Этой квартиры хватит на троих

Руслан, возможно, был человеческим воплощением эклектики. Ходячий оксюморон. Этот мужчина — воплощение идеала, пожалуй, любой красоты. Его черты лица пропорциональны и совершенны, как будто высечены из мрамора. Его фигура стройная и грациозная, словно он обладает необыкновенной ловкостью и гибкостью дикого снежного барса или рыси. Кожа белоснежная, словно он только что вышел из ванны с молоком. А волосы ярко-красные, даже алые, при этом это был его натуральный цвет, и густые. Будто Галатея — божественная красота, созданная Богом кузнечным Гефестом из слоновой кости. Кузнец влюбился в своё творение и просил богиню Афродиту оживить его. А богиня сжалилась над ним и дала ему жизнь. И словно Галатея стала прекрасной женщиной, которую любили все, кто видел её, красота которой возникла в самом неожиданном месте. Так и Руслан — необыкновенная красота, данная самому отвратительному человеку с самым омерзительным характером в мире, по крайней мере, Коле так казалось. Руслан начинал свой день, когда Дугар уже возвращался из спортивного зала и готовил завтрак, а заодно и обед. А Коля уходил в некоторые дни к третьей ленте. И начинал Руслан свой день со слов: — Ох, водочки мне, — Енисейский заваливался на кухню, ставил кофейную чашку перед собой, доставал литровую бутылку водки из шкафа и наливал себе полчашки. А потом одним залпом осушал до дна, предварительно закурив сигарету. В пустую кружку потом стряхивал пепел. — Жизнь у меня тяжелая, — отвечал Руслан. — кофе уже не поможет. На что Коля говорил: — Тебе только двадцать три… — И что? Жизнь у меня была тяжелая с раннего возраста, — бубнил Руслан, закуривая вторую сигарету. А ещё Енисейский вечно отпускал мерзкие, пошлые, саркастичные комментарии. Обо всём и про всё. Коля никогда не встречал настолько распущенного человека. При этом Руслан был до боли прямолинейным. И обычно не нежничал с прекрасной, розовой риторикой. Он её разбивал об жесткую реальность. — Твоя училка просто сука, — пожимал плечами Руслан. — Не правда, — Коля хмурил брови. — Правда, правда, — Руслан закинул ногу на ногу, удобнее устраиваясь на колиной кровати. — Она сука не потому что трахается с зам кафедры за спиной мужа, а потому что завидует тебе. Завидует, что ты реально умный, что у тебя есть потенциал. А она вечно будет прозябать в универе. Поэтому и постоянно до тебя доебывается, постоянно пытается обосрать и занизить твои оценки. Возможно, в этом и была доля правды. А возможно и нет, но Коля не сомневался, что Руслан бы это сказал в лицо самому профессору… Дугар же был будто Геракл, сын Бога Зевса и смертной женщины. У него были широкие плечи и мускулистые руки, на которые Коля порой заглядывался с завистью, чего он никогда не делал раньше. Возможно, об этом он начал постоянно думать, когда отключили электричество в доме на пару часов, и Коле пришлось подниматься пешком по лестнице. И Сибиряков почти не пережил этого. А вовремя появившийся Дугар забежал быстро и еще Колю попутно занес. А то как он голыми руками брал этого монстра с двухметровым размахом крыльев — орла по кличке Байкал, невольно вызывало мурашки ужаса у Коли. Нет, он не подойдет к этому зверю, даже если Дугар обещал, что он добрый и не кусается. Но Ангарский это не только внешность, которая привлекает внимание, в нем ещё была некоторая уверенность и харизма способные невольно покорить окружающих. В золотистых глазах Дугара всегда была хитрость, предприимчивость что ли? На вид он был спокойный, порой даже безынтересный к происходящему вокруг. Но тут было что-то большее, что Коля пока не мог понять. Пожалуй, главное сравнение с древнегреческим героем мифологии был его самый главный подвиг — как он всё это время терпел Руслана Енисейского. И тут Сибиряков мог предположить, что он просто не знает Руслана так хорошо, но Руслан порой такие комментарии отвешивал Дугару, что даже самый близкий друг посмотрит вопросительно и обидится. — Ты маякни, можем ходить в зал вместе, — Дугар похлопал Колю по плечу, когда тот вошел в кухню. — Блинчики? С протеином. — Да, спасибо, — Коля взял тарелку. — я подумаю… Ангарский очень хорошо готовил. Единственный в этой квартире, кто умел готовить. Руслану вообще было запрещено трогать даже микроволновку, а Коле всегда готовил Матвей… Дугар вообще, был будто противоположность вечно требующему к себе внимания Руслану. Спокойно сидел часами за компьютером в уголке. Но с другой стороны, они будто дополняли друг друга, когда Руслан резко замолкал, а Дугар начинал отпускать мерзкие комментарии… Коля впервые в жизни чувствовал себя лишним тут. И лучше думая об этом, он пришел к выводу, что скорее впервые в жизни он хотел быть кому-то нужным, а не обычно отстраненным и не интересующимся ничем человеческим, который просто есть, существует. — Сибиряков, я надеюсь, что вы так сильно думаете об заданном вопросе? — та самая учительница выдернула Колю из потока мыслей и составления психо-профилей своих соседей. — Простите? — Коля поморгал. — Могу повторить вопрос: «Какие механизмы лежат в основе катализа гетерогенных реакций и как они взаимодействуют с активными центрами катализатора?» И вы, кажется, не сдали мне домашнюю работу на проверку, — сказала учительница. И впервые Коле было всё равно не только на вопрос, но и на урок. А домашнюю работу он не сделал вообще. Ибо его размышления и воспоминания находились во вчерашнем дне.

* * *

— Ну, хватит нудеть, ну, — Руслан валялся на колиной кровати, болтая ножками, хотя Коля попросил его уже не в первый раз не делать так. — У меня домашняя работа, — ответил Сибиряков. — Она у тебя каждый день. А ты еще ни разу не смотрел с нами фильм, — Руслан ответил. Коля выдохнул, кладя ручку на стол. — Руслан, — начал было Сибиряков. Он вообще не смотрел никакие фильмы, разве только научные передачи. Потому что Коля считал, что ничего умного он в фильмах всё равно не найдет. — Ничего не хочу слышать, — он комично зажал уши руками. — ты идешь и точка. Потом доделаешь свою хуйню. Хуйня твоя не бегает. Коля сидел на противоположном конце дивана, куда его усадил Руслан. Он честно пытался смотреть фильм, но взгляд всегда падал на Руслана с Дугаром. Енисейский впервые выглядел как-то по-домашнему. Помятая, неаккуратно застегнутая рубашка, домашние штаны и сонный взгляд. Дугар же вроде уже дремал. Он лежал на коленях у Руслана. И его крупная фигура смотрелась совсем какой-то нежной, мягкой и безопасной. Коля… Коле надо было сосредоточиться на фильме. — Малыш, — вдруг сказал Руслан. — а мне вот так нравятся сцены казино в старых фильмах. В них есть некий шарм… — Почему? — Коля посмотрел на Руслана. — Ну, старые фильмы были созданы в эпоху, когда казино были местом, где сходились элиты и знаменитости. Казино были символом роскоши, изысканности и эксклюзивности. Не то что сейчас. Помойка на помойке, на самом деле, для отчаявшихся людишек. Ну конечно, если это не Монако, — закатил глаза Руслан. — Такие сцены были тщательно продуманы. Они были наполнены атмосферой загадочности и интриги, а каждый персонаж был одет в наряды, которые выделяли их из толпы, каждый был уникален. Хотя, с твоим стилем, что ты можешь понимать в нарядах, — протянул Руслан. — Почему казино? — спросил Коля. — Потому что, это отличное место для глубоких эмоциональных переживаний. Как приятно смотреть, как какой-то самоуверенный мудак, пришедший выигрывать, уходит разбитым, проигравшим всё, — Руслан прикрыл глаза, будто получал сейчас наслаждение. — как очередной счастливчик выигрывает, только чтобы проиграть на следующей игре. А молодая наивная девка пытается покорить сердце безжалостного богача играя роль компаньонки… Пожалуй, сейчас Руслан впервые выглядел как живой человек для Коли, правда странный и возможно не совсем психически здоровый, но как человек, а не как древнегреческая богиня или цербер, готовые сожрать свою жертву очередным комментарием. — Ты опять про свою хуйню? — Дугар поморщился, поднял свою руку и положил на лицо Руслана, закрывая ему рот. — Ты мешаешь. — Ты спишь, — ответил Енисейский. — Нет, я смотрю с закрытыми глазами. Не хочу слышать про казино больше, — Дугар опустил руку и устроился удобнее на коленях парня. Домашняя атмосфера, да? — Ты же спал, — закатил глаза Руслан. — Я же сказал, что смотрел с закрытыми глазами, — Дугар развернулся и лег на спину, смотря в потолок. — Почему герой так поступил? — прервал их Коля. — Почему он вообще дважды думал, если решение было вполне логическим? — Любовь, — скучающе ответил Руслан. Что Коле ничего не говорило вообще. Это просто слово. — Ну, — Дугар взял инициативу, ибо Енисейский ничего умного не сумеет сообразить. — любовь может быть как прекрасной, так и болезненной. Это касается и семьи так же. — То есть я должен поступать нелогично, во вред себе ради каких-то чувств? — спросил Коля. Руслан встал с дивана: — Ты нихуя никому не должен, малыш. Дугар несёт поеботину, — и ушел на кухню. Дугар проводил его взглядом: — Не слушай его, Коля. Руслан может и кажется бессердечным, но это потому что он многое хранит в себе… Что я имел в виду, так это то, что мы можем принимать решения, которые определяют нашу судьбу. Надо бороться за свои идеалы и убеждения, отстаивать свою свободу и право на счастье. Возможно, не всегда во благо по началу, но это твои эмоции. Действительно, Коля так же поступил, когда переехал сюда. Опираясь на свои эмоции. А сейчас он решил смотреть фильм, вместо уроков, потому что ему было просто интересно. Стоило бы изучить глубже вопрос своих эмоций, который до этого момента ему был не столь важен… Коля плюхнулся на кровать и закрыл глаза. Он так устал, да и было поздно уже. Ещё и нарушил график. Завтра раньше встанет и всё доделает.