Теперь я с тобой

Я не помнила, кто и когда вызывал полицию, может соседи услышали выстрелы, а может это сделала я… Я почувствовала приступ тошноты и, резко открыв глаза, взгляд оказался на моих тонких кистях, скованных наручниками. Голова кружилась и мне было сложно дышать, я пыталась посмотреть по сторонам, но мне было слишком больно двигаться, поэтому, собравшись с силами я тяжело выдохнула, приоткрыв рот. — Мне… меня тошнит, можно… — хриплым голосом пыталась произнести я. Машина резко остановилась, и, как только дверь открылась, я упала на колени. У меня не было сил даже на то, чтобы просто встать, но, несмотря на это, в моей голове была одна навязчивая мысль, которая разрушала меня изнутри. ГДЕ ЧЕРТ ВОЗЬМИ ЕВА?! Я не помню, что было дальше, не помню, как мы доехали до участка, я лишь помню, как снова упала на колени в холодной комнате, потом помню, как на меня кричали незнакомые люди, но я не была в состоянии произнести и слова… — На пистолете твои отпечатки, Ковальская! — кричал кто-то. Я через силу подняла голову и увидела перед собой двухметрового мужчину лет тридцати в кожаной куртке, он очень странно улыбался, будто бы стоять так, надо мной, доставляло ему неимоверное удовольствие. Я приоткрыла рот в попытках выдавить из себя хоть слово, но мужчина видимо не был готов меня слушать. — Ты знаешь, кого ты убила? — приближаясь ко мне, говорил он. — Ты до конца жизни не выйдешь, тупая лесбуха! Я опустила взгляд, мои руки тряслись, но наконец у меня появилось достаточно сил и злости, чтобы говорить. Да как он смеет так со мной обращаться? Стоп, откуда он вообще знает о нас с Евой? Ева, боже, где она? Ева, моя Ева… — Ева! Ева! — кричала я вновь и вновь, каждый раз громче и громче. И чем громче я произносила ее имя, тем темнее становилось… что происходит? Я резко открыла глаза, оглядываясь по сторонам, руки всё также тряслись, я не могла это остановить. Дыхание участилось, а из глаз потекли слезы. Почему так темно? Я всхлипывала, переодически произнося имя Евы. Но вдруг, кто-то осторожно взял меня за руки, затем я ощутила теплое дыхание возле моего виска. — Рита, я тут, — услышала я знакомый голос. — теперь я рядом. Я снова открыла глаза, и, совсем пока не соображая, упала в объятия девушки, меня больше не трясло, а дыхание пришло в норму. Она и правда рядом.

***

Суд признал убийство Данила самозащитой. Единственным свидетелем была Ева, на которой не было живого места после побоев от Невского, конечно, она свидетельствовала не против меня. Ей поверили, и с меня сняли все обвинения. Сразу после Нового Года, мы с Евой уехали в Польшу, мои родители были не против, они даже сняли нам квартиру в Сопоте, хоть у нас и была своя недвижимость в Варшаве, просто ни я, ни Ева, не хотели на тот момент жить в большом шумном городе. Прошло три года, мы так и не вернулись в Россию. Но я ни о чем не жалею, я каждый день чувствую себя счастливой, я уверена, что проживаю лучшую версию своей жизни. Ночные кошмары прекратились, как только, год назад, мы переехали в Осло. Сопот тоже был ничего, но мы его переросли, у Евы теперь есть своя частная школа для русскоязычных детей в Норвегии, а я… ну я помогаю ей. Я поступила здесь в престижный университет, но это всё уходит на второй план, ведь прямо сейчас, я сижу в самом дорогом ресторане, который я могла оплатить. Я вспоминаю всё, что мы пережили: нашу первую встречу, то как мы ненавидели друг друга, наш первый поцелуй… смерть Данила. Не хочу думать о плохом, просто хочу оставить прошлое в прошлом, ведь сейчас я здесь, наши с Евой руки переплетены, а я, как в первый раз, рассматриваю ее лицо, ее веснушки и серые глаза, ее светлые волосы, которые она теперь никогда не собирает. Ева прекрасна. Я аккуратно отодвигаю стул и, нервно выдохнув, достаю из сумки маленькую коробочку, Ева, покраснев, начинает оглядываться по сторонам, делая вид что она ничего не понимает. Я медленно опускаюсь на одно колено, протягивая девушке кольцо. — Ева, — полушепотом начала я, — ты стала моей первой настоящей любовью, благодаря тебе я нашла себя, и… я хочу прожить с тобой всю жизнь. Ты - моя семья, я очень люблю тебя, Ева. Ты…станешь моей женой? По щекам девушки тут же потекли слезы счастья, улыбаясь, Ева подошла совсем близко ко мне. — Да… — уверенно сказала она, — я согласна. Все в ресторане начали аплодировать, даже не смотря на то, что они не понимают русский язык. Я чувствую горячие слезы теперь и на своем лице. Опомнившись, я наконец встаю и аккуратно надеваю кольцо на палец блондинки. Ева, всё также улыбаясь, подходит совсем близко, ее губы касаются моих, и я закрываю глаза наслаждаясь моментом… Может… это тоже сон?