Увлечённая

Саша поднялся с пола и посмотрел на меня, прищурив глаза. - Выключи свет, - сонно произнес он, подходя ближе. Я выключила свет и опустила голову. Плисакин прижал меня к себе, видимо, увидел, что я плакала. Я сжала губы, чтобы не закричать о том, что не хочу его отпускать. Мне очень больно от того, что я долго не смогу его увидеть. - Мне тоже больно, маленькая. Жаль, что не могу забрать тебя с собой. Я обхватила его за торс и щекой прижалась к груди, слушая его сердцебиение. Мы стояли так несколько минут, пока Саша не закрыл рукой дверь. - Иди сюда, чудо ты моё, - прошептал Кава и поднял меня на руки, мне оставалось только обнять его за шею. Мы не включили свет, да он и не нужен. Саша сел на диван, я к нему на колени. Он прижал меня к себе и не собирался отпускать. В тишине укачивал меня, как маленькую. Я не плакала, хватит уже слёзы лить, ведь всё равно уедут. Наверно, девчонки уже успокоились. Не знаю. Может, им надувной матрас дать? Кто-то туда ляжет, кто-то на диване… - Саш, а ты можешь… Сходить в зал и отнести ребятам матрас надувной? – тихо спросила я у Кавы. - Конечно, родная, - я по голосу поняла, что он улыбнулся. Я слабо улыбнулась и вытерла слёзы. Плисакин дотронулся до моих губ, после чего отпустил меня. Я поднялась и подошла к шкафу, чтобы достать матрас и насос для него. Саша забрал всё это из моих рук и вышел из комнаты. Я снова переоделась, в майку и шорты. Отправилась к ним. Все сидели на диване, а Рома и Саша накачивали матрас. Дима стоял на балконе, курил. Я слабо улыбнулась ребятам и направилась к нему. - Малая, опять плакала? – Дима даже не повернулся ко мне, а продолжал курить. - Угу, - кивнула я и подошла к нему ближе. – Девчонки долго плакали? - Не очень, мы успокоили. Даш, пойдем на кухню или в комнату твою? Поговорить надо наедине. - Пойдем, Птиц, - пожала плечами я. Он повернулся ко мне и растрепал волосы. Я фыркнула и стала поправлять их, а он улыбнулся. Мы зашли на кухню, я поставила чайник. Села рядом с Колибри, он обнял меня за плечи: - Малая, я, наверное, не выдержу без вас более пяти дней. Без Ксюхи и без тебя, правда. Вы такие… Самые ахуенные, самые мои любимые девочки, Даш. Да, он и, правда, настроен серьезно. Давно не называл по имени. - Я понимаю. Была бы моя воля, я бы уехала с вами, Птица.