Встреча

Бенди теснее прислонился к белоснежной стене. Его магия то и дело грозила забурлить от беспокойства, наверняка, и аура его сейчас давила. Нехорошо. Любой вошедший ангел забеспокоится, а ему не нужны ещё проблемы. Бенди посмотрел в открытое окно. Высокое окно с глубоким подоконником. Кремовые шторы развевались на свежем ветерку, солнце протянуло рассеянные лучи в комнату, за окном слышались трели птиц. Удивительно, что его не закрыли. С демоном внутри, предоставить такой открытый обзор. Хотя, может они были настолько уверенны в своих силах, что и не беспокоились о таких мелочах. А Бенди и не отважился полностью высунуться из оконного проема. Он притаился на одном месте и ждал. Бенди постучал когтями по белоснежной стене, отделка потрескалась. Ему… Нетерпелось. Дело в суде кончилось пол дня назад. С какой целью его проводили ночью, Бенди проходилось лишь гадать, но дожив до конца… Вернее пережив весь процесс, он честно говоря был и рад выспаться и оставить все как было. Воспоминания величественных Доминионов (это такой вид ангелов) пришли на ум непрошенные, а их слова… А тот Херувим… Бенди передернулся, рука застучала настойчивее. Он поднял взгляд с пола и снова проверил дверь. Одно плохо. Все это время он сидел здесь. Запертый. Бенди вздохнул. Хотя ангелы это и отрицали, он был пленником. Демон, ещё и с историей обвинений, гость или не гость, в своей гостевой комнате удерживался настоятельно. Попробовал бы он выйти, вот и посмотрели бы, что случится. Бенди снова взглянул на уже надоевший вход. Уже полдня как, можно бы и поторопиться… И… Его мольбы оказались услышаны. Потому что наконец послышались шаги. Бенди замер. Приближаясь к двери, они ускорились. Бенди уставился на дверь и, не сводя взгляда, скользнул за штору. Так, чисто по привычке. За последние дни он приобрел странные привычки, большинство из которых заключало в себе продукт гнусного ожидания и готовность встретить любовного ангела на пороге. Ведь никогда не знаешь, кто из нимбоголовых вздумает полезть своими перьями в плен к демону. Дверь неизбежно распахнулась. И вопреки всем ожиданиям прекрасное существо устремилось внутрь комнаты. Бенди сжал когтями ткань шторы — когти скорее всего проделали дыры, — и задержал дыхание. Глаза приклеились к девочке, и несведущий прохожий бы испугался, с такой интенсивностью загорели глаза демона. Человек. нет, ангел, шел за ней и что-то говорил, Бенди услышал только обрывок фразы: -»…приготовь а ты ся!» Алиса! О Боги! Это ты, девочка моя… «Приготовься»? «Ты сама»? Бенди не разобрал. Но Алиса его оборвала: — Мика! У меня есть время, и я его проведу с пользой, сам поторопить! Бенди сжал кулаки, ситуация прояснилась. Микаэль. Тот самый ангел, из-за которого удивительно большое количество раз он чуть не поздроволся со смертью. И весь их квест чуть не оборвался. Ну, и один из претендентов в женихы Алисы. Конечно, это не все вина одного ангела — слишком много чести, но он стоял на высоком посту, и часто руководил их операциями. И статус «жених Алисы» уронил Микаэля в глазах Бенди пониже многих клыкастых гадов из Ада. Встретится им тут, и для Бенди это хорошо не кончится. Мика остановился в дверях, не войдя в комнату, так что они с Бенди друг друга ещё не видели. Он знал, что Бенди здесь, все знали… А все же, пока не встретишься вживую, кашу не заваришь, так что Бенди не спешил покидать тёплое местечко. Алиса повернусь к нему и махнула рукой, ее многослойная мантия, красиво развевалась от движений, крылья скрытые за ней колыхнулись. Почему-то ангелы любили завешивать крылья мантиями, стеснялись что-ли? Уголок рта Бенди дернулся. Уж этого он — бедолага, низкое темное существо, никак не мог постичь. — Мика, — сказала она с нажимом. Казалось, что они спорили об этом долго, возможно всю дорогу. Они простояли в тишине пару секунд, и Бенди, волновавшийся до этого, заволновался сильней. Они ведь не могли чувствовать его эмоции, да? Из того, что ему птичка донесла, эмоции демонической расы, да и остальных темных существ были закрыты для рода ангелов. Но в такие моменты сомневаешься в своих источниках… Наконец крылатый гад сдался. Бенди увидел, как его ладони взлетают вверх, и парень вздохнул. Бенди внутренне похлопал Алисе, он за нее болел. — Ладно. Ладно. Ты здесь, твоя взяла, я… — гад непонятно зачем оглянулся и всплеснул руками. — Жду… На этот раз он прозвучал уставшим и вышел. Гад нимбоголовый. Облачный пух у него в голове, а не заботы. Бенди не верил ему ни секунды. Конечно, он, возможно, немного несправедлив к парню… Но с Алисой в метре перед ним, он выкинул все мысли о справедливости из головы. Уж очень они выделялись между приятно-сбивчивым роем мыслей, который появился, как только мозг Бенди опознал в прекрасном лице ангела его девочку. Алиса подождала пока закроется дверь и прямо-таки обмякла от облегчения. Взволнованность в ее прошлом поведении наконец стала очевидной Бенди. Лёгкий сладкий запах в воздухе предупреждал о страхе (да, да демоны чувствуют страх. Носом. Проехали). Бенди нахмурился. Что, все настолько плохо? Его же вроде очистили, чего она так? Настолько пускать не хотели? Алиса в ту же секунду рванулась в его сторону, но тут застыла. Она показала в его сторону, дав знак подождать, даже не посмотрев, — Бенди поднял бровь, — и прокралась к двери. Бенди поднял вторую бровь. Алиса насторожено проверила дверь и удовлетворённо сжала кулак, усмехнувшись. Тут Бенди понял и улыбнулся: его подруга росла. Росла в карьере и приспособляемости. Уже не тот наивный ангел. Уже проверяет, не подслушивают ли, кто бы мог подумать. Он помнил их первую встречу, ужасно приверженная правилам, страстная в их исполнении, такая предубеждённая особа! Но такая добрая. Да, сейчас она уже не та девчонка, что попала в когти к Шляпе. Хитрее, могущественнее. Он рад наблюдал, как она изменялась, училась вместе со всеми во время их работы. Он с радостью будет смотреть и дальше, наблюдать, как она продвигается. Их поиск ещё не закончен, и он может предлагать свою помощь бесконечно… — Бенди, — прошептала та, наконец посмотрев в его сторону. Ее прекрасное лицо было так полно надежды и нескрываемой радости, что сердце Бенди ёкнуло. Он не был готов к этому. Вообще не готов. Но что это, она выглядела неуверенно, будто смотрит в его направлении, но не видит его. Она чувствовала его ауру, но… Ой. Бенди пошевелился. Это он так хорошо спрятался? Тяжёлая занавеска, по-видимому хорошо закрывала его место у стены. Бенди отдернул чёртову штуку в сторону. Кто вообще вешает занавески посреди стены?! Ангелы, тьфу. Как только он выбрался на свет, послышалось «ой», и он тут же попал в ловушку крепких объятий. Мягкие руки обвились вокруг него и он накрыл их своими. — Бенди, — прошептала ещё раз Алиса. Она прямо-таки набросилась на него, а он в ответ поглотил ее объятия. Она зарылась подбородком в мех между его рогами, ее пальцы ходили кругами по его щекам, рогам, расчесывали мех. Ее теплая аура приятно обвевала его, смешиваясь с его собственной, холодной. Такой контраст с остальными ангелами. Их ауры давили на Бенди, пытались прожечь путь через его магию, даже в то немногое время, что он здесь провел ему трудно было. Но с Алисой… Бенди завернул пряди ее черных-пречерных волос за уши, стараясь не мешать обьятьям, и потянулся, чтобы уткнуться своей мордой в ее нос. Их лица столкнулись, и они посмотрели друг друг в глаза, улыбаясь, все ещё крепко сжимая друг друга. Ее черные глаза блестели в лучах солнца. Бенди стоял как парализованный. Вот тут-то, в эту секунду, реальность наконец обрушилась на него. Он здесь. С Алисой. Он прикасается к ней. Он сжимает ее в своих руках. Он чувствовал, как бьётся ее сердце. О боги… Он провел когтями по ее щекам, вызвав у нее смешок. Его собственная улыбка стала ещё шире. Она жива и здесь, с ним. Он так долго ждал этого момента. — Ну? — спросила Алиса, пытаясь подавить другой смешок. — Как ты? — в ответ спросил Бенди, улыбаясь. Его голос был хриплым, будто бы он долго ничего не говорил. Он и не помнил, может оно и правда, в конце концов он потерял счёт времени, пока был тут, на Небесах. А может просто горло пересохло от ее вида. Алисина улыбка стала какой-то глупой. Она сосредоточилась на пучках меха по краям его лица, которые до этого бессознательно теребила. Она как-будто сильнее засветилась, когда услышала его голос. Бенди только плотнее прижался к ее груди, осознавая мягкую часть под ее мантией. Он с демонической прыткостью пробежался руками по ее талии и бедрах, зарылся когтями в волосы, взлохматив ее безупречные локоны. Он притянул ее ближе, и прижался к щеке, прошептав: — Все хорошо. Мы справимся, все будет хорошо. Он почувствовал как надорвано поднялась ее грудь. Что? Нет, нет, нет, не надо. Не плачь. Она заплачет? Почему? Что он сказал? Бенди стало тошно, после того как он обдумал свои слова. Какая ложь. Конечно она расстроила Алису! Но ведь они сейчас вместе, друг у друга в руках! Сейчас её не должно беспокоить все внешнее. Все их проблемы. Бенди крепко держал ее в объятиях, зарывшись ей в плечо. Какое ему дело до всех этих ангелов снаружи этой комнаты, до богов и до обычных людей. До Поверхности, Ада, всех них. Пошли все к черту в задницу! Пропади они в Бездну! Ни болезни, ни надоедливой прессы! Только приятно прохладное тело в его руках заняло все мысли. Чернильная машина!.. подождёт. Сейчас ему хорошо, и он готов думать, говорить и утешать, что так «хорошо» будет и дальше. И будет продолжаться столько, сколько понадобиться. Только вот сколько бы Бенди ни хотел, чтобы она так тоже думала… Он всё равно почувствовал себя виноватым. Вдруг слегка мозолистые руки крепко схватил его щеки и отдернули от себя. Бенди почувствовал, как его пушистое лицо насильно ввели в позу хомячка. Он положил свои руки поверх ее и круглыми глазами посмотрел в Алисино решительное лицо. — Не надо, — твердо сказала она. Бенди вопросительно промычал. Он очень хорошо чувствовал давление изящных пальцев с остриженными ногтями на щеках. Очень приятное давление. — Не надо, — она повторила тише. — Не вини себя. Она освободила одну щеку и сжала его ладонь. — Я смогла до тебя добраться, и это главное. Бенди в ответ провел когтем по родинке под ее глазом. Вот, она уловила суть. Это правильно, это главное. — Вот именно, — сказал он, пристально наблюдая за одной частью ее лица. Чтобы доказать свою точку зрения, он двинулся ближе, остановившись у самых ее губ и вопросительно взглянул в теперь уже ее округлившиеся глаза. Решив отдаться настроению, он накрыл ее губы своими. Потом снова посмотрел. Алиса залилась румянцем и все смотрела, не шелохнувшись. Бенди опустил глаза и углубился. Вкус губ и мгновенная волна чувств накрыла Бенди и он отключился. Он начал двигаться быстрее и поудобнее ухватил ее за голову, заставив ее привстать и глубже наклониться. Будь голова у Бенди пояснее, а глаза открыты шире, его бы побеспокоило отсутствие ответа со стороны Алисы. Но он уже упал в туман чувства, которое гораздо сильнее беспокойства. К тому же у демона, кхм. Вдруг его вырвало из тумана. Знакомые проворные руки резко вытянули его из воды, оставив задыхаться. Он поднял взгляд и встретился с раскрасневшимся лицом Алисы, черная помада на губах слегка размазалась, мантия съехала. Ореол мягко светился над ее головой, его глаза на секунду на нём задержались как на спасательном круге. Он запыхался и на мгновение совсем не мог сориентироваться. Однако ж потом Бенди застыл. Оба пялились друг на друга, подсознательно стараясь не дышать, но при этом тяжело глотая воздух. Бенди отнял руку от волос и поднес коготь к своему рту. Он потрогал края рта, бессознательно представляя черные следы губной помады. Он не знал сколько они так стояли. Дыхание успокоилось. Но сердце в груди у Бенди билось только сильнее и сильнее. Он ещё даже не осознал, что случилось, а беспокойство уже начало прокрадываться к нему. И вот только когда Алиса шевельнулась и сама поцеловала, из ниоткуда с его плеч будто свалился невидимый груз. На мгновение в голове Бенди пронеслось все, все сомнения всплыли на свет, и нежелательные сценарии всего, что могло пойти не так, всего секунду назад, ожили. Но Алиса раскрыла губы, и вдруг Бенди снова не ощущал землю под ногами. Его больше не интересовали все эти «если». Ведь его ангел впустила его во французском поцелуе, и Бенди с радостью плюнул на все и вошёл, как изголодавшийся путник к приветливым хозяевам. Он снова нырнул в пучину похоти. Они будто начали танец. Как они обычно начинали. Старый для нас, читателей, танец, в старомодном стиле, но слаженный. Они повторяли и игрались с порядком движений, упиваясь музыкой, краем сознания подмечая, как они оба в этом хороши. Только на этот раз пара ближе, и танец хоть и такой страстный, но площадка ограничивается лишь поверхностью двух тел, а музыка может и играет где-то, но по комнате разносились лишь влажные звуки поцелуя… Э. Противно. Ладно, на этом покончим с доскональным описанием, в конце-концов паре нужна конфиденциальность. Никто из них уже не помнил как и когда, но одним движением их танец изменился. Как изменилась и их приятельская романтическая атмосфера. Как роковой поворот, как удар, который они нанесли себе сами. За которым последует ущерб. Ущерб, который надо бы оценить и рассчитать. Предпочтительнее всего, сделать это рационально. Они сейчас так не могли. И это-то она и есть, верная дорога к сожалениям. Это движение принадлежало Алисе. Она была той, кто подхватил Бенди и прислонил к колонне. Однако Бенди был тем, кто поудобнее обхватил Алису и устроил им позу, причем без всякого стеснения его руки и ноги не переставали двигаться по девочке, ускоряя темп их танца и тем самым удобряя поле, на котором Алиса засеяла семена. Если бы кто-то зашёл в комнату в этот момент, он увидел бы как Алиса Ангел, архангел из престижного старинного, заметьте, семейства, целительница и вундеркинд с малых лет, зарылась руками в пушистые рога Бенди и с увлечением гложет морду молодому демону. С коротким перерывом она откидывается назад, чуть не выпуская свое сокровище из рук, и с чувством выдыхает, грудь вздымается, а лицо блестит на свету. Но демон крепко держит своего ангела, не отпускает. Не в силах терпеть ни секунды он уже тянет ее к себе, безмятежная улыбка на белоснежной морде, раздвоенный язык свешивается с мурлыканьем и шипением, приглашая внутрь, а когти рисуют круги на ее шее. Он берет ее за подбородок, а она будто пускается в догонялки: наклоняется назад, нерешительно избегает его, но позволяет догнать. Они будто меняются местами, уступают друг другу, но потом спешат напомнить о себе, все время пытаются урвать себе кусочек побольше… И больше. И ещё. И больше, всё больше! Иными словами, вошедший бы увидел беспредел. И поднял бы на ноги все здание Суда. А пока в этой светлой комнате, чистой и дышащей как сами ангелы (в глазах людей), слышен лишь шорох одежды, трения меха о мягкую кожу и тяжёлое дыхание — звуки порчи ангельской невинности. Как поэтично. Легчайшая мантия Алисы уже почти не развевается, настолько она помялась и съехала. (Скоро Бенди от нее избавиться.) Вздохи становятся все чаще и глубже. Бенди уже не сдерживаясь пробует губы Алисы, и нетерпеливо пускается пробовать ее всю. Колонна иногда трещит от того, с какой силой Алиса прижимает к ней демона. Они не сдерживаются. Не то: мало сказать, что они не бояться оставить синяки, они совсем не стесняются применить всю свою силу друг на друге. Страх сломать друг друга уступил старинному желанию поиметь, а иметь нужно со всей силой, безоговорочно. Вот и смешались в грозной буре ауры демона и ангела. Колонна с треском сломалась, куски попали на пол, ударились о стену. Посыпалась белоснежная штукатурка, разрушилась идиллия бережно нарисованных узоров. Но им хоть бы хны, они повалились на пол. Бенди, смехотворно маленький по сравнению с Алисой, с невероятной силой пришпилил ангела к полу, а ангел вцепилась в него, как прилипала, пытаясь впитаться в своего любимого демона. Они окончательно потерялись в своем маленьком мирке. Да простят их… Боги, да.

…

Микаэль недовольно, да и невольно возвращался к желанной двери. Он оставил Алису наедине с ним. С демоном. С преступником. С мерзостью. С героем, если верить Земской прессе. Сколько бы ни были бурливы его чувства к этому Бенди, то, что Алиса хотела к нему туда, даже если просто поговорить, ранило Микаэля больше всего. Как острое копьё стрелы, пропитанное отменно сваренным ядом в самую его грудину. Так оно болело, и такую рано оставило. Но он не мог противиться. Он не мог сказать «нет», как бы он ни хотел этого про себя. Алиса выбрала. Алиса так решила. Алиса пообещала, что будет в порядке. Ангел горько усмехнулся. Он как никто знал, что такие обещания праздны. Но Алиса имела право выбора, а он ещё не имел права его опровергнуть. Он сжал кулак, на глаза грустно заблестели. Он уже не мог с ней больше ругаться. Суд над этим демоном и хаосом, который этот черт устроил, высосал из него всю энергию. Все последние недели ушли на это. Микаэль хотел бы обвинить Бенди во всем этом, но масштабность происшествия сделала бы демону слишком большую честь. На этой мысли Микаэль остановился у двери. Желанное находилось за ней, всего одно движение… Но он пообещал. Миша сжал губы. Он уже давно ходил кругами, стараясь не отходить далеко от двери, но и — скрипя зубами, — не слишком приближаться. Он опустил голову, обессиленный внутренним конфликтом. До него дошли звуки, непонятные звуки, и невелика бы их ценность для очень занятого собой ангела, если бы не то, что они доносились из желанной комнаты за дверью. «Говорят,» — предположил Микаэль. Но для разговора звуки были слишком смазаны… Миша хотел было приблизиться, но честь не позволила, и рука застыла в половине движения. Миши в нерешительности застыл с вытянутой рукой. Он не решался коснуться, подслушивать не хотел, а постучать… Но секундой позже он смог различить треск твёрдого камня о твердое и забеспокоился. Плотные двери хорошо изолировали звук, но комбинация треска, приглушённые голоса, которые как-то странно резонировали друг с другом, расположили Мишу финтазировать и предположить происхождение такой сифонии в самом вызывающем источнике. Лицо ангела покрылось влажной пленкой, глаза застыли в нерешительности и ужасе. В голове засела мысль о том, что то самое обещание Алисы, так по-детски высловленое… Было нарушено. Он мог ей навредить. Алиса в комнате с демоном наедине. Алиса с демоном наедине втихую, без официальной договоренности, а он! Он сам помог ей пробраться в помещения Совета и улизнуть в комнаты ареста. Все мысли о несправедливой щепетильности с демоном, о суде, о хаосе, даже о звуках выпали из головы Миши как по щелчку пальцев и осталось одно: «Алиса!» В порыве молодой страсти и пылкого желания уберечь свою, ангел рванулся вперёд и прорвался через незапертую дверь. Даже не постучал, фу.