Другая Игра

Квартира Александры Невской.

Встреча с давней подругой состоялась. Сима всегда умела заряжать энергией и безумными идеями. Когда Саша приехала домой, она поставила машины на закрытую парковку и почему-то долго не выходила. Она положила голову на руль и прикрыла глаза. — Какие-то одиннадцать чертовых дней… Ты точно больна, Невская, — сказала она сама себе. Взяв сумку, Алекс вышла из машины. Когда живешь один, у тебя каждый раз новый день сурка. Ты приходишь, а в квартире нет того лучика света в темной норе. Не пахнет вкусной едой, не орет телевизор, нет криков детей. Саша включила свет, сняла свои ботильоны и прошлась по холодному полу. Пусть квартира выполнена в светлых оттенках, есть цветы, все равно тоскливо. Сняв всю свою броню и надев старую футболку и шорты, Невская пошла на кухню. Там в холодильнике она нашла вчерашнюю еду, подогрела. Пока ела грелась, Саша зашла в ванную, умывшись, посмотрела на себя. Перед ней стояла не та девочка, которая хотела счастья, перед ней стояла циничная и холодная девушка. Ее глаза — клинки, в них на всю жизнь застряла льдина жестокости. Достав горячую тарелку, Невская села за стол. Еда была невкусной, но выбрасывать тоже жалко. Алекс ела и смотрела в окно. Темное вечерние небо, в соседнем доме были видны яркие квадратики. Свет горел практически во всех окнах. Наверное, кто-то делал уроки вместе с детьми, а может, кто-то смотрел телевизор после тяжелого рабочего дня… Поужинав, она помыла посуду, и ушла в свою комнату, легла на кровать и уснула. Сон дался быстро, она правда устала. Устала быть игрушкой Призрака.

***

Психлечебница.

Запах стоял не самый приятный. Одно маленькое окошко с решеткой, белые ужасные стены. Самое страшное — быть одним со своим одиночеством. Птица стоял у угла стены, его темные перья переливались на слабом свете. Жуткие жёлтые глаза горели не очень хорошим огнем, а эта отвратительная ухмылка не сползала с лица. Он стоял, скрестив руки на груди. — Какая же ты тряпка. Таких как ты надо топить, как котят. Сергей сжался со страха, он весь дрожал. Рыжие волосы скатались в огромные колтуны, на руках появились небольшие язвочки, кожа стала сухой, а губы потрескались. — Я убью всех тут! — Птица быстрым шагом приблизился к Сергею. Тот сжался еще сильнее. — Буду наслаждаться каждой смертью. Даже ты мне в этом не помешаешь. Птица черным острым когтем провел линию по щеке парня. — Уйди, прошу… — Сергей сильно боялся свою вторую личность. — Не-ет, ты что. Мы с тобой — одно целое, — Произнес с блаженной улыбкой Птица. Страх полностью парализовал парня. Он зажмурился так сильно, как мог, в длинных завязанных рукавах сжал ногтями руки до кровавых полумесяцев. Птица с великим удовольствием смотрел, как страдает Разумовский. — Ты думаешь, что тебя кто-то спасет? О нет, только ты сам можешь себя спасти. Никакой рыцарь не придет за принцессой. Только ты сам! Слышишь?! Птица черными руками схватил программиста за плечи и сжал их до боли. — Только. Ты. Сам! — Прошипел альтер эго. — Открой глаза! Посмотри в глаза самого себя! Янтарные глаза светились, словно яркая звезда в темном небе. Глазницы Птицы были черными, в них была видна смерть. Смерть смотрела в глаза жертве. — Уйди. От. Меня. — Надо же, зубки прорезались! Я никогда от тебя не уйду. Тем временем в слабо освещенном коридоре стоял доктор Вениамин Рубинштейн. Он завороженно наблюдал за происходящим. За спиной стояла его помощница Софочка. — Завтра будет беседа с больным в 10:00 утра. Прекрасно… Прекрасно… Доктор задумчиво погладил бороду и пошел к себе в кабинет. Остальные больные уже спали. Каждому вкололи снотворное, чтобы не шумели. Птица все смотрел на Сергея. — Ты жалкий. — После этих слов Птица скрылся в ночной темноте и больше не появился.

***

Гараж Серафимы Аксеновой.

Серафима с тяжёлым вздохом хлопнула крышкой капота. Жизнь подставляла новые и новые испытания, не дав Симе отойти от старых. Сначала чем-то отравился её любимый пёс, огромный чёрный бульдог Баки, затем лучшая подруга исчезла, а затем вернулась с идеей освободить из тюрьмы маньяка и убийцу, потом ей написал Эхо — мальчишка-предводитель их Драконьего круга. Парень взволнованно сообщил, что сначала Динамит попал в больницу с отравлением, затем весельчака Добрыню подстрелили в темной подворотне, а следом его девушка Магнит, в прошлом звавшаяся Задирой, и вовсе пропала. Драконий круг стремительно распадался. В прошлом, во времена юности самой Серафимы, Кругом руководил белокожий подросток по прозвищу Альбинос. Он был решительным, умным, в меру сильным и абсолютно бесстрашным. Но сейчас Альбинос занимал какую-то высокую должность в администрации, отвечая за безопасность. Ему точно было не до проблем Круга, да и самому Эхо не хотелось его отвлекать. В Драконий круг Сима попала, когда ей было десять. Огромный, хмурый громила аккуратно вытащил её из кучи мусора, куда её закинули хулиганы и задиры, и отнёс в заброшенное здание, где только начался путь Драконов. Её познакомили со старшими и младшими, накормили, выдали одежду и дали место для ночлега. После стольких лет издевательств Серафима с трудом могла поверить в доброту местных ребят. Громила Дикобраз, который и привёл её, был верным другом и телохранителем девушки, а тогдашний предводитель Альбинос считал её чуть ли не сестрой. Ей дали прозвище Лев, за гордый и дерзкий характер и пышную гриву волос. Лев была счастлива. Когда она стала старше, ей удалось поступить в университет на журналиста. Слова всегда хорошо ей давались, поэтому её статьи часто ставили в пример всей группе. Там она и познакомилась с Сашей Невской и Юлей Пчëлкиной, её нынешними лучшими подругами. Дикобраз ушёл на стажировку в отделение спецназа, Альбинос — в администрацию, а подросшего мальчика Хвоста, переименовав в Эхо, сделали предводителем Драконьего круга. Раньше болтливый Ковбой, нынче ставший Шерифом, поставлял брату Саши, Призраку, оружие, которое тот активно использовал. Казалось бы, жизнь прекрасна, но что-то не давало ей покоя. Глаза рыжей задели большой разрисованный плакат на стене. Его подарили ребята из Драконьего круга, когда она в последний раз приезжала к ним в гости. «У героев и злодеев одно прошлое — боль. Но и те, и другие решили реагировать на боль по-разному», — гласила надпись. Серафима не сразу поняла, какой посыл скрыли в этом плакате юные Дракончики, но затем до неё дошло, что герои отвечают добром на зло, а злодеи — злом на зло. Вот и вся разница. Но, как бы ей ни хотелось быть героем, путь злодея подходил ей гораздо больше. Сима знала, что Санек прекрасно справится и без её помощи, но будет предательством оставить лучшую подругу без поддержки и опоры. Поэтому рыжая никак не могла ей отказать. А пока ей оставалось только ждать. Ждать хороших новостей от Эхо, ждать, пока Баки наконец встанет на ноги, и ждать, когда в голове Санька созреет план…

***

Квартира Александры Невской.

Утром Алекс разбудил стук в дверь. С жутко недовольным лицом Невская подошла к двери, открыла ее, и на нее налетела красная и рыжая буря эмоций. — Ты что не отвечаешь на сообщения, Санек? — Я тебе звонила, Кошечка. Юля и Сима по-хозяйски зашли в квартиру, разулись и зашли на кухню. Саша же все это время стояла у двери и смотрела на подруг. — Вообще-то я спала. Невская закрыла дверь и последовала за подругами. Сима села на стул, поставив одну ногу на сиденье. Юля же начала готовить чай. — Так, один хороший челик будет на гонках, он нам должен помочь. Шуриком звать. Парень хороший, но еще тот сердцеед, — сказала Сима, доставая сигарету. Саша потянулась через стол к подруге и вынула из рта папироску. — Курить на улице, — серьезно сказала Саша. — Заметано, Сань, больше не повторится. — Кошечка, а почему ты решила меня не посвящать в свои планы? — спросила Юля, ставя на стеклянный стол две кружки чая. — У тебя жених майор. Проблем себе на задницу хочешь? — Игорь знает только о наших проделках. У него тогда аж кружка рухнула на пол. Сима и Алекс смотрели на Юлю. — Я надеюсь, ты не говорила про моего брата. — Нет. Ты что! Я ж пошутила. Игорь знает, что у меня есть подруги и все. — План, — произнесла Сима, жуя печенье. — Сегодня же гонки? Значит, в пятницу мы освобождаем Сергея Разумовского. Тройка села за стол и обсуждала план. Было странно видеть Юлю Пчелкину на стороне Разумовского. Но каждый скрывает своë настоящее лицо. — У меня есть чертеж здания психбольницы, где он сидит. — Саша встала из-за стола и пошла в свою комнату. Там из сумки она выудила сложенный в несколько раз лист бумаги. — Вот, пришлось все самой рисовать. Школьные уроки черчения хоть где-то пригодились. Сима, хрустя яблоком, приподнялась на стуле, пока Невская расправляла чертеж по стеклянной столешнице. — Нихрена! Все сама? — удивилась Юля. — Да. Поэтому меня долго не было. Так вот… Саша монотонным голосом оглашала план действий. Ее голос разлился по всей холодной квартире, а тонкие пальчики показывали что, куда и как. — Юля будет ждать нас в Питере, а мы с тобой, Симка, будем спасать рыжеволосую принцессу с расстройством личности. Проникнем в здание через черный выход, — сказала она, показывая, где черный вход. — Я могу попросить помочь своих друзей, — предложила Серафима. — Нет, — холодным как сталь голосом отказала Александра. — Нам твои «друзья» не нужны. Какая-то уличная шпана еще мне что-то будет говорить. Нет! — Сань… — Я сказала нет! Что тут ее понятого? Я этих людей не знаю, а вдруг они все нахрен расскажут ментам? — Кошечка, ты чего? Юля встала, приобняла подругу. Та дрожала от страха. Только Пчелкина знала, почему Саша так злится. — Ладно, тогда работаем одни. — Сима немного не поняла реакцию Невской. — Нам будут нужны мужчины, у меня есть пара знакомых, — произнесла Юля. — Хорошо. Тогда до встречи на гонках, — сказала Александра, убирая план здания. Подруги допили чай и ушли, оставив Алекс наедине с собой. Упав на диван, она прикрыла глаза. В детстве ее учили быть циничной, холодной и расчётливой. Разумовский ей нужен был для манипуляции с братом. Он всего лишь пешка в ее большой игре против Призрака. Ох, как брат ошибается в сестре, не такая она и открытая книга, как он думает.

***

Психлечебница.

Лучи солнца будто назло всему миру начали ласкать лицо Сережи. Его палата была с небольшим окном, иногда Сергей любовался видом на залив. Сегодня был штиль. — Скоро будет шторм, — тихо произнес парень. Сегодня с него сняли смирительную рубашку, руки были на свободе. Пальцы в небольших ранках коснулись прохладной решетки. Послышался звук открывающегося замка. В палату зашли двое санитаров и доктор Вениамин Рубинштейн. — Добрый день, Сергей. У нас сегодня с вами беседа. Вы готовы? Как же Разумовскому хотелось произнести «Нет»! Громко, четко! Как же надоел этот доктор с опытами! Как же хочется попробовать вкус свободы! Сначала надо вырубить этих санитаров, взять в заложники доктора, следом вырубить Софочку, устроить хаос то можно и быстро скрыться! Только вот… С этого острова вплавь не получится убежать… — Да, доктор… Сергей поник. К нему подошли мужчины с рубашкой, связали его и повели в помещение для беседы. Дальше все было по классике: Рубинштейн попросил позвать Птицу, а взамен он получит таблетку успокоительного… Эта пытка ужасна. Каждый раз ты призываешь злую свою личность, которая сжирает тебя изнутри. Сергей мечтал только об одном — смерть.

***

Квартира Александры Невской.

Саша надела как всегда все черное: джинсы, футболка, рубашка и грубые ботинки. Сегодня без бордовой помады, она тут будет лишняя. Александра поправила лишь свое каре. На парковке она взяла машину брата. Черный BMW глухим ревом поприветствовал Невскую. — Думаю, братец будет не против, — ласково сказала Саша, поглаживая руль. Дорога уже освещалась желтым светом фонарей, люди неспеша ехали домой или по делам. Гонки проходили за городом. По пути Саша заехала за Пчелкой. — А если Гром узнает? — Да ладно! Не узнает, поехали. Юля была одета в джинсы и топ, сверху была белая рубашка. Она любила свободный стиль одежды. — Саш… — Юля подбирала правильные слова. — Ты так на Симу не злись. Она же не знает о том… — Я не смогла сдержаться. Благо, наша Серафима не берет все слова близко к сердцу. — Это точно. Гонки. Зачем? — Информация и связи. — Значит, ты хочешь вернуть ту свою сторону, которая была в студенческие годы? — Возможно. Но мне нужна та Юля, которая со мной лезла в огонь и воду. — Она сидит перед тобой. Девушки посмотрели на друг друга, эти взгляды были знакомы только им. — Так-с, что же слушает твой братец? — Пчелкина потянулась а магнитофону. Она нажала на кнопку паузы. — Боже, это t.A.T.u? Заиграла песня известной группы. — Это я ему скачала, а еще там есть другие песни, но он их не слушает, — ответила Александра. — Значит, мы будем слушать. Юля выкрутила громкость чуть ли не на всю мощность. Подруги запели знакомые песни студенческих годов, когда вся тройка на всю громкость орала: «Я СОШЛА С УМА!» «ПОКАЖИ МНЕ ЛЮБОВЬ» и многие другие песни этой группы. И вот они выехали из города, их уже ждали. Саша и Юлия вышли из машины. К ним подбежала Сима. — Так, Санек, через 10 минут выезд, у тебя номер 29. Юля, ты поедешь с ней? — Да. — Юля поправила рукав рубашки. — Шурик под номером 15. Я с ним уже поговорила, после заезда вы поговорите. — Хорошо. — Саша нервничала, но показывала маску безразличия, ее привычный образ. Дыхание стало прерывается, ногти впились в нежную кожу ладони. Кошмар той ночи снова возник перед глазами. «Нет, я не могу! Я обязана победить этот страх!» — Гонщики! Все по машинам! — громко объявил ведущий заезда. — Так, я эту ласточку месяц назад проверила, должна летать. Я верю в тебя, Санька. — Сима сжала руки подруги и посмотрела на неё. По лицу подруги были видны нехорошие тени. — Эй, верни ту Сашку, которая морды била и побеждала на соревнованиях! — Ладно. Юля, пошли. Алекс быстрыми шагами дошла до машины и плюхнулась на сиденье. Приоткрыла окно, чтобы свежий воздух проник в салон. По левую сторону стоял Мустанг оранжевого цвета. В салоне сидел весь татуированный мужчина с бородой. — Эй, киска! Не хочешь пообщаться на моих коленочках? Саша не обращала внимания, она настраивалась на победу. — Кисунь, зачем тебе участвовать в гонках? Дамы должны давать наслаждение. Тут внутренний демон Алекс проснулся. — Как интересно, значит, мальчикам можно играть в машинки, а девочки должны играть в куклы? — Саша повернулась в мужчине, ее глаза блестели злым блеском. — Игрушками надо делиться, мы с вами делимся. Тут наконец-то пришла Юля. — Оу, двойной приз. Я уже представляю как одна… — Эй, чмо! Закрой свою вонючую пасть! — Юля тоже была не восторге от этого. — Как жалко, что мальчик проиграет и получит в мордашку. — Саша зло усмехнулась, от такой ухмылки по коже прошлась волна мурашек. На стартовую линию вышла дама с флагом и дала начало заезда. Машины рёвом тронулись по тёмной трассе. Алекс дала остальным фору. Она не гнала как остальные. Быстрые потоки ветра резко играли с прядями волос девушек. Юля снова включила песни. Вид за окном стремительно менялся, рев двигателя BMW успокаивал Сашу. Страх ушел на задний план, появился тот самый азарт, который помогает покорить горы. Саша вдавила педаль. Она аккуратно объезжала каждую машину, помещалась меж ними и снова перестраивалась. На спидометре уже была отметка 180 км/ч. А это только начало. С десяток машин уже были позади. Остался номер 15 и тот мужик. — Юля, ты готова? — крикнула Алекс. — Да! Невская еще сильнее вдавила педаль газа. 210 км/ч! Номер 15 позади, она обогнала Шурика. Остался один. Тот ублюдок! Еще сильнее надавила: 250 км/ч — Пошел нахрен, ублюдок! — крикнула на радостях Пчелкина. Впереди был разворот! Обогнав всех, Саша начала постепенно сбрасывать скорость и круто повернула в сторону города. И слова восстановила скорость. Запах горелой резины давал намёки на победу. Вдали была видна финишная полоса. Они это сделали! Сделали! Осталась пара метров. И тут появляется этот мустанг. Саша как не в себя вдавила педаль газа. Сима стояла в толпе и следила за заездом. И вот показался черный BMW! Осталась пара метров. — Санек! Давай! Санек и правда обогнала этого мужика. — Да!!! — Серафима как запрыгала от счастья. Она начала обнимать всех подряд. Саша сбросила скорость. Пахло горелой резиной и бензином. Адреналин зашкаливал, вкус победы снова был на языке. Радостные Юля и Сима. — Девки, мы это сделали! Сука! Туда этих дебилов! Саша вышла из машины, к ней подошел тот ублюдок. — Знаешь, может, киска хочет получить свой приз? Саша скрестила руки и таким же взглядом посмотрела на него. — Нет. Моего мужчину должен ласкать ветер, а не парочка геев. Александра обошла мужчину и пошла в направлении машины Шурика. Юля и Серафима залились смехом, смотря на бородача. Тот стоял в недоумении. Никто не знал, что он гей… Вокруг высокого синеволосого парня была пара дам. — О, наш победитель! Черный BMW! Поздравляю. Парень пожал руку Невской. — Я бы хотела с тобой поговорить без лишних ушей. — Саша посмотрела на дам, которые облепили мужчину. — Ну я сейчас немного занят, но давай я пришлю номер телефона Симе и договоримся о встрече? — Я бы хотела сейчас. — Слово женщины — закон. Желание мужчины — статья. Тогда пошли. Дамы, я скоро вернусь. Шурик в паре с Сашей отошли в отдалённый край улицы. Он достал сигарету и зажег ее. Первая затяжка и неприятный запах терпкого табака. — Что ты хотела обсудить? — спросил парень, делая очередную затяжку. — Слышала, у тебя есть некие долги перед Призраком. Так вот, хочешь их оплатить? Шура явно не ожидал такого поворота событий. Он посмотрел на Александру, как ученик, которого вызвали к доске и который ни черта не знает. — А ты откуда знаешь? — Я его сестра. Знаю все его шаги и дела. — Что ты хочешь? — Мне нужны люди в лечебнице, где работает Вениамин Рубинштейн, и катер. Сделать это сама я не могу: Призрак сразу все поймёт, а мне хочется ему сделать сюрприз. — Он и правда все простит? Все долги? — Да. — Тогда ладно, номер свой напиши. — Через Серафиму общаться будем. Удачной тебе ночи, Шура. Саша ушла обратно подругам. Они о чем-то говорили. — Юль, поехали, мне завтра ещё в Москву ехать. Или тебя Сима подвезёт? — Невская явно устала от такой толпы. — Поехали, Кошечка. — Сань, а приз? — Направь всё в благотворительные фонды, мне эти деньги не нужны, — ответила Алекс, заводя машину.

***

Психлечебница.

Казалось, Сергей слышал чьи-то приближающиеся шаги. Он быстро спрятался в угол, как забитый кот, и ждал. Птица сидел в противоположном углу и ожидал что будет. И вот дверь открывается, слабые лучи света проникают в комнату. — Здравствуйте, Сергей Викторович, вам пора возвращаться домой.