Наследница цветов

Солнце беспощадно жалит, пугая редких туристов, которые решили посетить столь древнее и красивое место — Самарканд. Но не смотря на то, что лето в этих краях невероятно жаркое и сухое, как в дальних землях Африки, то немногочисленное количество туристов всё равно выбрались из прохладных помещений отелей, в которых они остановились. Все эти жертвы были даны для того, чтобы увидеть величественное место, по настоящему старинное, возведенное в далёком XV веке — площадь Регистан, что в прямом переводе с персидского означало "песок" и "стан" — место покрытое песком. "Название ни чуть не преувеличенное, в этом месте и вправду везде только и песок, и само строение... Такое необычное..." — промелькнула мысль в голове молодого человека, что шагал прямо по середине площади. Парень заметно отличался от местных, которых на площади было больше, чем туристов. Высокий рост, чёрные вьющиеся волосы обрамляли красивое лицо с тонкими чертами. Но самыми главными аспектами, которые его так разительно отличали от здешних людей, были кожа и глаза. Молодой парень имел невероятно светлую кожу, когда как почти все живущие здесь были то ли загорелыми, то ли с рождения имели цвет "пшеницы". Глаза. Приковывающие к себе взгляд выразительные глаза в обрамлении длинных, густых чёрных ресниц. Лишь единожды посмотрев в эти очи, можно было утонуть в столь темных водах океана. Удивительно, но не смотря на столь ужасающую жару, о которой местные говорили, что "такая жара и козу убьёт", он был одет в белую рубашку с длинными рукавами и чёрные классические брюки. Казалось, что этот зной молодому человеку ни по чем. Он внимательно осматривал древние сооружения, не удивительно, ведь было, что рассматривать. Регистан представлял собой три больших медресе, выполненных в восточном стиле. Это были невероятные здания, на стенах которых были росписи ручной работы. "Уму невообразимо, как в столь древние времена обычные маглы могли построить это великолепие!" — именно эта мысль и стала толчком для посещения здешних краёв. Том Риддл, так звали этого молодого человека, который с интересом поближе рассматривал надписи на одном из медересе, написанных на арабском языке, и вздыхал от досады, ведь не мог понять того, что же написано на этих стенах, но чары не используешь, повсюду были маглы. Молодой Том верил, что в возведении этих сооружений не обошлось без использования магии и самолично прибыл сюда, чтобы убедиться в своих догадках. Он уже несколько часов ходил от одной медресе к другой, пытаясь найти разгадку. Много раз он отвлекался на простое наслаждение от вида такой необычной восточной красоты. На площади было много людей, обычных торговцев, которые старались привлечь внимание иностранных туристов, чтобы продать им что нибудь подороже своей цены. Люди здесь разговаривали на необычном по звучанию, но схожем с другими восточными странами языке — узбекском. "Хорошо, что я перед выходом из отеля наложил на себя заклинание перевода с этого странного языка на английский", — с облегчением выдохнул Том. Его не интересовали безделушки, которых здесь было много, да так, что места для прохода к самим медресе почти не находилось. Риддл мог поклясться, что отдалённо, словно тихая флейта, которая звучала очень далеко, чувствовал магию этого места. Но она была столь слабой, что если бы здесь был другой волшебник, не такой сильный как Том Риддл, он бы и не почувствовал этот лёгкий шлейф магии. На улице темнело, когда Том решил взглянуть на заднюю часть медресе. К удивлению, сзади никого не было, и он спокойно начал изучать стены. Провел длинными пальцами по уже давно окаменевшим стенам, которые имели оттенок песка. Риддл уже хотел было достать палочку, чтобы использовать магию, как вдруг кто-то справа и совсем близко прошептал: — Вам нужно уходить, ссстранник, — он без сомнения узнал парселтанг, и что обладателем этого голоса являлась девушка. Том медленно повернул голову вправо, где стояла девушка, и как бы ни старался, не мог скрыть изумление на своём лице. Он не торопясь осмотрел с головы до ног нарушительницу его покоя: перед ним стояла молодая девушка, которой от силы можно было дать два десятка лет, у девушки были длинные чёрные волосы, заплетённые в множество тонких косичек с добавлением чёрной нити в концах, которых были звенящие колокольчики. Том даже не старался сосчитать, сколько же косичек было, он рассматривал девушку дальше: у неё были небольшие миндалевидные глаза чёрного цвета, не выделяющийся ничем нос и тонкие губы. Девушка была одета в странную для понимания Риддла одежду, но не столь странную для этих краёв: на ней была туника с короткими рукавами из атласа и из того же материала штанины. На руках у нее были красивые восточные узоры, нарисованные хной. — Кто ты такая? — наконец отмерев, на том же парселтанге спросил Том. Он не мог поверить, что кто-то кроме него самого мог говорить на змеином языке, ведь он единственный наследник Салазара Слизерина. Или нет? Он уже и не знал. — Вам нужно уходить, — повторила девушка, и меж её бровей пролегла небольшая складочка. Том Риддл не стал церемонится, ему не нравилось происходящее, ведь он совсем не понимал того, что происходит. Ему нужны были ответы, поэтому он резко взял девушку за плечо и впечатал в стену одного из медресе, рядом с которым они стояли. На лице девушки не было страха, что разозлило Тома, и он вновь спросил: — Кто ты такая? — Меня зовут Гульзода, — ответила девушка. Ее имя ничего не дало, и он решил задать другой вопрос: — Почему мне нусссно уходить? — Здесь не безопасссно. — Почему? — Они ведут охоту на нассс, — неохотно ответила Гульзода. — Кто ведёт охоту и на кого? — не унимался Риддл. Гульзода прищурилась, начала смотреть по сторонам, будто боясь, что их подслушивают. — Ссскажи, — потребовал Том, привлекая обратно внимание девушки, та с шёпотом ответила, что он еле разобрал слов: — Плохие. На нассс. На таких, как вы и я. Том Риддл не понимал девушку, он абсолютно её не понимал. Также он не понимал того, что с ним начало происходить. Странное чувство, которое он ещё никогда не ощущал, будто приятное жужжание. Ему хотелось провести рукой по необычным, тонким косичкам и прикоснуться рукой к ее лицу. Том видел то, как меняется выражение лица девушки, он сразу понял, что она ощущает то же, что и он, и яростно прошипел: — Сччссто это? — помедлив несколько секунд, будто бы справляясь с собой Гульзода ответила: — Я не знаю... вам нужно уходить. — Я не уйду, пока не получу ответы. — Опасссно. — прошипела девушка. Глаза Тома в мгновение стали красными, цвета свежей крови. Гульзода в страхе тяжело выдохнула и начала рассказывать: — В этих краях таких, как мы, держат в плену, мы для них как ссскот. Эти медресе были поссстроены благодаря таким, как и мы с вами. Сссдесь много крови. Они убивали, пытали, таких, как мы. Молодой человек переваривал услышанное, пытаясь понять врёт ли она ему, но чувствовал, что нет, и решил спрашивать дальше: — Кто ты такая? Откуда у тебя дар говорить на этом языке, на языке змей? Ты тоже наследница Салазара Ссслизерина? — Гульзода улыбнулась уголком рта и тихо прошептала: — Я не знаю, кто такой Салазар Ссслизерин, но мой дар достался мне от далёкого предка. Он родился в этих краях и его звали — Ибн Абдул Гул. Я единссственная из тех, кому доссстался этот дар от предка. Сссемья скрывает меня. "Значит были и другие люди, которые говорили на парселтанге? Нужно узнать что-нибудь об этом Ибн Абдул Гуле." — размышлял Риддл. — Вы должны уходить. Опасссно, — повторила Гульзода и с тревогой всмотрелась в лицо Тома. Ощущение притяжения становилось всё сильнее и сильнее. — Ты можешь пойти сссо мной. Ссстань моей поссследовательницей, — отчаянно борясь с желанием прильнуть губами к волосам девушки, прошипел Том. Гульзода грустно улыбнулась, не отрывая взгляда от глаз молодого человека, что стоял перед ней и с неимоверной грустью в голосе ответила: — Я не могу. Сссемья. — Прошу... Гульзода, пошли сссо мной. — Проссстите. Я не могу. — Почему? — на грани прошептал Риддл. — Сссемья, — повторилась девушка и неохотно, будто боясь реакции парня, стоящего перед ней добавила: — У меня есть дочь. Я не могу её оссставить. Том прикрыл глаза, пряча красный оттенок глаз, который стал насыщеннее от услышанного, и медленно, разочаровано выдохнул. — Мы можем взять её с сссобой, — неуверенно, но в той уже угасающей отчаянной попытке предложил он. — Она ссслишком маленькая. Ей недавно исссполнилось год, — ответила Гульзода, а по её щеке скатилась слезинка. — Уходите, пожалуйста. Том Риддл взглянул на неё в последний раз, пытаясь отчаянно и забыть и запомнить эту восточную девушку. Гульзоду. И быстро, боясь, что передумает, не справиться, сорвётся, зашагал в другую сторону, пока в голове одна за другим возникали мысли, что он обязательно вернётся, когда разузнает всё. Он вернётся. Вернётся за Гульзодой.

***

Прошли десятки лет после той встречи, но Том Риддл, отныне Лорд Волдеморт никогда не забывал. Он всё ещё помнил её хрупкий стан, чёрные, как уголь, волосы и такие же глаза. Но единственное, что он узнал о ней за все эти долгие годы — это то, что её имя означало. "Наследница цветов".

***

      Я прибыл в далёкие края, Чтобы разгадать его загадатки, Но не ожидал я встретить тебя В месте красоты и магии. Летний зной пробрался до моих костей, Солнце глаза слепило, Стояла ты там одна, В одежде местной, красивой. Мои глаза ослепли, Но причиной была ты. Восточные узоры на твоих руках Меня так очаровали, Как и твои тонкие, длинные косички, Которые были созданы на чьих-то то глазах. Я бы любил тебя вечно, Но боюсь это не наша судьба.