Тревога.

Я нахожусь как будто... в бесконечной луже. — Как мокро. И холодно... Я лежу и не хочу вставать. Не хочу даже двигать рукой. Если больше не смогу дышать, то... так оно и надо. — Вау, ты довольно сильно загналась. — Отстань.. Со мной всё хорошо. — Ты буквально на дне, какое «хорошо»? — Даже если и на дне... Какая разница? — В смысле «какая разница»? Ты гниёшь заживо! Ты перерождаешься в более лицемерную и лживую версию человека, которого всегда ненавидела и считала жалким! Ты хотя бы понимаешь, к чему твоя «любовь» привела?! — Вау, мозговыносящие баталии с живым трупом. Ничего умнее в голову не пришло? — Ты... Ты... Ты же была другой! Жестокой, но справедливой! Ты никогда никому не врала! Ты всегда отдавала ради других всю себя! Ты... Слёзы. Я впервые ощущаю, как кто-то плачет за меня. Не из-за, не ради. За меня. Интересно, если бы я что-то чувствовала, что бы это было? Радость? Гнев? Страх? Сожаление? В любом случае, уже поздно. — Не беспокойся, скоро и этой версии не будет. — Ты действительно решилась на это? — Конечно. Так и так потонула на самом дне. Так и так из него не выберусь. Как только очнусь, то единственное что будет со мной – тревога. Знаешь же, что я перестала читать, рисовать, писать. Всё что любила... Я больше не являюсь человеком. Только оболочка осталась. И она уже изрядно устала. — Но ведь... ещё не поздно.. Не поздно всё исправить, не поздно встать с колен... Давай, поднимайся.. Давай, я тебе помогу... Ну же... Я чувствую это. Откровенный разговор с частью моей личности, что почти мертва. Это сейчас не Голос со мной говорит, а Я сама. — Я усвоила урок. «Спасение утопающих – дело рук самих утопающих». Не надо меня спасать. Наспасалась уже. — Нет... Я хочу тебе помочь. Я правда... правда хочу тебе помочь. Прошу тебя. Дай мне помочь тебе. Дай помочь себе. Он падает на колени, умоляя меня. Как же... это отвратно видеть. — Хватит. Я знаю, зачем ты пришёл. Переубедить, наставить. Я уже сломана. Сломанные игрушки не починить. Легче списать. Ха... Мне надоела эта драма. — Ты не игрушка! Кто бы тебе этого не говорил! Ты человек! Ты человек! Ты человек! И ты заслуживаешь любви! Не той, что тебе показали, не фальшивой, не жестокой, не убивающей! А настоящей! — Хватит. Серьёзно, хватит. Нет никакой «настоящей» любви, принцев и хорошего конца. Люди рано или поздно покажут всю свою мерзость и слабость, пороки, ненависть к остальным и самим себе. Я просто стала частью серой массы. Считай, что белый лист говном обмазали. — Нет, ты не такая! Не все люди такие! Есть хорошие! Я знаю это! И ты знаешь! Ты можешь исправиться! Во мне что-то щёлкнуло. Будто кто-то другой завладел моим телом, будто мной овладевает ярость. А почему будто? Я встаю. — «Исправиться»? Исправиться?! ТЫ СКАЗАЛ «ИСПРАВИТЬСЯ»?! РАДИ КОГО, БЛЯТЬ, Я ДОЛЖНА ИСПРАВЛЯТЬСЯ?! – Я повалила Голос, – РАДИ ТЕБЯ? СЕБЯ? БОГА? ДА НИКОГДА, БЛЯТЬ! МЕНЯ ВЫМОРАЖИВАЕТ ОТ ОДНОГО ЭТОГО ЕБАНОГО СЛОВА. Ты думаешь, я не пыталась? ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО И ШАГА НЕ ДЕЛАЛА РАДИ ЭТОГО?! Меня только тыкнули носом, как котёнка, не объяснив, В ЧЁМ МОЯ, СУКА, ОШИБКА! ТОЛЬКО ТЫКАЛИ И ТЫКАЛИ ВСЕГДА И ВЕЗДЕ. ЛЮБАЯ ОПЛОШНОСТЬ?! «МЕНЯЙСЯ!» Я ЧТО-ТО СЛУЧАЙНО НЕ ТАК СДЕЛАЛА?! «МЕНЯЙСЯ!» НИКТО И НИКОГДА НЕ ОБЪЯСНЯЛ, ЗАЧЕМ Я ДОЛЖНА МЕНЯТЬСЯ И ПОЧЕМУ ЭТОТ ПОДОНОК НЕ МОЖЕТ САМ ПОДНЯТЬ СВОЮ ЖОПУ И ПОДОЙТИ КО МНЕ. ПОЧЕМУ Я ВСЕГДА ДОЛЖНА ДЕЛАТЬ ДРУГИМ ПОДАЧКИ?! ПОЧЕМУ Я ВСЕГДА ДОЛЖНА ПОМОГАТЬ ДРУГИМ И В ЛУЧШЕМ СЛУЧАЕ НЕ ПОЛУЧИТЬ ОСКОРБЛЕНИЙ?! ПОЧЕМУ Я ВСЕГДА КОМУ-ТО, НАХУЙ ДОЛЖНА, А МНЕ ВСЕГДА НИКТО И НИЧЕГО?! ПОЧЕМУ Я ДОЛЖНА МЕНЯТЬСЯ РАДИ ДРУГИХ, А ОНИ ТАК И БУДУТ ПОЛЬЗОВАТЬСЯ МНОЙ, ПОКА НЕ НАДОЕСТ?! ПОЧЕМУ Я ВСЕГДА ДОЛЖНА БЫТЬ ИНИЦИАТОРОМ ЧЕГО-ЛИБО, ПОКА ОСТАЛЬНЫЕ БУДУТ ПРОСТО СМОТРЕТЬ ЗА ЭТИМ, НЕ ПРИЛОЖИВ НИ КАПЛИ УСИЛИЙ?!ПОЧЕМУ ВСЕГДА Я «ОБИЖЕНКА», НА КОТОРОЙ ВОДУ ВОЗЯТ?! ДУМАЕШЬ, ИЗ-ЗА ТОГО, ЧТО Я МАЛО УСИЛИЙ ПРИЛОЖИЛА? ИЛИ ИЗ-ЗА ТОГО, ЧТО ВСЕГДА РАДИ ДРУГИХ МЕНЯЛАСЬ И ПОДСТРАИВАЛАСЬ, ПОКА ПОЛНОСТЬЮ НЕ ПЕРЕГОРЕЛА И НЕ ЛЕЖУ СЕЙЧАС В ЭТОЙ ЛУЖЕ НА САМОМ ДНЕ, СЧИТАЯ ДНИ ДО СОБСТВЕННОЙ СМЕРТИ?! ТОЛЬКО ЛИ ИЗ-ЗА ТОГО, ЧТО Я ЯКОБЫ НЕ МЕНЯЛАСЬ?! И сейчас ты говоришь «исправиться». Ха-ха-ха... Да пусть хоть сто лет пройдёт, я больше ни на минуту, ни ради кого бы то ни было не изменюсь. Никто этого не заслуживает. Ни я, ни ты, никто. Я не верю ни в любовь, ни в людей. Я не говорю, что люди все плохие. Есть и хорошие, не спорю. Вот только даже самые хорошие когда-нибудь превратятся в тварей. Ненавидящих и себя и других, подобно мне. И пока они не поймут, что таких же, как они «хороших», единицы... Они и будут дальше ломаться. Потому что наивные и добрые часто становятся жертвой прогнивших насквозь. Наивные любопытны. А плохие люди всегда делают больно. Пусть, возможно... мои доводы и ошибочны... но... ради других я больше никогда никого не полюблю. Никогда ни к кому не привяжусь настолько, что мне не будет хватать воздуха. Я не хочу, чтобы по моей вине страдали другие. Чтобы они тоже сломались и превратились в то, во что превратилась я. Я монстр. Неуравновешенный человек, который и дня не может прожить без тревоги и вряд ли когда-нибудь будет радоваться жизни, как остальные. Я не хочу лишать других той радости, что лишилась сама. Я не хочу никого винить, не хочу чтобы винили меня. Я хочу покоя. Прости, что разочаровала себя. — Ты... — Пора закончить наш разговор. Он был бессмысленен и глуп с самого начала. Я не буду себя спасать. И никому не дам спасти. Доживу до того дня и посмотрим, буду ли жить или нет. Я просыпаюсь. Остаётся неделя. Зима. Холод.