You with the dark curls, you with the watercolor eyes

      С тех пор жизнь принца круто изменилась, но события того устрашающего дня преследовали его до недавних пор. Он отважно дожил до конца домашнего ареста и перестал покидать замок в одиночестве. Парень приноровился покупать книги у путешественников, которые много изучали эльфов. Так он жил с надеждой, что однажды снова почувствует мягкий поток ветра и учует запах эльфийского эля.       Когда его родители скончались, то парень наконец стал королём. На своей коронации Натаниэль явился без парика, давая людям понять, что совершенно открыт и ничего не скрывает.       С того момента, он выиграл немало воин, отрастил шевелюру по пояс, дал надежду простому народу и всегда оставался цел и невредим. Много слухов ходило о живучести Натаниэля, его даже прозвали «Куртцбергом Непобедимым». Но, если честно, то он и сам не знал, откуда у него такие способности.       И каждый день он засыпал с мыслью, что вот-вот встретится с покойным эльфом. Ему было страшно и одиноко в моменты, когда все заикались о его свадьбе.       Однажды, когда всё было относительно тихо, он снова пошёл в лес. Той дорогой, как пятнадцать лет назад. Натаниэль не надеялся снова встретить попавшего в беду эльфа, но он шёл теми же тропинками, пока не добрался до места, где ветер был особенно сильным для такой глуши.       Куртцберг забрался на ель и отдался потоку. Рыжие пряди разлетались по ветру, даря ему настоящее наслаждение. Он нёсся через ручей, возле которого Марк впервые заметил красоту его голубых глаз. Натаниэль вспоминал тёмные кудри, от этого на душе становилось очень тепло. Первая охота, магический костёр… Там же был открыт дар, который эльф так и не смог получить.       Он приблизился к тёмному лесу, где парни героически сражались с троллем. Куртцберг до сих пор хранил тот эльфийский кинжал, который опалил в попытках защититься. Он считал его своим оберегом от зла, это было единственное объяснение собственной живучести.       Наконец, он плавно спустился на землю, ведь перед ним начали возвышаться огромные деревья, защищающие эльфийскую территорию. Нат без проблем вошёл внутрь, на входе его встретила глава, мадам Бюстье, как когда-то выразился Марк:       — Мы ждали тебя, Натаниэль. Для тебя всего лишь пятнадцать лет прошло, а эльфы ждали этого веками. — начала она, но решительный голос мужчины перебил её.       — Я, король из Чудесного королевства, Натаниэль Куртцберг, пришёл заключить союз с…       — Эльфийской Империей. Мы готовы принять твоё предложение, Натаниэль, но перед этим хотелось бы обсудить несколько вопросов. Заходи же внутрь.       Эльфийка обращалась к нему на «ты», возможно, так она показывала своё дружелюбие.       Короля повели прямо к Древу, в которое, оказывается, был вход. Именно в нём проходили самые важные совещания, поэтому вокруг собралось множество эльфов, ожидавших долгожданного союза.       — Ты не замечал нечто странное в своей жизни? — спросила Калин, ставя перед Натаниэлем чашку горячего чая. — Например, на тебе никогда не появляются увечья, как бы ты не старался пораниться?       Нат кивнул в знак того, что такое действительно происходит. Может, он избранный? Хотя, в детстве он часто ранился.       — Эльфы не умирают. — ответила её партнёрша, Жизель, — Они лишь превращаются в воздушную энергию и следуют за своим избранным до его кончины, чтоб потом образовать крепкий союз на небесах. Марк с самого детства очень особенный эльф — его родители погибли в бою, доблестно вылечивая собратьев, поэтому ему пришлось самому себя воспитывать. На разведке дают хорошие деньги, на которые он мог свить удобное гнёздышко для своей будущей пары, поэтому он пошёл туда ещё отроком.       — Каждый из нас давал Ансьелю знания, но мы не могли гарантировать ему полноценную жизнь без дара и любимого эльфа. Но наш старейший прорицатель, Ван Фу, пообещал, что свобода подарит ему любовь. Он встретил тебя спустя несколько месяцев. Ты, Натаниэль, неоднократно являлся в наших пророчествах, как «спаситель, что явится голубым огнём в глазах одинокой души». Долгое время мы думали, что же это значит.       — Но когда нам сообщили о кончине Марка, то… Мы стали ждать тебя, голубоглазка. — Калин знала, что это прозвище очень много значило для короля.       Но Натаниэля волновало совершенно не это, ведь он убедился, что всё это время Марк был рядом. Куртцберг разговаривал с ним, чувствовал, что он здесь, резвится рядом с ним. Он дарил ему силы, он по-настоящему оберегал его от зла. Теперь настал черёд Ната — освободить его народ от гнёта противных фей. Исполнить пророчество, которое они начали вместе.       Союз был заключён, с тех пор эльфы и люди живут в мире. Марк и Натаниэль были увековечены на витраже, который король собственноручно исполнил. Он вложил в это всю свою любовь, которая ярким огнём полыхала в его душе. ***       На перепутье всё ещё стоял домик, который так напоминал ореховую скорлупу. За двадцать лет внутри ничего не изменилось. Натаниэль поклялся себе, что не зайдёт внутрь, пока не покончит с войной.       — Мы справились, Марк! — сказал он в тот день, когда феи были окончательно повержены, а множество народов было освобождено. Дверцы заветного дома были наконец открыты.       Внутри всё было таким же, как и в ночь, полную объятий, поцелуев и розовых переливов: смятое бельё на кровати, напоминавшая о тепле эльфийского тела; маленькая кухонька также замерла во времени, деревянные чашки, лежавшие в раковине, даже не смели дать намёка на плесень; а на полу лежала сумка. Марк сбросил её с плеча перед тем, как прилечь рядом. В ней всё ещё лежала кожаная жилетка, полная царапин и дыр. Она казалась такой маленькой на фоне мужественного короля, облачённого в новые кожаные доспехи.       — Да, темновласка, ты правильно сделал, когда поднял её… Обработанная кожа пролежала бы там веками, навредив природе ещё больше. — мужчина лёг на кровать, готовясь ко сну.       Дух его возлюбленного был во множестве вещей, которые связывали их двоих. Натаниэль думал об этом перед сном, ему даже показалось, что Марк сейчас сидит за столом и читает книгу. Он повзрослел и стал ещё крупнее с их последней встречи. Эльф повернулся в его сторону, послал воздушный поцелуй и усыпил его магическим приёмом. Король счёл это за проявление мимолётной слабости, ведь всё наконец закончилось.       —Ансьель наконец соизволил показать себя. — в окно заглянула Калин, державшая на руках новорождённого ребёнка. — Всю жизнь он так, ужасно стесняется…