Под стрекотание цикад

Чонин, конечно, любит море, но не когда родители, фактически, устраивают второй медовый месяц и зачем-то берут его с собой, из-за чего он в итоге просто целыми днями гуляет один. Нет, ну правда, почему нельзя было оставить его одного в Сеуле? Что бы он сделал, пока его никто не смог бы остановить? Закатил бы вечеринку? Да он вас умоляет, он интроверт, у него всего пара друзей, да и шум он не любит. Так что максимум — он бы попробовал все виды энергетиков. На этом фантазия бы и закончилась. Но нееееет, надо было брать его с собой и в итоге оставлять одного в отеле. А что делать в отеле? Ну можно поплавать в море или бассейне, телевизор посмотреть, сходить в спортзал или спа (но это скучновато) или в seven eleven неподалеку за поки или ещё какими-нибудь снеками. Ну и погулять на пляже. Так что вариантов в принципе много, но все они как-то не радовали. Но вот спасение найдено. На третий день отпуска, на минуточку. Оказывается, в отеле проходят различные мастер классы, а также можно записаться на платные занятия. В отеле работают люди, которые могут научить постояльцев плести макраме, кататься на сёрфе, и ещё кучу всего — от дайвинга до полётов на парашюте с катером. Чонин смотрит на этот список, который, представьте себе, всё это время висел на стойке информации рядом с ресепшеном. Некоторые занятия кажутся вполне интересными, например, можно арендовать катамаран и покататься на нём. И отец Чонина даже умеет управлять им, но он всё время проводит со своей женой… Ну что ж, Чонин предложит это им как идею для очередного свидания. Он пробегается глазами по списку и останавливается на виндсёрфинге. Что ж ну почему бы и нет, надо же чем-то себя занять на эту неделю. С родителями Чонин встречается на обеде. Те рассказывают ему, как романтично они провели утро, сходив в древний город, который находился всего в паре километров от их отеля. Чонин внимательно слушает их, попивая свежевыжатый апельсиновый сок, и в очередной раз думает, что лучше бы остался дома. Его родители прекрасно проводят здесь время, и он их, безусловно, любит и рад, что они могут порадовать себя свиданиями. Но ему здесь правда нечего делать. — А у тебя как дела, Чонини? Нашёл себе друзей? – интересуется мама. — Мам, ну мне же не пять лет, чтобы сходу на улице друзей заводить… – вилкой ковыряется в салате, бурча себе под нос. — Ну вдруг… Знаешь, всякое бывает, – хмыкает отец. На несколько минут вся семья замолкает, уделяя всё своё внимание еде. — Но я кстати нашёл, чем бы я мог тут занять себя, – парень наконец нарушает тишину, вспомнив о листовке. — Да? Что это? Расскажи нам! – мама тут же оживляется. — Тут есть платные занятия, ну, обучение разным видам спорта и не только, и… – Чонин смотрит на родителей в попытке уловить их реакцию на то, что им придётся потратить ещё денег, но те, кажется, не против, если это порадует их сына, ведь выглядят они всё ещё заинтересованными. Мама улыбается и кивает в немой просьбе продолжать. – И там есть много всего, но меня заинтересовал виндсёрфинг… — О, это здорово, – отец тепло улыбается. – Я раньше тоже им увлекался. — Твой отец был очень хорош в этом, – улыбаясь, присоединяется мама. — Так... Что скажете? Могу я...? – слегка нервничая, Чонин начинает теребить в руках салфетку. — Конечно, милый, можем сразу после обеда пойти записать тебя! Мы с отцом не против. Да, дорогой? – женщина обращается к мужу, кладя свою ладонь на его. — Да, почему бы и нет? Не только же нам развлекаться. Стоит признать, что мы не подумали о том, чем ты будешь тут заниматься, пока мы с твоей мамой на свиданиях, – он переплетает пальцы со своей женой, одаривая её нежной улыбкой, а потом переводит взгляд на сына и треплет его волосы. – Так что мы будем рады, если сможем исправиться. — Спасибо! Я вас люблю! – счастливый парень вскакивает со своего места и обнимает обоих родителей. – А ещё я видел, что можно арендовать катамаран, так что если у вас закончатся идеи для свидания, можете взять эту. — Наш сын самый лучший, – хором говорят родители и по-доброму смеются. – Спасибо, милый. Закончив трапезу, семья отправляется на ресепшен и узнает, как записаться на эти занятия и когда можно будет начать. Сотрудник отеля разъясняет им детали самих занятий и их оплаты, а также рассказывает про лицензию по окончании обучения. — Начать можете уже сейчас, наш тренер работает с десяти утра до шести вечера, – работник смотрит на свои наручные часы и продолжает. – Думаю, господин Бан сейчас на пляже, который находится чуть дальше бассейнов. Он обычно сидит около пирса. — Хорошо, спасибо, – кивают ему взрослые, после чего женщина обращается к сыну. – Сможешь сам его найти? Нам с твоим папой нужно уже через двадцать минут быть на месте сбора на экскурсию. — Да, конечно, мне же не пять лет, – Чонин ярко улыбается, – спасибо ещё раз, что разрешили. Хорошей экскурсии! — И тебе хорошего дня, милый! Увидимся вечером? — Конечно! Пока, мам, – он обнимает женщину и целует её в щёку, после чего обнимает отца, – пока, пап, чудесного вам свидания! — Спасибо, Чонини, береги там себя. — Обязательно! Парень машет рукой на прощание и чуть ли не вприпрыжку бежит на пляж. Тёплый ветер играется с мягкими волосами и свободной одеждой Чонина, пока его шлёпанцы отбивают каждый шаг негромким хлопком. Дойдя до пляжа, парень снимает обувь, ступая босыми ногами по разогретому солнцем песку. Ноги как будто тонут в полупрозрачных песчинках, приятно щекочущих кожу. Чонин идёт вдоль пляжа по линии воды, чувствуя, как волны омывают его ноги до щиколотки. Он оглядывается и замечает вдалеке яркие пятна — вероятно, доски и паруса, висящие на специальных крепежах — а также парня, который сидит на старой вышке спасателя и читает книгу, пока ветер запускает свои невидимые руки в его волосы, играясь с кудряшками. Парень, кажется, полностью погружён в чтение, однако, когда слышит приближающиеся шаги, он поднимает голову, и его карие глаза тут же начинают заинтересованно рассматривать подошедшего Чонина. — Извините, что отвлёк, но случайно не вы тренер по виндсёрфингу? – голос от нервов тут же пропадает, из-за чего Чонин почти шепчет, но незнакомец на удивление его слышит. — Да, это я, подожди минуту, – парень оставляет между открытых страниц какую-то фотографию вместо закладки, закрывает книгу и, спустившись с деревянной конструкции, встаёт перед Чонином, солнечно улыбается и протягивает руку. – Меня зовут Бан Чан, приятно познакомиться. — Ян Чонин, взаимно, – парень скромно улыбается в ответ и жмёт чужую руку. – С чего начнём, тренер Бан? — Можно на ты, – по-доброму усмехается, – не думаю, что у нас большая разница в возрасте. Для начала пойдём подберём тебе доску, парус и спасательный жилет.

***

Чан кладёт широкую доску на песок, присоединяет к ней парус и, придерживая его рукой, говорит Чонину встать на доску и взяться за гик. — За что? – недоумевает Ян. — Да, прости, за ручку, которая идёт вокруг паруса, – следуя указаниям, Чонин хватается одной рукой и смотрит на тренера в ожидании подтверждения, что делает правильно. Чан улыбается. – Возьмись лучше двумя руками, он тяжёлый, особенно с непривычки, – держась за мачту, Бан показательно водит полотно из стороны в сторону. Парус под руководством человека двигается медленно и будто бы неповоротливо, выдавая свою громоздкость. Чонин смотрит на самую верхушку паруса, что выше него раза в полтора или даже два, уже мысленно представляет, что будет, если вся эта конструкция упадёт на него, нервно сглатывает и хватается за гик второй рукой. — Хорошо, теперь разведи ноги на уровне плеч и согни немного колени, вот так, молодец. Не нервничай, всё хорошо. — Я пытаюсь… – Ян нервно улыбается в ответ. — У тебя хорошо получается. Спину выпрями, – рука тренера почти невесомо касается спины, чуть надавливая, чтобы парень выпрямился, – она должна быть ровной, чтобы тебе было удобнее контролировать движение паруса. И немного расслабь мышцы. Чан продолжает объяснять основы: как правильно стоять, как начать с воды, как поднять парус, если он упал, как развернуться и так далее. Чонин думает, что наверное это была плохая идея, ведь всё кажется каким-то пугающим, из-за чего парень сильно нервничает, но тренер внимательно следит за его движениями, поправляет и помогает, и вообще Чан кажется очень добрым и приятным человеком, не говоря уже о том, что он невероятно красив. У него в меру накаченное тело, очаровательные кудрявые волосы, веснушки, покрывающие всё лицо и переходящие на плечи и ключицы. И Чонин пытается не думать, как здорово было бы быть в объятиях этих крепких рук и тонуть в прекрасных карих глазах, в которых плещется столько спокойствия и счастья. Задумавшись, Чонин забывает стоять ровно, из-за чего он, всё ещё держась за гик, начинает падать на спину, что наконец-то возвращает его в реальность. Только вот он не успевает среагировать и спастись от падающего на него полотна и жёсткости песка. Зато успевает Чан. Он быстро откидывает парус в противоположную от парня сторону и подхватывает того под спину. Они вместе опускаются на песок: Чан встаёт на одно колено, Чонин не по своей воле располагается в его руках, а его голова укладывается на колено тренера. Оба молчат, смотря друг другу в глаза. Спустя минуту Чонин всё-таки полностью приходит в себя и встаёт на ноги, извиняясь перед тренером. — Именно по этой причине, когда выходишь в море, все мысли лучше оставлять на берегу, – Чан прочищает горло и тоже поднимается. – Хочешь передохнуть? — Да, было бы здорово, – Чонин садится рядом с доской. Тишину между ними нарушает только шум волн и редкие крики чаек. Освежающий бриз мягко оглаживает лицо и Чонин прикрывает глаза, вдыхая чуть солёный морской воздух. — Ты тут с родителями? – интересуется Чан, смотря на волны, что поочерёдно омывают песчаный берег. — Ага, но они постоянно устраивают свидания. — Ну это здорово, тогда в отношениях всё ещё остаётся романтика. Бытовая жизнь её просто убивает. — Да, я знаю. И я рад, что они могут насладиться отдыхом вместе. Вот только я не знаю, чем себя тут занять. Ну, не знал, – он поворачивается к тренеру и одаривает его мягкой улыбкой. — Ты поэтому решил научиться виндсёрфингу? – Чан по-доброму усмехается. — Именно, – они сидят ещё несколько минут, всматриваясь в горизонт, после чего Чонин встаёт и отряхивает одежду от песка, – продолжим? — Хорошо. Готов попробовать на воде? — Наверное…? — Ты спрашиваешь или утверждаешь? – смеётся Чан. — Не уверен, – он неловко улыбается тренеру. — Ну главное помни, что если падаешь, не надо тянуть парус за собой, иначе потом не поймёшь как из-под него выплыть. — Хорошо, то есть можно его просто откинуть в сторону? — Да, можно и так, – кажется, улыбка никогда не сходит с лица Чана. — А если ветер прекратится? — Тогда просто клади парус на корму, на конец доски, ложись и греби руками, – видя замешательство на лице “ученика”, он хлопает его по плечу, – не беспокойся, я буду рядом если что. — Хорошо, спасибо. — Не забудь надеть спасательный жилет, – кивая на вещь, лежащую всё это время на песке, напоминает Чан, а сам пока прикрепляет плавник и шверт к низу доски. — А, да, – Чонин спешит надеть вещь, ведь хоть он и умеет плавать, подстраховка не помешает. — Дай проверю, – Бан магическим образом оказывается рядом за доли секунды и проверяет, нормально ли затянут жилет. – Хорошо, готово. Чонин не без помощи Чана спускает доску на воду, а затем спускается с пирса сам. Он подтягивается на доске и забирается на неё, после чего поднимает парус, вспоминая все инструкции тренера. — Молодец, теперь немного поверни парус, чтобы поймать ветер, – Ян выполняет указания и чувствует, как парус как будто тяжелеет, а после понимает, что… он плывёт! Ветер развевает волосы парня, а доска под ногам разрезает собой небольшие волны, из-за чего солёная вода мягко касается ног парня. Чонин смотрит себе под ноги, завороженно наблюдая, как быстро он несётся относительно моря, и забывает обо всех проблемах, возвращая взгляд к горизонту. Парня уносит всё дальше и дальше от берега, но он лишь счастливо улыбается, оглядывая водную гладь. Вот теперь он чувствует себя по-настоящему свободным. Но наслаждение свободой заканчивается скольжением по доске из-за попавшей на неё воды, из-за чего Чонин теряет равновесие и падает, успев в последний момент оттолкнуть парус в противоположную сторону. — Чонин, разворачивайся, дальше ветра нет, не сможешь вернуться! – кричит ему Чан, как только Чонин выныривает из морской пучины. Он жмурится и пытается откашляться от солёного привкуса на языке. Придя в себя и вновь обретя способность видеть и дышать, Чонин забирается на доску и, подняв парус и поймав ветер, возвращается ближе к берегу.

***

Чонин теперь приходит на пляж каждый день с яркой улыбкой на лице. После каждой тренировки они с Чаном общаются на всевозможные темы, которые скачут от погоды до обсуждения цикад, которые так громко стрекочут поздним вечером, что бывает сложно уснуть. Днём они оба берут доски, прикрепляют к каждой парус и плавник, после чего вместе наслаждаются приятным ветром, находясь в окружении воды, вдалеке от берега. Или сидят на пирсе, свесив ноги в воду, и просто болтают. Перед ужином они вместе гуляют по пляжу, пока их ноги омывают остывшие к вечеру волны, рассказывая планы на остаток лета. Чан будет работать, а Чонин собирается после возвращения в Сеул встретиться с друзьями, если те тоже уже вернуться в город, а если нет — Ян просто будет целыми днями играть в видеоигры или смотреть сериалы, изредка выбираясь погулять вечером в парке.

***

На пятый день их занятий, Чан торжественно вручает Чонину его лицензию, которая удостоверяет, что он теперь может выходить в море самостоятельно. — Поздравляю, ты отлично поработал! Чан умиротворенно улыбается, смотря на радостного Чонина, рассматривающего лицензию. Спустя мгновение тот поднимает свой восторженный взгляд и кидается на шею Чана, шепча счастливое “спасибоспасибоспасибо”. Чан по-доброму усмехается и обнимает, прижимая ближе к себе. Парни стоят так несколько минут, после чего Чан чуть отстраняется и заглядывает в чужие глаза. — Когда ты улетаешь? — Завтра утром, – Чонин дует губы. Он вообще не хочет уезжать. Не после того, как нашёл здесь прекрасное сокровище в лице Чана. — Не хочешь погулять со мной сегодня вечером? — Это прощальная прогулка друзей или свидание? – по-лисьи хитро улыбается. — А чего хочешь ты? – улыбается в ответ, невесомо поглаживая подушечками пальцев подтянутые бока парня напротив. — Хочу сходить на свидание с тобой, – Ян ярко улыбается, из-за чего его глаза превращаются в полумесяцы, а в грудной клетке Чана разливается тепло. — Тогда буду ждать тебя у вышки спасателя на закате, – Бан чмокает парня в носик и ещё раз крепко обнимает. Слух улавливает негромкие разговоры людей, которые идут на обед, так что Чан уговаривает себя отпустить Чонина, чтобы тот мог пойти встретиться с родителями и поесть. — Тебе лучше пойти покушать, – он мягко гладит чужие волосы и отходит на шаг, отпуская, – уже жду нашего свидания. — И я! Пока? – он нехотя тоже отходит на шаг, всё ещё держась с Чаном за руки. — До свидания, – мягко улыбается и поглаживает большими пальцами тыльные стороны ладоней Чонина. Они стоят так пару минут, а потом Чан мягко подталкивает парня в сторону ресторана отеля. И младшему приходится пойти, но напоследок он ещё раз обнимает Бана.

***

За обедом Чонин гордо показывает родителям свою лицензию, на что получает поздравления. После трапезы семья идёт в номер и начинает предварительно собираться. Чонин нехотя складывает вещи, которые уже не понадобятся, в чемодан, размышляя о том, что будет если сбежать от семьи и остаться здесь, с Чаном. В теории он сможет найти здесь работу, возможно даже в этом отеле. Но, к собственному сожалению, он понимает, что не справится здесь один, да и Чан может жить не в этом городе, и даже не в этой стране. Он же как-то упоминал, что он из Австралии… Наверное, там он и живёт… – грустно вспоминает их недавний разговор, смиряясь с тем, что придётся попрощаться и, вероятно, больше никогда не видеться после их свидания. – Точно! Свидание!! Сколько ещё времени до заката? Чонин смотрит время захода солнца в телефоне и понимает, что у него остался примерно час на сборы. Он быстро принимает душ и высушивает волосы феном, выбирает одежду и, полностью собравшись, кидает родителям “вернусь ближе к ночи”, закрывая за собой дверь номера. Вечерний ветер играется с пушистыми волосами парня, идущего по ещё теплому после жаркого дня песку. Закатное солнце окрашивает всё в жёлто-оранжевые тона, делая всё как будто уютнее. — Привет, – Чан встречает его недалеко от входа на пляж, тепло улыбаясь и раскрывая руки для объятий. — Привет, – Ян подходит ближе и тонет в чужих руках. — У меня небольшой сюрприз. Закроешь глаза? Чонин кивает и прикрывает глаза, чувствуя, как Чан берёт его руки в свои и медленно и аккуратно ведёт его куда-то вперёд. Через несколько минут они останавливаются, Чан встаёт позади Чонина и обнимает его со спины. — Можешь открыть глаза, – шепчет на ухо, и Чонин подчиняется этому приятному и уже полюбившемуся голосу. Перед ним открывается просто очаровательная картина. Чан устроил им пикник на берегу моря. Тонкий плед разложен чуть поодаль от волн, чтобы вода была близко, но не могла их достать. На пледе разложены коробки пиццы, тарелочки с фруктами и вокруг всего этого лежат небольшие камушки и ракушки. Чонин восторженно вздыхает и разворачивается в чужих объятиях. — Нравится? – слегка нервничая, что видно по закушенной губе, спрашивает Чан. — Очень! Это так мило! Мне очень нравится! Спасибо, что устроил такое, – Чонин обнимает парня за шею, шепча на ухо, – это лучше всего, что я мог себе когда-либо представить! Чан счастливо и тихо посмеивается, обнимая парня покрепче и, чуть приподняв его, вертится с ним вокруг своей оси, от чего Чонин ойкает и радостно хихикает. Остановившись, Чан долго смотрит в тёмные глаза напротив и целует в носик, предлагая покушать. Они наслаждаются тягучим сыром на вкусном тесте, наблюдая, как солнце садится за горизонт, а волны продолжают свой бег на берег и обратно. Вечер проходит за разговорами и скромными поцелуями, которые приходятся на лоб, щёки и нос. Свидание проходит просто волшебно, но наступает глубокая ночь, и им пора прощаться. Чан провожает Чонина до его номера и нежно целует в губы, а после долго-долго они смотрят в глаза друг другу, не желая расставаться. — Я бы хотел остаться здесь с тобой навсегда, – шепотом признаётся Ян, держась с Чаном за руки. — Я знаю, я тоже… Но у тебя утром самолёт… – они ненадолго замолкают, позволяя цикадам заполнить всю тишину своим стрекотанием. – Я буду тебе писать, ладно? — Обязательно, и звони мне, одних только сообщений мне будет мало, – дует губы. — Хорошо. Они вновь обнимаются и нехотя отпускают руки друг друга. Чан одаривает его грустной, но от этого не менее нежной улыбкой, и, прошептав “до встречи”, заставляет Чонина вернуться в номер и лечь спать.

***

Спалось Чонину правда плохо, но часа три сна он смог наскрести. Утром родители вместе с ним кладут в чемоданы последние, ранее не собранные, вещи и идут на ресепшн с багажом, чтобы сдать номер и сесть в трансферный автобус. Путь до аэропорта занимает примерно полтора часа, которые Чонин проводит за разглядыванием в последний за этот отпуск раз местности. Солнечные лучи освещают зелень, белые домики и отели, а также тёмно-синюю гладь моря. В аэропорту как всегда довольно душно и много людей, благо — до их вылета осталось не так много времени. Когда начинается регистрация, Чонин как в прострации следует за родителями, проходит через рукав в салон самолёта и не сразу понимает, почему родители идут в другую сторону. — Милый, мы сидим раздельно, помнишь? Всё будет хорошо, скоро увидимся, – обнимая, говорит мама и мягко подталкивает его к стюардессе, чтобы та подсказала ему, куда ему нужно сесть в соответствии с билетом. Его место находится достаточно далеко от родителей — они сидят на несколько рядов впереди него. Кресло рядом с его пустует, что значит только две вещи. Во-первых, человек, вероятно, опоздал на рейс. Но что более важно для самого Яна — во-вторых, он сможет поудобнее устроиться, когда можно будет отстегнуть ремни в середине полёта. Что ж… Просто посплю… Чонин смотрит в окно, наблюдая за тем, как другие самолёты выстраиваются в очередь на взлётную полосу. Парень мысленно уже собрался заранее попросить у стюардесс плед, чтобы сразу после инструктажа по технике безопасности и взлёта уснуть, но тут кто-то оказывается рядом в проходе. — Не против провести этот полёт бок о бок со мной? Чонин застывает на месте, распахнув глаза. “Не может быть” – проносится в голове, но слух вряд ли обманывает. Ян в шоке медленно поворачивает голову. И снова замирает. Однако его удивлённое лицо быстро сменяется яркой улыбкой. — Чан!! – Чонин кидается на парня, крепко обнимая, – я боялся, что больше никогда тебя не увижу вживую… — Не хотел портить сюрприз, но и не ожидал, что мы увидимся ещё до прилёта в Сеул, – по-доброму посмеивается Бан. – Давай присядем, сейчас уже взлетать будем. Они садятся на свои места, пристёгивают ремни и слышат, как стюардессы просят обратить внимание на инструктаж. Чан же может обратить внимание только на то, как крепко схватился за него Чонин. Он сжимает чужую руку в ответ и нежно поглаживает большим пальцем. — Я тебя больше не отпущу, – шепчет почти беззвучно Чонин. — Обещаю, что я никуда от тебя не денусь, – Чан успокаивающе улыбается, приподнимает сплетение их рук и целует тыльную сторону чужой ладони. – Веришь? – и смотрит так, что все сомнения и страхи развеиваются. — Верю.