любимый цвет.

неожиданно для себя Кравцова зайдя в квартиру слышала тишину. телевизор не мерцал яркими огнями и голоса дикторов не были слышны, храпа дедушки так же не наблюдалось. тогда Аня сдалась. не разуваясь, девушка стекла по шкафу в прихожей и врезаясь пальцами в кожу головы, сжала руки, чуть ли не вырывая волосы, лицо застыло в немом крике, слёзы лились огромным потоком, которому не суждено было остановиться ещё час. прямо на коврике, она свернулась калачиком и взвыла, да так сильно, что позавидует соседская собака. ослабшими руками сняла обувь и ползком добралась до своей комнаты, не в силах забраться на диван, упала рядом и глухими ударами мутузила подушку. сорвавшись на крик, разбила кружку о стену, разглядывая осколки поняла, что эту кружку ей парни подарили, на ней Аня улыбается, а фотошопом корона пририсована. сейчас корона треснула, собирать её нужно, как и кружку с пола. собирать в себе силы идти дальше, не прощая Кислова и не давать ни в коем случае ему ещё шанс. не в силах переодеться в домашнее, Кравцова упала на застеленную постель и укрывшись пледом, закрыла глаза.

***

Кислов домой шёл, пиная камни, подорванное эго, задетое самолюбие, вот что его волновало сейчас больше всего. Аня ударила куда-то глубоко, его имя было табуированным, это абсолютный запрет, все об этом прекрасно знали. почему Ваня стал Кисой? разрушил себя в конец и от пай-мальчика остались лишь воспоминания мамы, которые она не редко использовала как манипуляции. его мягким и добрым никто давно уже не помнил, особенно друзья, осталась только боль, обида, нефильтрованная злоба. за последнее время он часто замечал проявления того самого Вани из прошлого, но сдался, отдав рулевое Кисе. тогда именно это «альтер-эго» разбило Ане сердце. жалел ли он об этом? да. признает ли он это? нет. дома мама усталая уже десятый сон видела, а Кислов воткнул наушники в уши и перемешав плейлист, глаза закрыл, в музыку погружаясь.

Миллион таблеток тому назад, миллион таблеток тому назад Я считал судьбой разделить с тобой целую Вселенную в твоих глазах Но все это было миллион таблеток тому назад

он бы и рад любить, может даже и Аню любит сейчас, но признать это отнюдь не может. эта девушка в нём слишком много эмоций вызывает, которые Кислова сильно пугают, поэтому он при любой удобной возможности «упарывается» чем-нибудь, чтобы эти чувства плохого и хорошего в себе сбалансировать. открывает их переписку, перечитывая сообщения, хочет написать хоть что-нибудь, но вновь видит «отправка сообщений запрещена» и громко рычит, телефон откидывая.

***

бежит по трассе, справа замечая кладбище, среди многих могил словно изнутри светится она, поэтому Аня к ней как заворожённая подходит и читает «Кравцова Инга Андреевна», понимает, что с памятника на неё смотрят глаза её мамы, кофейного цвета глаза. услышав шорох, поднимает голову и видит женщину, она что-то на столе вырисовывает, а после смотрит на неё и улыбается, не жутко, а мягко так, заботливо. скрывается на другими могильными плитами и девушка отойдя от жуткого страха, к деревянному столу подходит, читая «послание». «всё моё — оставь себе», — гласит вычерченная надпись. Аня кивает и за запястье хватается, браслет нащупывая. просыпается и тоже хватает себя одной рукой за другую, чувствует пальцами украшение и выдыхает. за окном светает, осколки кружки за неё никто не уберёт и переодеться бы стоило. поэтому Аня из последних сил старается сделать это и падая на диван вновь, телефон в руки берёт. заходит в диалог с Кисловым и видит «в сети», громко вздыхает и выходит, из чёрного списка она его только на смертном одре вытащит теперь. заходит в переписку с другом, которого видит в сети и решает написать. Аня спасибо, Ген, ты пытался

Гендос

да в пизду его, принцесс

Аня я стараюсь

Гендос

и обязательно справишься

спокойной ночи

Аня сладких снов

***

судя по шуму в коридоре, Аня быстро поняла, что бабушка с дедушкой вернулись и глаза открыла, ища настенные часы. «11:35», девушка явно не выспалась, но шумные родители не дадут ей поспать ещё, поэтому меняя положение на диване, она собрала волосы в нелепый пучок и встала, футболку одёргивая. блять, футболка Кислова, Аня подошла к шкафу и достала любую другую наобум, натягивая на себя, эту решила вернуть парню, чтобы ничего перед глазами не маячило. — блять, у меня даже лифа нет, куда купаться? — кричала Кравцова, перебивая шумные волны. — футболку мою возьми и не выебывайся, — кричит Ваня, стоя на половину в воде. Аня быстро переодевается, одаривая парней видом своего худощавого тела и бежит к ним, разрезая волны. Кислов подхватывает её и почти сразу бросает в воду, держа за руку, чтобы ненароком не захлебнулась. стоит жаркое лето, пляж полон людей, хоть вода и не самая тёплая, сгореть от солнца тоже не очень хочется. развлекаясь в воде, ребята даже и не замечают её прохлады, ведь с неба печёт яркое солнце. июль в этом году выдался неожиданно жарким, Аня даже и предположить не могла, что лето в Коктебеле может быть таким, поэтому после внезапной поездки в бухту, решила купальник прииобрести, чтобы чаще здесь появляться, а не плавиться в душном городе. собираясь ехать домой, Аня смотрит на футболку и находит её привлекательной, а в голове сам по себе рисуется план. — я постираю её и верну, — улыбается девушка. — оставь себе, — кивая, ухмыляется Киса, сам он понял, что она её возвращать не собирается.

***

сейчас она стоит у его дома, не решаясь позвонить в домофон, переминается с ноги на ногу. собирая всю силу в кулак, громко выдыхает и набирает цифры. — кто? — слышится из домофона. — открой, Кис, — громко и уверенно говорит, и дверь с пищащим звуком открывается. преодолевая лестничный пролёт, оказывается у квартиры парня. старается сделать вид полного безразличия и стучит. Кислов показывается через пару секунд, растрёпанный, полураздетый и, кажется, только проснувшийся. — что хотела? — его хриплый голос пробирает до дрожи, но Аня и носом не ведёт. — бабушке тряпок хватает, — протягивает вещь, которую всю дорогу в руках мяла. — я же говорил, оставь, — придерживая дверь, парень не берёт футболку в руки, лишь реакцию Кравцовой изучает. — мне она больше не нужна, — твёрдо говорит, тишину подъезда эхом разрезая. — ой, блять, да хоть выброси, — закатывая глаза, отвечает Киса. — без проблем, — показательно улыбается и спускаясь по лестнице, выходит на улицу. когда видит Кислова в окне, бросает вещь в мусорку и кокетливо машет парню, уходя. глупо смеётся про себя и ускоряет шаг, но не оборачивается, хоть и слышит звук домофона, хлопающую дверь. «да хоть выброси, но я подберу», — имел он ввиду видимо. Аня ожидала чувство лёгкости, будто она что-то отягощающее отпустила, но чувствует только разъедающее чувство пустоты внутри, которое зудит и просит его заполнить. просит вернуть всё на круги своя, но как раньше уже вряд ли получится, поэтому сердце старается усмирить, не давая ему лишний раз напоминать о наличии чувств. спустя несколько поворотов, доходит до заброшенного парка аттракционов и идёт к самолёту, подсобное помещение пустует, беспокоить никого не хочется, поэтому она поднимается по лестнице, расчищает себе место и падает на него, доставая из сумки сигареты. закуривает, желая чтобы её тело растворилось вместе с пеплом или улетело как сигаретный дым, рассеиваясь с долей секунды. скуривает две подряд, думая куда деть все эти чувства, учитывая, что все сразу обратят в школе внимание, что «парочка расселась», а как сохранять компанию при таком напряжении, которое можно резать ножом? обо всём этом хочется думать когда-то, но не сейчас.

Со мной никого нету, дым сигареты Снова летает по моей комнате, таю, когда на проводе ты Мы далеко где-то, ждём только лета Чтобы поджечь вместе с тобою мосты

***

забегая в класс, опаздывая, Аня резко дверь распахивает и смотрит на удивлённую учительницу физики, кивает, извиняясь, и в класс проходит. на своём привычном месте рядом с Кисловым видит Риту, которая прядь парня на своём пальце накручивает и Кравцова голову гордо поднимая, садится на последнюю парту, проводя урок в паре с квантовой физикой. старается что-то записывать, подставлять в формулы, лишь бы про Ваню не думать, лишь бы не надрываться в слезах от того, что Елизарова так быстро решила её место занять. может она ещё его девушкой станет и в компанию интегрируется? Кислову же на это плевать, он под юбку к блондинке лезет, бедро наглаживая, пока учительница тему новую объясняет, он к её трусикам подбирается и сквозь капроновые колготки чувствует как она намокла. игнорируя весь класс, к шее её подбирается и кратко целует, языком зализывая, со стороны кажется он ей что-то шепчет, ведь светлые кудри его лицо прячут. Киса заводится и далеко не от формулы Планка, а от того как низко падает планка Елизаровой перед ним, эта девушка продолжает всех убеждать, что влюблена в Меленина, но кажется прямо сейчас готова с Ваней в туалете уединиться. на следующий урок Кислов с Елизаровой опаздывают по понятной причине, в то время как Кравцова на их месте уже давно расположилась, на второй стул ноги складывая. не желая разводить лишние скандалы, Рита на своё место возвращается, думая что Киса за ней последует, однако он сдаваться не привык, поэтому подходя к Ане и наблюдая её хитрую улыбку, ноги со стула скидывает и рядом садится. — это всё ещё моё место, — шипит на девушку, телефон на парту помещая. — так оно и моим было, пока ты свою шлюху сюда не посадил, — пожала плечами Аня. — нехуй опаздывать, — фыркнул Кислов. — абсолютно с тобой согласна, чего, как с Риткой дела? — тебя ебать не должно. весь урок молча просидели, даже не переглядываясь, Кравцова локоть друга периодически пихала, когда он много места занимал, Киса ругался про себя и руку убирал что-то в тетради рисуя. на обеде Аня решила перекурить, из корпуса школы выходя, завернула в направление курилки и наблюдая как младшеклассники стараются не выдать, что в то же место идут, смеялась с них. останавливаясь у повидавшей жизнь лавки, присела на оставшиеся две доски, ногу на ногу складывая, сняла плёнку с новой пачки и открывая её, первую сигарету перевернула. когда-то «в прошлой жизни», взяла эту привычку, чтобы последняя «на удачу» осталась, так и сейчас делала. смакуя терпкий вкус винстона, разглядывала школьников и желала поскорее их ряды покинуть. желудок ощутимо скручивало, оповещая владелицу о том, что она уже сутки ничего кроме воды и кофе не потребляла, но аппетита и не было. в далеке показался знакомый свитер и кудрявая голова, шёл он уверенно, но Кравцова на девяносто процентов была уверена, что сигарет у парня не было. он подошёл к однокласснице, рядом присаживаясь и локти на колени опирая, вздохнул. — курить хочется пиздец, — сказал Кислов, — понимаю, что у нас рамсы, но ты угостишь меня сигареткой? — бери, — протягивая пачку, сказала девушка, голову даже не поворачивая в сторону кудрявого. — ты ела сегодня? даже в столовку с нами не пошла, — прикуриваясь, сказал брюнет. — тебя ебать не должно, — повторяя манеру речи кудрявого, ответила Аня. — слушай, блять, Ань, я всё ещё друг твой, даже если у нас так хуево получилось, это же не значит, что дружить мы не можем, — выдыхая, сказал Кислов. — а мы когда дружили-то, Кис? — поворачиваясь к парню, хмурясь спросила девушка. — ну когда-то же точно дружили, — старался вспомнить Ваня. — а, ну да, когда ты меня в пднке клеил? или когда мы потом на тусовке переспали? или может недавно совсем, когда ты без моей руки в своём кармане куда-то идти вообще отказывался? на дружбу пиздец похоже! стой, может когда мы прячась от пацанов, за самолётом целовались? ну точно, реально дружба! — активно жестикулировала Аня. подытожив свой монолог, Кравцова бычок в сторону откинула и постаралась как можно скорее до школы добраться, подростков с ней здоровавшихся игнорируя. замечая Риту в окружении её подруг, поймала на себе её осуждающий взгляд и усмехнулась. — да не ебал меня твой Кислов, — фыркнула она, довольно улыбаясь и прошла дальше.

***

Ваня активно старался картину восстановить, вспоминая вели ли они с Аней себя как друзья когда-то, но отметая все воспоминания о внезапных поцелуях, объятиях, возможном сексе, понимал, что как друзья они вели себя всего дня два. Кислов по-просту с девушками по другому не умел, он либо с ними заигрывал, либо трахал, либо не общался совсем. за мыслями своими не заметил как Елизарова к курилке подобралась и на него смотрела, руки на груди сложив, Киса глаза поднял, бычок бросая и нахмурился, на неё непонимающе глядя. — Ванюш, это что такое? — начала девушка. — фу блять, Рита, никогда меня так не называй, — сплюнул парень, слегка опешив, — слушай, мозги мне не делай, я пошёл. Кислов понял, что он Елизаровой надежду на отношения подарил, однако продолжать он это не собирался, поэтому торопливым шагом в класс вернулся, обнаруживая всю ту же Кравцову на их месте. — подвинься, блять, — падая, сказал Ваня. — Ритуля-то не ревнует? — она не моя девушка, Ань, мы не встречаемся. — да у тебя по-другому не могло быть, — кивнула Кравцова. — те… — начал Кислов. — тебя ебать не должно, помню, — закатила глаза девушка. если бы не Мел с Хэнком, эти двое бы к последнему уроку точно друг друга со свету бы сжили, но друзья им это не позволяли, переводя их конфликты в шутки, а оскорбления игнорируя. домой Аня предпочла идти одна, вот только машина Зуева ей путь преградила. — привет, принцесса, — улыбаясь во все тридцать два, друг её приветствовал. — привет, Ген, — наклоняясь к открытому окну, девушка кратко его в щёку поцеловала. — как гранит знаний грызётся? — усмехнулся тот, пока Аня машину обходила. — да пиздец, там скорее мне Елизарова скоро шею перегрызёт, — шумно выдыхая, девушка упала на переднее сидение. — а она тут при чём? — видите ли, я с Кисой на курилке сидела, — пожала плечами Кравцова, пристёгиваясь. — ладно, позже обсудим, поехали прокатимся, — заводя машину, сказал Гена. Зуев ведь не спроста девушку со школы забрал, к тому же в машине его едой подозрительно отчётливо пахло. Аня это запомнила, как и помнила их разговор с Кисловым на курилке, она могла бы накрутить, что он Гену осведомил о том, что Кравцова не ела сегодня ничего, но больше склонялась к, в своём стиле, заботливому другу. проезжая пару поворотов, они остановились у бухты, Аня совсем туда идти не хотела, но понимая, что обратно её отвезут на машине, смирилась и автомобиль покинула. спустившись, Кравцова заметила в руках Зуева пакет, тогда и поняла, что тот её кормить собрался. — а ложку взял? — крикнула она, стараясь перебить шум волн. — зачем? — ну ты с ложечки покорми, — усмехнулась она, на камни падая. ложка вряд ли в поедании шаурмы бы понадобилась, поэтому трапезничая, друзья видом наслаждались, Зуев явно чего-то не договаривал, поэтому Аня ждала пока парень начнёт. — слушай, Ань, — вздохнув, сказал Гена. — ну наконец-то, — повернулась она к нему, жуя. — я понимаю, что с Кисой всё сложно, но вы не могли бы хотя бы ради компании помириться? — не ради компании, а ради общества, я могу его застрелить, — усмехнулась она. — как вариант, конечно, но вы хотя бы попробуйте… дружить? — сам понимая, что несёт какой-то бред, сказал Гена. — дружить… — подтверждая сомнительность этой идеи, повторила Кравцова, — попробуем. Аня настолько не была уверена в том, что эта идея является чем-то хорошим, что в голове произнося: «мой друг Киса», невольно начинала смеяться. Зуев на неё с интересом смотрел, но вопросов решил не задавать, мало ли что у неё в голове творится. как только с едой было покончено, друзья остались наслаждаться красивым закатом, начинающимся над синей гладью воды, слишком завораживающее зрелище, чтобы оставлять его без внимания. прожить два года в этом городишке, а то и всю жизнь как Гена, но каждый раз с замиранием сердца смотреть как солнце скрывается за ровным горизонтом. в этот момент Аня чувствовала лишь одно: спокойствие, которого ей так долго не хватало. вся эта история с браслетом, «мутки» с Кисловым, осуждающий взгляд Елизаровой, который так и просил вцепиться в её белые волосы и выдрать их к чёртовой матери. Рита ведь смотрела так словно Аня их с Кисой отношения испортила, словно поймала шанс, который дали не ей. девушка, конечно, понимала, что скоро придёт возмездие в виде безразличия Кислова, который получил желаемое и теперь пытается лишь отвязаться от надоедливой девчонки, в этом Риту даже жаль стало, она просто хочет дарить кому-то свою любовь, вот только вечно не тех парней выбирает. — Ген, мне холодно, поехали куда-нибудь в место потеплее? — потирая плечо, спросила Аня. — домой? — улыбнулся друг, на что девушка кивнула. и оба понимали, что «домой» это не старая постсоветская квартира Кравцовой, как и не одинокая, холодная, прокуренная квартира Зуева, а определённое место, где всё было на своих местах и каждый из их компании мог быть собой. заезжая по пути в магазин, друзья уже подбирались к базе, гремя бутылками в пакетах, ведь бутылка пива никому ещё вечер не портила по мнению обоих. свет фар ослепил кудрявого парня, который курил у дверей, переминаясь с ноги на ногу, скорее всего от холода. Кравцова, осторожно закрывая дверь машины, стояла в замешательстве. что сейчас сделать? обойтись обычным «привет» или обнять подойти? как у них теперь будет принято с Ваней? Аня с минуту задавалась этими вопросами, пока не почувствовала как кто-то её за руку трогает, желая пакет забрать. бросив краткое: «я вас оставлю», — Гена за дверью помещения скрылся, а Кислов поднял на брюнетку глаза. — при…вет? — сомневаясь, сказала Аня. — в школе виделись, — усмехнулся Киса, топча окурок носком кроссовка. — да, виделись, — эта неловкость буквально сковала тело девушки, заставляя её вести себя, как минимум, глупо, — поговорим? — да, я не против, — опираясь на капот автомобиля, сказал Кислов. только Ваня рот открыл, чтобы сказать что-то, из дверей показался Гена, шикая на парня, чтобы тот с машины слез. Кислов, руки поднимая, послушно отошёл, поэтому встал напротив Ани, чтобы им разговаривать удобнее было. — я тут подумала, да и за меня подумали, мы же можем попробовать просто дружить? — слегка стесняясь, спросила Кравцова, глаза пряча куда-то под ноги. — попробовать точно можем, — усмехнулся Киса, — получится ли, узнаем. — вот и решили, — улыбнулась Аня, протягивая другу ладонь для рукопожатия. — по-деловому, — сведя брови к переносице, Ваня состроил забавную гримасу, чем рассмешил девушку и руку ей пожал. оба зашли в помещение, ведь не за тем, чтобы на улице мёрзнуть сюда приехали и Кислов галантно подругу вперёд пропустил, дверь за ней поплотнее закрывая, чтобы ветер не задувал. Зуев сразу про школьные сплетни ребят начал расспрашивать, кто у кого, когда и где, а Аня сидела смущалась, слушая рассказы Хенкина кого он видел, в какой позе и почему-то в мужском мерзком туалете. — видел тут недавно вашего Локонова, трахал местную сумасшедшую, а знаете, блять, где? на бетоне, пледик постелил! — смеялся в голос Гена, заливая всё пространство вокруг себя звоном, который ребята поддерживали. — да ну нахуй, Локон с этой дурой, а что? видео есть? — оживился Киса, желая одноклассника унизить. тихо открыв бутылку, девушка за друзьями наблюдала, оставаясь в стороне, не хотелось как-то внимание к себе привлекать, просто фрагмент этот в памяти оставить, фотографируя глазами. — Ань, а ты чего молчишь? — обратился к подруге блондин, — у тебя вон на запястье что-то сверкает, а она и рада промолчать, — усмехнулся Боря. — браслет мамин, — кратко бросила девушка, что Хенкин стушевался, — бабушка отдала, потому что он мне долгое время в кошмарах снился, но думаю теперь, когда все точки над «i» поставлены, они прекратятся. — а мы и рады, выпьем! — громко взвывая, сказал Гена, принуждая друзей с ним чокнуться. звон бутылок по зданию разносился ещё с пару часов, тишину заполняя, Аня в этом находила что-то более уютное и домашнее, чем её комната в старой квартире, чем любое место на этой чёртовой странной планете.

***

шатаясь, друзья стояли у подъезда Кравцовой, Гена за руль пьяным решил не садиться и остался спать на базе, парни сами по домам разошлись, один Кислов гордо подняв голову, сказал «я Аню провожать пойду». вот теперь и отдувался за свои слова. Аня смеялась с его очередной шутки, пока Ваня пальцами переносицу разминал, брови к ней сводя. — болит? — спросила девушка, заглядываясь. — терпимо, саднит, когда пью. напоминает походу, — усмехнулся парень. — такое забудешь, — в ответ усмехнулась Аня, друга по плечу хлопая. девушка в руке ключи теребила, смотря на кудрявого, а он с неё глаз не сводил, заставляя ту в ночных сумерках румянцем покрыться. — ты Ритке объясни, что мы теперь друзья, — словно очерчивая грань между ними, сказала Кравцова. — нахуя? мы не встречаемся и не будем, — сказал парень, пожимая плечами. — трахну и брошу? — сказала Аня. — трахну и похуй, — продолжил Киса, посмеиваясь. диалог уже чуть ли не породнившихся людей сейчас казался до ужаса неловким и странным, словно не знали никогда друг друга и сейчас Кислов маршрут до дома подруги заново запоминает. — ну… до завтра? — пожимая плечами, сказала Аня. — до завтра, — Ваня к девушке за объятиями потянулся, но та лишь руку вперёд протянула. он ладонь вновь пожимая понял, насколько они теперь далеки друг от друга, вроде и на расстоянии меньше метра стоят, а между ними словно пропасть, чёрная и глубокая, что весь негатив в себе таит.