Тренировка удалась!

Макс вполне соответствовал своему имени: он всё привык делать на максимум, добиваясь успеха в любом деле. Этот стройный самец-динго, едва достигший совершеннолетнего возраста, уже был известен всей округе как лучший бегун, в чемпионате юношеского турнира покрывавший дистанцию в сто метров быстрее всех своих соперников, на военной подготовке заработавший золотой значок, однако легко подтягивающийся и отжимавшийся десятками раз. При этом его спортивный талант не перекрывал и прозорливость ума, он умел и ловко пошутить, и быстро ответить на любую задачку хоть по алгебре, хоть по родному языку, так что от девушек у него не было отбоя, а парни признали превосходство динго над собой и потому дружили с ним. Но динго по натуре одиночки, потому сегодняшним утром Макс пришёл на стадион для того, чтобы позаниматься в одиночестве. Одетый в спортивные шорты и майку, он встал на краю беговой дорожки и потянулся, а затем ловко выскользнул сначала из одного налапника, а затем и из другого, босыми подушечками встав на дорожку: давно было доказано, что некоторая обувь улучшала показатели спортсменов, а потому соревнования обычно проводились босолапыми, если речь только не шла о зимних видах спорта. К тому же, покрытие дорожки было таким приятным, что переступать по нему лапами... Настоящее удовольствие. Для начала Макс размялся, покрутил головой, поприседал, а под конец стал вытягивать лапы, прижимая кончики пальцев к дорожке, чуть сгибая колено и, растягивая мышцы, наклонялся вперёд, пытаясь достать кончиками пальцев передних лап до задних. Он разминался и не заметил, что сзади к нему подходят двое: белка Эльза, рыжая девчушка, бывшая на два года младше Макса, и её одноклассница, лисица Лилия, белая самка с розовыми подушечками лапок. Обе состояли в команде поддержки, так что они были одеты в одинаковые фиолетовые майки с символом школы, фиолетовые юбчонки и ленточные повязки, на задних лапах: они начинались от пальцев, проходили через всю стопу (недлинную у лисицы и довольно длинноватую у белочки), завевались вокруг лодыжки, захлёстывали щиколотку и уходили вверх, на половине пути до колена перекрещиваясь и завязываясь в колечко. Такие ленты смотрелись очень красиво на их лапках, Макс обращал на них не меньшее внимание, чем на юбки и майки... К слову, сейчас, жарким летним утром, Эльза свою майку подвернула, обнажая животик: шерсть у белки была густой и жаркой, так что это не казалось лишним. - Привет! - она же первой поздоровалась с Максом, который поменял лапу, теперь нагибаясь к другой. - А ты на тренировку сегодня? - На собственную разминку, - ответил Макс, приподнимая пушистый хвост и наклоняя его влево. Девушки ответили тем же, это был знак приветствия у "пушистохвостых". - О, а мы тоже собирались тут позаниматься, - заметила Лилия, улыбаясь смущённо и опуская взгляд небесно-голубых глаз. - В субботу соревнования, а мы не отработали ещё парный элемент. - Элемент, да ещё и парный?! Вот это да, - Макс поднялся в полный рост. - А можно посмотреть? Боюсь, не смогу дождаться субботы, чтобы на вас налюбоваться, да мне ещё и экзаменам надо готовиться. - А вот смотри! - задорно сказала Эльза. Она вмиг прыгнула вперёд, приземлившись на передние лапы, подняв в воздух задние, и Макс невольно залюбовался её крупными, но опрятными подошвами, длинными пальцами, что поджались, пока она переступала два шага на руках. Лилия, всё ещё смущённо улыбавшаяся, тоже вдруг сорвалась с места, хоп! В воздухе мелькнули её босые лапки, она выполнила колесо, перестав грациозно ладони, приземлилась на задние, оттолкнулась, и с ловкостью, присущей лисьему роду, легко впрыгнула на белочку, которая подставила ей задние, словно платформу. - Браво! - воскликнул Макс, немало поражённый, и захлопал в ладоши. - Да вы просто великолепные акробатки! Никогда не видел ничего круче, браво, браво! Но оказалось, что это ещё не всё. Пока Макс произносил свою речь, Лилия нагнулась вперёд, прижимая скрещенные лапы к груди, а затем резко разогнулась, выпростав их в сторону, так что со стороны казалось, что девушки превратились в огромную букву "Х". - Десятая школа вперёд! - воскликнула лисица при этом, а затем, тяжело дыша, посмотрела на волка сверху вниз. - Ну как тебе? Тот ответил не сразу, завораживающим взглядом смотря на самку, так как майка её приподнялась, обнажая пупок ещё и у лисички, практически сокрытый шерстью, но всё же хорошо различимый. У Эльзы майка и вовсе упала почти что до самого лифчика, холмики её грудей соблазнительно выглядывали из-под неё, и Макс, смутившись своего уж слишком пристального внимания, отвёл взгляд. - Ну это было просто офигительно! - Вот-вот, - Лилия спрыгнула с подруги прямо на дорожку. - Это у нас запланировано на финал тайм-аута. Проработать ещё пару элементов, и отлично будет! - Ну да, тебе-то только запрыгнуть, а мне тебя ещё держать, - белка перекатилась на мягкое место, вытянув задние лапы и встряхивая уставшими передними. Оно и понятно, Лилия была стройной самкой, но всё же вес имела, попробуй, удержи на задних лапах! - Да запрыгнуть самое сложное! - надула щёки лисица. - Ты крутанулась и стоишь, а мне тут с переворотом нужно на твои лапы попасть, не промазать! - Пх, да мои лапы такие приятные на ощупь, что ты гордиться должна, что на них стоишь! - белка демонстрационно подняла стопу в воздух и поводила пальцами. - Ты их ещё облизывать должна, они тебе карьеру строят! - Ах так? И прежде, чем Макс успел их остановить, лисица в один миг прыгнула на Эльзу, та даже не успела лапу опустить. Тут же ухватившись за неё, самка сжала у лодыжки белку, затем повернулась, хватая её лапу под подмышку, сдерживая таким образом, а сама протянула пальцы прямо к большой беличьей стопе! - Э-э-эй, что ты делаешь! - Показываю твоим лапкам их место! Белочка попыталась вырвать лапу (тщетно) из надёжного захвата самки, но тут пальцы Лилии обхватили её стопу и воткнулись когтями, не раня кожи, просто надавливая на неё... Но надавливая острыми кончиками, так что лапа даже задрожала, шерсть самки приподнялась дыбом, и смех настоящей волной всколыхнулся в её теле, пока не вырываясь наружу, поскольку для этого одних прикосновений было маловато, но всё же покалывая самку изнутри. Пальцы лисицы чуть сгибались, нажимая на подошву белочки, чуть сдвигаясь по ней вниз, скользя по краю её подушечки, так что белка даже выпрямила спину, вскинув голову и начиная смеяться, громко и дробно! - Пусти, пусти меня, него-го-годяйка-а-ахаха! - А вот и не пущу! - Лилия, видя, что самец смотрит на них во все глаза, поудобней прихватила лапу Эльзы, начав перемахивать пальчиками с передней части её подошвы на заднюю, выпрыгивая по ней, покручиваясь когтями, так что лапа дрожала, метаясь из стороны в сторону, стараясь спастись от прикосновений, которые всё равно настигали самку и приносили ей ещё больше щекотки. От такого напора голова самки шла кругом, передние лапы, которыми она упиралась в пол, дрожали, почти не выдерживая тела, и смех разливался настоящим ручьём, её грудь ходила ходуном, тряслась просто в убийственном темпе, не слабее лапы! - Ха-а-ах-ха-ах, ну перестань! - белка дёргала обеими лапами, стараясь вырвать их из захвата, забавно распрямляя и поджимая пальцы свободной лапки, а вот той, что щекотала лисица, сжала покрепче и мучительно дёргала вперёд-назад, отчаявшись уклониться при перемещаниях влево-вправо. Смена тактики не помогла, загибая к себе носок, лисица не останавливала щекотку! - Мхахахаа, хватит, хватит, оставь мою лапу в покое! Вместо ответа Лилия сильнее наклонила к себе лапу, удерживая её в левой, в то время как пальцы правой пустились по подошве в неистовый пляс, и белка задёргалась, задрыгалась - нормально-то двинуться она не могла, самка слишком уж сильно щекотала её. Макс, наблюдая за этим, не смог сдержаться и сглотнул появившийся в горле комок: лапа белочки смотрелась столь притягательной, что ему очень хотелось принять участие в этой дружеской драке, бескровной, но явно мучительной для проигрывающей стороны! Это пылкое желание только усилилось, когда Лилия выпростала свои собственные лапы, словно вступая в соперничество с дрыганьем белочки. Её собственные лапы, по сравнению с беличьими совсем небольшие, скользили по покрытию дорожки, помогая самке отталкиваться и крепче сжимать в плену согнутого локтя (лапа белки чуть сполза вниз) конечность Эльзы, не давая ей ни единого шанса избежать щекотки! - ХААХАХАХАХА! ХАХАХАХААХАХ!!! - смех белочки звучал всё сильнее и громче, ей приходилось терпеть неистовую безжалостную щекотку, а это было совсем не просто, когда тебя щекочет столь упорная лисица! Несмотря на усталость лапы, Лилия не сбавляла напора, все пять её пальцев вздымались по поверхности подошвы, переходя с подушечки на кожу, поднимаясь до самых пальцев, утопая в шерсти, чтобы затем начать медленное скольжение в обратную сторону. Смех тогда звучал ещё громче, ещё более неистовым он разлетался по всему стадиону, по телу белочки пробегала дрожь, Эльза запрокидывала голову, жмурясь, а затем резко подавалась вперёд и хохотала практически в самое ухо Лилии, цепляясь за неё трясущимися передними лапами. Увы, сил у белочки уже не хватало, чтобы при помощи этих лап хоть как-то приструнить свою мучительницу, они тряслись не меньше, чем её грудка, их охватывало безумнейшее напряжение, от которого пальцы бессмысленно скользили по телу самки, не причиняя Лилии ни боли, ни щекотки. В свою очередь и Лилия пока не меняла тактику, столь хорошо работавшую: имея возможность перейти к щекотке других частей тела ослабленной белки, она всё ещё занималась её подошвой, и под частой щекоткой та всё сильнее воспринимала её прикосновения, всё ярче, так что лапа уже не дрожала, а деревенела от них. Нестерпимый зуд щекотки расходился по подошве, измученной пыткой, что длилась менее пяти минут, но при этом казалась белке просто бесконечной, время растягивалось для бедняжки, совершенно спутав свой ход. Единственное, пушистый беличий хвост ещё с силой размахивал в воздухе, словно пытаясь этими движениями выбросить излишек энергии, лишний смех, который не мог вырваться в виде громкого хохота через её рот или горячим дыханием покинуть тело через нос! Но движения хвоста, разумеется, не могли помешать Лилии вести щекотку... - Признавайся, что сдаёшься! - выпалила лисица, ощущая, что начинает уставать по-настоящему. - И я тебя пощажу! - Не-хе-хе-хе-ет! Я не сда-а-аюсь! Хахах-хаха! Видя такое упорство, Лилия решительно перевернулась и набросилась с щекоткой на животик белки, по-прежнему открытый, доступный и беззащитный! - ХАХАХАХА!!! НЕЕЕЕЕЕТ!!! Этот выкрик самки показывал, что живот её был не менее щекотливым, чем лапы. Лилия впилась в него с двух сторон, с боков, затем стала поднимать лапы, широко расставив пальцы, взбираясь на самый его верх, а белочка словно специально облегчала ей задачу, вжимая живот в тело и не пытаясь даже попытаться спасти его от щекотки. В ответ на такую покладистость Лилия чуть спустила лапы обратно на бока самки, с наслаждением зарываясь пальцами в шерсть белки, но эта амнистия, выраженная в лёгких, едва щекочущих прикосновениях, закончилась тем, чем и должна была: пальцы самки вдруг резко взметнулись вверх, перешли на вжатый живот, и смех белки, затихший было, вырвался с новой силой. - УХАХАХАААА! - она мотала головой, уронив своё тело на дорожку, прижавшись к ней спиной и подёргивая плечами. Слабые лапы, дрожащие и бессильные, приподнялись было, но лисица даже не обратила на них внимание, она щекотала самку вокруг пупка, наклонив голову так низко, что обдавала дыханием грудку Эльзы, а её задние лапы были выставлены напоказ для Макса, который переводил взгляд то с них, напряжённых, но почти неподвижных, то с лап белочки, отчаянно шаркающих по дорожке. И тогда Макс решился. - А ну, держись! - он потянулся вперёд, ложась на живот, а сам захватил в плен своих пальцев задние лапы белки, с наслаждением ощущая их податливую упругость. Защекоченная подошва самки тут же затряслась, а вот та, что была обделена вниманием Лилии, замерла неподвижно, и Макс тут же воспользовался этим: схватившись за обе, он потянулся к ней, высунув язык, и лизнул её, медленно, с оттяжечкой, но от этого не менее страстно и не менее щекотливо! Пёсий язык оставил на подошве след из блестящей слюны, но не меньше он принёс и щекотки, которая охватила бедную лапку! - УХАХаххахаа, Ма-ма-ма-а-акс! - А я на стороне каниасов, - усмехнулся динго, имея в виду, что вместе с лисицей принадлежал к роду canine. - Трепещи перед нами, вершиной пищевой цепочки! - УХАХАХАХАХАХ!!! - белочка и вправду дрожала, но не от страха или почитания, а от щекотки! Её лапки дёрнулись, однако они надёжно удерживались самцом, и Макс с удовольствием принялся за их щекотку. Он не слишком был умелым в этом деле, но видел, как белка дёргается от прикосновений, как она поводит плечами и трясёт своим пушистым хвостом, когда он прикасался к подошвам девушки остриями когтей, когда вёл их вверх по её лапке, поводил до самых подушечек длинных пальцев, так что тряска лапы была ну просто сумасшедшей! - А, вот так её! Будет знать, как хвастаться! - Лилия всерьёз занималась боками самки, она погружала в них когти, чуть сгибала пальцы, и тогда когти скользили по её телу своей тупой стороной, рассылая по телу настоящую волну щекотки. Белка, хохоча уже прерывисто, устало, пыталась перевернуться на бок, но лисица не давала ей этого сделать, а всё вела щекотку её открытого животика, особенно уделяя внимание бедному и многострадальному пупку, к которому то и дело возвращались её лапы. Тогда белка выгибала спину, упираясь стопами в ладони Макса, словно пытаясь его отпихнуть, но не делала этого, а лишь приподнималась и хохотала, смеялась бурно, захлёбывающимся хохотом! - Уах-аха-хахааа! Нет, нет, не-е-ет! Я не выдержу больше, хаха! - Не верь ей, мы на тренировках и не такое выдерживаем! - объявила лисица, заметив, что Макс неуверенно движется подушечками пальцев по стопам самки, жалея её. - Она притворятся, а на деле может смеятся гораздо громче. Смотри! И она так щекотала дрожащий животик, что смех белки совсем сходил на нет, он перенапряжения у неё вдохнуть-то толком не получалось, не то что смеяться. Но Макса такой пример воодушевил, и он не без удовольствия схватил белку за правую лапу, поднёс её к морде, а затем вжался в неё носом. Бедная Эльза взвизгнула, её лапа застыла, не смея двинуться, в то время как язык динго снова прикасался к ней, медленно поднимался по стопе, и приносил мокрую, но всё же приятную щекотку, так что лапа даже сильнее нажимала на самца, подавалась навстречу его языку... Макс не останавливался, он лизал всё сильнее, следовал за движениями лапы, поднимаясь вверх, затем поворачиваясь вниз, и уводил язык влево и вправо, следуя наклону стопы. - П-ахаха-аха! - белочка уже даже трястись не могла, откинулась на спину, просто сдаваясь происходящему с ней, и хохотала так, что казалось, сейчас она взорвётся! Лилия уже не стремилась щекотать её так же сильно, как и раньше. зато усилия самки замещал Макс, он и языком, и когтями, и кончиками пальцев действовал, не останавливал щекотку ни на миг, не давая белка толком вдохнуть, не позволяя выдохнуть, заставляя лишь смеяться, смеяться, смеяться! - Ха-ха-ха-ха-а-а-а! - Ну всё, хватит с тебя, - устало произнесла Лилия, поднимаясь и оставляя самку. - Макс, она достаточно наказана! А то больше не выдержит. Динго с большим сожалением оставил беличью лапу, в то время как белка просто лежала, устремив взгляд невидящих глаз в небо, и ничегошеньки не соображала. Лилии даже стало её несколько жалко... А заодно в голове у самки вспыхнула интересная идея, и она бросила на Макса быстрый взгляд. - Ну что, давай лапу, я помогу тебе встать, - лисица протянула белке лапу, та взялась за неё и с трудом поднялась. - О-ох, подошвы до сих пор зудят! Макс, ты мог меня до смерти защекотать! - Прости, я немного увлёкся! - зажмурился от смущения динго. - Надеюсь, ты всё-таки в порядке! - В порядке не в порядке, а вот защекотать тебя в ответ мы сможем! - внезапно заявила Лилия. - А ну, сейчас мы тебе отомстим! - Эй, девочки, не надо! Но было поздно, лисица уже кинулась к динго, прыгнула к нему, и вот уже лапы её оказались у него на боках, обхватывая самца, прыткая лисица развернулась, кинувшись ему за спину, и упёрла пальцы прямо под рёбра. Несмотря на майку, она всё равно щекотала самца достаточно сильно, так что он не мог высвободиться от её захвата, согнувшись в приступе пока ещё не сильного, зато внезапного смеха. - Надо! Я тебе отомщу-у-у! - воскликнула Эльза, бросаясь на помощь Лилии. Она схватила самца за задние лапы, так что тот отшатнулся в сторону, но заваливался на Лилию, которая потащила его за собой, не давая спастись от щекотки, не позволяя даже попытаться прийти в себя, всё так же дико щекоча его прямо под взметнувшейся майкой! Вскоре самец оказался повален на дорожку, а лисица дёрнула майку, поднимая её по передним лапам самца, обнажая его тело и одновременно охватывая передние лапы... Теперь дёргать ими он не мог, тем более что лисица перекрутила майку, обхватив его запястья может и не совсем надёжно, но всё-таки хорошо сдерживая их, сразу не высвободить! - Попался! - зажимая лапы между колен, лисица наклонилась вперёд, и пальцы её лап опустились ему на открытое подрёбье, уязвимое для щекотки и беззащитное перед самкой! - Хаха, я понял, понял! Не надо меня щекота-а-ать! - А меня щекотал! - белочка держала его за стопы, переводила кончики пальцев по передней части его лап, проникая между пальцев когтями, затем выскользнула из ямок, стремительно двигая пальцами наискосок, сверху вниз, до задней части лап, отчего динго рассмеялся захлёбывающимся диким хохотом, точно так же, как и сама белочка! - А-аха-ха-аха! Я же не так сильно тебя щекотал! - Нет, так! - белочка не останавливалась, она чувствовала немалую радость от того, что мстит Максу, и быстрые движения её лап заставляли подошвы самца изо всех сил крутиться, поджимая пальцы, напрягаясь изо всех сил, будто стараясь схватить лапы Эльзы, не дать им больше прикасаться к и без того зудящим подошвам... Но эти тщетные попытки Эльза легко пресекала, более того, она поводила пальцами не только по подошве лапы, но и переходя на внешние стороны его стоп. Перебегая по ним быстрыми пальцами, самка вырывала у динго хохотание за хохотанием, по его шерсти пробегала волна щекотки, заставлявшая её подниматься дыбом, хвост распушился, в уголках глаз заблестели слёзы!.. Ах, как вытерпеть эту муку?! - Хуха-ах-ах-аха!!! Остановите это, ххахаакхкх! Он закашлялся, потому что Лилия тут устремила когти ему под рёбра, двинула ими вперёд и назад, так что смех динго совсем сошёл на нет - и одновременно запылал внутри, не в силах вырваться он клокотал в горле и груди, словно у вулкана перед извержением, когда ещё не пробита затвердевшая пробка старой лавы и накопившееся давление ищет выход! В случае динго всё было ещё хуже, смех Макса не мог найти другого выхода, кроме как через пасть, а её совсем захватило, челюсти сжались и не разжимались, смех пылал в горле, и никак не мог выйти наружу, так что Макс чуть ли не лопался от него! - Хуха-ха-ха-ха-а-а-а! - Лилия заметила опасное положение самца, принявшись щекотать его чуть повыше живота, её подушечки, одни только подушечки без когтей, принялись бегать там, слегка нажимая, так что живот самца поджался, зато и смех наконец-то покинул пасть, разряжаясь продолжительным рокотом, не уступая по силе смеху белки! - Ха-ха-ха-ха! - он попытался вырвать лапы из плена майки, но скрученная туго, она превосходно удерживала его запястья, нисколько не помогая самцу справиться с девушками, нещадно щекочущими его тело. Сотрясаясь, жмурясь, динго отпихивался задними лапами, смеясь до икоты, дёргая головой… Вдруг лапы лисицы спустились нвиз по его бокам, чуть повернулись и прошлись по низу живота, динго попытался выпятить его, словно стараясь таким способ сбросить с себя щекотку, но толку это не принесло, щекотка была всё такой же мощной! Мир кружился перед взглядом самца, он одновременно чувствовал себя на грани смерти, но вместе с тем и на пороге настоящего блаженства, и не мог понять, какое же чувство побеждает! - Ха-ха-ха-ха! Хухахаха! Де-девочки, ну хватит, я сейчас умру-у-у! Следуя за смехом самца, самка двинула пальцами вверх по животу, с силой нажимая пальцами возле пупка, а затем вдруг перешла на когти, мягко ткнула их в живот и принялась перебирать по самцу, легко поднимаясь по шерсти, и щекоча в продолжающемся бешеном темпе, разбегаясь по уже вжавшемуся животику и выпрыгивая по нему. - Ха-ха-ха-ха-а-а-а! - динго смеялся прямо ей в мордашку, прижимая уши и стараясь перевернуться на живот, что у него не получалось. Лилия предупредила эту попытку, сама чуть наклонившись, и принявшись стремительно водить лапами по его боку, вынуждая динго перевернуться на другой. Не останавливалась и Эльза, она владела его подошвами, теперь уделяя внимание внутренней стороне стопы, уводя когти по всему пространству лап, но при этом стараясь щекотать именно край подошвы, отчего лапа сотрясалась, чуть загибаясь назад, раздвигая все пальцы сразу... И тут же сжимая их, уже не для того, чтобы как-нибудь помешать белочке, а просто от переизбытка чувств! - Вот что я чувствовала, когда ты меня щекотал! Вот теперь получай в ответ! - не прекращала щекотку белочка, хотя и видела, что динго уже с трудом выдерживает происходящее. Слёзы смеха стекали у него по шерсти, лапы уже не двигались так бешено, сказывалась усталость, и зуд щекотки становился совершенно нестерпимым, охватывая всё тело самчика! - Как думаешь, с него хватит? - спросила Лилия, не прекращая щекотать его под рёбрами. - Ну уж нет! Я хочу, чтобы он смеялся до тех пор, пока наконец сознания не потеряет! - кровожадно улыбнулась белка. - Ну или хотя бы я не поверю в его раскаяние! Вперёд! Лилия с радостью последовала призыву белки, опуская лапы на линию шорт, не спуская их, но дотрагиваясь чуть-чуть повыше пояса, чего было достаточно, чтобы вырвать у Макса трескучий смех, он наконец-то высвободил передние лапы, но использовал их не для защиты от самки, нет: вместо этого он обхватил себя за грудь и смеялся, зажмурившись изо всех сил, клацая зубами и мотая головой! Казалось бы, это должно было заставить самок остановиться, но напротив, они только с большей энергией набрасывались на динго. Пусть лапы его и были сейчас свободны, только толку от этого факта было маловато: щекотка продолжалась, пальцы плясали по дрожащему телу, которое словно бы резонировало на прикосновения самок; стопы, пронизанные зудом щекотки, напротив, продолжали замирать, словно намеренно подставляя себя под щекотку, а на деле у них уже просто не оставалось энергии на то, чтобы дёргаться. - Уаф... Ах... - даже спортивная подготовка не давала самцу толком справиться с охватившими его чувствами. Лапы его, привыкшие к мягкому покрытию дорожки, были чувствительными в достаточной степени, чтобы всю красоту щекотки испытать на себе, к тому же обе самки щекотали его уже довольно долго, а таким способом можно было самую огрубелую лапу сделать чувствительной! Не прекращалась и щекотка его живота, чувствительного беззащитного животика, и вот это было, пожалуй, главным компонентом мучений самца: ладно лапы, ими можно было двинуть, пока он был ещё способен это сделать, поджать, повернуть!!! А вот с животом такое не проходило: попытка вжать его в тело заканчивалась тем, что пальцы самки ощущались сильнее, выпячивания - так она тут же начинает щекотать поднятый холмик, и тогда дрожащий живот самца стремительно опускался, чтобы испытать снова на себе остроту лисьих когтей. - Уах-аха-х-аха, я бо-бо-больше не выдержу! Не смогу-у-у! Ха-х-аха-аха-хаа!!! - больше динго и вправду не мог выдать ничего членораздельного, пыхтел и фыркал, урывая секунды во время паузы между смехом… А белка словно в издёвку над самцом принялась лизать его задние лапы, точно так же, как и он недавно облизывал её! - Ха-ха-ха-аа-а-а! - у него уже не оставалось никаких сил, даже смеяться с каждым мигом становилось всё труднее, перед зрением замелькали какие-то яркие мошки, и, наконец, он совершенно потерял связь с реальностью. Теперь для самца существовала щекотка, одна лишь только щекотка, и он погружался в полнейшую бессознательность, на фоне которой всё тело его зудело, испытывая щекотку, и все расплывающиеся заторможенные мысли были только о ней! - Ха-ха… Ха… Арх… - динго наконец ощутил, что лапы лисицы оставили его, но язык белки продолжал прохаживаться по его подошвам, особенно сильно нажимая на центральную подушечку, на щёлку между ней и лапой, утыкаясь остриём языка. Щекотка охватывала подошву, расходилась и по пальцам, но теперь она уже не вызывала особой реакции, и в конце концов Эльза отодвинулась, оставив его лапки в покое. - Эй, Макс, возвращайся к нам, - тихонько сказала Лилит, подавая ему лапу и помогая подняться на всё ещё дрожащие лапы. С другого бока поднырнула и белка, прихватив самца. - Девочки… Вы… - Самые лучшие, не так ли? - хихикнула Эльза. - Кто бы тебя ещё пощекотал, если бы не мы? - Да уж, с этим не поспоришь… - устало выдохнул динго. Разум постепенно прояснялся, так что он даже смог заставить себя сделать шаг в сторону раздевалки. - Но я вам когда-нибудь за эту щекотку отомщу. - Сразу после тренировки, - задорно произнесла Лилия. - У меня как раз родители на дачу до вечера уехали! Как ты на это смотришь, а, милашка? И она пробежала коготками под боку самца, вызвав у него довольный смешок.