Шпиль остриём пронзает небо

Шпиль остриём пронзает небо, Сокрыли тучи солнца свет. Нева шумит и волны бьются, Касаясь кромкой грозных стен. Я наблюдаю за прибоем, Смотрю на трепет мрачных волн. Смятенье душу мне терзает, Не в силах я найти покой. На следствии узнал я много, О тайных обществах сполна: О планах о перевороте И покушении на царя. Лишь одного принять не в силах Как он быть может среди них! Тот Павел, тот с которым… мы же… Сжимаю руки в кулаки. Смотрю на крепость, волны мечут, Гуляет ветер над водой. Он там сидит в мрачной темнице, А я буду его судьёй. Я чувствую злость и обиду — Как же он мог так поступить? Что он хотел со мною сделать! Насколько же слепым я был! Те много что о нём сказали, Чего представить я не мог! Но, что-то шепчет, что солгали, И очернили предо мной. Я провожу рукой по шее… Лишь только с ним я был собой. Я вспоминаю… Нет не должен. То боль, пустое, грех и скорбь. Прикрыл глаза, и не могу я Сопротивляться наважденью, Его я вижу перед собой, Игривых глаз его свеченье. Хотел забыть бы я все это, Великим князем снова стать, И от души, от всего сердца, Его к себе сильней прижать! Я не могу… Взгляд поднимаю, Сквозь тучи бьется солнца свет, Сияньем ярким заливает, И шпиль и каземата ветвь. Столь восхитительной картиной Я стал в тот миг заворажён, Порывы бурных волн затихли, Настал в природе мир — покой. «О Павел, Павел, что мне делать?» С волненьем я Неве шепчу. Как царь казнить его я должен, Как человек, я не могу…