Трагедия о рисе и начале конца.

Сегодняшний день Тэтте пометит в календаре, так как этот зажатый уебок сходил в магазин. Один! И даже не проебался перед людьми. Зачем он ходил в магазин? А вот. Детей надо кормить, а вы что думали? Понаражают сначала, а потом не кормят. Вот из-за таких как он дети становятся взрослыми в три месяца. Еды он купил много: пачка риса, две пачки пельменей, чипсы, дохуя газировки. Да, в детском питании долбаебик не смыслит, не смотря на то, что одному из его сыновей больше чем ему. Почему? Приемный? Да, нет, родной, вроде. Откуда же тогда у Шибу и Чучу такое замечательное чувство юмора? В общем и целом, вернувшись домой, Тэтте понял, что еды будет дохуища и позвал ещё некоторых своих друзей, родственников и лучшего в мире собутыльника, который пришел быстрее всех, закупившись алкоголем. -Ахуеть, Коля, откуда столько алкашки..-Воскликнул ахуевший Суэхиро, паралельно хуяря по сковороде лопаткой. -А вот а вот.-Гоголь пиздато прошёлся и поставил бухло на столик, пока Шибусава смотрел на выбитую дверь. -Дед, ты чо?-Все же смог найти слова Шибусава. -А чо? -Ты нахуя нам дверь выбил? -Шибу, она такая всегда, с тех пор как я последний раз танец пытался выучить, помнишь?-С ноткой иронии напомнил Тэтте. -А. Пиздец. Не помню. -..Я не буду шутить, прочитайте на моем лице.-На лице Тэтте читалось "Пиздец, я не придумал шутку, но героин короче." -Пиздец.-Оба враз. Стук в дверь, Чуя ахуительно сверкательный сверкательно вышел из своей комнаты и направился открывать дверь, не увидев Николая. -Чучу, шикарно выглядишь. У нас гости.-Тэтте произнес и вывалил пельмени на сковородку. Только потом Чуя с небольшим ахуем поздоровался с Гоголем и открыл дверь. За дверью стояли Ацуши и Дазай. -ОЙ ПРИВЕР.-Шибусава подскочил с места и побежал приветствовать званных гостей. -Здрпсте-здрасте.-Дазай протянул руку с пакетом, а пакет не обычный, а из ленты. После Ацуши тоже мило поздаровался. -Эта чо?-Шибусава прихуел лёгкости пакета. -Пакет.-Дазай улыбнулся и непонимающе похлопал ресницами. -А. ЕБАТЬ. ПАПА, ДЕД ОСАМУ ПАКЕТ ПРИНЕС.-Закричал Шибусава и побежал к отцу на кухню. К тому времени Чуя уже помогал снять и повесить куртки гостям, а Гоголь тоже побежал встречать муженька и сына. После того как все душевно поздоровались, в дверь постучали вновь. На этот раз, отвлекшись от пельменей на сковороде, Тэтте пошел открывать. -СИСТРЕНКА!-Крикнул он. -ПОЧЕМУ С ОШИБКОЙ?😡😡 -Бляха..-В Суэхиро врезался Шибу. -Племянничек!-Они обнялись. -Пон, я тут никому не нужен.-Тэтте ушел в разочаровании дальше жарить пельмени. -Братик как всегда. Кто уже пришел? -Коля, Дазай, Ацуши и ты. -А ещё кто должен? -Сигма ещё. -Понятно, я предпоследняя. -Ага. Вернувшись на кухню ко всем, эти двое застали такую картину: Тэтте сидит под столом и судорожно бормочет какую-то хуйню, а рядом сидит Ацуши и пытается его успокоить. -Что случилось уже?-Задается и озвучивает вопрос Йосано. -От него "даже пельмени убежали."-Сообщил Гоголь. -ТРЫНДЕЦ, ПАПА, Я ИХ ЩАС ОТПИЗЖУ.-Заорал Шибусава и принялся пиздить пельмени лопаткой по сковородке. Тэтте резко подскочил. -Туда их, сына. Ебаные пельмени блять.-Тэтте обнял сына, пока все ахуевали от происходящего. -Так, ну, думаю, стоит открыть бутылку. Чуя, можно бокалы? Остальные члены твоей семьи заняты..-Гоголь начал открывать зубами бутылку, пока Чуя пошел за бокалами. -Братику больше не наливайте. -Я не пьян, вообще-то.-Он рухнул на пол. -Пиздец, пол холодный, каааааайф.-К Тэтте присоеденился Гоголь, пока дожидался прихода Чуи и бокалов. -Ебааать, реально.-Слишком заманчиво звучало. На пол рухнул ещё один коврик-Шибусава. -Щас как пройдусь.-Пригрозил Дазай, наклонив голову на большую диванную подушку. -Ах.~ Да, пройдитесь по мне, Осаму.))-После слов Николая Шибусава начал смеяться, а Тэтте повторил и стал бить ногами кухонный гарнитур. В дверь вновь постучались. -Чучу, милый мой, открой дверку.-Все ещё долбя ногами по кухне, произнес Тэтте. За дверью был никто иной как Сигма. -Блять.-Возмущенно проговорил Тэтте и недовольно поднялся, продолжив жарит пельмени. -хммм. Осаму, давай отойдем?)-Коля поднялся, демонстративно взяв за руку Дазая.