милая госпожа.

*** — Милая госпожа злится? - мужчина лучезарно улыбается. От этой улыбки к горлу тошнота подкатывает. Смотреть невозможно. Вокруг люди гибнут, а он улыбается. Нет, конечно, может работу свою он выполняет достойно, но Эвтиде об этом откуда знать? — Да иди ты. - Эва уходит. Настолько быстро, насколько только может. Её переполняет ненависть. Как же ее этот Ливий... Раздражает. "Незримый бог, лишь бы больше его не видеть!" - думает она, уже заходя в свою "обитель". Ливий её вывел, он неимоверная заноза в одной точке. Скорее бы отделаться от всего этого... От хвори, от Фив, от Ливия... Почему она вообще о нём думает? Почему он занял её мысли? Этого ещё не хватало. *** — Милая госпожа задумалась? - Ливий перевёл взгляд на шезму, сидевшую среди кучи свитков, и неотрывно глядевшую на него. В этом взгляде были... Были искры. Искры то ли восхищения, то ли ненависти. И совсем неясно чего. Может, даже азарта? Нет, скорее нет. Эвтида была поистине восхищена тем, как тщательно Ливий делал свою работу. В промежутках она смотрела на него. На его волосы, на смуглую кожу, если оборачивался - на светлую улыбку. На него хотелось смотреть. На него было приятно смотреть. *** — Милая госпожа увлечена? - Ливий всё с той же улыбкой, доброй и такой гармоничной на его, безумно красивом, лице, наблюдает, как Эвтида с детским восторгом выбирает украшения. Ливий обещал своего милой госпоже всё, что только она пожелает. Эвтиде вовсе не нравятся украшения. Ей нравится внимание. Внимание, что дарит ей Ливий. Этот лекарь... Черт во плоти, серьёзно! То издевается, то одаривает любовью. А может, это и не издёвки вовсе? Может, Эва всего лишь надумывает? Они всё больше проводят времени вместе. Ливий рассказывает очень много интересных и удивительных вещей. О многих Эва и не слышала никогда. С ним интересно. С ним безумно интересно. *** — Милая госпожа смущается? - Ливий аккуратно поправляет прядь волос Эвы, смотря на лицо девушки, медленно заливающееся румянцем. Здесь всё не так, как во сне Феонои. Он не отходит ради работы, он лежит рядом и говорит, насколько Эва прекрасна. Он целует её лицо и снова улыбается. Странно... В самом начале их... Отношений? Всё равно. Эта улыбка казалась отвратительной. Ужасной. Мерзкой. Эвтида его ненавидела. Или ей лишь это казалось? Ненависть... Самое ужасное, что может быть в человеческих сердцах. Она, как любовь, обвивает сердца кольцами, но вместо красивых колец эти - давящие, делающие больно, уничтожающие. *** — Милому господину больно? - голова Ливия лежит на коленях Эвы. Она смотрит на него полными слез глазами. Она смотрит на свою любовь. На огонь, медленно угасающий в её сердце. Это больно. Это безумно больно, буквально до невозможности. Это ужасно. Она не помнит, когда в последний раз испытывала настолько сильную боль. — Милый господин меня оставил? - оставил. Бросил, хотя обещал быть рядом! Обещал и ушёл! Зачем давать заведомо ложные надежды? Он знал! Знал! Точно знал, что так и будет! Он знал, знал, что Эвтиде будет больно, и всё равно не остановился, когда мог. Последний выдох. По щекам Эвтиды текут слезы. Ей больно. Её господин... Её милый господин оставил её. Его сердце перестало биться. Эва слышит, как бьётся её сердце. Слишком хорошо слышит. Удары заглушают всё вокруг. Хочется кричать, но она знает - никто не услышит. Никогда. Никто. Некому. Горло разрывается от рыданий. Эва сама не понимает, что происходит. Ей самой не хочется жить. Не хочется без её милого господина. *** — Милая госпожа посетила меня? - сходу спрашивает Ливий. Ему, как лекарю, победившему, фараон пожелал подарить усыпальницу. Там было всё, как у самых важных людей Египта. Всё. Саркофаг был одним из наилучших, Эва уже на взгляд отличала. — Я пришла попрощаться. - Эва смотрела на синее подобие человека и... Ненавидела себя за то, что пришла. Она всё же стала... Стала некромантом, лишь бы общаться с ним. Он улыбается. Он так счастлив. Неужели лабиринт даётся ему легко? Или... Или он всегда таким был? — Как милой госпоже будет угодно. - он изображает что-то в духе поклона и смеётся. Смеётся заливисто, как смеялся при жизни. — Прощай. - Эвтида разворачивается резко. На ходу снимает маску и плащ, быстро убирая всё в суму. Она ушла. Ушла туда, где её больше никогда никто не найдёт. Это была их последняя встреча. Встреча, после которой Эвтида наконец сможет жить спокойно, отпустив скорбь по любимому.