказывается, я с ним уже встречался — причём в тот самый день, когда поймал тебя в «Утёсе Кастерли». Я взламывал телефон Эйгона в туалете и дал какому-то мужчине визитку, потому что он выглядел обеспокоенным. Кто же знал, что им окажется Харвин Стронг?