Такие разные миры

«Они оба сделали правильный выбор. И оба пожалеют об этом.»

      Была уже глубокая ночь, когда перед разведчиками тяжело поднялись ворота Каранеса, впуская отряд в город.       Стефания ехала с Леви на одной лошади и тихо сидела впереди, полностью положившись на капитана. Леви сначала думал над тем, чтобы пересадить её на другую лошадь, ведь после каждой экспедиции (а этой, так тем более) в распоряжении отрядов были свободные животные, но потом решил, что лучше Стефания останется рядом с ним.       Едва ли у этого решения имелась мощная личная подоплёка, хотя капитан не мог отрицать, что ощущение тепла тела Стефании рядом в какой-то мере успокаивало его. Просто после пережитого маркиза была дезориентирована и напоминала поломанную заводную куклу: с таким же остекленевшим взглядом, резкими и дрожавшими движениями. К тому же у неё ушло много сил на то, чтобы подлатать Эрвина.       Леви привёл её к командору сразу после того, как они избавились от трёхголового пса. Эрвин сидел в отдалении от основного поля битвы, на опушке леса. Его лошадь стояла неподалёку.       Капитан услышал, как тихо ахнула Стефания. Девушка зажала рот рукой, будто очнулась от оцепенения, опередила Леви и оказалась рядом с Эрвином первая.       — Командор, — позвала она его и осторожно коснулась тыльной стороной ладони блестевшего от пота лба Смита. — Командор, вы слышите меня? Откройте глаза!       Леви боялся, что Эрвин впал в забытьё, но Смит тут же распахнул глаза. Его обычно цепкий и пронзительный взгляд был мутным от боли и усталости, но Эрвин явно узнал Стефанию, а потом даже сделал попытку подняться на ноги.       — Я в порядке, — с усилием выдохнул он сквозь стиснутые зубы. — Почти. Где Эрен?       — С Микасой и Армином, — ответил Леви. — Бронированный развёл тут бардак, но теперь у него нет шансов отбить Йегера.       — Капитан перерезал верёвки, которыми был связан Эрен, — вдруг вмешалась в их разговор Стефания, опустившись на колени рядом с командором и осторожно снимая с него плащ. — Его спасли первым.       Леви не ожидал такой реплики и пристально покосился на маркизу. Но в её голосе не звучало обиды, а в глазах не плескалось разочарование. Ничего из этого, только смирение и понимание.       Кажется, Эрвин это тоже уловил. Он повернул голову к Стефании, сосредоточенно осматривая её с ног до головы, и в его вымученном взгляде мелькнуло сдержанное одобрение и даже тень уважения.       — Не стоит полагаться целиком на Микасу и Армина, — спустя небольшую паузу, произнёс Эрвин, неловко дёрнув тем, что осталось от его правой руки. Это случайное движение явно принесло ему сильную боль и Смит обессилено прислонился к дереву. — Найди их, Леви.       — Ты хреново выглядишь, Эрвин, — фыркнул Леви, скрестив руки на груди. — А твой обрубок — ещё хуже. Просто чудо, что титаны тебя здесь не доели.       Стефания удивлённо посмотрела на Леви. Сколько они уже были знакомы, диалоги Леви и Эрвина девушка слышала крайне редко. Капитан встретил её взгляд спокойно и ещё несколько секунд понаблюдал за тем, как Миллер, отвернувшись обратно, без каких-либо видимых признаков омерзения на лице осматривала то влажное месиво, что выглядывало из лохмотьев куртки.       — Стефания тебе поможет, — продолжил Леви. — Я останусь тут. Тебя тоже надо вернуть обратно.       — Леви, — хрипло окрикнул его Эрвин.       — У Йегера есть сила титана, — цыкнул капитан. — Он уже освобождён и в состоянии бороться за себя сам. К тому же мне надо разобраться с УПМ.       — Возьми моё, — пожал здоровым плечом Смит. — Мне оно всё равно уже не нужно.       Леви колебался несколько секунд, но всё же решил последовать предложению командора. Чужой исправный привод был получше своего сломанного.       Стефания, тем временем, промывала рану, расходуя воду так аккуратно, как только могла. Капитан вдруг сообразил, что девушка, наверное, ничего не пила целый день, а то и больше. В подтверждение его сомнений Стефания лихорадочно облизнула потрескавшиеся губы, но не взяла ни капли и, закрыв флягу, поставила её рядом с Эрвином.       — Пей, — Леви без лишних промедлений протянул девушке свою флягу. — Давай, не хватало ещё, чтобы ты рухнула тут без сознания.       Маркиза тихо поблагодарила капитана и вцепилась дрожавшими руками в флягу, сделав несколько жадных глотков. Леви не принял у неё обратно воду, пока она не выпила половину его запаса. Только после этого капитан вернулся к делу:       — Сможешь вылечить?       — Я не умею возвращать потерянные конечности, — покачала головой Стефания.       — Этого от тебя не требуется. Надо, чтобы Эрвин доехал обратно живым.       Маркиза думала недолго: она сцепила ладони в замок и на несколько секунд прикрыла глаза. После чего с тяжёлым вздохом ответила:       — Мне не хватит сил на выполнение полноценной работы хирурга. Но кровотечение остановить смогу. Жгут нельзя оставлять до возвращения, это слишком долго. Но мне понадобится… Ваша помощь, капитан.       Повторной просьбы Леви не дожидался и тут же опустился рядом со Стефанией. Эрвин, тем временем, молчал, подавляя стоны, и с искрой любопытства смотрел на девушку, которая осторожными движениями высвобождала остатки его плеча из лохмотьев формы.       — Здесь, в подмышечной впадине находится артерия, — после небольшой паузы указала маркиза на нужную точку. — Нужно прижать её очень сильно в момент, когда я начну снимать жгут. И держать, пока я не закончу.       Убедившись, что Леви надавил куда надо, а Эрвин вздрогнул и напрягся, Стефания спокойно сообщила:       — Такой жгут вам больше не понадобится, командор. Но плечо придётся закрыть повязкой и прижать его к туловищу ремнём после того, как я остановлю кровь. Полноценную операцию вам проведут уже в Каранесе.       Капитан почти сразу заметил смесь удивления и недоверия в мутном взгляде Эрвина. Может быть, командор не хотел быть обязанным Стефании и не слишком желал испытывать на себе её способности. Но время поджимало: им надо было уходить отсюда, а Эрвину стоило избавиться от жгута, пока не начался некроз оставшихся тканей.       Стефании удалось остановить кровь, но вот накладывал повязку и фиксировал плечо уже Леви под указания маркизы, потому что у неё не осталось сил. Капитан едва не вмешался в процесс, когда увидел как лицо девушки белеет, из носа падают крупные капли крови, а рисунок кровеносных сосудов на коже становится совсем явным. Но Эрвину нужна была помощь и Леви, скрипя зубами, смотрел на это дикое зрелище, пока не отпустил Смита и не заметил, что кровь из разорванной артерии после снятия жгута действительно перестала хлестать.       — Похоже на способности Эрена, — задумчиво пробормотал Эрвин, как только перевязка завершилась. — Тоже отнимают много сил у носителя. Стефания, — окликнул он полуживую девушку и серьёзно сказал. — Спасибо.       — Это меньшее, что я могла сделать для вас, командор, — вежливо ответила маркиза, устало прислонившись спиной к стволу дерева.       Эрен и все остальные члены бывшего сто четвёртого кадетского корпуса, не считая троих предателей, нашлись и были почти целы. На Микасу у Стефании уже не хватало сил, но Аккерман была крепкой и под присмотром пришедшего в себя Эрена могла добраться обратно. У остальных травмы, если и имелись, то не заслуживали пристального внимания в сию же секунду. Эрвин стал выглядеть лучше, насколько это вообще было возможно с его травмой, и уверенно вёл остатки прежнего отряда обратно к Стенам.       Леви склонил голову и в очередной раз заглянул в лицо Стефании. Глаза девушки были прикрыты, её сцепленные ладони похолодели и мелко дрожали. Капитан чувствовал физически, как маркиза сильно опиралась о него и как её затылок давил на его плечо.       «Восстановится,» — мрачно подумал он, придержав её на особо резком повороте. — Вот, только вернёмся обратно и она поправится.»       На второй половине пути Стефании стало немного лучше. Она выпрямилась, перестала полностью опираться на Леви, рассеянно смотрела на окружающую обстановку. И беззвучно плакала, поджимая дрожавшие губы.       Капитан прекрасно понимал, что Стефания ранима, что прошедшие два дня стали для неё таким испытанием, которое не каждому бывалому солдату далось бы без срывов. Но он не знал, что делать с этими слезами. Может, маркиза плакала от облегчения, что её спасли? Но на лице Стефании было куда больше противоречивых тёмных эмоций.       Это раздражало. Леви чувствовал себя беспомощным в такие моменты. К тому же чувство болезненной обиды от прошлых поступков Стефании никуда не делось, Леви не собирался прощать девушку за её двуличие и утайку информации. Тем не менее, устойчиво злиться на маркизу не получалось.       «Она не испугалась этого монстра… Так решительно вышла вперёд, закрыла меня собой, кричала…»       Вывод напрашивался сам собой. Стефания видела это чудовище не в первый раз. Понимала, что оно разумно, что услышит её. Знала истинную природу Культа Стен.       От этого осознания становилось жутко. А, когда Леви задумывался о том, что, возможно, вмешательство Стефании спасло ему жизнь, сердце пропускало удары и проваливалось куда-то в пустоту.       «Почему всё не может быть проще?»       Может быть, Стефания сейчас думала о том же и поэтому дорожки слёз на её щеках не высыхали? Будь Леви другим человеком, он бы попытался войти в положение маркизы и осмыслить весь этот запутанный клубок из семейных уз, чужих тайн, выдача которых могла быть смертельной для всех, страха смерти и так далее. Но для него прямо сейчас на кону стояло слишком многое: защита оставшихся в живых товарищей, дело Разведкорпуса, сохранность Стен. И, если Стефания не захочет разделить эти цели с Леви, то им будет больше не по пути.       «Вам с самого начала было не по пути,» — ехидно заметил внутренний голос. — «Но ты вцепился в неё и теперь обижаешься почему она хочет выбрать своего родного брата, а не чужого мужчину?»       Капитан тряхнул головой, избавляясь от этих горьких мыслей. Говорить Стефании перестать реветь было бесполезно, она не умела затихать по команде. К тому же, наблюдая за девушкой со стороны, Леви порой видел её потерянный и тоскливый взгляд, от которого у него самого всё внутри сжималось. Поэтому он промолчал и сосредоточился на дороге, продолжая по необходимости поддерживать Стефанию.       Титаны вновь начали досаждать солдатам, когда до Стены оставался от силы час пути. Поразивший всех в моменте всплеск способностей Эрена, о котором переговаривались новобранцы, угас так же резко, как и проявился. Монстры вновь стали такими, как обычно: опасными, неуправляемыми и упрямыми.       Из-за потерь отряд стал маневреннее и быстрее отрывался от большинства титанов. Но, в конце концов, солдатам попались и двое девиантов, мчавшихся со скоростью выше средней прямо наперерез отряду. Благо, к тому моменту, разведчики заехали в небольшую чащу и возможности использовать УПМ было хоть отбавляй.       Стефания услышала щелчки привода и, вздрогнув, обернулась:       — Леви, что ты…       — Держи курс прямо и не останавливайся, — бесцеремонно перебил её Леви, привстав в седле. — Ориентируйся на Армина. Я догоню.       — Но…       — Без разговоров. Выполняй.       Если Стефания и попыталась как-то возразить, Леви её уже не слышал. Оттолкнувшись от лошади, он устремился навстречу девиантам, на ходу тестируя на себе УПМ Эрвина. Рассчитанное на более крупного бойца устройство оказалось для Леви сверхчувствительным и давало непривычно избыточную скорость. Леви чуть притормозил, задержался на том участке, где было больше всего деревьев и стал ждать.       Титаны уже его увидели. Они бежали не друг за другом, а рядом, что облегчало ему задачу и давало шанс перерубить два затылка одним ударом. Леви наметил себе контрольные точки, в которых он должен был оказаться в начале и в конце манёвра, после чего весь подобрался, перехватив поудобнее лезвия.       С первым титаном проблем не возникло. Но вот второй неожиданно дёрнулся вперёд так, что острия клинков лишь царапнули его по основанию шеи, и помчался дальше.       Леви чертыхнулся, разворот на чужом УПМ вышел неуклюжим и капитану потребовалось несколько секунд на то, чтобы выровняться. Он подлетел выше, уже собрался вонзить тросы в тело титана, как вдруг увидел скачущую навстречу лошадь с всадником.       «Стефания?!»       Девушка мчалась навстречу и с каждой секундой расстояние между ней и девиантом стремительно сокращалось.       — Назад, — Леви крикнул так громко, что голос его подвёл и в моменте сорвался. — Назад, Стефания!       Но вряд ли маркиза в пылу скачки и топота титана могла услышать капитана. К тому же отступать ей было уже поздно: титан заметил новую, более доступную жертву и поспешил к ней, размахивая руками.       Дальше Леви действовал, положившись на свои инстинкты и опыт. Наплевав на неудобства, он выжал газ из привода на максимум и молниеносно долетел до титана, вспоров ему шею с такой силой, что лезвия разломились напополам. Монстр рухнул, даже не успев среагировать на атаку сзади.       Его громадное тело подняло тучу пыли и опрокинулось всего в нескольких десятках метров от Стефании. Леви так и не понял, каким чудом маркизе удалось сдержать перепуганную лошадь, но, когда он спрыгнул с загривка титана на землю, девушка была в седле и поспешно подъехала к Леви.       Поступок Стефании перешёл грань железной выдержки Леви и, едва он залез на лошадь, как грубо развернул девушку за плечо и рявкнул:       — Ты совсем сдурела? Я тебе сказал держать курс! На кой чёрт ты попёрлась за мной?!       Стефания вздрогнула, непривычно громкий голос Леви явно напугал её ещё сильнее и она не сразу нашлась что сказать:       — Я не…       — Заткнись, — капитан вырвал у неё из рук поводья и пришпорил лошадь в нужном направлении. — Ты хоть понимаешь, идиотка, что могла погибнуть? Я едва успел прикончить эту тварь. Ты для неё — всего лишь кусок мяса и плевать ей было на твою регенерацию, убила бы тебя за пару секунд и всё.       Влажные и припухшие глаза Стефании округлились, словно она только сейчас осознала масштаб своей глупости и риска. Леви стиснул зубы, лишь бы не наговорить ей новых, куда более резких ругательств, но девушка вдруг моргнула, отпуская замешательство, и тихо произнесла:       — Я не могла оставить тебя.       — Оставить? — сдерживая новую волну гнева, переспросил капитан. — И поэтому решила поехать прямо в пасть титану? Я не нуждаюсь в твоей помощи, когда делаю свою работу, ясно тебе?       — Я не могла оставить тебя, — повторила Стефания, покачав головой. — На тебе чужое УПМ. Ты был один, без лошади…       Леви понял, что отчитывать её прямо сейчас бесполезно. Стефания вообще не раскаивалась в совершённом, она отрешённо и в то же время выразительно смотрела на капитана, полностью уверенная в свои словах. Порыв злости утих и оставил после себя глубокую усталость.       — Я бы справился, — буркнул Леви.       — Конечно, — блекло ответила Стефания и капитан почувствовал, как её тело вновь начинает дрожать. — Но я не хочу возвращаться обратно без тебя, Леви.       — Поэтому решила покончить с жизнью и оставить меня одного?       — Я знала, что ты успеешь.       Леви закатил глаза и отвернул голову. Всё-таки это был действительно бессмысленный разговор.       — Тц, что с тобой не так, Стефания, — угрюмо выдохнул капитан, неловко дёрнув плечом, на которое вновь опёрлась девушка.       Стефания медленно обернулась к Леви, вынудив его продолжить:       — Как ты можешь так по-идиотски срываться за мной, рискуя собой, и в то же время предавать меня и остальных?       Стефания не ответила сразу. Она отвернулась, спрятала глаза, но Леви показалось, будто девушка сильнее прижалась спиной к его груди.       — Я хочу верить, что моё молчание сможет защитить вас. Пусть лучше вы будете считать меня предательницей, но зато будете живы, — пробормотала маркиза, слабо покачав головой.       — Мы разберёмся с происходящей в королевстве чертовщиной с тобой, или без тебя, — отрезал Леви, нахмурившись. — Всё уже слишком далеко зашло, чтобы мы могли жить, как прежде.       — Вы даже не понимаете, с чем столкнётесь в попытке пролить свет на эти тайны, — тихо произнесла Стефания и несколько слезинок вновь скатились по её щекам.       — Так поделись, — процедил капитан. — Облегчи нам задачу.       Но девушка ничего не ответила. Лишь отвернулась от Леви, продолжая с тоской и смирением смотреть на медленно приближавшуюся Стену.

***

      Предусмотрительные служащие Гарнизона разбили для разведчиков временный лагерь прямо неподалёку от ворот Каранеса, разогнав предварительно толпу любопытных гражданских.       Первым делом на руки прибывших врачей передали Эрвина, следом в палатку-медпункт Леви отправил Микасу без лишних разговоров.       Остальным, отделавшимися сравнительно лёгкими травмами, помогала Стефания. Оказавшись на территории лагеря, она сначала боязливо огляделась, после чего тихо присоединилась к медсёстрам, стараясь привлекать к себе как можно меньше внимания.       Леви успел заметить с каким любопытством и в то же время подозрением косились на маркизу солдаты, озадаченные её внешним видом. Слухи распространялись подобно урагану, такими темпами скоро не только разведчики будут осведомлены о способностях Стефании.       Впрочем, придумать удобную легенду почему вообще враги похитили эту девушку, было задачей Эрвина. Капитана ждали другие дела. Убедившись, что Стефания не собиралась заваливаться в истерику и нашла себе занятие, он оставил её. Мельком Леви успел заметить, как выскочившая из палатки, служившей операционной, Валери помчалась к маркизе и бесцеремонно крепко обняла её, не сдерживая своих эмоций при посторонних.       — Живая, — воскликнула она, тут же отстранившись и схватив Стефанию за плечи. — Живая и невредимая! Стеша, как же мы все за тебя испугались!       Пожалуй, Валери была единственным человеком, чья радость не омрачалась прошлыми поступками маркизы и её вскрывшимся секретом. Эмоции Валери были сильными, а их искренность чувствовалась даже на расстоянии. Леви ещё пару секунд понаблюдал за девушками, заметив, как Стефания быстро оттаяла и крепко обняла подругу, после чего ушёл по своим делам.       Он навестил Эрвина, которому за считанные минуты хирург успел сформировать полноценную культю и туго перебинтовать её, доложил Пиксису и заместителю Дока о ходе экспедиции, узнал о том, куда запропастилась Ханджи со своим отрядом, проверил новобранцев. Ребята выглядели уставшими, но не сломленными, Микасе тоже оказали помощь, но Аккерман меньше всех походила на солдата, которому несколько часов назад титан сломал несколько рёбер. Леви рассудил, что раз она продолжала носиться с Эреном и препираться с ним, значит не слишком сильно пострадала и вернётся в строй скорее, чем он думал.       Завершив свой обход, Леви с трудом отыскал пустынный тихий уголок в одной из палаток и опустился на низкий табурет, устало потирая пальцами виски.       Мысли сами собой возвращались к Стефании и тянули в круговорот противоречивых чувств. Леви вдруг понял, что не заметил маркиза Миллера в лагере и это его даже удивило. Он-то думал, что Филипп уже будет их ждать и первым делом вырвет сестру из рук разведчиков. Но утекло немало минут с момента прибытия солдат домой, а маркиз всё не показывался.       Леви даже ждал его появления в какой-то степени. Далеко не с радостью, он бы, конечно, предпочёл, чтобы этот скользкий и противный аристократ исчез из его жизни окончательно. Но этот зазноб был семьёй Стефании и Леви понял, что ждёт не Филиппа, а выбора, который сделает девушка, ведь лучшей возможности определиться, чем здесь и сейчас ей не представится.       Сердце вновь тяжело ухнуло вниз, когда капитан подумал о том, сколь мало шансов, что Стефания склонится в сторону разведчиков. Может быть, она и впрямь мыслила теми самыми, «серыми» категориями (как она сама говорила), пытаясь удержать баланс между двумя мирами. Это Леви было проще, у него никого не было, только близкие товарищи, тесно переплетённые со службой. А у Стефании разведка была всего лишь второй жизнью, которая разворачивалась, пока первая, аристократическая, позволяла ей это делать.       Брезент палатки зашуршал и Леви резко поднял голову.       — Чего тебе, — грубовато спросил он, заметив Стефанию, замершую у порога в нерешительности.       Девушка вела себя почти так же, как в самые первые дни своего появления в Разведкорпусе. Маленькая, съёжившаяся, с встревоженными перепуганными глазами, она долго подыскивала слова, прежде чем начать говорить с запинками:       — Леви, Я… Я хотела сказать «спасибо». За то, что ты спас меня. Несмотря на все обстоятельства.       Леви едва подавил резкое фырканье. Манера Стефании сглаживать в речи острые углы и не проговаривать вещи, как есть, сейчас звучала совсем неуместно.       — Не за что, — буркнул капитан и отвернулся обратно.       — Есть за что, — так же тихо возразила девушка. — Вы могли не спасать меня. Могли не рисковать лишний раз и вытащить только Эрена.       — Я не бросаю своих людей, — отрезал Леви.       Взгляд Стефании чуть потеплел и капитан дёрнул плечом, почувствовав непрошеную слабую дрожь, пробежавшую по телу.       — Леви, я…       — Не надо, — перебил её капитан, взмахнув рукой. — Не вижу в этом смысла, — заметив, что маркиза не сводит с него глаз, он с неохотой добавил. — Не хочу слушать, как ты оправдываешься и жалеешь себя. Может, ты и считаешь, что виновата, но при этом всё равно готова сделать то же самое снова.       Стефания низко опустила голову и уголки её губ дрогнули. Леви хотел уже молча уйти, но новый резкий приступ головной боли не дал ему это сделать.       — Что такое? Голова? — вскинулась Стефания и тут же оказалась рядом.       — Нет, — Леви сделал шаг назад и медленно убрал руку от виска. — Уже в норме.       — Позволь, я посмотрю.       Прохладная ладонь Стефании легла на правую половину лица, подушечки её пальцев слегка надавили на висок.       — Ты же знаешь, — процедил Леви, внутренне коря себя за то, что не находит в себе сил отстраниться от её прикосновений. — Когда нет нормального режима, случается иногда. Оставь, уже прошло.       Но Стефания, конечно же, не послушалась. А Леви, конечно же, непроизвольно прильнул к её ладони сильнее, когда ощутил то живительное тепло, рассеивавшее спазмы один за другим.       — Хватит, не трать на меня силы, — вновь попытался отстраниться от неё капитан, заметив, как слабый румянец исчез с лица девушки и тёмные круги под её глазами стали ярче. — И так едва на ногах держишься.       Но Стефания довела дело до конца, принеся за собой редкое и приятное ощущение, которое могло прийти только после здорового сна. Она чуть нахмурилась, поджала губы, Леви достаточно быстро отвёл взгляд от её лица, уже выглядевшего чуть посвежее, видимо девушке дали воду для умывания. Он вдруг обратил более пристальное внимание на местами порванные рукава блузки Стефании, из-под которых выглядывала нежная, покрытая мурашками кожа.       «Совсем замёрзла… Да и эта тряпка на ней скоро по швам разойдётся.»       С усилием отступив от Стефании, Леви снял с себя плащ и набросил его на её узкие плечи. Маркиза удивлённо подняла глаза, на что капитан коротко цыкнул:       — Не спорь.       Стефания послушалась. Она покрепче перехватила ладонями края начавшего сползать плаща, завернулась в него и, коснувшись носом ткани, сделала несколько глубоких вдохов. А потом бросила короткий взгляд на Леви и робко шагнула к капитану вплотную, уткнувшись лбом в его плечо.       — Я верну его тебе, — еле слышно пробормотала она. — Обещаю.       Леви не пошевелился: не оттолкнул, но и обнимать не стал, как бы не хотелось. Ему не показалось в пылу экспедиции: привычный цветочный аромат испарился, его заменили пот и чужая кровь. Спутавшиеся грязные волосы Стефании тоже ничем не пахли, разве что едкой дорожной пылью. Но это всё были такие мелочи по сравнению с тем, что она стояла здесь, внутри Стен, живая и невредимая, так близко, что Леви на считанные мгновения забывался и хотел простить ей всё, лишь бы иметь возможность выразить действиями своё облегчение по поводу её возвращения.       Когда Леви показалось, что ещё секунда и он больше не выдержит такой пытки, в опасной близости от палатки послышались торопливые шаги.       Стефания среагировала практически мгновенно: отшатнулась от капитана и резко обернулась, на мгновение сжав руки в кулаки. Капитан без труда разгадал причину такой реакции и сам напрягся: меньше всего на свете ему сейчас была нужна такая сцена.       Но на пороге вырос обычный молодой офицер из Гарнизона. Вежливо кашлянув, парень отдал честь Леви и, рассматривая по очереди все углы палатки, сбивчиво затараторил:       — С-стефания, нужна ваша помощь! Наш новобранец… Сорвался с УПМ с высоты… Метров десять, не меньше! Все врачи из городского госпиталя уже уехали с тяжелоранеными. Доктор Валери очень просила найти вас!       Маркиза вздрогнула и в следующую секунду вновь превратилась в собранную спокойную девушку, стряхнув с себя беспомощность. Она кивнула офицеру:       — Я уже иду.       — Я провожу вас, — офицер посторонился, пропуская Стефанию вперёд.       У порога девушка остановилась на мгновение и коротко оглянулась на Леви. Капитан ничего ей не сказал и Стефания поспешно ушла за гарнизоновцем. Всё равно откровенного разговора не вышло, а девушка была нужна там, рядом с пострадавшим.       Леви пробыл в палатке ещё некоторое время. Убедился, что головная боль больше не беспокоила его, собрал в кучу все валявшиеся на столе документы и, приказав себе вернуться к делу, а не вариться в личных эмоциях, вышел наружу. Пора было собирать разведчиков и отправляться в штаб, а самому ехать к Эрвину.       По пути ему встретилась Валери, с любопытством покосившаяся в сторону капитана. Леви озадаченно нахмурился: ему показалось, что прошло ещё мало времени. Неужели тот бедолага из гарнизона умер?       — Что с новобранцем из Гарнизона, — уточнил мужчина у Валери.       Девушка приподняла бровь в недоумении:       — Вы сейчас о чём, капитан?       — Новобранец. Сорвался на УПМ. Ты и Стефания должны были…       — Кто-то сорвался? — с изумлением уточнила Валери, отчего у Леви не возникло сомнений в том, что она слышит об этом впервые. — Этого нам ещё не хватало! Вот неуклюжие растяпы из гарнизона! А куда Стефания ушла, капитан? Раз так, то мне действительно без неё не обойтись.       Ещё секунду они молча смотрели друг на друга, прежде, чем Леви сорвался с места и пошёл быстрым шагом вдоль палаток, бесцеремонно заглядывая в каждую из них:       — В лазарете её нет?       — Не знаю, — озадаченно пробормотала Валери. — Я оттуда четверть часа назад ушла, за пайком, когда все раненые прошли.       — Проверь там, сейчас же.       Валери хотела было возразить, но что-то во взгляде Леви, а также в его тоне, побудило её кивнуть и убежать в другую сторону.       Капитан уже двигался к концу лагеря, палатки заканчивались, но ни в одной из них не было Стефании. Сердце, зажатое тисками нехорошего предчувствия, забилось чаще.       Завернув на последнем повороте, капитан столкнулся с запыхавшимся Армином. За юношей шагал офицер военной полиции.       — Капитан, — Арлерт смазано отдал честь, после чего лихорадочно оглянулся на полицейского. — Мне… Мне было велено сопроводить этого лейтенанта к вам! Что-то случилось со штабом!       — Что ещё, — Леви кашлянул, прогоняя хрип из собственного голоса, после чего нетерпеливо вытянул руку, ожидая, когда офицер передаст ему бумагу.       — Мне сказали, что, пока командор Смит находится в госпитале, а майора Зоэ нет на месте, за главного здесь вы, капитан, — полицейский выглядел спокойным и на редкость миролюбивым. — Вот, держите. Это распоряжение маркиза Миллера. Он, кхм, принял решение о расторжении соглашения по пользованию землёй в связи с чрезвычайными обстоятельствами и угрозой государственной безопасности.       — Н-но как же, — вмешался ошарашенный Армин, однако Леви сделал короткий взмах рукой, приказав ему замолчать.       — Уверен, что предупреждение о таком возможном исходе содержалось в договоре между командором и маркизом, — пожал плечами офицер. — Аристократы обычно очень щепетильны в таких делах. Так или иначе, у вас есть сутки на то, чтобы освободить этот земельный участок и переправить всё имущество в штаб, который был когда-то любезно выделен вам государством.       В этот момент полицейский позволил себе единственную ухмылку, которую тут же подавил перед тем, как спокойным тоном завершить:       — Естественно, ради правомерного контроля за освобождением участка, входящего в частную собственность маркиза Миллера, потребуется отряд офицеров из Военной полиции. Очень советую, вам, капитан, не затягивать со сборами и вернуться в штаб поскорее. Иначе наш отряд может начать сам принимать решения о том, что вам можно забирать, а что нельзя. Без вашего участия.       — Слишком много слов, — процедил Леви, сворачивая документ обратно. — Достаточно было сказать, что нас вышвыривают из штаба, а твои дружки попытаются при обыске что-нибудь себе прикарманить.       — Главное, что вы поняли суть, капитан, — высокомерно хмыкнул полицейский и перед тем, как уйти, с неодобрением бросил. — Совсем вы распустились под покровительством аристократии. Хорошо, что Миллер вовремя спохватился. Напомнит теперь вам, где ваше настоящее место.       Наверное, будь Леви моложе, он бы не отпустил полицейского без сломанного носа, слишком сильна была неприязнь к этим ищейкам, тянувшаяся со времен Подземного города. Но сейчас капитан лишь дёрнул плечом и процедил:       — Во всяком случае, маркиз различал полезных солдат и обычных шавок, знал, кому можно давать деньги, а кому — нет. Передай своим, что красть у нас из личных вещей нечего.       И ушёл, не дожидаясь ответа от оторопевшего полицейского. Армин поспешил за Леви.       — К-капитан, — едва подстроившись под его быстрый шаг, воскликнул Арлерт. — Маркиз Миллер! Он был здесь! Офицер с ним приехал!       Леви ненадолго остановился, из-за чего Армин едва не врезался в него:       — Где он?       — Уже уехал!       — А Стефания?       — Её привёл к нему офицер Гарнизона, — воскликнул Армин. — Я… Я не хотел, чтобы они меня заметили. Маркиз выглядел нехорошо. Говорил со Стефанией очень тихо. А потом он вернулся в экипаж. Стефания… Пошла за ним.       Раздался шелест и Леви понял, что безнадёжно смял выданный ему документ.       — Иди, — приказал он, едва сохранив прежний невозмутимый тон. — Собери своих. Будьте готовы выезжать через десять минут. Сам слышал, нам надо в штаб. Если к этому моменту вернётся Ханджи со своим отрядом, введёшь её в курс дела.       Армин кивнул и опрометью бросился на другой конец лагеря, где расположились его товарищи. Леви же остался стоять на месте.       Выбор был сделан. И вышло это куда проще, чем Леви думал. Очевидно, Филипп не собирался вступать с ним в прямую конфронтацию и устраивать нелепые громкие сцены. Потому и обманул сестру, зная, что она откликнется на помощь любому страждущему. А Стефания…       Её не тащили силой. Они о чём-то поговорили и она сама так решила: уехать с братом, не оставаться здесь. Это было логично: прежний договор Миллеров и разведчиков был разорван. Разведкорпус за сутки лишился штаба, возможно, своего главнокомандующего, стал мишенью для двуличного и обозлённого правительства. Наверняка это был только первый взнос той цены, которую предстояло заплатить за операцию в Стохесе и похищение проповедника.       А Стефания уехала. Как и пять лет назад, когда она и Филипп неожиданно появились в штабе в разгар служебного дня, теперь они так же внезапно исчезли, не привлекая к себе лишнего внимания. Конец оказался предсказуемым, Леви всегда был вторым в этом выборе и его отодвинули в сторону, как только благоприятные обстоятельства закончились.       «Не Стефания… Маркиза Миллер. Всегда была маркизой, ей и останется.»       Память подбросила два воспоминания из далёкого детства. Сначала женская фигура — худая, измождённая тяжело зашла в комнату, где он жил, прикрывая за собой дверь, чтобы прилечь в кровать отдохнуть. А затем мужской силуэт — рослый, в запятнанном кровью плаще, уверенно уходивший прочь с засунутыми в карманы руками. Никаких разговоров о предстоящей разлуке, ничего подобного. Только обстоятельства, или личный выбор и постановка Леви перед фактом.       «Правильно? Скорее всего. Но больно.»