Frenemy

2172 год. Тренировочная база Альянса.        — Смирно, новобранцы! Джейн поступила в Альянс несколько недель назад, изъявив своё желание стать космопехом и выдержав вступительные тесты — хорошая физподготовка, пробивной характер и достаточно слезливая история позволили попасть с первого раза. Теперь она стояла в строю вместе с последними прибывшими новичками, нервно теребя форменные штаны, и ждала их первую официальную перекличку, после которой можно будет пойти в казарму, где ей будет суждено провести ближайшие недели и месяцы. — Начинаем перекличку! Рой Уитмен, выйти из строя! — Так точно! — пробасили слева. — Мэтью Райнер, из строя! — Так точно! Джейн со скуки разглядывала выходящих вперёд новобранцев, скорее по привычке: у неё была хорошая зрительная память, которая не раз выручала из передряг, коих на Земле на её долю выпало множество. Большую часть людей за те дни, что они вместе кочевали на шаттле от базы к базе до своего пункта назначения, она уже запомнила в лицо, а парочке наименее ей приятных даже успела за дело это самое лицо украсить фирменным хуком справа, пока командиры не видели. Стукачей среди них не нашлось. Это не могло не радовать. — Джейн Шепард, выйти из строя! — Так точно! — она вышагнула вперёд, отдав честь, и вернулась обратно, дождавшись, когда её отметят в списке. —Кай Ленг, из строя. — Так точно, — стоящий рядом с ней парень шагнул вперёд и повторил всё то же самое, пока она украдкой рассматривала его. Кай Ленг, значит… Юноша будто бы выглядел слегка младше остальных парней, а может, просто выделялся своей интересной внешностью с явной примесью азиатской крови, довольно подтянутой фигурой, различимой даже под форменной майкой, и смолисто-чёрными волосами, спадающими до самых плеч и слегка прикрывающими лицо с высокими скулами и резко очерченной линией подбородка. Несколько лет назад Альянс решил в очередной раз повысить градус толерантности и отменил указ, согласно которому всех новобранцев стригли под три миллиметра, чем поспособствовал появлению таких вот индивидов в своих рядах. — Патлатый, а ещё и на лицо какой смазливый, с какой стороны ни глянь — будто с агитационного плаката Альянса, — с удовлетворением отметила про себя Шепард, легонько хрустнув костяшками правой руки и в красках обрисовав себе, как завтра она поправит его нос об пол на тренировке по рукопашному бою. Таких, как он, традиционно не любили такие, как она — выросшие на улице сироты, отчаянные и отчаявшиеся, свыкшиеся с грязью, жестокостью и нищенским прозябанием, испытавшие на своей шкуре всю существующую мерзость, но продолжающие крепко держаться за свою жизнь руками, ногами и зубами. Он же выглядел «гладко», подобно выращенному в любви и ласке домашнему мальчику, изнеженному вниманием и заботой. Интересно, что он здесь забыл? Решил добавить к своему списку военное звание, чтобы девушек было клеить сподручнее? Джейн, кажется, даже фыркнула вслух. Ничего, пусть немного поиграется в настоящего мужика, героя и спасителя человечества. Но это только пока, ведь Шепард всегда выражала своё отношение к окружающим. Надо только выждать подходящий момент. Парень заметил, что его бессовестно рассматривают, и чуть повернулся к ней, отвечая тем же и заодно позволяя лучше себя разглядеть. Деловито и равнодушно прошёлся взглядом по её фигуре от носков до макушки и косо ухмыльнулся, заметив почти поблекший к тому времени крупный синяк на скуле и рассечённую губу с тонкой затягивающейся ранкой — следы на память от главаря её банды, который не особо обрадовался решению Джейн примкнуть к «альянсовским выблядкам, держащим свои жопы в тепле, пока такие, как мы, дохнут с голоду в трущобах». Был и ещё один «автограф» — косой след от ножа под грудью, искусно залеченный и скрытый под майкой, но уж это никому, кроме врача, видеть не полагалось. Шепард ухмыльнулась в ответ, добавив в свой план ещё один пункт — обязательно разбить ему губы, отличающиеся по-женски чувственными чертами и издевательской родинкой. И ещё неплохо было бы выбить ему зуб, а то и два — это определённо добавит шарма конечной картине. Благо зубные импланты сейчас доступные и качественные. Друзей Джейн заводить не собиралась, а вот начать зарабатывать какую-никакую «боевую славу» уже не терпелось. Перекличка закончилась, и она поспешила в казарму — накопленная за день подготовки и ожидания усталость давала о себе знать. В одной казарменной спальне находилось восемь человек, располагавшихся на двухэтажных койках, стоящих близко друг к другу и разделённых лишь тумбочками, но Шепард, привыкшая спать, где попало, на чем попало и как попало, считала это воистину королевскими условиями проживания. Заслышав за спиной свист и улюлюканье, она решила остановиться и глянуть, в чём дело. Мэтью, один из новобранцев, преградил дорогу Ленгу, издевательски оглядывая его сверху вниз. Командиры уже покинули плацдарм, поэтому вмешаться было некому. При всём своём «повышении толерантности», новых директивах, рекламных кампаниях, указах, приказах и прочем – всё осталось по-старому. Выделяющихся из основной массы «забивали» как выступающие гвозди: грубой физической силой. — Сладенький, твоя казарма направо, там, где спят все девочки — он был почти на голову выше и шире в плечах раза в полтора. — Я рад, что ты помнишь, куда тебе идти, но я-то тут при чём? — юноша наблюдал за ним, чуть склонив набок голову. — А при том, что ты мне не нравишься. Шепард даже ощутила укол некой ревности — добыча на глазах уплывала у неё из рук. — Ты мне тоже. Только вот в моём случае всё дело в гетеросексуальной ориентации, а в твоём… — голос у него стал обманчиво вкрадчивым. Мэтью простоял несколько секунд, осмысляя фразу. — Он сказал, что ты по мужикам, Мэтти, — услужливо подсказала Шепард, скрестив на груди руки и предвкушая зрелище. Для кого-то в их дни такое оскорблением вовсе и не было. Но не для Мэтью Райнера. Не то, что бы ей нравился этот безмозглый верзила, они даже вроде нашли общий язык, но патлач почему-то сейчас вызывал в ней куда меньше симпатии. Вокруг понемногу собирались зеваки и уже начинали делать ставки на то, через сколько ударов Ленг запросит о пощаде, если, конечно, ещё будет в состоянии говорить, кто-то сердито кричал, что сейчас позовёт командира. — Слушай-ка сюда, гривастый… — Мэтт вцепился ему в плечо. — Это ты слушай. Прикуси язык и свали с дороги, пока я не указал тебе место, — Ленг выдержал его взгляд с абсолютным хладнокровием, — Не того ты выбрал, чтобы упражняться в построении армейской иерархии. — Чего?.. Да пошёл ты... Что произошло дальше, Джейн не смогла бы полноценно описать при всём старании. И дело было даже не в слове «иерархия», которая она бы на тот момент не смогла написать без ошибок. Ленг просто схватил лежащую на его плече руку Мэтью, с хрустом дёрнув пару фаланг, отчего тот взвыл от боли, а в следующий момент уже очутился на земле, сопровождаемый треском перебитого кулаком локтевого сустава, после чего лишь глухо всхлипнул, получив в завершение удар ногой в живот и отчаянно хватая ртом воздух. Юноша отошёл в сторону, созерцая результат своей молниеносной работы. Мэтью катался по земле, изображая выброшенную на берег рыбу, и вовсе не брутально стеная от боли. — Такие как ты — это просто позор человечества перед всей Галактикой. Надеюсь, тебя не допустят до службы, — он одёрнул майку и пошёл в сторону казармы, одарив Шепард на прощание выразительным и многообещающим взглядом за её комментарий. Он бросал вызов. Шепард знала наверняка. Ну, по крайней мере надеялась на это. Она задумчиво прикусила нижнюю губу, глядя ему вслед. Конечно, она его принимала. Желание оказаться с ним лицом к лицу стало почти навязчивым.

***

Ждать пришлось недолго. Через несколько дней у них была тренировка по рукопашному бою, и инструктор ставил их в пары для отработки ударов. — Томпсон и Райнер, Альварез и Вуд, Даут и, скажем… Уитмен. Шепард и… — инструктор задумчиво обвёл новобранцев взглядом. Джейн наслаждалась эффектом, произведённым её фамилией. За то время, что она тут провела до окончательного прибытия всех новобранцев, развлекаясь спаррингами под надзором инструктора, ей уже удалось снискать себе славу соперницы, с которой лучше не связываться. Каждый из тех, кого ставили против неё, неизменно посещал медчасть после тренировки. Годы, проведённые на улице, дали свои полезные плоды, научив постоять за себя, имея в распоряжении лишь кулаки. Дралась она не очень технично и эффектно, но эффективно. — Я хочу, сэр, — прервал размышления инструктора Ленг. Джейн мрачно усмехнулась — жертва сама шла в руки, даже провоцировать не пришлось. Ей на миг показалось, что ожидающие распределения облегчённо выдохнули. — Вот и славненько, похвальная инициатива. Шепард и Ленг. Они молча встали друг напротив друга, вновь бегло обменявшись взглядами. — Я не тупица Мэтт, и я не буду болтать попусту, — предупредила Шепард, приняв боевую стойку. — Уже болтаешь, — Ленг издевательски улыбнулся одним уголком губ, сосредоточенно глядя на неё. А потом они закрутились в вихре ударов и уклонений. Шепард отступала, стараясь улучить момент для контратаки, Ленг не давал ей возможности перехватить инициативу, задав темп с первой же секунды боя. На те удары, которые они вроде как должны были отрабатывать, им стало очень быстро наплевать, и они переключились на то, что умели. А умели они многое. Ленг был хорош. Без сомнения. Быстр, агрессивен, но осторожен и не лез на рожон, кружа вокруг и пытаясь понять, где Шепард наиболее уязвима. Спустя несколько минут напряженных и бесполезных атак, Джейн решила, что пора заканчивать детские игры и переходить к решительным действиям, отвоёвывая инициативу. — Ты неплохо держишься для женоподобного мальчика, — она стремительно перехватила его руку за запястье, намереваясь сломать её одним точным ударом, даже если придётся понести наказание после этого. — Ты медленная, — он вывернулся с невероятной гибкостью, перехватил её руки, дёрнул на себя, нанеся быстрый удар коленом в живот, а затем легко подхватил её, развернув головой вниз, и швырнул на пол, — и держишься слишком плохо для мужеподобной девочки. — Остроумием не блещешь, — Шепард рывком вскочила на ноги, восстанавливая дыхание, и разрывая дистанцию между ними. Спина неприятно саднила. — Сам напросился. Пространство вокруг стремительно освобождалось. Даже инструктор отступил, напряженно наблюдая со стороны и явно удерживаясь от того, чтобы вмешаться. Джейн решительно бросилась вперёд, несколько раз со всей силы нанеся удары ногой и целясь в голову соперника, один из ударов он блокировал рукой и на миг потерял равновесие. Этого было достаточно, чтобы Шепард молнией метнулась к нему и продемонстрировала хук справа, который однако прошёл вскользь, а затем вновь отпрыгнула назад, уворачиваясь от захвата. — Что, подпортила тебе личико? — едко спросила она, представляя, что у него завтра скорее всего всё-таки будет синяк на скуле. — Всяко буду краше тебя, — он попытался зайти ей за спину, стремительно передвигаясь и совершая ложные выпады. — Только рожей, видимо, похвастаться и можешь. Они обменялись серией ударов и блоков. Ленг попытался атаковать напролом и сбить Шепард с ног, она в свою очередь увернулась, подарив Каю на прощание чувствительный удар кулаком в бок, поморщившись от неприятного ощущения, когда костяшки пальцев встретились с его рёбрами. И внезапно Шепард поняла, что то, что он демонстрировал ей, было лишь разминкой и нащупыванием брешей в обороне. А может, она просто наконец-то вывела его из себя. Он в несколько шагов очутился у неё перед носом, блокировал атаку, обхватил её запястья и зашел за спину, а затем ловким движением подсёк ей ноги болезненным ударом под колени и вжал в пол, скрутив ей руки и вывернув кисти почти до хруста. Джейн сплюнула кровь, она сильно ударилась подбородком после падения, хоть мат и ощутимо смягчил удар. Если бы бой происходил на голом полу, то она не отделалась бы так легко. — Стоп! Хватит с вас на сегодня, свободны, — инструктор завис над ними, разглядывая живописную композицию. Ленг неохотно отпустил Шепард, развернулся и не глядя пошёл к выходу. — Шепард… сходила бы ты в медчасть, — заключил инструктор, окинув взглядом её лицо. Джейн мысленно выругалась, смахнула кровь тыльной стороной ладони, отметив, что хоть кто-то из них сегодня ушёл с разбитой губой, и пообещала себе, что последний раз в своей жизни пережила такое унижение. Пора было строить планы посерьёзнее.

***

– Слушай, давай вместе выдадим Ленгу пиздюлей? – Э… М? – встрепенулась Джейн, отвлекаясь от учебного пособия по устройству штурмовой винтовки. Мэтью Райнер так незаметно, как это вообще было возможно, учитывая его двухметровый рост, подсел к ней перед самым началом теорзанятия, пока аудитория гудела как пчелиный улей. – Пиздюлей. Ленгу. А то чё он, а? – полушепотом спросил он. – А чё он? – в тон ему шёпотом поинтересовалась Шепард. – Ну, вытворил со мной своё сраное самурайское кунг-фу, потом тебя отделал, а теперь из их комнаты съехал Джорджи. Джейн сморщилась, будто откусила кусок лимона. Уязвлённая гордость кошкой заскреблась на душе. – Но-но, он меня не отделал. – Ага да. Ты ему просто по-приятельски уступила. – Слушай… – опасно сузив глаза, начала Джейн. – Да всё-всё. Забыли. Никто не отделал никого. Но знаешь, неужели у тебя нету вот такого маленького символического желания дать ему по роже? – заговорщически начал Райнер издалека. Устало вздохнув, Шепард отложила учебное пособие в сторону и краем глаза заметила, как Ленг искоса глядит на них с соседнего ряда. – Допустим, если оно даже и есть, то что? Будем караулить его в туалете с мокрым полотенцем наготове? Намажем ему трусы разогревающей мазью? Окружим и будем пинать по очереди? И вообще, что там с Джорджи, кстати?.. Шепард сбилась с своего пламенного монолога, вспоминая, кто это такой. Джордж Вуд ничего плохого ей не делал. Обычный парень, который не ввязывался в конфликты, держался компании ребят типа Мэттью и внимания к своей скромной персоне особо не привлекал. Райнер мельком покосился на Ленга и доверительно наклонился к ней. – Говорят, они с Ленгом сцепились на почве ксеносов, а два дня спустя Джорджи попросил перевести его жить в другую комнату по причине каких-то там разногласий. – И что с того? – фыркнула Шепард, – Посрались, бывает. А Вуд хорош, конечно. Далеко с такой манерой решать проблемы пойдет, весело ему придется. – Думаешь, из-за того, что посрались? Да он даже слова не говорит о том, что было, думаю этот ниндзя его запугал. Словно ощущая, что обсуждают его, Ленг уже откровенно сел вполоборота к ним, заинтересованно глядя на Джейн и накручивая на палец шнурок от худи. – Думаешь или уверен? – не отрывая взгляда от их потенциальной жертвы поинтересовалась Шепард. – Да какая нахрен разница? Думаю, что уверен, – пробубнил в ответ Мэтью. Ленг вопросительно приподнял бровь, подыгрывая ей в гляделки. На этот раз в его взгляде не было вызова, только любопытство и… Джейн вспомнила, как когда-то от скуки смотрела в экстранете передачи про диких животных из тех времен, когда они ещё в большинстве своем жили на воле в дикой природе. Тигр в зарослях высокой сухой травы выслеживал бородавочника. Его яркая полосатая шкура, которая казалась такой нелепой маскировкой, внезапно растворилась без остатка среди колышущихся золотистых травинок, пока он подкрадывался ближе к жертве. Сейчас она чувствовала себя бородавочником, на которого с холодным расчетом глядят из опаленной зноем травы два жёлтых глаза, прикидывая, как быстрее всего перегрызть ей горло. Вот только она не планировала становиться жертвой. Ничего, хищники тоже как-то уживаются, главное поделить территорию. – А я думаю, что Джордж – ссыкло, а ты можешь свою самооценку и сам поднять без моей помощи, – жестче, чем планировала, ответила Шепард. – То есть, ты пас? – разочарованно поинтересовался Райнер. – То есть, я ни с кем против кого-то альянсов не заключаю. Видишь ли, Мэтт, я одиночка, мне свои дела делать самой проще, себе я как-то больше доверяю. – Как знаешь, – коротко ответил Райнер, издав напоследок раздраженное «пфф» и ретировавшись с места, поскольку в аудиторию как раз вошел инструктор. В тот же момент её висок перестал просверливать цепкий хищный взгляд.

***

— Я вижу, что не нравлюсь тебе. Почему? — Ленг сел рядом с ней в столовой, звучно стукнув подносом по столу. Другие сокурсники рассредоточились за столами небольшими компаниями, Шепард их сторонилась, в своём маленьком мирке ей было комфортно, друзей заводить она не планировала. Ленг, судя по всему, тоже, ведь он всегда сидел один. Никогда не брал сахар к чаю или кофе, но был неравнодушен к сладким хлопьям на завтрак. Почти не сидел в экстранете за обедом, но всегда – за ужином. Был пунктуален. Не нарушал очередь. Мало говорил. Следил за собой. Одинаково зачёсывал и затягивал в хвост волосы. Всегда пользовался одним и тем же дезодорантом. За дни, минувшие с их столкновения на спарринге, Джейн узнала о нём больше, чем хотела бы. Или она хотела?.. Зачем она безостановочно в фоновом режиме подмечала все его привычки и повадки? Для себя она решила, что просто открыла сезон охоты на тигра. — А с какого, собственно, хрена ты должен мне нравиться? — ответила вопросом на вопрос Джейн, спохватившись, что слишком тянет с ответом, методично размазывая остатки зелёного пюре неизвестного происхождения по тарелке. — Не должен. Но смотришь так, будто хочешь сожрать мою печень и держишься так, будто у тебя ко мне личные счёты. — И они будут, если ты не отвалишь от меня. Я тут обедаю вообще-то. — Я подожду. И Ленг принялся с энтузиазмом шуршать протеиновым батончиком, мастерски игнорируя леденящий душу взгляд Шепард. Несколько минут они молчали, сосредоточенно работая челюстями. Зелёное пюре отдавало на вкус капустой и почему-то рыбой. Аппетит и самообладание стремились к нулю. — Ты… странный, другой, по-плохому странный, — нарушила тишину Джейн с трудом подобрав эпитет, — ты вызываешь у меня неприязнь, потому что ты — это ты. Остановимся на этом. Хорошо? — Ставишь категоричные диагнозы незнакомым людям? — Я редко ошибаюсь в людях. Поэтому ещё жива. – Так редко ошибаешься, что решила дружить против меня с Райнером? – елейным голосом протянул Ленг. – Я не дружу с Райнером. Я ни с кем не дружу, если ты не заметил. – Что же вы курлыкаете у меня за спиной как два голубка? – Вселенная не вращается вокруг тебя. По крайней мере, галактика Млечный Путь уж хотя бы точно. А что касается остального – так я не стесняюсь решать проблемы своими руками, не раз уже пачкала, – демонстративно пожала плечами Шепард, пытаясь собрать размазанное по тарелке в форму, напоминающую руку с оттопыренным средним пальцем. — Вот как? Ну, раз ты так проницательна, так поведай же правду обо мне, — Ленг чуть наклонился к ней. — Самовлюблённый. Считаешь, что ты лучше других, умнее других, ловчее других. А ещё подозреваю, что у тебя нихрена нет тормозов, и ты адреналиновый маньяк, ни к чему хорошему такое не приводит. Я много таких ребят повидала. Парочку из них похоронила. Не переходи мне никогда дорогу, и мы, в целом, поладим, — Шепард встала и забрала поднос, намереваясь уйти, — Ты тот ещё тип. — Какой тип? — Не мой тип. — Ты мне льстишь. Всё потому, что я и впрямь оказался лучше? Уязвлённое самолюбие? А может, я тебе не нравлюсь, потому что мы в чём-то похожи? — Ты ничем не лучше. И мы не похожи. И не говори со мной больше. И не подходи. — А как же десерт? — поинтересовался юноша. — Сыта по горло, — Джейн кинула ему батончик. — Наслаждайся. Ленг поймал его без труда и ухмыльнулся. — Это была очень милая подачка, но от меня ты подачек не дождёшься, — догнал её оклик. Шепард сердито повела плечом и ускорила шаг.

***

За последующие недели она сполна сумела убедиться, что отстоять свою поруганную честь в спарринге ей будет нелегко. Они пересекались трижды, но каждый раз Ленг оказывался на шаг впереди, Шепард же под конец боя неизменно оказывалась прижатой к полу и собирала лицом грязь с матов. Она собирала и разбирала снайперскую винтовку и пистолет быстрее всех. Он филигранно метал уни-ножи и бросал гранаты точно в цель. Она финишировала первой в забеге среди девушек. Он – среди парней. Впрочем, на сегодняшней тренировке по стрельбе она оказалась в лидерах, оставив Кая хоть и не далеко, но позади. Её результат был — 83 попадания из 100, а его — 78. Приободрённая первым неопровержимым успехом, Джейн решила посвятить поздний вечер тренировке в спортзале, тем более что рукопашного боя в этот день не было, а тело отчаянно требовало физической нагрузки. Однако она не была одинока в своём стремлении – дверь была разблокирована и ненавязчиво моргала зелёным. Судя по тому, что в спортзале горел лишь дежурный светильник, посетитель не хотел привлечь излишнее внимание к своей персоне, ведь уже объявили отбой, а это значило, что непрошеный гость был не из числа инструкторов. Спасало лишь то, что никто никогда не патрулировал залы, ведь кому из новобранцев придёт в голову идти тренироваться ещё после напряжённого дня? Кроме разве что Шепард и…? Джейн подкралась к двери, стараясь не шуметь, и опасливо заглянула в окно, укрываясь в тени. Как только она разглядела позднего посетителя — впилась ногтями в ладони, чтобы не выдать своего присутствия злобным шипением. Там был Ленг. И он был совершенно увлечён своими подтягиваниями на перекладине, демонстрируя напряжённую работу бицепсов и трицепсов. Шепард уже хотела было выйти из тени и предложить ему свалить из зала куда подальше во избежание неприятностей в своём лице, но тут он мягко спрыгнул на пол и одним рывком стянул через голову майку, дав Джейн возможность удостовериться, что и там у него всё в более чем полном порядке с точки зрения физподготовки. Отбросив майку, он начал отжиматься, коротко и сильно выдыхая в такт движениями и изредка откидывая со лба упавшие пряди, выбившиеся из туго стянутых в хвост волос. Шепард так и стояла в нерешительности до тех самых пор, пока он не закончил отжимания, борясь с противоречивыми чувствами: с одной стороны ей хотелось войти и подпортить ему настроение, а с другой — уйти, ведь испортить настроение мог и он. Кай, саркастично ухмыльнувшись, вдруг посмотрел ровно туда, где она стояла, а затем встал с пола и рукой указал на дверь. Решив не тянуть ханара за щупальца, Шепард вошла в зал и встала, скрестив руки на груди и с вызовом глядя ему в глаза. — Дышишь как волус-астматик, Джейн. Даже за закрытой дверью слышно. Хватит уже подглядывать, это неприлично, родители не научили? — Было бы на что посмотреть. Ленг скептично фыркнул и отвернулся, подхватывая со скамейки полотенце и вытирая пот. — Значит, ты пялилась на меня из своего тёмного уголка всё это время из отвращения? — он демонстративно встал к ней вполоборота, вытирая грудь и плечи. — Угу, всё пытаюсь запомнить, как выглядит твоя рожа. Постоянно пугаюсь, когда вижу тебя, путаю с батарианцем, приходится считать, сколько у тебя глаз, — Джейн с усилием перевела взгляд ему на лицо, с удовольствием отметив, как он зло сощурился при упоминании ксеноса, видимо, Райнер был всё-таки прав насчёт Джорджи, — Устроил тут дешевый стриптиз и ждешь моего восхищения? Или думаешь, что я буду тебе кредиты перечислять за это средненькое шоу как какой-нибудь танцовщице азари? — У меня есть предложение, — он резко пошёл к ней, и она едва не сделала позорный шаг назад от неожиданности. — Нет, я не хочу смотреть твой приватный танец, пожалуйста, оденься, — она постаралась придать голосу как можно больше ехидства, чтобы скрыть внезапное для неё самой смущение от его близкого присутствия. — Выдаёшь желаемое за действительное? Оставь свои фантазии при себе. Шепард хотела что-нибудь возразить, но он решительно перебил её: — Не хочешь попробовать свои силы против меня в реальном поединке? Джейн задумчиво огляделась — зал стал бы отличным местом для таких дел, особенно сейчас, когда вокруг не было ни души. — Один на один, без няньки-инструктора, который будет утирать твои сопли, без ограничений и без матов, в которые ты так горячо любишь зарываться носом, — он отвёл за ухо выбившуюся прядь и взглянул ей в глаза. — Ты выдохся после тренировки — это будет слишком легко и скучно, — возразила она, игнорируя его выпад. — Тем унизительней будет твоё поражение. Ну же… — он подошел ещё ближе, почти столкнувшись с ней нос к носу. От него исходил жар, либо же фантазия Джейн просто дорисовала это ощущение, цепляясь за его голый рельефный торс, находящийся в опасной близости. — В другой раз. Я хочу потренироваться, мне не до тебя, Ленг, — она оттолкнула его плечом и прошла мимо. — Какой прогресс, наконец-то запомнила мою фамилию. Ещё пару раз полежишь подо мной на тренировке, и, глядишь, начнешь по имени обращаться. Может, даже научишься вежливости. Она проигнорировала его и молча начала выполнять растяжку. — Я бываю здесь по воскресеньям, вторникам и пятницам через полчаса после отбоя, — мимоходом заметил он, подобрал майку и вышел из зала, спешно одеваясь на ходу. Шепард тяжело вздохнула и на всякий случай заблокировала дверь, размышляя о том, какого же чёрта она, дитя преступных кварталов, впервые в жизни краснеет, и так резко сдаёт позиции невесть перед кем, и даже не может ответить что-то достаточно оскорбительное.

***

– … просто отшил меня как будто я какая-то назойливая малолетка, представляете, какой козел? - сочащийся ядом голос Оды был первым, что Шепард услышала, вернувшись в комнату после душа. Остальные её шесть соседок сидели вокруг кровати негодующей девушки с сочувственными выражениями лиц и согласно кивали. Не обращая на них особого внимания, Джейн прошла к своей койке и начала расстилать постель. Только что объявили отбой, и она планировала зависнуть на полчаса в экстранете, пока не начнут слипаться глаза. – Даже не постарался быть вежливым или сделать вид, что ему не всё равно! У меня такой большой выбор, за мной столько парней бегают, я сама проявила инициативу, а он просто ухмыльнулся! Любовные переживания соседок были ей мало интересны. Шепард знала, зачем она прибыла на базу и чего хочет добиться, а стремление некоторых новобранцев параллельно устраивать свою личную жизнь были ей малопонятны. И как только сил и времени на какие-то страсти хватает? Хотя на миг ей даже стало любопытно, кто так сильно вывел из себя одну из их первых красавиц – Оду Ользон. Чистокровная скандинавка Ода представляла собой воплощенную мечту большинства парней: высокая, стройная, голубоглазая натуральная блондинка с правильными чертами лица. Ещё и необделённая мозгами. Ей бы и впрямь мало кто отказал. – Сраный Ленг, – сквозь зубы вздохнула Ользон, а затем, заметив Шепард, почему-то вперилась в неё взглядом. Вздрогнув от набившей оскомину фамилии, Джейн на всякий случай обернулась, чтобы убедиться, что за спиной у неё никого нет, и Ода действительно смотрит на неё. – Что? – не выдержав, спросила она. В последнее время этот непрошеный гость слишком часто лез в её жизнь, видимо, теперь и с помощью других людей. – А то ты не знаешь? – скептически изогнула бровь Ода, подойдя поближе и возвышаясь над сидящей Шепард как смертоносный айсберг. – Знала бы, так и не спрашивала бы, – стойко выдержав пылающий взгляд Оды, ответила она. Соседки по комнате быстро сменили локацию, окружив их с Ользон и ожидая зрелищ. – Мы с Каем сегодня общались и заговорили о личной жизни, ну и… зацепились языками. Фигурально, – подчеркнула она, когда-то кто-то из девушек издевательски хихикнула, – а потом я поинтересовалась… свободен ли он на следующий вечер… Ода нервно накрутила светлую прядь на палец, видимо, обдумывая, как пересказать всё наименее эмоционально. Её почти идеальные губы сжались в нитку. – Ты знаешь, если тебе неприятно, то тебе необязательно рассказывать, – доверительно сообщила ей Джейн, мягко намекая на то, что ей в принципе тоже всё равно, – веришь или нет, но мне довольно глубоко плевать на Ленга и всё, что он говорит и делает, как и на факт, что он существует вообще. – Вот как? – скривилась соседка, – Тогда почему он сказал, что единственная, для кого он свободен – это ты? – А-а-а… – глубокомысленно протянула Шепард, – может, ты что-то не так поняла? – Ода, всё, что я могу сказать тебе насчёт твоего предложения, так это то, что единственная, для кого мои вечера, а точнее вечера воскресенья, вторника и пятницы всегда свободны – это Джейн Шепард, но она, видимо, так боится того, что произойдет между нами, и так стесняется своей неопытности, что никак не может решиться. Это его почти дословная цитата. Ода попыталась сказать это как можно нейтральнее, лишь раздувающиеся ноздри выдавали её раздражение, но Джейн прекрасно представляла себе, каким тоном это мог сказать Ленг. – Фу, зачем он так сразу открыто сказал, что вы с ним спите? – удивилась одна из соседок, Кармен Альварез. – Мы с ним не спим! – с максимальной концентрацией ноток металла в голосе возразила Шепард, – Это просто его очередная… пакость, чтобы вывести меня из себя, – витиевато махнула рукой она, силясь подобрать слово. – То-то вы с ним в столовой вдали от остальных посиживаете, – продолжала наседать Альварез. – Это было один раз, – демонстративно закатила глаза Джейн, пожалев, что физически не может закатить их ещё дальше, желательно в такую даль, в которой ей бы никогда не пришлось видеть Ленга. – Ну-ну, у всех бывает… первый раз, – прыснула другая соседка, Далера Уилкс. Живая мимика Далеры за эти несколько минут успела смениться от показательно сострадательной до торжествующе ехидной. – Слушай, Джейн, мне-то в принципе плевать, спите вы или нет, врёт он или нет, но чисто из вежливости можно было сказать, что у тебя на него виды, ну или у него на тебя, ну или что-то типа того, чтобы я не выставляла себя такой дурочкой перед ним… – внезапно сникла Ользон. Соседки в очередной раз согласно закивали, с укором глядя на Шепард. – Хорошо, думайте, что хотите, если вы уже сами себе всё придумали и решили, – примирительно подняла руки Шепард, – а я – спать, чего и вам желаю. Ни один мужик не стоит того, чтобы портить себе настроение. Устраивать разборки в комнате ей абсолютно не хотелось, она и так привлекла к себе слишком много ненужного внимания с самого начала. Отстаивать свою «поруганную невинность», с которой она уже рассталась, тоже было лень. Да и к Ользон и прочим девушкам она никакого негатива не питала, а вот к Ленгу… Когда все закончили шептаться и утешать Оду и улеглись спать, то в темноте Джейн ещё долго думала о его предложении, силясь понять, почему ей так… волнительно? И как один человек может так легко выводить её из себя?

***

Её терпения хватило меньше чем на месяц, в течение которого Ленг то и дело перехватывал её взгляд на теоретических занятиях, где они разбирали устройство и разновидности огнестрельного оружия, и издевательски ухмылялся. На практике рукопашного боя он демонстративно набивался в пару с кем угодно, кроме неё, а когда инструктор всё-таки поставил их друг против друга — правдоподобно прикинулся травмированным и отправился в медчасть, лукаво взглянув ей в глаза напоследок. И всё это в окружении торжествующих а-мы-же-говорили лиц её соседок, которые встречали каждую такую сцену как новую серию какой-то мыльной космооперы. Она ненавидела его издевательский взгляд, его ироничную ухмылку и совсем уж невыносимую родинку над губой. Шепард не отдавала себе отчёта в своих действиях. Она избегала его, но уже дважды порывалась пойти в тот самый зал после отбоя, а в самый последний момент разворачивалась и возвращалась в казарму. Ей не было страшно получить травму, не страшно испытывать боль — в своё время она насмотрелась всякого в грязных закоулках мегаполиса, где росла, а однажды ей пришлось тащиться почти три квартала до госпиталя с простреленным в очередной заварушке плечом, наспех забинтовав его чем под руку попало, и истекать кровью, пугая поздних прохожих. Джейн была не в худшей форме, и их шансы были приблизительно равны, но её останавливало совсем другое — страх остаться один на один. То, что творилось у неё в голове в присутствии Кая, было странным и непривычным. Нет, это не было какой-нибудь там глубокой симпатией и уж тем более любовью с первого взгляда, ни один влюблённый человек не будет мечтать о том, чтобы дать по лицу своему объекту воздыхания. Это была некая довольно мотивированная неприязнь, помноженная на уязвлённое самолюбие и пикантно приправленная острым интересом. Физическим, чего уж тут стыдиться, тоже. Интересом, возникшим настолько неожиданно, что Джейн, которая эту сторону своей личности особо не признавала, не переставала удивляться самой себе. Тот факт, что его имя постоянно фигурировало в списке «Топ-10 крашей нашей базы», который пересылался с одного датапада на другой среди обитательниц женской казармы, никак не помогал избавиться от лишних мыслей. Она не понимала Ленга. И каким-то шестым чувством ощущала, что сможет понять его, как и он её, если захочет. Один из немногих. Ей доводилось сталкиваться либо с хорошими людьми, либо с отпетыми ублюдками (чаще всего со вторыми). Кай же, в её представлении, был неким жёстким и прямолинейным ублюдком, который выворачивал всё так, как ему удобно, но мог казаться очень хорошим мальчиком, когда ему это сулило выгоду, а оттого был куда более интригующим. И… в конце концов, она особо не общалась ни с кем, кроме него, если это даже можно было назвать общением. Джейн до одури хотелось узнать, где он научился так драться и почему поступил в Альянс. Он был одним сплошным «почему», завёрнутым в свою внешность, как в блестящую обёртку. Ей дьявольски хотелось разорвать всю эту напускную мишуру и увидеть, что же внутри. Она знала, что не пожалеет. Содержание обещало быть интересным. И тогда она, подгоняемая той мыслью, что всё равно их подготовительная служба вскоре окончится, а пути разойдутся, и тогда свою тайну Ленг унесёт куда-нибудь на другой конец галактики, решилась.