Семь

      Вечер. Обычный, ничем не примечательный вечер.       Только если учитывать, что у Гарри Поттера сегодня день рождения. С самого утра Золотого мальчика, лучшего студента и самого популярного парня на третьем курсе юридического факультета, завалили звонками и сообщениями с поздравлениями, а близкие друзья ещё в полночь завалились к нему домой с тортом, свечами и кучей подарков. Конечно, парень ждал их, но не ожидал, что они будут настолько громкими, раз соседи не выдержали и вызвали на них полицию. Объясняться стражам правопорядка пришлось хозяину квартиры, те на смущённые извинения лишь посмеялись, тоже поздравили краснеющего Гарри и взяли обещание больше не шуметь. Тот был согласен на всё, лишь бы это поскорей закончилось.       Торт был предусмотрительно оставлен на кухне, чтобы не испачкать ковёр в гостиной. Парень включил чайник, чтобы сделать всем чай, и уставился в окно. Вот он постарел ещё на один год, с отличием закрыл очередную сессию в университете, на улице лето — делай, что хочешь. Он хотел к морю. Уже давно.       Когда Гарри вернулся к друзьям, те уже расположились в гостиной, кто где, выпытывая у Драко, который снимал квартиру вместе с парнем, поскольку так выходило дешевле, что же он подарит Поттеру. Тот отнекивался всеми способами. Сюрприз на то и сюрприз, о нём не рассказывают, даже если очень хочется узнать, что же там.       Большой диван стоял спинкой к дверному проёму, ведущему в прихожую, откуда появился Гарри, поэтому он остался незамеченным Драко и Гермионой, расположившимися в разных его концах. Рон в предвкушении цокал языком, усевшись в одно из кресел рядом и запрокинув голову, Полумна загадочно улыбалась из второго, а Невилл, разместившийся на подлокотнике рядом со своей девушкой, клевал носом — медиков жалко всем, поэтому друзья не решились его будить. Он и так едва выкроил время приехать со своей практикой и вечной зубрёжкой. Оставалось место посередине, куда Поттер и направился, по пути легко чмокнув белокурую макушку. Драко слегка покраснел, а Гермиона отправила довольному своей маленькой шалостью парню понимающую улыбку.       Заметив вернувшегося друга, Рон вскочил с кресла и, тряся подхваченными пакетами, остановил его на полпути.       — Тебе сегодня двадцать один, ну-ка живо открывай! — и всунул в руки обалдевшего от внезапности Гарри подарки. Тяжко вздохнув, он сел прямо на ковёр возле дивана, благо, додумался заранее убрать журнальный столик в сторону. Не хотелось покупать ещё один после того, как Рон во время одной из таких же посиделок, нечаянно запнувшись, приземлился своей пятой точкой прямо в центр старого, разбив его вдребезги.       Чего только в пакетах не было! И наборы с уходовой косметикой, все знали, как Гарри любит прихорашиваться, и детективы, парень зачитывался ими, когда не надо было готовиться к лекциям или заседаниям, и картины из алмазной мозаики для успокоения нервов, и два билета на балет через неделю. Поттер удивился, когда достал их из конверта, в котором также лежала некоторая сумма денег, и поднял голову на Гермиону. Увидев его недоумение, девушка снова улыбнулась и скосила глаза на Драко, который с интересом рассматривал растущую кучу в центре их гостиной, намекая на то, кому предназначены места в театре. Остальные подарки также были открыты, тщательно осмотрены, благодарности сказаны, поэтому дружная компания после небольшой, но шумной уборки переместилась на кухню оценить кулинарные способности Полумны и Гермионы.       Где-то через час, когда чай был выпит, а торт съеден, Гарри и Драко, как очень гостеприимные и вежливые хозяева, провожали гостей. Те нажелали ещё кучу хорошего напоследок, а когда входная дверь захлопнулась, парни устало переглянулись и отправились по комнатам спать. Когда вы оба по природе своей в некоторой степени интроверты, общаться с такими активными людьми становилось тяжеловато. Поттер не жаловался, наоборот, он заряжался энергией от своих друзей, а его соседу просто некуда было деться.

***

      Когда через десять часов сна и несколько пропущенных звонков Гарри проснулся, первое, что он отметил, была тишина. Драко никогда не был тихим, если в квартире оставались они вдвоём. Играла музыка, шумел новостной программой или очередным ромкомом телевизор, громко гудел пылесос, когда у парня были приступы перфекционизма и он считал, что срочно должен вылизать всё до блеска, или тихо строчила швейная машинка в руках юного таланта. Поттер испугался, не случилось ли чего, поэтому осторожно выбрался из комнаты и направился на кухню, прислушиваясь к каждому шороху.       Но в помещении никого не оказалось. Лишь белый листок ярким пятном выделялся на серой поверхности столешницы. Парень подошёл к нему, чтобы обнаружить записку, написанную аккуратным, насколько возможно это было у вечно занятого дизайнера, почерком. Она гласила, что Гарри должен быть готов к шести часам вечера, Драко за ним заедет. Хоть они и были одногодки, парень уже успел получить права и два года как пользовался каршерингом. Удобная штука, но Поттер, к его огромному сожалению, никак не мог найти время на автошколу. Форма одежды предполагалась удобная, красивая, поскольку день рождения, но в то же время такая, какую не особо было жалко испачкать. Также была просьба взять с собой плавки и бутылку красного полусладкого вина, стоявшую в шкафу ещё с прошлого Нового года. Тогда парни не решились её открыть, поскольку алкоголя на столе хватало и так.       Внимательно перечитав записку дважды, парень, сам того не заметив, нежно погладил ровные строчки и, убрав её в карман пижамных шорт, отправился собираться.

***

      Как и обещал, Драко заехал за ним ровно в шесть. На вопрос, куда они едут, отвечал терпеливым «Скоро узнаешь», заставляя Гарри в предвкушении возиться на сидении. Парень за рулём только смеялся, пряча глаза за стёклами солцезащитных очков. Время летело незаметно за приятной беседой, отвлекая от ожидания и только подогревая интерес.       Когда через час навигатор равнодушным женским голосом произнёс, что они прибыли в пункт назначения, Поттер не мог поверить своим глазам. Перед ним, насколько хватало обзора, растянулась синяя гладь, в которой отражалось солнце, стремившееся к горизонту. И, вылезая из машины, не мог оторвать взгляд, заворожённый увиденным.       Когда парень только переехал из своего провинциального городка в столицу, он не знал, что так близко к его новому дому находится море, которое до этого видел только на картинках и всегда мечтал посетить. Потом уже, на каникулах Гарри часто ездил сюда отдохнуть с друзьями, но последние полгода запомнились лишь усиленной учёбой и отсутствием достаточного количества развлечений, отчего этот момент только сильнее врезался в память.       — Я помню, как несколько недель назад ты жаловался, что давно не был на море. Я решил это исправить, — улыбаясь, Драко тоже вылез из машины и направился к багажнику. Очнувшись от транса, в который его вогнал открывшийся вид, Поттер отправился помогать доставать вещи. Там оказалось большое покрывало, корзинка, из которой вкусно пахло чем-то мясным, какой-то пакет, наверное, с подарком, два полотенца и набор одноразовой посуды. Увидев его, Гарри одобрительно хмыкнул: при всей любви его соседа к фарфору, бумажные тарелки и стаканы на природе были наилучшим выбором.       Они расположились в удачном месте. На пляже никого, кроме них не было, приятно дул свежий ветер, а солнце грело кожу последними лучами, стремясь уступить место своей подруге луне. Драко постелил покрывало, расставил на него посуду, откуда-то достал забытую Гарри на заднем сиденье бутылку, ловким движением откупорил её и разлил по стаканам. После удобно устроился на ткани, жестом предложил стоящему рядом парню присесть рядом и полез в корзинку за едой.       Сняв кроссовки и носки, Поттер сел и зарылся пальцами в ещё тёплый песок. Наверное, море оказывало на него такое же действие, как и друзья или чтение детективов. Он восстанавливался и чувствовал, как успокаиваются натянутые нервы, а быстро бьющееся сердце замедляет свой ритм, приходя в норму.       Пока парень медитировал, Драко успел разложить еду по тарелкам и теперь аккуратно трогал за плечо своего спутника, боясь, что тот резко дёрнется и всё перевернёт.       — Гарри, доброе утро. Земля, приём. Я понимаю, насколько ты любишь солёную воду, но отвлекись, пожалуйста, на пару минут, — наконец парню удалось привлечь внимание Гарри, и тот, помотав головой, будто отгоняя какие-то мысли, полностью сосредоточился на том, что происходило у него под боком.       Драко подал ему стакан с вином и смутился. Поттер понял, что тот хотел произнести какой-то тост, поэтому не лез, давая парню время собраться с мыслями. Спустя буквально пару минут, сделав громкий выдох, тот заговорил.       В монологе чудным образом сплелись как стандартные пожелания вроде «счастья, денег и удачи», так и личные мысли, которые обычно раскрывают только тем, кому доверяют. Драко старательно не смотрел в глаза, хотя Гарри и пытался поймать его взгляд, тот постоянно его отводил, с каждой минутой краснея всё больше. Слова лились потоком, который не хотелось прерывать, темы скакали как горные козы, но чувства, вложенные в такую проникновенную речь, говорили сами за себя. Стаканы с вином давно уже стояли на покрывале, мясо остывало, но прерываться не хотелось. Не сейчас, когда один приоткрывал дверь в свою душу, а второй должен был решить, войдёт он или навсегда захлопнет её.       — Ты моё солнце, — Драко закончил свою речь, взял в руки лицо парня, который сидел напротив, и наконец посмотрел прямо в глаза. — Помнишь, на мой день рождения ты задавал вопрос? У меня готов ответ. Я очень хочу быть твоим парнем.       И поцеловал Гарри в губы, будто подтверждая свои слова.       Его счастью не было предела. Два месяца он дал этому светловолосому чуду на подумать, и, услышав ответ, едва сдержал себя, чтобы самому не наброситься с поцелуями на самого любимого человека на свете. Он уже обещал любить Драко семь дней в неделю, каждый час, минуту, секунду. И наконец-то тот позволил любить себя.       Вечер. Обычный, ничем не примечательный вечер.       Нет.       Сегодня был самый счастливый день в его жизни. Двадцать первый день рождения Гарри прошёл куда лучше, чем он ожидал. Друзья подарили кучу подарков, любимый человек устроил невероятный сюприз, а сам он понял, что всё, что он делал до этого, имело смысл. Его однотонная жизнь наконец-то заполнилась яркими красками, ударив этим буйством в голову и будто открывая глаза. Хотелось кричать на весь мир о своём счастье, но в то же время молчать, скрывая этот свет в глубине души.       Вернувшись домой после волшебнего вечера на пляже, парни впервые за всё своё трёхлетнее знакомство легли в одну кровать не потому, что одному приснился кошмар, а второй похож на большого плюшевого медведя, который от них защитит. Они легли вместе, потому что чувства зашкаливали, хотелось трогать, целовать, позволить себе чуть больше, хотя бы куда-то выплеснуть эти эмоции. Драко с ухмылкой довольного кота позволял Гарри делать с собой всё, что тот захочет. Но сегодня вечером он хотел лишь быть рядом и осторожно обнимать, с тёплой улыбкой засыпая.