Сердце замерзшего солнца

После смерти мамы все перевернулось с ног на голову. Отец не видит своих детей, не замечает, не интересуется ими. Даже сложно называть его отцом, а папой и подавно. Нет больше тех прежних жизнерадостных Оли и Димы. Нет больше семьи. Нет радости и спокойствия в доме. Нет близкого человека. Нет мамы. - Дим..- Оля приоткрывает дверь в комнату старшего брата. Очень боится. Он не спит, от этого не легче. Серые глаза смотрят прямо в её, такие же серые, один в один, только зарёванные. Брат тоже плачет, но реже. В его глазах отражаются изображения на телевизоре, который он смотрит без звука, не понятно, то-ли от того, что ночь, то-ли от того, что боится разбудить отца, - а..а пойдём погуляем..? Спрашивать в ответ "чего не спишь?" было бы очень глупо, ведь Дима всё прекрасно понимает. Конечно, он пойдёт с ней куда угодно, пусть и в три часа ночи, не желая оставлять её одну, ведь они оба потеряли, а значит оба и пройдут это. Вместе. Он кивает, вставая с кровати, быстро выключая телевизор. Подходит, обнимает ее своими холодными бледными руками, целует чернявую макушку искусанными губами, которые отдают тупой болью от каждого движения. Под руками брата хрупкое тело Оли, кажется, может в любой момент сломаться, держи он её так крепко. Обнимает, целует и уводит в коридор, приобнимая за плечо. Проходя у комнаты отца, брат с сестрой замедляют шаг и прислушиваются. Это уже вошло в привычку, мало ли что, перестраховаться надо. Убедившись, что "глава семейства" спит они накидывают куртки, залезают в обувь и выходят из квартиры так тихо, как это только возможно. И так почти весь год. Они словно в петле, в которой все происходит по одному и тому же сценарию. Они вновь и вновь сидят на лавочке перед соседним подъездом, курят одну сигарету на двоих и молчат. Сегодня что-то пошло не так.. - Дим..я так больше не могу, - Оля не знает, что хочет от него услышать, ведь такое сказала ему первый раз. Ответ последовал сразу, как будто Дима репетировал его каждый день, каждую минуту. - Так давай уедем отсюда, - сказал так, будто это может как-то осуществиться. Да его невозмутимости только позавидовать! - у нас вон, велосипед есть, - он оборачивается через левое плечо и кивает в сторону их подъезда. Там стоит тот самый велосипед, который имеет ввиду Дима. То-ли он никому не нужен, то-ли люди благоразумны, но транспорт до сих пор там стоит. Сложно было сказать, что он надёжно привязан цепью. - Угу, - Оля восприняла это как шутку, хоть и зналп, что с таким выражением лица и интонацией брат всегда серьёзен, - и чемодан с деньгами, большой такой. Это был первый раз за год, когда они вместе над чем-то посмеялись. Хоть и не в полный голос, зато искренне. Неужели всё начинает налаживаться..? Утром их разбудили разгневанные крики отца, доносящиеся с кухни. Оля немного поворочилась в кровати, прежде чем окончательно проснуться. Она тихонько встала и прошла к Диме в комнату. Тот неподвижно сидел на кровати и прожигал взглядом стену. Заметив Олю, он слегка дернулся от неожиданности. - Доброе утро. Только что проснулась? Получив в ответ кивок, Дима похлопал рукой рядом с собой, как бы приглашая сесть, а сам повернулся, оказываясь напротив. Оля, еле передвигая худощавыми ногами, устроилась рядом с братом. - Как я понял, он разговаривает по телефону, - Дима говорит в пол голоса, чтобы никому кроме них двоих не было слышно, - и, его, похоже, уволили. - Как? Ты точно уверен? А как же мы будем..ни ты, ни я не работаем, а он то точно не будет сразу искать работу, пропьёт последние и..- голос дрожал, если Оля продолжит говорить, то наверняка случится истерика, а там и отец придёт. - Тише..- Дима обнимает её и тянет к себе, - придумаем что-нибудь. Оля тихо всхлипывает и утыкается ему в грудь. Она не представляет, что можно придумать и начинает задумываться о подработке. Любой, главное, чтобы им было на что жить. - Я найду работу, можем и тебе найти. Посмотрим, давай пока подождём, как дальше себя будет вести отец, - сестра слегка кивает и крепче прижимается к брату. Он лишь опирается подбородком о её макушку и поглаживает по голове. Крики прекратились, послышались тяжёлые шаги в сторону комнаты Димы. Оба напряглись, выжидая, что же сейчас произойдёт. В дверном проёме показалась сгорбленная фигура отца. Смерив детей гневным взглядом он сообщил. - Меня уволили, - видя то, в каком состоянии Оля он недовольно фыркнул и вышел из комнаты, хлопнув дверью, и оставляя после себя напряжённость. Через пару секунд раздаётся приглушённый, но не менее сильный хлопок уже дверью в комнату отца. В комнате Димы повисла тишина. Даже всхлипов Оли было не слышно. - И..и что теперь..? - заикаясь спрашивает Оля, будто бы у брата есть план на все случаи жизни. Дима сам в растерянности, хоть и понимает, что это рано или поздно произошло бы, зная образ жизни отца и то, как он относится к работе. Не смотря на это брат остаётся невозмутим. - Смотрим, пока что смотрим, - успокаивает он Олю, - Я принесу тебе воды, есть не хочешь? Можем чай попить. - Принеси воды, пожалуйста, у меня нет аппетита..- уже не заикаясь, просит сестра. В ответ Дима кивает и спешит на кухню. Через небольшой промежуток времени он заходит со стаканом воды и тихонько, чтобы не пролить, закрывает ногой дверь. Протягивает воду Оле, присаживаясь рядом с ней. - Спасибо, - сестра кивает и тянется за стаканом. Выпив примерно половину, она ставит его рядом на тумбочку. Оля не привыкла так рано вставать, время было что-то около семи утра, поэтому её клонило в сон. И вот она уже сопит на подушке брата. У Оли были проблемы со сном, она спала очень долго, во сколько бы не ложилась, она могла проспать больше десяти часов, что не скажешь о Диме. Он мог проспать от силы часа два, а то и вовсе не спать. Оля проспала около пяти часов. В это время Дима то просто сидел, то смотрел телевизор без звука, иногда уходил на кухню покушать или попить чай. Подработку он искать не спешил, Дима не мог думать ни о чем другом кроме того, что с ними будет дальше. Было около двенадцати часов дня, Оля потихоньку просыпалась, а Дима сидел с ней рядом. Заметив шуршание рядом с собой он обернулся. - Проснулась? - Дима улыбнулся и потрепал Олю по голове. В ответ получил неуверенный кивок. Сестра зевнула и протёрла глаза, - Ну хорошо, - он слегка улыбнулся, - Кушать не хочешь? Оля кивнула и устроилась сидя, упираясь подбородком в колени. Дима поспешил на кухню. Пока брат был на кухне она задумалась над тем, как быть дальше, найдёт ли отец работу или спустит последние деньги на алкоголь и сигареты. От мыслей о сигаретах Оля поморщилась, вспоминая, как в детстве, стоя рядом с отцом ночью на балконе, держа его за край одежды и прижимаясь к нему, ей приходилось вдыхать тот вонючий дым. Несмотря на это Оля тоже курит, как и Дима. Сестра не любит, когда он курит, но лишь потому, что она считает, что так он угробит свое здоровье, а вот на своё здоровье ей было наплевать. Они курили совсем не то, что отец, этот дым был не таким мерзким. В голове Оли вспыхнуло ещё одно воспоминание. О том, как отец первый раз поднял руку на Диму. Тогда девушка долго плакала у брата в комнате, а он успокаивал и говорил, что ничего страшного не случилось, и что на неё отец руку никогда не поднимет. И Дима оказался прав. Сестра чувствовала вину за то, что её не бьют, как бы это не звучало. Брату чуть ли не каждый день доставалось, а ей нет. Из-за этого девушке было очень стыдно перед Димой, хотя тот всячески пытался переубедить сестру. Она часто представляет, как у них в семье всё хорошо, все друг друга любят, мама жива. От этих мыслей Оля плачет. Из раздумий её вывел Дима, который отложил поднос с едой и чаем в сторону, а сам сел рядом с сестрой, обнял, и стал успокаивать, поглаживая по голове. Дождавшись, когда Оля перестанет плакать, он подвинул к ней поднос с бутербродами. Это максимум, чем в последнее время можно поживиться, так как в холодильнике очень малое разнообразие продуктов. - Дим..спасибо тебе большое, что ты у меня есть, без тебя бы я не смогла..- Оля посмотрела на брата то-ли виноватым, то-ли благодарным взглядом, от чего он улыбнулся. - Тебе спасибо, - потрепав сестру по голове он кивнул на еду, - Ешь давай. Оля улыбнулась, кивнула и принялась за бутерброды. Они смотрели своих любимых блогеров, разговаривали, что происходило очень редко. Вроде всё и правда налаживается. Время почти пять. Из комнаты отца послышались шаги в направлении комнаты Димы. Брат с сестрой напряглись, прислушиваясь. Оля поёжилась, когда ручка двери дёрнулась вниз. В комнату зашёл отец. Он не казался злым в этот момент, скорее задумчивым или даже напряжённым, рассеянным. Оля и Дима ждали и молча смотрели. - Мы переезжаем. Завтра. Утром, - поставил перед фактом отец, смотря в пол. Задумался, затем добавил, - Собирайте вещи.