Глушь ll . Здесь меня нету

      Машина старшего Хайтани останавливается возле здания отеля. Риндо тянется к заднему сидению за двумя довольно большими пакетами с едой, одеждой для омеги, его, на всякий случай, и медикаментами. Риндо, открыв пакеты, ещё один раз всё проверил.       — По таблеткам точно всё хорошо? — в сотый раз спрашивает Рин.       — Да-да, я проконсультировался с Шиничиро-саном. Оказывается у братика Изаны тоже была течка недавно. Вот где Азуми прохлаждался.       — Шиничиро? Он же Азуми расскажет, — нахмурился младший.       — Безусловно, но тем самым я пока что не выслушал гундешь от дяди, и это радует. Но мне придётся его выслушать от Нахои — это уж точно, — Ран улыбается, думая о омеге, — интересно его реакцию увидеть, когда я скажу ему, что Сою вновь похитили.       — Издеваться будешь?       — Над Нахоей я не могу издеваться. Так, шуточки простые, больно рука у этого омежки тяжёлая, да и сердце моё не позволит, — Ран театрально кладёт руку на свое сердце, начиная смеяться, — ох, ладно, давай беги к своему малышу, успокаивай там его, а я своего пойду успокаивать, небось, уже спалил, что брата нет.       — Хорошо, спасибо тебе, — Рин открывает дверцу машины и выходит оттуда.       — Риндо, постой, — вдргу окликает его старший, и Рин оборачивается к нему, — слушай, там в аптеке я не только лекарства купил, но и презики.       — На хрена? — спрашивает Рин, — Ран, я не буду с ним этого делать!       — Успокойся ты, — спокойно продолжает альфа, — самого полового акта не нужно, можно омегу прикосновениями успокоить, если вдруг всё пойдёт очень плохо. Ему альфа нужен, а не сам секс, совать в него ничего лишнего не надо, как обычно это делают.       — Ран, блять, — возмущённо посмотрел на него младший, и, видимо, краснея немного из-за чего Ран начал громко смеяться, — ему пятнадцать!       — Я знаю. Но он всё равно уже твой, думаешь меня остановит тот факт, что Нахое пятнадцать, это так, по сути дела. Я могу пойти прям сейчас метку на него поставить. Я уже решил, что он будет моим. Не знаю, что со мной такое, и почему именно он, но это будет точно он.       — Прямо до метки хочешь? Это серьёзно. Метку только одному можно ставить! Один раз в жизни это делается, многие вообще это не делают никогда, потому что не знают надолго ли их отношения продлятся.       — Насрать мне на многих. Я со многими был, и помладше и постарше, хочу теперь Нахою. Я понял, что от остальных я лишь секса хотел, но Нахоя... это другое. Риндо внимательно вслушивается в слова брата, может быть он и говорил в своей манере как всегда, но эти слова, что он говорил о Нахое, вполне серьезно звучали, даже очень.       — Почему Нахоя, Ран? — вдруг спрашивает младший.       — А почему Соя, Рин? — вопросом на вопрос отвечает Ран. Оба в ожидании уставились друг на друга. Каждый по своему прекрасно знал, как ответить ему, только объяснения Риндо могут показаться слегка странными для Рана. Он конечно мог сказать, что их немного не обычные вещи связывают с Соей, начиная с истинности, заканчивая духом-убийцей, которого называют Хозяином леса. Это было настолько безумно, что говорить о таком в слух было странно и безумно. — Он мне дорог, — лишь отвечает Риндо. Мысли его уходят в другое русло и он уже ничего не видит перед собой, — я не могу объяснить это. — Рин? — зовёт его Ран. Проходит пару секунд. — Риндо? — повторяет он. Фиолетовые глаза младшего поднимаются и смотрят на старшего. Вот ирония, когда он со своим старшим братом, то забывает обо всех проблемах и переживаниях, что кружат вокруг Риндо. Убийства. Хозяин леса. Дух, что хочет убить Сою и недавно напал на него. Такое безумие, будто это сон, в котором нет ничего реального. — Что это за взгляд такой. Ты меня пугаешь иногда, — слышит он голос старшего, — знаешь, когда появился Соя в твоей жизни, ты стал более чувствительнее и радостнее к жизни. Но парой ты становишься ещё более нелюдимым, чем обычно. — О чем это ты? — Я начинаю предполагать, что с тобой что-то происходит. Я стал часто замечать такие моменты: ты пару минут неподвижно сидишь и пялишься в стенку, о чем-то думая, или о ком-то. Ты за всю жизнь только о двоих переживал, я и Азуми, и то ты это не показывал вообще. Теперь появился Соя. Ты о нем так много думаешь и переживаешь? "Что? Пялился в стенку и думал о чем-то? Когда это было?" — не помнил Риндо. — Есть за что переживать, — отвечает Хайтани. — Поделишься этим? Риндо молчит. Он устало смотрит на брата, не зная, что ответить. Можно было просто сразу же сказать, что всё хорошо, и он просто устал из-за недавних событий связанных с его омегой. Но нет. Он сейчас всего лишь молчит и вновь уходит в себя. Риндо никогда ничего не скрывал от брата, обо всем рассказывал, ровно до того момента как в его жизни появился Хозяин Леса. О таком безумии нельзя говорить, это казалось просто на подкорке сознания запрещенным. "О чем ты думаешь, Риндо? О том, что ты скрываешь от брата? Ран умный, он догадается, раз замечает такие детали, которые я сам не замечаю." — Пустяки, брат, я просто хочу, чтобы мы с Соей справились с этим. "Нет. Он будет догадываться о чем-то, но никогда не сможет найти правду." — Не переживай, вы справитесь с ним. Всё будет хорошо. Риндо хотелось усмехнуться сейчас. "Хорошо. На Сою недавно напал дух-убийца и чуть самого его не убил, вместе с их мамой, и твоим любимым омегой, Ран." Всё будет хорошо. Всё будет хорошо, если они доживут до следующего месяца, ибо дух убивает всех, кто видел его, это говорил ему Соя. Если бы Нахоя с их мамой пришли в себя и увидели его, то он бы и их убил. Ну что же, Риндо знает о духе, он его уже видел раз, и он будет при возможности с Соей все время. Что получается: он тоже в опасности и может умереть. — Спасибо, брат. За то, что помогаешь мне всё время. — А как иначе, — улыбается он, — я хочу, чтобы ты был счастлив, и ты это прекрасно знаешь. Кого бы я не любил, ты у меня всегда будешь первый в приоритете, так что если возникнут проблемы — сразу говори. — Хорошо. Мы же выживем? Да?

///

      Перед тем, как Риндо решил войти в комнату, он постучался, чтобы предупредить Сою о своё приходе. Ответа не последовало. Подождав некоторое время и решив, что омега спит, он входит, но на кровати омеги не было.       — Соя? Положив пакеты на стол, он прислушался к окружению. Текла вода. Повернув голову в сторону ванны, он побежал туда. Если младший всё ещё купается, то можно передать ему чистые вещи. Хайтани постучал в дверь, чуть повысив тон, говоря:       — Соя, я вернулся. Я приоткрою дверь и положу одежду, или если не хочешь, чтобы я заходил, то забери сам, — ответа не последовало, — Соя? Альфа не успел подумать, как рука сама дёргает за ручку двери, приоткрывая ее. Шум воды оглушающе выделялся в этой тишине. Тишине… Риндо нахмурился сильнее, приоткрывая дверь. Он не поднимал голову, чтобы не на роком не взглянуть на голое тело омеги.       — Соя, — вновь позвал он, — ответь мне, тебе плохо? Тишина уже начала нервировать его. Он послал омеге мысленные извинения и начал заходить в ванную комнату. Хайтани смело поднимает голову и сразу же взглядом упирается в небольшую ванну, вода была включена и судя по пару горячая. Альфа не сразу заметил на краю голубые кудряшки, что почти не виднелись со стороны. Риндо, нахмурившись, начал подходить. Он присел на колено возле ванны и быстро протянул руку к лицу омеги, Соя был по подбородок в воде, голова была наклонена на бок, а глаза закрыты.       — Соя? Соя! — он дотронулся до хрупких плеч омеги, начиная приподнимать. А если бы он позже пришёл, он что бы, утопился? Одной рукой он потянулся к крану и начал выключать воду, — очнись, малыш, что с тобой?       После несильной тряски, омега открывает свои глаза. Он немного сонно смотрит на альфу, а потом его глаза медленно смотрят по сторонам.       — Малыш, ты заснул что ли?       — Рин? — шепчет омега, — а ты почему тут? я же купаюсь! — немного краснея, говорит он.       — Прости-прости, — говорит старший ,но не сдвигается с места. Он хищным взглядом смотрит в потерянные глаза омежки, которые довольно лениво моргает, — как ты мог заснуть в ванне? А если бы я позже пришёл, ты понимаешь, что было бы?       — Прости, я не подумал. Вода была такая тёплая и мне стало так спокойно, что глаза сами закрылись. Я не думал, что засну.       Риндо бережно придерживает омегу за голову. Она была ощутимо тяжёлой но альфа и не думал отпускать. Большим пальцем он гладил мокрые кудри омеги, а его глаза беспокойно бродили по лицу, не смея опускаться ниже подбородка. Но он бы соврал, если бы сказал, что не хотел бы опустить свои глаза на тонкую и белоснежную шею. Запах омеги тоже изменился, он стал каким-то спокойным, тихим, едва уловим, что, если задуматься, можно подумать, что он умирал.       — С тобой всё хорошо? — с беспокойством в голосе спрашивает альфа.       Соя кивает. Казалось, что омега вообще не смущен, что альфа тут, так близко, а сам омега с голым телом под прозрачной водой, румянец на щеках тоже прошел, и вместо этого кожа стала немного бледноватой.       — Включи воду, пожалуйста, — тихо просит омега, — мне холодно становится.       — Хорошо, но ты собираешься выходить?       — Не знаю, тут тоже хорошо. Когда ты вернулся?       — Пару минут назад, — альфа тянется к крану и начинает включать тёплую воду, — я принёс всё необходимое, запасные вещи и бельё тоже. Риндо откровенно залипает на омегу и расслабляется под приятным давлением данной ситуации. Его самого больше не смущало то, что он в ванной с омегой, что-то новое для его жизни. Ну раз Соя сам не слишком против, то он посидит тут с ним, придерживая его голову и гладя волосы. Соя сейчас был очень спокоен и расслаблен, что не смущался, и не переживал ни о чём. Это было мёртвое спокойствие. Даже слишком. Риндо опасался, что он вновь сильно расслабится и заснёт в воде. Он и так сильно перепугался, когда увидел его с закрытыми глазами и по уши в воде. — Спасибо, — шепчет омега, — не смотри на меня, точнее… ты понял куда, это неприлично. — Я не могу никак насладиться твоим лицом, а на тело ещё не время смотреть, — Риндо усмехается, когда видит легкий румянец на лице омеги. Но после Соя на глазах грустнеет и наконец-то переводит печальный взгляд на альфу. — Знаешь, — тихо начал он, насколько тихо, что из-за шума воды его словно вообще не было слышно, но Риндо упорно вслушивался в каждый звук и шорох, что издавал омега, — я не понимаю, что со мной происходит: у меня течка вот-вот начнется, мы сбежали с больницы, брат и родители будут в бешенстве, я тут в ванне и ты со мной, но единственное о чём я думаю, это только о том, что произошло. — Ты о духе, что чуть не убил вас? Соя кивает. Его взгляд становится таким отстранённым, будто он перестал быть тут и находился совершенно в другом месте. Интересно только, где? — Не об этом я переживать должен, но ты мне так помогаешь с братом, мне очень неловко из-за этого. Рин, когда я впервые встретил тебя, то немного перепугался. Ты казался намного хуже и ещё более жестоким, чем задиры из прошлой школы. Тем более про вас такие слухи шли, я бы никогда, если честно, не подошёл к тебе. Да и ты бы не обратил внимание на такую мышку, как я… — Боже, — выдыхает альфа, — ну почему сразу мышку? Мы не в мелодрамах и типичных романах про любовь. — Мы в триллере, а если вспомнить то, что в лесу случилось, то мы в ужасах. Мне больше нравится вариант жанров, который ты говорил. — Мне тоже, но я не люблю читать такое, мне прям тошно, сплошное клише. Ты — не мышка, а очень красивый на вид омега. Серьёзно, мне плевать если задену чью-то самооценку, но в школе есть омеги, которые лицом будут по уродливее тебя, — честно говорит он, — волосы голубого цвета — большая редкость, особенно кудри, я не понимаю, что смешного в том, что у тебя кудри, был бы я там с тобой, то избил бы их до полусмерти. Мне жаль, что с тобой так поступали, но я очень рад, что Нахоя помогал тебе и не давал в обиду. Смотря на характер твоего брата, я начинаю понимать почему Ран выбрал его, он действительно отличается от всех остальных его омег. — Много у него было? — Я не считал, но разные и часто менялись. Мой брат красив и стилен, омеги вешаются на него со средней школы, даже с младшей, а он и не против. — А у тебя… — вдруг спрашивает омега, с интересом поглядывая на него, — сколько было? Тебе же 18, наверно точно были. — Я, что, ни разу не упоминал при тебе, что ты мой первый? — улыбается альфа, — мне было пофиг на отношения. Смотря на брата я понимал, что альфы в основном секса хотят, а мне было всё равно на это. У меня были другие занятия: учёба, книги, занятия по борьбе. — Ты на борьбу ходил? — Да, еще с малых лет. Но мы не ходили на простую борьбу, нас учили бывшие отсидевшие зеки. Мы приходили к ним, а они нам объясняли как делать больно тем, кто хочет навредить нам. Это было жестко, но мне нравилось, я когда-то как и ты в младших классах столкнулся с булингом и издевательствами, но там всё начиналось и заканчивалось тем, что я остался без родителей, — альфа заметил, как меняется выражение лица омеги, — это были слова, которые ранили меня в таком маленьком возрасте, я им отвечал, но это усугубило ситуацию. Я не мог защищаться, а брата беспокоить не хотел, и поэтому решил учиться борьбе. — Ты решил бороться, а я просто сдался и искал помощи. — Это не твоя вина. — Я слабый просто, не такой как ты, Нахоя или Ран. Я, по факту, умер ещё давно, в детстве. Мне не стоило жить, но Хозяин леса вмешался и вот я тут. — Не говори так, — Риндо сердится. Он встает со своего места, отпуская голову омеги, и идёт за полотенцем, — хватит этого всего, я больше не желаю слышать о смерти, если ты тут — это значит, что так нужно! Я счастлив, что ты жив, что ты мой истинный и что мы встретились, без тебя я бы продолжал быть таким ледяным ко всему и всем. — Рин, — Кавата наконец-то меняет положение и садился выпрямляя шею и спину. Он внимательно наблюдал, как Хайтани достаёт большое полотенце и подходит к нему. Соя вздрогнул, прижал к груди ноги и обнял их руками, — что ты… — Вставай, — просит он. Вытянув полотенце на всю длину, поворачивает голову в сторону, чтобы только не смотреть на омегу, — пошли в кровать, нам нужно успеть поесть, пока твои боли не начнутся. — Я сам справлюсь, — дрожащим голосом говорит Соя, растерянно смотря на альфу, — я же голый, я не выйду из воды! — Я не смотрю, — спокойно отвечает он. Ох, значит, когда он лежал в ванне и особо не прикрывался ему норм было, а сейчас вспомнил о стыде. Вот Ран говорил, что это Риндо из реальности выпадает, но это делает на самом деле Соя, — сам виноват, ты заснул в ванне и чуть не захлебнулся, так ещё говоришь о смерти и жалеешь, что жив. — Я не думаю о суициде! Я случайно заснул! — утверждает омега. "Ты случайно чуть не умер, милый" — проносится в голове у альфы. Соя понимает, что Риндо уперся. Он в впервые видел эту черту у альфы. Выгнать Хайтани Кавата всё равно сейчас не сможет, как-то поздно даже. — Не смотри, пожалуйста, — просит омега, начиная медленно вставать со своего места. Когда альфа ощутил, что омега дотронулся до полотенца, то сразу же начал кутать его в него. Убедившись, что он достаточно прикрыл поворачивает голову, — ты что, в буквальном смысле будешь со мной носиться, как мама? — А почему нет? — усмехается он. — Одеться мне тоже поможешь? — на всякий случай спрашивает он, всем сердцем желая, чтобы тот не сказал да, хоть даже и в шутку.

///

Нахоя так и завис, держась за повязку на голове. Она ещё пятнадцать минут назад начала нещадно болеть, а мед сестры что-то никак не могут до него таблетку донести. Омега лежал в своей палате, пытаясь заснуть, но боль мешала всему. Он устало смотрит на дверь, когда чьи-то шаги с коридора начали приближаться. Дверь открылась и в палату вошёл Ран. Кавата лишь устало моргнул, начиная пытаться встать и принять сидячее положение. — Лежи. Омега, не зная почему, сразу же подчиняется и ложится обратно. Нахоя переворачивается на бок, ближе к альфе, и внимательно наблюдает за тем, как Ран садится на стул возле кровати. — Вид неважный у тебя, — сразу же говорит старший, — болит что-то? Нахоя кивает. — Голова. Я хотел пойти сам за обезболивающим, но голова так раскалывается, что и на ноги встать не могу. Я попросил мед сестру, но её нет уже минут пятнадцать. — Что это за халатность нафиг, — недовольно говорит старший и, вставая со своего места и сняв своё пальто, он кладет его на стол и направляется к двери, — лежи спокойно, я принесу. Кавата ничего не успевает сказать ему в ответ, он лишь спокойно смотрит на дверь и носом ловит странные запахи, которые с собой принес Ран. Нахоя не улавливает мысль, что раньше он не чувствовал их так остро, как сейчас. Он понимает, что это знакомые ему запахи, но если по понятным причинам от Рана шёл запах Риндо, то почему от него исходит и запах Сои? После того, как Соя ушёл в свою палату, мама сказала идти Нахое отдыхать и спать, за братом должен был приехать отец и они бы уехали домой. Нахоя просто проклинает свою головную боль, потому что с ней он с трудом слово сказать может, не то что громко протестовать всему этому, хотя он и понимает, что возможного решения нет, или он просто ничего не сделал для этого. Ран и Риндо пропали сразу же после Сои, и младший думал, что они просто на просто уехали, но сейчас, видя тут Рана, он как-то напрягся. Где это он был более часа? И почему вновь вернулся сюда, потому что, на сколько известно ему, часы приема давно истекли. Не прошло и пяти минут, как Ран возвращается с водой и таблеткой в руках. Он сразу же протягивает их омеге, а сам садится на стул рядом. — Спасибо, — говорит омега, выпивая всё и давая кружку обратно. Альфа ставит ее на стол, а после внимательно смотрит на омегу, — что не так? — Ложись давай, — он дотрагивается до плеча омеги и тянет вниз, чтобы тот лёг. Нахоя, охотно подчинившись, ложится на бок лицом к нему, — у тебя только голова болит? Выглядишь совсем плохо. — Насколько плохо? — Ужасно просто, тебе бы искупаться ещё, а то потом разит. Нахоя демонстративно приподнимает свою руку и сжимает ее в кулак. Как-то само собой вспомнилось, что он когда-то так хорошенько прописал по лицу этому альфе, и о боже, иногда хотелось это повторить. — Если ты такой брюзга, то иди давай от сюда, уж простите, что не успел помыться для вас. — Прощаю, — улыбается альфа, — у меня в доме много масел и шампуней для тела, нам стоит один раз вместе принять душ и я наглядно тебе всё покажу и продемонстрирую. — Чего? Ещё что ты хочешь? Может прям здесь тебе отдаться! — предлагает омега. — Ну, малыш, что это вообще такое? Наш с тобой первый раз должен быть романтичен, и не на дряхлой койке в больнице! — Ничего себе романтик, я думал тебе всё равно лишь бы только заняться этим, — усмехается Нахоя. Ран с возмущением на лице приподнимает свою бровь: — Не понял, я что на животное похож? — Неет, — с улыбкой на лице качает головой омега, после он ложится на спину и усталым взглядом смотрит в потолок. Головная боль понемногу начала уходить и это не могло не радовать его, — спасибо, что ты тут со мной, косичка. Ран тянется к руке младшего и несильно сжимает его. — Рад, что ты ценишь это, малыш, ибо я ещё не с одним омегой так не мучился! — он встаёт со своего места и тянется к омеге. Нахоя только и успевает, что посмотреть в его сторону до того, как Ран дотрагивается до щеки омеги, а после целует того в щёчку, но что-то подсказывает Нахое, что изначально тянулся к губам, — с вами не соскучишься, но было бы хорошо, если это были бы не проблемы, а то переживать как-то тоже я устал. Вот за столько лет так не переживал, как за эти почти пол года. Почти пол года. Они тут явно меньше, но уже погрязли в такие истории, что смело можно сказать, что в этом городе скучно и спокойно. — Кстати о проблемах, — начал Ран поглаживая щеку омеги, — мы тут кое-какую аферу с ребятами сделали, но если что, ругай меня, это моя идея. Нахоя хмурится и с непониманием смотрит на старшего. — Что за афера, и с какими ребятами? — первое что задаёт он, а потом вспоминает, что от Рана немного пахнет Соей, — с младшими? Ран кивает. — Скажем так, Соя не будет проводить течку в вашем доме, и рядом с вашим отцом. — Что… — выпаливает тихо Нахоя, а потом до него доходит, — где мой брат? — Он с Риндо. — У него течка, он не должен быть наедине с альфой! — повышая свой голос, говорит омега. — Успокойся. Дыши спокойнее, — просит альфа. — Слезь с меня! Я тебе сейчас такое успокойся покажу, как вы могли такое сделать?! — Нахоя уперся обеими руками ему в плечи и начал отталкивать от себя, — слезь, я сказал, — но альфа даже не сдвинулся с места, — как это понимать? — Хоя, — нежно произносит он, — послушай меня: твой брат в безопасности, и он с Риндо, тот ему не навредит. — Где он, Ран, — тихо начал омега, сжимая плечи альфы, — зачем ты это делаешь? Нахоя понимает, что это не шутки, далеко не так. Его голубые глаза с испугом смотрят на альфу, а руки мелко подрагивают. — Ты доверяешь мне? — в лоб спрашивает альфа. — Мне за брата страшно! У него течка… — Ты мне доверяешь? — Ран впивается глазами в голубое небо, и, не отрываясь, наблюдает за ними, — ты мне доверяешь? — Ран, как я могу доверять тебе, если ты ничего мне толком не объясняешь! Слезь… с меня, без этих ласк давай, я абсолютно серьёзен, — Нахоя диким взглядом смотрит на альфу, — рассказывай мне всё.

///

— Три раза в день? — спрашивает женщина поправляя свою серую кофту, — я смогу сама пить, пусть мед брат не напоминает. — Уверены? — врач протягивает ей флакон таблеток, — боли если будут, то все равно не рекомендуется пить больше трёх в день. — Хорошо, — она кивает, забирая флакон, — спасибо, доктор. — Нам нужно поговорить о выписке вашего сына, — начал было доктор, но женщина отвлеклась на телефо,н что начал трезвонить в её кармане. — Прошу прощения, — она достала телефон, — это муж, пару секунд, — она принимает вызов, — ало. — Чего ты мне звонила? И почему вас дома еще нет? — послышался злобный голос с того конца. — Я писала тебе, что мы попали в небольшую аварию, мы в больнице, с нами относительно всё хорошо. И, — она вздохнула тихо, — послушай, у нас проблемы, ты бы не мог приехать в больницу? — Че за проблемы? Вы жить спокойно не можете? — Речь идёт о Сое, милый, у него течка начинается, но меня выписать они не могут, тут мальчик тоже остаться не может, и я бы хотела попросить тебя… — Постой-постой, я правильно понимаю, что ты хочешь сбагрить мне течного сына? — его голос был настолько груб, что женщина схватилась за сердце, — я, блять, альфа, о чем ты говоришь? — Он твой сын, я не могу сама, ему нужна помощь… — Ты себе как это представляешь? Вообще что-ли? — повышая свой голос, говорит он, — водить было нужно нормально! В машине дети наши были, они могли намного сильнее пострадать, вплоть до летального исхода! Пострадала сама, а теперь хочешь сбагрить мне течного сына?! — У нас нет больше вариантов, ты же понимаешь, что это не штуки, и опасно для омеги… — Не волнует! — крикнул он, женщина сильнее вздрагивает и начинает понимать, что в голосе мужчины было что-то странное, — не фиг мне баловать омег рожать! Обоих блять, меньше проблем было бы. Она ели сдерживала свои слезы, и краем глаза заметила как в их сторону бежит один из врачей. Доктор стоящий неподалёку от матери повернулся к нему, и спокойно спрашивает его: — В чем дело? — Мистер Син, — он подошёл вплотную к нему заметив женщину, — пациент Соя Кавата, его нет в палате, на процедуру ему не нужно, мы не можем его найти на этаже. — Смотрели в палате его брата-близнеца? Они часто вместе. Женщина отложила телефон и подошла к ним. — В чем дело? — Сына вашего найти не могут, но не бойтесь. Уверен, что он со своим старшим братом. Что сказал ваш муж? Он заберёт его? Женщина сжимает корпус телефона. — Не знаю точно, он на работе, и волнуется, что во время течки не сможет отпрашиваться… — И что же будете делать? — Нужно сперва найти его. Я пойду к сыну в палату, — она начала уходить.