Каждое слово на вес золота

Семëныч почувствовал зуд в том месте, которое было прикрыто изрядно потрëпанными семейными трусами, но чесаться не стал. Всë же люди кругом. Вместо этого он стал разглядывать истомлëнную жарой публику. Трава вокруг пруда пожухла, из неё летели огромные, с воробья, слепни, и народ жался к покрытой ряской поверхности воды. "Дураки," – подумал Семëныч. – "У воды они и нападают. Хуже глистов проклятье, ей богу!" Семëныч окунулся, но мутная вода облегчения не принесла. Она была градусов тридцать, не меньше. "Ещё и глисты в ней плавают, наверно... " – безрадостная мысль подкосила энтузиазм Семëныча, и он хотел было идти домой, но уловил чутким носом аромат репеллента от насекомых. Шагнул в сторону ивняка, отделявшего вытоптанную полянку с костровищем и увидел приезжую балерину – подругу соседа Дани. Та как раз закончила опрыскивать себя спреем от комаров и сняла верх от купальника. Семëныч матюгнулся и спорым шагом пошёл по тропинке к дому. "Тфу ты! Глиста тощая! После такого зрелища я бабу год не захочу!!" - бубнил он, почёсывя зад.