За гранью победы

Гарри медленно открыл глаза, сонным взглядом скользя по потолку. В первое мгновение Поттеру показалось, что он очутился в музее. На светло-голубом фоне расцветали резные ветви и листья, создавая впечатление летнего сада, навечно застывшего в золоте и серебре. Здесь и там пробегали фигуры неведомых пернатых созданий, словно свободно парящих по воздуху, их изящные очертания рождались в лучах света, играющих на поверхности потолка. Внезапно Гарри осознал, что его зрение было невероятно четким, и он мог рассмотреть малейшие детали на расстоянии в несколько метров. Он поежился, не понимая, что происходит. Интерьер походил на Малфой-мэнор. Довоенный, виденный только на колдографиях, которые бережно хранил Драко. Сколько же Гарри был без сознания, раз его так успели восстановить? Да и как он очутился здесь? Единственное, что приходило Гарри на ум – это то, что Драко зачем-то оставил его у себя. Это не имело смысла. Гарри огляделся. Просторная комната была обставлена в классическом стиле, с темными деревянными мебелью и массивной кроватью с балдахином, расшитым золотыми узорами. Высокие стены были покрыты мягкими перламутровыми обоями, отбрасывающими нежное сияние на всю комнату. Оно создавало ощущение спокойствия и благородства, будто ты находишься в загадочном сказочном убежище. В какой-то момент Гарри подумал, что это всего лишь странный сон, выверт больного сознания, но как только рука его нащупала палочку на прикроватной тумбочке, осознание всего ужаса положения обрушилось на него. Это была не его палочка. Самая важная вещь для волшебника, то, без чего он не представлял свою жизнь последние лет 10. Гарри пару мгновений потрясенно разглядывал чужую палочку. Он смутно вспомнил, что где-то ее уже видел. Прежде чем он успел осмыслить всю странность ситуации, в комнате с хлопком появился домовик. Он удивленно заморгал, увидев Гарри, и тут же поклонился. - Доброго вам утра, господин Люциус! – домовик радостно кланялся, не подозревая, что перед ним не его хозяин. – Добби рад, что господину лучше. - Добби? - прошептал Гарри, пытаясь осознать, что происходит. Домовик выглядел, как Добби. Но Добби мертв. Гарри потряхивало. – Как?.. Ты в порядке? - Конечно, господин Люциус! – Добби радостно заверещал, подпрыгивая на месте. - Господин спросил у Добби в порядке ли он. Добби так счастлив. - Ты знаешь меня? – Гарри старался не поддаваться панике. Почему Добби зовет его Люциусом? Это же бред. - Конечно, сэр! Добби служит семье Малфоев уже много лет. - ответил Добби с легким фанатизмом в голосе. Гарри встал с кровати и прошелся по комнате, сцепив руки за спиной. Его взгляд упал на большое массивное зеркало. Из зеркала на него смотрел Люциус. Но не тот Люциус, которого он знал – взрослый, битый жизнью волшебник, прошедший Азкабан и вторую магическую войну. Совсем юное лицо без признаков растительности, хрупкая, не до конца сформировавшаяся, фигура. Белые волосы хоть и длинные, но еще не стали той гривой, что помнил Гарри. Парню в зеркале было лет 16-17. Это был полный абсурд. Он оказался в прошлом, в теле Люциуса Малфоя. Но как? Почему? Он попытался вспомнить, что произошло перед этим, но память была размытой. - Добби, я... Я не Люциус. – слова вырвались помимо его воли, перегруженное сознание не справлялось с нагрузкой. Но домовик только улыбнулся, угодливо заглядывая в глаза. - О, мистер Люциус, всегда такой смешной! - сказал Добби, кивая и пытаясь удержать смех. Гарри резко замолчал, осознав, что объяснения не приведут ни к чему хорошему. Если правда выплывет наружу его скорее всего убьют представители древнейшего семейства Малфой или разберут на опыты в Отделе тайн. Гарри должен был разобраться в этой ситуации сам. Пока его мозг пытался осмыслить все происходящее, он заметил на прикроватной тумбочке книгу с магическими символами. Гарри уставился на таинственные рунные знаки на обложке книги, но мысли его были далеко. Перед ним встал сложный выбор: принять роль Люциуса Малфоя и изменить ход событий, или пытаться на свой страх и риск вернуться в свое тело и время, рискуя жизнью. Да и было ли куда возвращаться? Из размышлений его вырвал голос Добби: - Хозяин Люциус, пора завтракать. Гарри медленно спускался по широкой лестнице в главную трапезную поместья Малфоев, сердце его бешено колотилось, а мысли кружились в голове. Гарри пытался разобраться во всем, что происходило. Он знал, что должен вести себя так, чтобы не вызывать подозрений у окружающих, ведь теперь он находился в теле Люциуса Малфоя и принадлежал этой семье. Гарри пытался вспомнить, что он вообще знал о Малфоях. Выходило немного. Драко пару раз упоминал деда, который умер то ли до его рождения, то ли сразу после. Сколько бы Гарри не пытался, ничего больше вспомнить не удавалось. Гарри открыл массивную дверь и замер. Это место он помнил даже слишком хорошо. Трапезная. Место, что долго преследовало его во снах. Здесь была убита профессор магловедения Чарити Бербидж. Гарри на миг зажмурился, отгоняя призраки прошлого. Трапезная мало чем напоминала тот кошмар, что так долго его преследовал. Гораздо чище и светлее, чем при Воландеморте. Комната была оформлена в том же изысканном и роскошном стиле, что и остальные помещения в поместье. Вдоль длинного стола были установлены массивные серебряные свечи, их тусклый свет отбрасывал легкие тени на высокие стены с портретами предков Малфоев. Когда Гарри вошел в столовую, Абраксас Малфой, отец Люциуса, уже ожидал его. Он был высоким, стройным мужчиной с острыми чертами лица и прозрачными светлыми глазами. Гарри с трудом выдержал взгляд этих равнодушных глаз. - Люциус, как ты себя чувствуешь? - спросил Абраксас, подходя ближе. Гарри совершил глубокий вдох, пытаясь воспроизвести манеру поведения Люциуса. - Я... Я неплохо, отец, - ответил он, стараясь контролировать голос и мимику. Что такое случилось с Люциусом, что все так волнуются? - Чувствую себя немного утомленным. Абраксас кивнул, жестом приглашая сына за стол. - Ты не выглядишь здоровым, - заметил мужчина. - Возможно, следует обратиться к Хезиасу, он может помочь тебе. Гарри едва сдерживался, чтобы не выдать себя и не начать задавать лишние вопросы. - Мне уже лучше, отец, но, если потребуется, я обязательно посещу его, - сказал он, пытаясь придать своему голосу уверенность. Абраксас кивнул удовлетворенно. - Хорошо, Люциус, не запускай свое здоровье. Гарри натянуто улыбнулся, на первый взгляд, в этой семье неплохие отношения. По крайней мере отец беспокоится о Люциусе. Это было и хорошо, и плохо. - Спасибо, отец. Я это ценю. - Если тебе лучше, то сходи сегодня в Косой переулок. Осталось три дня до Хогвартса. Гарри кивнул, устраиваясь за столом и беря приборы. Он на миг улыбнулся, вспомнив Софию и ее уроки этикета. Она любила все превращать в игру с наказаниями и поощрениями. Сердце болезненно сжалось. Больше он ее не увидит. Ни ее, ни Алессандро, ни Рона и Гермиону. Никого из тех, кого он знал и любил. Он потерял целый мир. Гарри встряхнулся. Не время думать об этом. Он сможет погоревать наедине с собой. Не сейчас и не здесь. Гарри перевел взгляд на Абраксаса. Тот казался спокойным и расслабленным. Судя по всему, он ничего не заподозрил. Гарри облегченно выдохнул. Нужно продержаться всего три дня. Хогвартс был спасением. Гораздо проще объяснить изменения в характере людям, что несколько месяцев его не видели, чем внимательному отцу. Теперь ему предстояло выяснить, как оказаться в прошлом и каким образом это все связано со странной книгой, найденной в комнате.