Клинок и клён

Из-под полуопущенных ресниц Блэйд наблюдал за Дань Хэном, разместившись в углу архива. Много будоражащих сознание вещей произошло за последнее время, и сейчас, сидя в тени стола и смотря на шёлк чужих волос, Блэйд ощущал редкое для его души умиротворение. Тепло приятно расплывалось от (неожиданно живого) сердца, заполняя все уголки его тела и сознания; ему даже хотелось уснуть, и он был уверен, что ему впервые за долгое время не приснится ни одного смутного и кровавого кошмара. Дань Хэн, казалось, тоже был расслаблен, но за привычными жестами и едва заметным потиранием пальцами одежды угадывалась лёгкая нервозность. Блэйд поднялся и тихо подошёл сзади, после чего опустился на колени и невесомо коснулся чужих волос. От прикосновения Дань Хэн, погружённый в работу, вздрогнул и обернулся, нахмуренно смотря на него. — Ты что-то хотел? Блэйда от одной лишь фразы пробрало сильным чувством, волной накрывая лёгкие, сметая с пути все внутренности и формируя странный ком в горле. Нежность. — Можно я заплету тебя? — Блэйд произнёс это тихо, боясь не справиться с голосом. — Инсин... — Дань Хэн сам удивился тому, как он назвал Блэйда, но постарался не подать виду, и продолжил: — Я — не он. Поэтому... — Так да или нет? — смущённо перебил Блэйд. Его имя с этих уст всколыхнуло давно утерянные воспоминания. — ...да, — Дань Хэн отвернулся, поэтому Блэйд не мог увидеть его лица. Он на секунду замялся, разглядывая ровную спину, льющиеся тёмным потоком волосы и две золотые заколки в них. Как же Дань Хэн был красив... Блэйд бережно, со всей осторожностью, на которую только был способен, пропустил пальцы через его волосы и тихо выдохнул. Мягкость и шелковистость локонов была до безумия привычной, но вот для Дань Хэна его руки были новы. — Иньюэ-Цзюнь. Дань Хэн. Блэйд почувствовал, как тот вздрогнул. — В любой жизни, в любом обличии. Ты — это ты. Блэйд ласково обвёл подушечками пальцев рога от кончиков до корня и собрал волосы Дань Хэна в раскрытую ладонь, после чего разделил их на три части и принялся плести косу. Долгое время они сидели в молчании. Блэйд улыбался, и в его улыбке почти не было отголоска безумия — все его черты были пропитаны щемящей нежностью. Словно ничего не произошло. — Личность формируют воспоминания, — нарушая застывшую тишину, прошептал Дань Хэн. — У меня воспоминаний почти нет. Я — совсем не тот, кого ты знал. Блэйд закрепил косу лентой и провёл ладонью от головы до конца волос. — Мы разговаривали на эту тему когда-то, — произнёс он, завороженно наблюдая за колыханием волос при повороте головы Дань Хэна. — И я скажу то же, что сказал тогда: если стереть воспоминания, личность всё равно останется. Личность — это то, какой выбор будет совершён в той или иной ситуации. Это набор предпочтений, которые не меняются из-за отсутствия воспоминаний. Дань Хэн полностью повернулся, и теперь странно-взволнованным взглядом упирался в лицо Блэйда. Он напряжённо сжал ткань своих одежд, и Блэйд готов был поспорить, что, если бы он не спрятал свой хвост, тот бы сейчас методично избивал пол. — Я буду любить любую твою версию. Дань Хэн отвёл глаза в сторону, а кончики его острых ушей порозовели. Иньюэ Цзюнь... отреагировал точно также тогда. — Скажи... — Блэйд уставился в лицо Дань Хэна, безуспешно пытаясь понять, о чём он думает сейчас. — Можно я... поцелую тебя? Дань Хэн ничего не ответил, продолжая блуждать взглядом по комнате, избегая смотреть в его сторону. Блэйд молча замер, разглядывая черты того, из-за кого он столько лет тонул в противоречивых эмоциях. На того, кого он любил больше жизни. На того, ради кого он готов жить, даже будучи поражённым Марой — из-за него же. Блэйд прикрыл глаза и упёрся рукой в пол, чтобы встать, но Дань Хэн перехватил её и молча уставился в его лицо, после чего нахмурился и целомудренно коснулся губами губ удивлённо замершего Блэйда. — Иньюэ... — Дань Хэн, — тихо поправил Блэйда он, закрывая хмурые глаза, чтобы не встречаться ими с чужим взглядом. — Дань Хэн, — послушно произнёс Блэйд, обхватывая руками его лицо. — Это согласие? — А ты как думаешь? — беззлобно фыркнул Дань Хэн, открывая глаза и скользя ими по чужому лицу. Блэйд провёл большим пальцем по его щеке, после чего наклонился и поцеловал, облизывая губы и мягко проникая языком в чужой рот. Дань Хэн несильно прикусил клыками его губу, обвил руками чужую талию и требовательно притянул Блэйда ближе к себе, почти что вжимаясь в его тело. Блэйд хрипло выдохнул в поцелуй, что позволило Дань Хэну перехватить инициативу и жадно протолкнуть свой язык сквозь приоткрытые губы. Убрав руки с талии, от сильных пальцев которых останутся синяки, Дань Хэн наклонился и оседлал Блэйда, прижимая его к полу. Блэйд выгнулся, чувствуя, как внизу живота начинает сладко тянуть. Как же давно он не видел этого полыхающего огня в глазах Дань Хэна, пробирающего до мурашек вдоль позвоночника. — Хвост, — умоляюще прошептал Блэйд. Дань Хэн, нависая сверху, вопросительно посмотрел на него. — Верни свой хвост. Он смерил Блэйда непонятным взглядом и тихо хмыкнул, после чего Блэйд увидел блеск чешуи и почувствовал, как плоть обвивается вокруг его рук. В горле резко пересохло, и он зачарованно провёл ладонями по гладким чешуйкам, специально касаясь пальцами в особо чувствительных местах, чтобы вызвать у Дань Хэна хриплый полувыдох-полустон. Блэйд поднял глаза на его лицо. Брови Дань Хэна были изломлены, щёки — лихорадочно покрыты мелкими чешуйками и ярким румянцем. Блэйд судорожно вздохнул, притянул Дань Хэна к себе за шею и жарко поцеловал, сплетаясь языками и чуть ли не хныкая от жажды чужого тела. Дань Хэн издал какой-то нечленораздельный звук, похожий на смесь шипения и мурчания, после чего оторвался от поцелуя и жадно впился зубами и губами в шею Блэйда, всасывая и прокусывая клыками кожу. Блэйд тихо вскрикнул, выгибаясь и крепко хватая Дань Хэна за плечи. Какой же он всё-таки дракон. — Прости, — Дань Хэн виновато слизал кровь и прижался губами к укусу. — Я хотел несильно прикусить... Блэйд тихо засмеялся. — Ты не меняешься, Дань Хэн, — он нежно поцеловал его в макушку. Дань Хэн сконфуженно выдохнул и, повинуясь мягкому напору рук, уткнулся в чужие ключицы. Резкий стук в дверь застал их врасплох: оба синхронно дёрнулись и рефлекторно потянулись к оружию. — Эй, вы двое! Я знаю, что вы тут! — звонкий голос Март 7 разрезал их уединение, напоминая, что они не одни. — Прекращайте делать свои загадочные дела и идите ужинать! Пом-Пом разозлится, если вы опять её проигнорируете. А я её поддержу! — выдав тираду, она ушла. Судя по стуку каблуков — в общий вагон, где обычно и проходили общие приёмы пищи. Дань Хэн вздохнул и принял сидячее положение. — Проводника лучше не злить. Март 7 — тоже. Блэйд фыркнул и подложил руку под голову, наблюдая, как Дань Хэн неловко поднимается, лишая его ощущения увесистого тепла на бёдрах. Другой рукой Блэйд поймал его хвост и начал играться, почёсывая и поглаживая чешуйки, зажимая в ладони кончик и потирая его пальцами. Хвост вывернулся из его хватки и легонько ударил по голове. Блэйд улыбнулся. — Я рад, что тебя окружают люди, которые искренне заботятся о тебе. Дань Хэн промолчал, с непонятным выражением лица посмотрев на Блэйда, после чего повернулся к выходу. — Пойдём.