М̶у̶з̶ы̶к̶а̶Литература нас связала

У каждой поры своя особая прелесть в круговороте времен года. Хороши первая луна, третья и четвертая, пятая луна, седьмая, восьмая и девятая, одиннадцатая и двенадцатая. Весь год прекрасен — от начала до конца. *

Место, где всегда пахнет старыми книгами, аромасвечами и кофе. Где всегда тихо и эту тишину нарушает лишь шелест страниц и редкие разговоры тихими голосами или вовсе шёпотом. Библиотека. На скрипучем стуле сидит выпускник филологического университета, Дазай Осаму. Парень качает ногой, закинутой на другую и держит в одной руке книгу, а во второй стаканчик с ванильным капучино. От мирка в книге его вытаскивает перезвон колокольчиков, говорящий о том, что в библиотеку явился первый посетитель. К кафедре выдачи подходит парнишка и просит книгу из школьной литературы. — У вас есть «Сердце» Нацумэ Сосэки? — Юноша приподнимается на носочках и выглядывает из-за кафедры, наблюдая за тем, как Осаму откладывает книгу и встаёт, скрипя стулом. И всё же стул надо заменить. Сколько он уже стоит здесь? Лет десять. А может и больше двадцати, если смотреть на то, как он шатается, противно трещит, скрипит и грозит вот-вот превратиться в кучу дров. На них, конечно, тоже можно сидеть, но всё же лучшим решением будет найти новый стул. Нужная книга находится среди пыльных полок не так легко. Почти выгоревшее название на корешке усложняет задачу, но Осаму с ней справляется. Он отдаёт мальчику его чтиво и идёт к старому стулу, где оставил своё. — Вот твоё «Сердце», — шутит Дазай и берёт 5 йен за хранение литературы неделю. Совсем отвлёкся от своей книги. Так что там про прелести природы? Кажется, что судьба давала намёки отложить книгу и найти что-то с более глубоким смыслом, а не пытаться читать между строк там, где писатель попросту переносил на бумагу своё восхищение природой. Потому что вскоре после того, как книга снова оказалась в руках недавнего студента, со стороны дверей послышался новый звон, доносящийся до Осаму вместе с утренней свежестью ранней весны. Ну и что же это за жаворонки находятся в Йокогаме, которые идут в библиотеку уже через десять минут после прихода рабочего терминала? Снова школьник, забежавший перед уроками за нужным материалом? — Чем могу помочь? — Меланхолично выдыхает Дазай и даже не удостаивает посетителя взглядом, бросая книгу на башню множества других книг. Дочитанных и недочитанных, интересных и неинтересных, новых и старых, классических и современных… разных. И сделать сам ещё один этаж было не лучшим решением, потому что мини-небоскрёб тут же развалился, шелестя страницами и за несколько секунд становится кучей книг. Когда Осаму слышит далеко не юношеский голос, то переводит взгляд на посетителя. На мужчину старше и выше его. Тот сверкает голубыми глазами, в которых отражается лампа на столе, и говорит название книги. — Можно узнать, не вы ли Ода Сакуноске? Я читал ваши работы и в целом они мне понравились, но вот последняя книга… мне кажется, она вышла сухой, — Дазай морщится из-за скрипа стула и шагает вдоль ломящихся от количества книг полок. Он быстро находит нужную мужчине литературу, походящую на фолианту.* Такая же большая, потрёпанная и с еле держащимися в переплёте страницами.