Sunshine protector

- Кагеяма...довольно пугающий, не так ли?.. - У него вообще есть друзья? Тихие обрывки фраз преследовали его изо дня в день, окутывали, подобно шлейфу, тянущемуся до самого пола. Он был Королем, Монстром, эгоистом, и кем угодно, но только не самим собой. В мантии всегда было душно, а массивная корона давила на голову, мешая жить и нормально мыслить. И пусть это был лишь визуальный образ, Кагеяма воспринимал его как данность, как что-то, от чего он никогда не сможет избавиться. Ровно как и от своей унижающей манеры речи. Слова всегда давались ему тяжело. В сознании старшеклассника могли ютиться тысячи, миллионы вещей о которых он хотел бы сказать, как приятных, так и не очень, но как только дело доходило до реальности, все это вставало комом в горле. Каждое приветствие, каждый жалкий эпитет приходилось буквально выталкивать из себя, сплевывать с языка, лишь бы казаться частью неприветливого к нему социума. Куда уж проще для Кагеямы было вбивать мяч в пол, со всей дури, так, чтобы дрожали стены. Ведь с мячом не нужно говорить, пытаться найти общий язык. Он весь твой, нужно лишь приноровиться. С людьми же Тобио так не умел- они всегда ерошились. Когда ты маленький, весь мир кажется тебе чем-то удивительным и новым, ты смотришь на все с открытыми горящими глазами и мечтаешь покорить и землю, и небо. Точно такими же глазами, полными надежд и мечтаний юный Кагеяма глядел на волейбольную площадку Китагавы Даити. Тогда она была залитой солнцем, и все окружающие казались потенциальными друзьями. Где-то там, в глубине галереи у Кагеямы осталась фотография, где он своими крохотными руками, ещё не залепленных пластырями и не познавшими травм, держал за край спортивной куртки Ойкаву. В те времена в его глазах ещё был блеск и вера в надёжное будущее. Ведь дедушка сказал, что все будет хорошо. Но, как и это обычно бывает, судьба оказалась куда суровее и строже, чем того хотелось. Спустя время рядом не оказалось ни дедушки, ни близких по духу людей. Блеск в небесно-синих глазах пропал, а под ногами разверзлась глубокая, непреодолимая пропасть. - "Мы устали от тебя." - "Мы больше не будем принимать твои пасы." Он оказался не просто на скамье запасных. Кагеяму вытеснили за черту привычного мира, за спины тех, на чью помощь уже нельзя было рассчитывать. А потому на смену пришло гложущее душу одиночество. Мяч по прежнему был с ним, и все также плавно и изящно скользил из тонких пальцев ввысь, к небу, вот только принимать его уже никто не хотел. Парень отчаянно не хотел понимать, почему все так вышло. Он ведь был идеален, разве нет? Время, движение, высота и скорость- в голове за долю секунды складывалась точная картина происходящего, и подсчеты никогда не подводили. Пасы были превосходны, Он был превосходен. Тогда почему же?.. Тобио мог бы размышлять об этом вечность, но после того, как в его жизнь ворвался вездесущий танжерин, думать стало некогда. Хината был самым настоящим солнцем, с этим никто не смог бы поспорить. От его света слепило глаза и кружило голову, а в маленьком теле было столько энергии, что казалось, будто он вот-вот взорвется. После нескольких лет в окружении гигантов смотреть на этого коротышку было крайне дико и непривычно. И что ещё хуже...с ним нужно было разговаривать. Ведь Хината был не из тех, кто слепо следовал приказам. Он был самым настоящим маленьким воином, знающим себе цену, и именно это бесило Кагеяму больше всего. Капитан потребовал от их дуэта большой отдачи, а это значило, что ему вновь придется выскребать из себя остатки вежливости и терпения, которые иссякли давным-давно, лишь бы добиться возможности по настоящему пересечь порог Карасуно и остаться там навсегда. Впрочем, сейчас Кагеяма был крайне благодарен Дайчи за столь дерзкое и железное требование, ведь именно Хината в данный момент сидел в тени трибун и заклеивал измученные игрой кисти рук Тобио, исказив губы в загадочной улыбке. Естественно, он делал это в своей, несколько небрежной манере. Пластыри были яркими, с рисунками динозавров и прочих животных. Неровными кольцами они обвивали пальцы, скрывая синяки и ссадины. Едва ли когда-нибудь он будет брать с собой обычные белые, ведь "простые пластыри очень скучные". - Дурак, зачем ты снова купил детские? - А что, ты боишься что эти звери тебя тоже испугаются? А, Кагеяма? В ответ на это брюнет лишь скривился и разочарованно фыркнул. Шоё прекрасно знал о том, что Кагеяму обходили стороной все дворовые кошки, шипя и выпуская когти. Что уж говорить, кривился даже Кенма, похожий своим поведением на кота до неприличия. А потому возразить на данный подкол было нечем. - Ну вот и все готово. Хината восторженно посмотрел на свою работу и приподнял голову. Часть его лица тут же осветил мягкий свет пустеющего зала, и в уголке глаз отразился яркий оранжевый отблеск. И пусть все пальцы уже были заклеены, старшеклассник не спешил отпускать чужую ладонь из своих рук. Наоборот, он словно наслаждался ее теплом, в то время как его собственные кисти были холодными и не менее потрёпанными. Солнце тоже может уставать. Хината был силен, и духом, и телом. В его крепких, крохотных ногах таилась неимоверная сила, а вместо крови наверняка сердце качало самую настоящую магму, иначе ничем нельзя было объяснить все то, что сумел сделать этот Маленький Гигант. Будучи единственный членом волейбольного клуба он сумел добраться до Карасуно, прорваться сквозь боль своих поражений и пересечь ту непреодолимую пропасть, что зияла между ним и Кагеямой в начале их совместного пути. И кто бы мог подумать, что этот коротышка сможет спасти его жизнь с помощью лишь пары слов. И что в один момент Кагеяма захочет вот так, просто, обхватить чужие замёрзшие ладони и прижать их к своим губам. "Я здесь". А большего и не надо.