Последнее фото

– Вот дерьмо! – с такими словами Хьюстон, споткнувшись о ступень перед дверью, зашёл в двухэтажный набитый людьми дом, среди которых, где-то в самой толпе, находились его знакомые. – И это сюда ты решил меня с Чимином затащить вместо того, чтобы мы просто пошли в клуб? – оглядываясь по сторонам, всю дорогу Юнги наблюдает как напившиеся подростки то чуть-ли не трахаются, забившись где-то в углу, то играют во что-то на деньги, то, уподобившись тем двум парням со двора, выворачивают свои желудки наизнанку, так как перебрали с алкоголем. – А чё не так-то? – не оборачиваясь, Хью продолжал идти в глубь помещения, ища глазами знакомые лица, тщательно просматривая все углы и разглядывая одежду на чужих телах в темноте, которую еле-еле разгоняли светодиоды. – Да всё, ебать, – с агрессией кинул Мин, держащий Чимина за руку, чтобы тот не потерялся в толпе, как это обычно бывает. – А мне вообще как-то похуй. Главное, что есть что выпить, – повысив свой голос, чтобы те его услышали, высказался Пак, следуя прямиком за Юном, который начал замедлять свой шаг из-за уплотнившейся толпы, через которую они теперь еле протискиваются. – «Это единственное, что сейчас может мне помочь…» – Тебе бы только набухаться, а потом пьяным танцевать стриптиз на барной стойке, – перед его глазами был лишь затылок Хью, который продолжал активно выискивать знакомых в потной толпе. – Ой, чья бы корова мычала. На себя сначала взгляни, – съязвил Чимин, ущипнув парня за локоть той руки, которой старший держал его за запястье. – «Как много людей. Я сейчас задохнусь. Надо срочно что-нибудь выпить» – Щщ... Ещё слово и тебе пиздец, Пак Чимин, – остановившись буквально на пару секунд, взглянул тому в лицо прожигающим до мурашек по коже взглядом, после чего продолжил делать неспешные шаги. – Ц... Псих, – кинул Чимин, чего никто из присутствующих не услышал из-за оглушающей музыки, разносившейся по всему дому и улице. – Какие люди! – послышался достаточно громкий голос со стороны лестницы, которая как раз вела на второй этаж с огромным количеством небольших комнат, в которых сто процентов уже поселились «жильцы» на сегодняшний вечер, а может быть и на ночь. – Хуй на блюде, а не люди, – делая шаги в то направление, Хьюстон развёл руки в стороны, готовясь к крепким объятиям. – Ну, ты как обычно, Тони, со своими шутками, – громко смеясь, Чон подошёл к парню, протянув ему руку. Скрепив руки в хлопке, они ударились плечами в знак приветствия. – А это кто? – кинув взгляд в сторону незнакомых ему людей, стоявших за спиной друга, задал вопрос и выдохнул дым с едким запахом. – Знакомьтесь. Это Юнги и Чимин. А это Ким Энтони Тэхён и Чон Джейк Чонгук, – постоянно поворачиваясь то к одним, то к другим парням, представил их друг другу и замолк, ожидая дальнейшего разговора между ними. – Ой, вот давай без формальностей. Просто Джейк, – произнёс и сделал очередную тягу раскуренного косяка. – Тони, – выдал Ким и, положив локоть на плечо Джейка, повернул лицо в его сторону. – Дай мне тоже, – Чон сильно затянулся и выдохнул в рот парню, который свободной рукой притягивал того за шею. – Хосок, они вместе что-ли? – Мин наклонился к чужому уху, посматривая на парней, стоявших перед ними. – Нет. Они такие же друзья, как и вы с Чимином, – парень посмеялся, зная в каких отношениях состоят его друзья. – Стоп, а ты с ними такой же «друг»? – немного отодвинувшись, ждал ответа, даже не моргая глазами от сосредоточенности. – Ну… – Вот только давай напрямую, – прищурившись, он ехидно улыбнулся, уже предположив ответ Хью по его выражению лица. – Да, – бросил тот и отвернул своё лицо от Юнги, чувствуя смущение, из-за которого у него начали бегать глаза по всей комнате. – Я так и знал, – изо рта вырвался громкий смех, после чего Мин похлопал парня по плечу, чтобы тот не отворачивал от него свой взгляд. – Хотите выпить? – Чон нарушил повисшую тишину в общении, ещё раз затягиваясь, отправляя белый дым, вызывающий лёгкость во всём теле и небольшую туманность в сознание, прямо в лёгкие. – Естественно, – услышав долгожданный вопрос, Пак загорелся от счастья,словно ребёнок, которому подарили ту самую игрушку, которую он так жаждал получить. – Ты просто мой спаситель, – прозвучал наигранный смешок, которым хотел показать, что сказанное всего лишь нелепая шутка. – О, пошли покажу, где находится вся алкашка, – посмеявшись, бросил Джейк и махнул тому рукой, зовя парня за собой. – Чимин-а, – Мин окатил того с ног до головы серьёзным взглядом, который Пак слишком хорошо знал, как и все слова, которые парень скажет далее. – Да, да. Я знаю, – с недовольством произнёс и направился вслед за новым знакомым. – Расслабься, – бросил Хосок, похлопав друга по плечу. – Всё нормалёк будет. – Будем надеяться, – выдохнул тот, начав массировать подушечками пальцев свой висок. < Дэвид > – Дэйв, как ты себя чувствуешь? Белый кабинет был заполнен светом, который резал глаза, словно лезвием той самой опасной бритвы, сделанной в СССР. Небольшая записная книжка в руках пожилого мужчины, пристально смотрящего сейчас на парня. Мягкое кресло бежевого цвета дарило некий комфорт в напряжённой атмосфере. Но почему так страшно? Или тревожно? Он хочет солгать обо всём, что творится у него внутри, но не может. Нельзя. – Всё хорошо. Мне лучше. Целых 117 дней. Почти всю весну я сдерживал себя, свои желания как-либо причинить себе физическую боль в моменты отчаяния, когда слёзы сами скатывались огромными каплями по щекам, в горле был ком, а грудь сдавливалась под тяжестью разочарования в самом себе. «Мерзко. Отвратительно. Блевать охота. Ужас» – каждый раз слышу из уст людей, которым я решился рассказать о своих проблемах, доверившись им полностью. Но зачем? Опять те же грабли, та же боль... Снова чувствую себя ошибкой природы. Не таким, как все. Знаете, сколько бы ты не старался объяснить людям причину, по которой ты умираешь внутри, будто заживо гниёшь, они всё равно не поймут. Ведь они нормальные, обычные, стандартные, здоровые... А ты не такой. Ты чувствуешь иначе, видишь больше, ощущаешь то, чего не ощущают другие. Продолжаю держать всё в себе, ведь никто не способен почувствовать то, что происходит внутри меня. Это невозможно, как невозможно понять смысл жизни или по желанию впасть в кому, чтобы не видеть проблемы, не слышать людей, не жить... Не могу больше доверять свои проблемы кому-либо. Кажется, тот я, который был больше двух лет назад, был прав: «Лучше я расскажу о своих проблемах незнакомцу, нежели близким и семье, которые осудят меня». Взяв ручку с синими чернилами, мужчина делает пометки, помогающие следить за состоянием Дэйва. «Тревожность снова повысилась. Он не может смотреть в глаза, рассматривает пальцы рук, продолжая рвать на них кожу вокруг. Депрессивные и навязчивые мысли...» – остановившись, поправил очки прямоугольной формы и стал дальше задавать вопросы.