Любовь не бывает легкой

      Противная погода пришла в Сиэтл совершенно неожиданно. Дождь то и дело принимался за свое дело, затопляя улицы большого города, не давая даже машинам нормально проехать по дорогам, что уж говорить про людей, которые весь день бегают по своим делам: кто-то с зонтиками, кто-то без. Казалось, некоторым из них вообще наплевать на огромные лужи и реки, что текли под ногами, потому они наступали дорогими кроссовками или туфлями в грязную воду, наверняка думая о том, что это не проблема — купить новые. Однако трех подруг, которые устали от проблем в своей жизни, не волновала испорченная погода, ведь уже скоро их самолет взлетит из аэропорта Сиэтл-Такома в солнечную и жаркую страну ОАЭ.       — Я так и знала, что она будет опаздывать! — не выдержав задержки одной из подруг, нервно проговорила Амала и снова взяла в руки смартфон, чтобы записать короткое, но злобное сообщение в общий чат. — Вики, где тебя носит, черт возьми? — отправила она голосовое сообщение и заблокировала телефон, после засунув в карман джинсов.       — Знаешь, я уже привыкла к ее опозданиям, все-таки дружим не первый год, — заявила Эва и села на свой огромный чемодан. Куда она столько набрала — сама не знала, наверное, больше переживала за Вики, ведь той постоянно не хватало нарядов, даже своих.       — Но ведь она опаздывает не в ресторан и не в кино, а на самолет, Эва! — подняла руки вверх Амала и закатила глаза; ей надоело ждать подругу, надоело стоять возле регистрации, вздыхать и переживать, что они не успеют в долгожданный отпуск.       Тем более едут без мужей, кроме Эвы — у нее пока никого не было, а Вики и Амала постоянно выступали как свахи, каждый раз приводя откуда-нибудь нового парня, чтобы тот впечатлил привереду Эвтиду, которая каждый раз отмахивалась от пассий для себя, говоря, что ей никто не нужен.       — Неужели! Не прошло и пяти лет, Уокер! — взвыла Амала, готовясь наброситься на подругу, которая бежала к ним по скользкому полу аэропорта и, конечно, грохнулась, как последняя неуклюжая кукла на подиуме.       Амала и Эва тут же спохватились, бросили чемоданы, на которых сидели уже битый час, ожидая опоздунью, и подбежали к Вики, помогая той встать и поднять вещи. Никто из них двоих не сомневался, что эта дама решит взять с собой целый гардероб, поэтому, поднимая ее чемодан и сумку, чуть не надорвали спины.       — Девочки, простите, пожалуйста, — жалобно произнесла Вики и начала заправлять за уши светлые длинные волосы, постоянно мешающиеся и лезущие в лицо; бывало, она подумывала отстричь их, но потом резко одергивала себя от подобных мыслей.       Эва и Амала помогли подруге окончательно отряхнуть одежду, что была на ней, и передали все вещи в руки, взяв после этого свои, чтобы пройти на стойку регистрации.       — Ты плакала, Вики?.. — Амала, стоящая рядом с блондинкой, заметила, как она вытирает глаза и всхлипывает носом.       Эва тут же среагировала, услышав вопрос Амалы, обращенный к подруге, и тоже стала разглядывать лицо Вики: следила за ее мимикой и движением рук. Было действительно похоже на то, что она плакала незадолго до того, как вошла в аэропорт. Может, это и была причина опоздания. Однако узнать слезы ли это и их причину можно было только у Вики. Гадать было точно бессмысленно.       — Все нормально, — отмахнулась Вики, но чувствовала, как сердце медленно, но верно сжимается, превращаясь в холодный камень, точнее, она хотела, чтобы оно превратилось в камень, дабы не чувствовать боли и обиды, которые поглощали после того, как она вылетела из их совместной с Люцифером квартиры и села в такси, тут же начав рыдать, как маленькая девчонка.       Подруги не стали допрашивать Вики — знали, что это бессмысленная затея, потому что если она не хочет чем-то делиться, то не будет, даже под дулом пистолета.       У Амалы же сердечко стучало почти так же быстро, как и у Вики, но она скрывала это гораздо лучше, нежели подруга. Она то и дело проверяла телефон на наличие новых сообщений от Киллиана, хотя сама вспылила и не дослушала его, уехав в аэропорт. Конечно, Амала знала, что виновата, но почему-то ей до безумия хотелось, чтобы именно Лайтвуд написал первым. И откуда появилась эта подростковая гордость, — она сама понятия не имела. Киллиан Лайтвуд. Как ты, Амала? Все в порядке?       И как по волшебству сообщение от Киллиана появилось на глазах Амалы, что буравила взглядом смартфон, будто проклинала его или, наоборот, заколдовывала. Улыбка выросла до ушей, отчего та поспешила прикрыть лицо длинными волнистыми волосами — ее смущали рядом стоящие подруги, ведь они обязательно захотят узнать, чему она так улыбается или кому. Хотя… разве Киллиан был каким-то секретом? Их совместная жизнь была примером для Вики и Эвы, потому что Амала мало рассказывала об их стычках, ссорах и конфликтах, а ведь после свадьбы их было достаточно.       — Ваши билеты, девушки. Приятного полета и хорошего отдыха, — улыбнулся сотрудник аэропорта трем подругам, которые сдали багаж и теперь могли легко передвигаться внутри здания и, например, зайти в магазинчики, чтобы что-нибудь прикупить.       На их лицах заиграла улыбка от понимания, что совсем скоро они будут лежать на белом горячем песке и нежиться под жарким солнцем, купаться в бассейне и пить коктейли, приготовленные горячими барменами. У каждой в голове крутился свой план на этот мини-отпуск, но и что-то общее все же было — как следует повеселиться и постараться не найти приключений на красивые задницы. Амала Лайтвуд. Все в порядке. Приятно, что беспокоишься. Киллиан Лайтвуд. Всегда, Амала.       Эва, которую ничего не беспокоило, по крайней мере в настоящий момент, взяла под руку любимых подруг и повела к магазину. Единственное, чего она хотела больше всего, — выпить пива, но решила, что лучше подождет момента прилета в шикарный отель в ОАЭ; не зря же они все вместе копили на него год или больше, точнее, Эва копила, а вот Вики и Амале, конечно, добавили мужья. От этой мысли та чуть поникла, но лишь на долю секунды — не хотела показывать глубинных эмоций, ведь сейчас это точно ни к чему.       Три подруги метались по огромному магазину с едой, одеждой, аксессуарами, напитками и еще всякой мелочью, совершенно не зная, что конкретно им нужно, да и нужно ли вообще. Азарт долгожданной поездки так будоражил каждую из них, что кровь в венах бурлила сильнее, заставляя сердце биться намного быстрее обычного. Кто-то тащил восточные сладости в руках, кто-то сумку, кто-то алкоголь. Все были счастливы, несмотря на трудности в отношениях и в жизни. Нужно ли об этом всем думать, когда впереди несколько прекрасных недель отпуска только в компании девочек?

***

      После нескольких часов полета практически все пассажиры самолета спали, а некоторые так вообще громко храпели, мешая другим засыпать — не помогали даже беруши, которые подруги попросили у стюардессы. Возле них сидела пожилая пара, которая не стеснялась храпеть на весь самолет.       Мучаясь в попытках заснуть, то и дело переворачиваясь в кресле с одной половинки ягодицы на другую, все трое не выдержали и по очереди вытащили беруши из ушей, теперь уставясь кто в потолок, кто на кресло перед собой, что было слишком опущено к ногам и лицу — раздражало не меньше храпа.       — Ви, ты не спишь? — повернулась Эва лицом к Вики, которая пялилась в потолок; ее губы шевелились, наверное, читает молитву, чтобы они все долетели живыми, либо же проклинает всех, кто мешает спать.       Та помотала головой и опустила ее, повернувшись теперь всем телом навстречу к Эвтиде.       — Кажется, мы тут не уснем, — недовольно закатила глаза Вики, затем чуть заметно улыбнулась.       — Это точно… — согласилась Эва, закусив нижнюю губу. — Почему ты плакала?       Эва была любопытна во всех аспектах жизни, и как она дотерпела до момента самолета — сама не понимала, наверное, не хотела вот так в лоб, сразу, спрашивать подругу о том, что же стало причиной слез, тем более в такой замечательный день — день их отлета. Дождалась момента, когда Вики немного успокоится.       Амала, услышав вопрос Эвтиды, отвлеклась от телефона, в котором читала переписку с Киллианом — уже скучала, хоть и повздорили, с интересом и таким же вопросом в глазах смотрела на Вики, которая опустила глаза сразу после заданного вопроса; ее руки начали нервно теребить длинные волосы, накручивая на пальцы, затем раскручивая.       — Да так… поругались с Люцифером, — тяжело вздохнула Вики; в глазах снова встали слезы, в очередной раз намериваясь вытечь из голубых, как небо, глаз. — Он со своей работой… Боже, я понимаю, что он старается для нас, пашет, как проклятый, но, когда эта работа превращается в задержки до двух или трех часов ночи, я не могу сидеть на месте, не могу спать, зная, что он, наверняка, на опасном задании, снова расследует убийство. Я не могу позвонить ему, узнать, как дела, жив ли он вообще, потому что потом Люцифер скажет, что мои звонки только отвлекают его, — она говорила тихо, но по интонации и тону было ясно — готова была кричать об этом, чтобы ее наконец хоть кто-то услышал, поддержал и обнял.       Вики, сидящая посередине, тут же была обхвачена в объятия с двух сторон, отчего слезы из глаз хлынули еще сильнее. Они копились долгие недели, а то и месяцы, и теперь их обязательно нужно было выплакать, вылечить, однако, каким образом можно было вылечить это — та точно не знала, ведь Люцифер не собирался уходить из полиции, не собирался прекращать работать детективом, а это означало одно — Вики все так же будет переживать и ругаться с ним по этому поводу, потому что знает, насколько может быть опасным криминальный мир по рассказам мужа, конечно же. Бывает, она думает, что лучше бы он не рассказывал ей этого всего, может, тогда бы спала спокойнее.       — Что же Люцифер тебе ответил?.. — аккуратно спросила Амала и пальцами рук стала стирать соленые дорожки от слез со щек подруги.       — Сказал, что мы с ним это уже обсуждали и что он не собирается уходить из полиции. Да и вообще если я не могу так жить с ним, то… — Вики снова зарыдала навзрыд, опустив лицо в ладони. — Но я ведь люблю его, девочки, всем сердцем люблю, а он смог такое сказать…       — Уверена, Люцифер не сказал бы такое, не будь он на взводе. Мы же видели и видим, как вы относитесь друг к другу. Все наладится, Вики, вот увидишь, — Амала, как заботливая мама или сестра, гладила подругу по шелковым волосам и спине, приговаривая нежными словами, которые действовали, как снотворное — приятное снотворное, как мамина сказка на ночь.       — Я бы хрен с ним переписывалась после таких слов, да и первая вообще бы не написала, — отважно заявила Эва, сложив руки под грудью; она была очень недовольна тем, что муж Вики расстроил подругу перед отпуском, которая теперь вместо того, чтобы смеяться на весь самолет, плачет от практически разбитого сердца.       — Эва, чему ты учишь? — шикнула Амала на нее, оскалив зубы и прижимая Вики в объятия еще сильнее; кажется, та начинала успокаиваться.       — Амала, давай без этого, — недовольно вскинула руки Эва, закатив глаза.       У Эвы всегда был остро поставлен язык, говорила кратко, честно и по делу, практически никогда не подбирая слова — лепила, как получится, и только потом могла одуматься, что сказала что-то не то и не так, однако это бывало довольно-таки редко. Вики и Амала, конечно, уже привыкли к этому, но вот мужчины, с которыми они пытались познакомить подругу — не всегда готовы к такой языкастой девушке. Возможно, Эва неосознанно таким образом пыталась оттолкнуть противоположный пол, которые ей ну никаким боком не нравились. Подруги же хотели сделать как лучше — заполнить дыру в сердце Эвтиды, которая там была, по их мнению, конечно же.       — Спасибо вам, если бы не вы, я бы рыдала еще битый час, а то и два, — поблагодарила Вики за поддержку и поправила волосы, что упали на лицо и немного прилипли к нему из-за слез, бежавших ранее по щекам.

***

      В этом же самолете летели два симпатичных, но занятых, мужчин, которые, как прилежные мужья, не снимали колец с пальцев, дабы не привлекать девушек к себе. Хотя… кого-то сейчас вообще останавливают обручальные кольца?       Они так же, как и остальные пассажиры, пытались заснуть при долгом перелете, но получилось отключиться всего лишь на два или три часа, а потом у каждого в голове мысли метались от одной к другой, но больше всего голова была забита именно сложностями в отношениях со своими женами. Им всегда казалось, что с нужной женщиной, которую они полюбят и которые их полюбят, ссор и конфликтов будет меньше, а тут их как будто бы даже больше.       — Я отойду, — тихо произнес Люцифер и встал со своего места.       — Ты чего, совсем? А вдруг они не спят? — Киллиан ловким и быстрым движением руки схватил друга за футболку, чуть ли не разрывая ее от своего хвата; так он боялся быть замеченным.       — Вот и проверим, — ухмыльнулся Люцифер. — Думаешь, я не смогу быть незамеченным? — закатил он глаза, ведь Лайтвуд все еще держал его за футболку.       — Зачем я вообще согласился на эту авантюру? — вымученно проговорил Киллиан и все-таки отпустил друга, взмахнув руками и отвернувшись; ему все больше и больше не нравилась идея этой поездки — не хотел, чтобы Амала думала, что он ей не доверял, поэтому отправился вслед за ней.       Люцифер, почувствовав свободу от руки Лайтвуда, стал аккуратно двигаться из хвостовой части самолета в носовую, потому что знал, что где-то там сидит его жена и, наверняка, точит на него зуб, все еще дуется и злится за сегодняшний разговор, в котором он вспылил и только потом, когда Вики вылетела из квартиры и села в такси, понял, что сказал, нет, выплюнул изо рта, совершенно неподумавши — просто потому что был зол, но разве это может быть оправданием? Конечно, нет. И он винил себя за этот разговор — не хотел обидеть, оскорбить жену, которую сильно любил, несмотря на все их стычки.       Где-то с правой стороны были слышны тихие всхлипывания посреди громкого храпа. Мужчина тут же остановился, притаившись где-то сзади, даже чуть присел, боясь, что его могут заметить, хотя в салоне было довольно-таки темно.       Вики. Плакала.       Две подруги крепко обнимали ее с двух сторон, говоря слова поддержки и, наверняка, обливали грязью его самого, ведь это именно он довел жену до такого состояния. Люциферу хотелось подойти и успокоить Вики, сказать, что он на самом деле сказал не серьезно про развод, а просто вспылил, потому что они с ней каждую неделю ругаются по поводу его работы. Да, бывает, он задерживается, сильно задерживается. А когда приходит домой, то застает спящую Вики с телефоном в руке, экран которого дает понять, что она пыталась несколько раз дозвониться до него — был открыт его номер с зеленой кнопкой вызова. Бывает, что она не спит, караулит под дверью с двумя чашками кофе, а то и больше, потому что не находит себе места, придумывая в своей голове, что мужа могут убить преступники, за которыми он каждый день гоняется.       Когда Люцифер понял, что Вики, кажется, хочет встать со своего места, он резко развернулся и быстрыми шагами вернулся на свое место, попутно оглядываясь назад, чтобы понять, не заподозрила или не увидела жена его на месте преступления — их тайной с Киллианом поездке за своими женами.       — Как у них дела? — тут же спросил Киллиан, отложив телефон на столик.       — Как я и думал, — тяжело выдохнул Люцифер воздух из легких, опустившись на кресло. — Я мудак, из-за которого Вики до сих пор рыдает.       — Поссорились?       — Прямо перед ее уходом. Снова из-за работы. Уже не знаю, что делать с ней, — Люцифер повернул голову к другу, надеясь, что он даст какой-нибудь дельный совет.       — С ней, ты имеешь в виду работу или Вики? — переспросил Лайтвуд, подпирая голову рукой; усталость от полета давала о себе знать уже в это самое мгновение — ему вообще не нравились долгие перелеты, они жутко утомляют.       — И работу, и Вики.       — У тебя есть помощник или тот, кто может работать вместо тебя в ночное время, чтобы ты приходил раньше? — Киллиан пытался предложить хоть какие-то хорошие варианты событий, чтобы спасти отношения друга.       — В том-то и дело, что есть, но я не доверяю им так, как себе, понимаешь?       — Понимаю, — устало ответил Лайтвуд и подозвал стюардессу, которая в это мгновение проходила мимо, проверяя пассажиров. — Не могли бы вы принести воды? — вежливо попросил мужчина, и она кивнула в ответ, коротко улыбнувшись.       В момент, когда Люцифер заговорил о своей ссоре с Вики, Лайтвуд невольно вспомнил и их сегодняшнюю перепалку с Амалой, которая длится уже где-то около недели; они каждый день, приходя вместе с работы, после ужина садились и вновь начинали заводить шарманку по поводу отсутствия романтики в их жизни из-за постоянной работы. Раньше они часто ходили на свидания, изучали новые места и окрестности города, пили какао или что покрепче — по настроению, и были счастливы проводить вот так просто время только вдвоем.       И муж, и жена работали с утра до вечера, не покладая рук, не видя друг друга весь день и практически не общаясь; бывают короткие СМСки, но в них нет ничего особенного — а раньше было. Раньше было все намного лучше. Сейчас чувства будто ушли на второй план, затерялись между работой и бытом. А ведь ни Киллиан, ни Амала не верили людям, которые кричали им: любовь пройдет, бытовуха съест ваши чувства.       «Надо вылазить из этого дерьма», — подумал про себя Лайтвуд и выпил стакан с водой до дна; из-за этих возникающих то и дело мыслей, в горле становилось неприятно сухо.

***

      Аэропорт в ОАЭ был настолько огромным и красивым, отчего поражал наповал с самых первых секунд. Еще в самолете при посадке девушки разинули рты и не могли их закрыть еще несколько минут; долго и молча переглядывались друг с другом, будто не верили, что сегодня, сейчас, в эти секунды это все происходит именно с ними. Им было совершенно плевать, как они выглядели в глазах других людей. Было важно лишь то, что сегодня они смогут насладиться прекрасным закатом на пляже с белым мягким песком, возможно, даже искупаться в теплой, как молоко, воде, а еще надеть самые лучшие наряды, чтобы во время ужина выглядеть шикарно.       Спустя сорок минут их такси остановилось возле самого популярного и известного отеля в ОАЭ — Atlantis The Palm, Dubai, который поражал своей красотой и величием; и как люди научились строить такие здания? На радостях девушки забежали в отель, намериваясь пройти ресепшен, однако, молодой человек быстро остановил их, спросив, далеко ли они собрались, ведь сначала нужно подтвердить бронь в отеле.       — Как это у вас нет данных о нас? Мы точно оставляли даже предоплату в вашем отеле! — Амала размахивала руками, не понимая, почему администратор не может найти их бронь в номере Люкс.       — Девушка, успокойтесь, я продолжаю искать. В нашей системе бывают сбои, — попыталась успокоить Амалу, видимо, помощница администратора.       — У них еще и сбои! Я уже начинаю жалеть об этом отпуске, — фыркнула Эва и развернулась от ресепшена в сторону своего чемодана, махнув рукой, но тут же с кем-то столкнулась; и этот кто-то был высоким и широким, явно мужчина.       Брюнетка, чувствуя неловкость во всем своем теле, медленно подняла глаза, которые были направлены в пол на ботинки незнакомца, в которого буквально впечаталась, и впечаталась носом, затем увидела перед собой нахмурившегося мужчину, который, наверняка, шел по своим делам и совершенно не ожидал встретить, а уж тем более столкнуться, на своем пути незнакомую девушку, которая пялилась на него уже целую минуту.       — Я не экспонат в музее, чтобы меня разглядывать, — грубо бросил он и поправил рубашку с коротким рукавом, которая, как ему показалось, могла смяться из-за столкновения.       «А выглядит, как экспонат», — подумала Эвтида, отмечая его белую кожу, будто мужчина вообще не выходил на солнце, да и вообще они были не в ОАЭ, а где-то на Севере, где постоянно идет снег, а еще мороз, от которого стучат зубы.       — Извините, — наконец пришла в себя девушка и отодвинулась от мужчины, отведя при этом глаза.       Последнее, что Эва услышала — были его духи: мирт и гранат. Это был настолько вкусный запах, что живот девушки тут же скрутился и начал выть, как кит. Однако проявились не только чувства голода — было что-то еще. То, чего раньше Эва не испытывала, то, что заставило низ живота ныть.

***

      — Я чуть не свихнулась с ними! — Амала, даже по приходе в номер, продолжала покрывать всеми непристойными словами, какие существовали и какие не существовали в этом мире, персонал отеля.       — Мала, все же в порядке, нас заселили, — отозвалась Вики, которая поправляла макияж в ванной; из-за слез он немного смазался, а тушь так вообще почти стерлась с ресниц. Люцифер Денница. Привет, детка. Как полет? Вы уже заселились в отель?       Увидев сообщение от мужа, Вики невольно улыбнулась, бросив все свои дела, которыми занималась перед зеркалом, но, взяв смартфон в руки, вспомнила, как рыдала из-за него, вспомнила его слова, брошенные в ее сторону, и улыбка с лица ушла так же быстро, как и появилась. Чувства, что одолевали все тело, были смешанными, но ответить на сообщение ей хотелось, чисто по-человечески это правильно, дабы Люцифер не волновался за нее. Виктория Денница. Привет, Люцифер. Полет прошел более менее. И да, уже в отеле. Были некоторые проблемы, но уже все решилось, благодаря Амале. Она у нас, как всегда, самая боевая.       — Девочки, а чего мы сидим? Кого ждем? Идемте же на пляж! — крикнула Эвтида, смотря в окно из номера; вид был воистину захватывающим, потому что их номер находился практически на самом высоком этаже, поэтому был виден чуть ли не весь остров, на котором находился знаменитый отель.       Послушав подругу, Амала и Вики быстрыми движениями рук вытащили из чемоданов купальники и переоделись в них, взяли по пляжной сумке и подбежали к зеркалу, возле которого уже стояла Эва, фотографируясь в него с новой купленной сумочкой в аэропорту.       Все три подруги выглядели прекрасно: Амала в красном купальнике и такого же цвета накидкой, повязанной на бедра; Вики в зеленом купальнике с завязками, которые были обвязаны вокруг ее талии, поверх которого был надет джинсовый комбинезон с шортами; Эвтида в оранжевом купальнике и песочного цвета накидке, которая доходила ей до пят, но красиво развевалась на ветру, когда девушка шла вперед.       Спустившись на первый этаж отеля с помощью лифта, подруги быстрым шагом направились в двери, что вели к огромному бассейну и пляжу, который находился на берегу Персидского залива. Практически выбежав на теплый песок, девушки побросали свои вещи на ближайшие свободные лежаки, хотя народу и так было уже маловато, потому что скоро должен был быть ужин, и направились к воде, желая хотя бы ножками потоптаться в ней и притронуться руками; купаться сейчас было поздновато.       — Знаете, а я бы прямо сейчас плюхнулась в воду, — объявила Эва и зашла по колено, намочив накидку и раскинув руки в разные стороны, закрывая при этом глаза и поднимания голову к небу — так чувствовалась вся прелесть этого отпуска.       — Я подожду до завтра, но вода и правда приятная, — отозвалась Вики, шлепая по берегу босыми ногами, проходясь туда-сюда, наслаждаясь мягкой водой, что окутывала щиколотки.       — А мне как-то холодно, — внезапно сказала Амала, и подруги удивленно вскинули брови. Мала лишь пожала плечами в ответ на их косые взгляды.       Девушки пробыли на пляже еще немного времени, до момента, пока солнце хоть немного виднелось, а закат был красивым для фотографий, которые непременно нужно было сделать для социальных сетей. Их даже сфотографировали втроем — незнакомый мужчина увидел, как подруги пытались сделать селфи, поэтому любезно предложил свою помощь. После сделанных фотографий и восторженных возгласов о том, что наконец-то они сполна отдохнут, тем более только втроем, без мужей, направились в номер, где намеривались собрать себя на первый ужин в роскошном отеле и не менее роскошном ресторане.

***

      — Копуша, мы снова ждем только тебя, — недовольно хмыкнула Амала, выглядывая из-за двери главной комнаты их номера, обращая свой взор на Вики, которая в очередной раз меняла платье.       — Да иду я, иду, — с тяжелым вздохом произнесла блондинка и вышла из своей комнаты, едва ли не спотыкнувшись о собственные ноги — они заплетались от недостатка сна.       — Сделаем фото в зеркало, пока мы трезвые и красивые? — предложила Эва, уже доставая смартфон из маленькой черной сумочки, в которую влазил только он и кредитная карта.       Все трое, конечно же, согласились, ведь прямо перед поездкой, они договорились делать множество фотографий, чтобы потом пересматривать их и скучать по времени, проведенному вместе, времени, когда они были молодыми и чертовски очаровательными.

***

      В то же время, в том же самом ресторане шикарного отеля, Киллиан и Люцифер, одевшись в костюмы, высматривали своих молодых жен. Каким образом они до сих пор не попались — никто из них не знал, наверное, обыкновенное везение, ведь оба думали, что их засекут еще в аэропорту Сиэтла, хотя приехали они позже девушек, едва не опоздав на самолет.       — Знаешь, как понять, когда они появятся? — ухмыльнувшись, спросил Люцифер, поворачивая голову к Киллиану, глаза которого бегали от одной стены к другой.       Лайтвуд изогнул бровь в ожидании ответа.       — Все разом чуть ли не свернут себе шеи, смотря в одну сторону.       — В этом ты абсолютно прав, — поддержал Киллиан и уголок его губ чуть дрогнул; он нисколечки не сомневался, что его Амала будет самой прекрасной и привлекательной. Лайтвуд поймал себя на мысли, что давно не видел жену в красивом платье, а еще не видел счастливую улыбку на ее лице. Ему до безумия хотелось увидеть Амалу, а еще раскрыть себя, даже зная, что она рассердится, увидев его здесь, но было плевать.       — Черт, опусти голову! — вдруг услышал Киллиан и прижал ладонь к лицу, опустив его вниз, как приказал Люцифер.       — Девчонки, кажется, на нас смотрит весь ресторан! — воскликнула Вики, проходя предельно близко к столику, где сидели мужчины.       Люцифер всегда удивлялся, как женщины могут быстро менять свое настроение. Вот и сейчас у него было такое же удивление, ведь совсем недавно его любимая женушка рыдала в самолете, а теперь выглядит шикарно, на лице сияет улыбка, а голос заливается радостью и смехом.       — Чуть не попались! — выдохнул Киллиан и повернул голову в ту сторону, куда только что пошли девушки.       Они сели за столик у окна, откуда открывался захватывающий вид на территорию отеля. К ним тут же подошел официант и стал рассказывать о меню, предлагая попробовать изысканные блюда, которые готовят только у них. Сказать, что мужья ревновали своих жен к каждому, кто подходил к ним, даже официанты, кто как-либо смотрел в их сторону, — ничего не сказать. Люцифер и Киллиан не могли спокойно есть свою еду, все заглядывались на девушек, поедали их глазами, хотели оказаться рядом, чтобы обнять, поцеловать и прижать к себе, однако, боялись, ведь жены не знают, что они здесь, в этой же стране, в этом же отеле. Мужчины на все сто и один процент были уверены, что Вики и Амала взбесятся, если увидят, узнают, что они последовали за ними, будут думать, что мужья не доверяют им. Если говорить начистоту, то Люцифер с Киллианом и сами не знали, зачем увязались за девушками. Их билеты были куплены в последнюю секунду до того, как места на самолет закончились. Скорее всего, так они надеялись решить возникшие проблемы в отношениях — в непринужденной и совершенно другой обстановке, которая должна была благоволить на спокойные разговоры.       — Ну, привет, мальчики, — вдруг услышали мужчины знакомый голос возле себя, когда их головы были опущены друг к другу — они переговаривались между собой.       — Какого… — хотел было уже выругнуться Киллиан, но не стал, просто закрыл рот ладонью, ему неожиданно захотелось истерически засмеяться от всей происходящей сейчас ситуации.       — Вы действительно думаете, что такие незаметные? — ухмыльнувшись, спросила Эвтида, ближе наклонившись к мужьям своих подруг, которые думали, что она пошла в направлении туалетной комнаты.       На самом же деле Эва уже давно заприметила этих двоих; девушка любила рассматривать людей вокруг себя, даже находясь в кругу друзей, она обращала внимание на всех, кто был в поле ее зрения — обычное любопытство, не более.       — Мы в дерьме, да? — обеспокоенно спросил Лайтвуд и потер пальцами лоб, на котором скопились капельки пота — боялся реакции Амалы.       — Хотелось бы утешить вас, но, да, вы вляпались по полной, — Эва тут же рассмеялась, но в свою ладонь, чтобы никто, кроме сидящих рядом мужчин, не услышал ее, в особенности подруги. — Кто потянул вас сюда и зачем? — девушка вдруг поменялась в лице, стала серьезной, видимо, ей на самом-то деле не нравилось, что за ее подругами следят их мужья.       — Эва, ты не подумай ничего дурного, мы доверяем своим женам, но сердце, — Люцифер прижал руку к груди. — Не на месте было в момент, когда понимали, что они улетят одни в другую страну, — мужчина покосился на Киллиана, ища поддержке в нем и его словах, которые ожидал от него.       — Я, честно скажу, хочу помириться с Амалой, мы уже долгое время находимся в каком-то удушающем кризисе, поэтому полетел за ней, — Лайтвуд понимал, что, возможно, все их слова сейчас звучат, как оправдания своим необдуманным действиям, но Киллиан говорил от всего сердца, что болело.       — Вы ни капельки не убедили меня, — сложив руки на груди, проговорила Эва и откинулась на стуле, закидывая ногу на ногу и принимая суровое выражение лица. — Я не буду сдавать вас, потому что завтра сами раскроете себя, ясно? — твердо, почти приказывая, сказала девушка, сверкнув огоньком в глазах. — Не слышу ответов, а мне уже пора, кажется, ваши женушки ищут меня, — Вики и Амала и правда начинали уже оглядываться по сторонам в поисках Эвы.       — Обещаю, — положив руку на сердце, сказал Киллиан, глядя в глаза девушке.       — Обещаю, — с таким же жестом произнес Люцифер.       — Вот и отлично, — ехидно улыбнувшись, Эвтида встала из-за стола и направилась к их с подругами столу, придумывая на ходу, что же она скажет по поводу своего долгого отсутствия.       Подругу своих жен Люцифер и Киллиан любили и уважали, потому что знали — она беспокоится и переживает за них искренне, по-настоящему, совсем как они сами. Именно по этой причине мужчины не были удивлены разговором Эвы с ними по поводу их выходки или, скорее, заговора.       По пути к столику, Эвтида споткнулась о ступеньку, забыв о ней, и чуть не упала на официанта, который шел впереди нее — она уже было помолилась всем Богам мира и попросила прощение у бедняжки, на которого должна была упасть, а тот упал бы вместе с ней, так еще бы уронил поднос с большим количеством еды на гостей; девушка была уверена — гости тут же бы взревели от такой нелепой, но неприятной, ситуации. Однако чьи-то руки ловко подхватили Эву за талию откуда-то сбоку, отчего из легких выбило весь воздух.       — Снова вы, — раздался грубоватый голос у нее над ухом, и она невольно поморщилась от этого тембра.       Мужчина, наконец, поставил на ноги ту, что находил неловкой во всех смыслах, и Эва смогла разглядеть того же незнакомца, с которым столкнулась в холле отеля, когда они с Вики и Амалой разбирались по поводу их заселения. Светлые глаза таращились на нее сверху вниз, и это заставило девушку отвести взгляд; она не привыкла, когда на нее так смотрят, в упор.       — Снова я, — пожала плечами брюнетка. — Благодарю, что вовремя поймали меня, — ее голос звучал тихо, казалось, что даже незнакомец, стоявший предельно близко, не услышит ее.       — Не стоит, всего лишь проходил мимо, впрочем, как и в тот раз, — пожал плечами мужчина и быстро удалился, обойдя Эву сбоку.       Девушка так же быстро, как и он, унеслась с места их очередной встречи, и уселась за свой стул; подруги тут же прекратили свой оживленный разговор, обратив взгляды на Эвтиду. Как оказалось, Вики и Амала заметили стычку брюнетки с тем мужчиной, или, как они сказали, симпатичным шкафом; они подмигивали и подкалывали подругу, говоря, что если это уже вторая их встреча за этот день, то, возможно, это ее судьба. Эва же поначалу смеялась и отнекивалась, затем эти разговоры и шуточки надоели, и она грозным взглядом дала понять — хватит разговоров о ней и незнакомце, хотя в носу все еще стоял запах мирта и граната, который девушка находила привлекательным.

***

      После ужина подруги немного прогулялись по территории отеля, насладились коктейлями в баре возле бассейна и стали возвращаться в свой номер. По дороге в него они перепутали номер, наверное, сказался выпитый алкоголь, и чуть не вломились в чужой номер — из него все-таки выглянул недовольный мужчина, а вслед за ним женщина, они обругали девушек последними словами, но их это совершенно не обидело, им было до безумия весело, находя в этом свой шарм. И от этого шарма и алкоголя в голове еле дошли до своего номера, чуть не свалившись на пол возле него, до сих пор вспоминая, как вломились к тому мужчине, наверняка, помешав его прекрасной ночи.       Что может быть лучше отпуска вместе с лучшими подругами? И что может пойти не так?