Гормские приключения 2: тьма в твоих глазах

Огненный замок, такой тихий и полупустой обычно, надолго забыл про покой. То тут, то там мелькали две красно-рыжие макушки. Любимым занятием двойняшек было устраивать гонки по всей башне, а то и за её пределами. Не меньше любили они и поиграть в прятки с отцом, который этих игр, наоборот, не любил. Став королём, Гел посерьёзнел, стал более уравновешенным и ещё менее эмоциональным. Он всё так же сильно любил Финну, всё так же прислушивался только к мнению отца и всё так же метался от тьмы к свету. И никто об этих метаниях даже не догадывался. Они происходили в его сознании, и тьма лишь изиедка уступала место свету. Повзрослеть окончательно ему пришлось, когда родились Аллен и Джина. С самого рождения двойняшки были с шилом в пятой точке и посидеть с ними хотя бы два часа было похуже любой пытки. Пока один капризничает, другой лезет в лавовый фонтанчик и наоборот. И сейчас молодой король озадаченно крутил головой по сторонам, пытаясь найти непутевых наследников. На плечо ему опустилась тёплая рука. — ты в их возрасте поспокойней был.. — огненный лорд улыбнулся. — я только что их видел, они собирались на крышу. Пытались взломать замок на двери чердака, точнее. Гел устало застонал. — Зоттобо, им всего четыре, но им позавидует любой хакер! — я хотел поговрить. Видишь ли, Рифф и остальные отправились в другой мир. Туда, где исчезли Ао-ки и Сол. Там что-то случилось, и без них никак... Меня слишком часто вызывают, мне нужно быть поближе к порталу, так как отсюда перемещаться довольно проблематично. — он уперся лбом в лоб сына. — ты справишься с защитой замка? У тебя есть копия моего копья, если что ты... — конечно справлюсь, я же почти как ты! — перебил отца Гел. — не беспокойся, всё будет хорошо. И, па, береги себя. — хорошо. — лорд крепко обнял парня, после чего исчез. Гел, отогнав грустные мысли, почти бегом направился к чердаку. Если оба его преемника грохнутся с крыши, он себе этого не простит. ------------------------------------------------------------------------ Он успел вовремя: малыши, ковыряясь железным прутиком в замке, одолели три из четырёх зубцов. — так, что за контрабанда?! Двойняшки, не сговариваясь, отскочили от двери. — это не мы! Гел сел на корточки, недовольно смотря в глаза сыну. — Лен, ты же старший. Ладно сам дурачок, так сестру зачем в переделки затаскиваешь? Называя сына старшим, Гел сильно преувеличивал. Если маленький Аллен и был старше сестры, то лишь на несколько минут. Мальчик виновато опустил ушки. — мы хотели почистить кристалл, он перестал мигать. — о Зот, я вас прошу, вот что-что, а кристалл трогать не надо. — правитель облегчённо выдохнул, осознав, скольких проблем он избежал. Воспользовавшись его положением, Лен запрыгнул ему на спину, а Джина стала проситься "на ручки". «и как я без этого жил?..» — в который раз риторически спросил он сам себя, идя по коридору, обвешанный детьми, как ёлка в рождество. Он спустился в тронный зал и усадил близнецов на раздвоенный, с недавних пор, трон. Сын, пока сидел на спине, успел стащить корону, которая была ему сильно велика, и сейчас изображал из себя короля. — я вас умоляю, посидите тихо еще хотя бы десять минут, и тогда я почитаю вам сказку перед сном. Воодушевленные малыши моментально перестали делить корону и в зале воцарилась тишина. (ровно до того момента, как за Гелом закрылась дверь). — я буду королём, я наследник! — нет, я! ------------------------------------------------------------------------ Гел обнаружил Финну недалеко от замка. Королева, задумавшись, смотрела на небо. Парень зажмурился. Почему они все, да и он сам, так любят смотреть на бескрайние просторы? Он обнял девушку со спины, целуя в висок, и прошептал: — если я когда-нибудь предложу родить ещё одного ребёнка, тресни меня чем-нибудь и пошли подальше. Та засмеялась. — так и сделаю. Что они опять натворили? — хотели чистить кристалл на крыше... — а почему ты за ними не следил?! — воспламенялась правительница довольно быстро. — меня на пять минут остановил поговорить отец, и за это время они чуть не уничтожили защиту замка.. Финна положила голову ему на плечо. — и где они сейчас? — в тронном зале, делят мою корону. — хорошо хоть Пайрону хвост оторвать не пытаются. Гел улыбнулся. — я всё ещё самый счастливый. Он встал, взял девушку на руки, будто та ничего не весила, и направился обратно к замку. ------------------------------------------------------------------------ Он проснулся в холодном поту, хватая ртом воздух. Эти сны... Он как провидец знал, что они сбываются. И сейчас ему впервые стало страшно. Страшно за отца. Ранение кинжалом не прошло бесследно. Лезвие чудом не задело сердце, но лёгкое сильно пострадало. Когда нож вытаскивали, повредили и второе, (Керион со злости чуть не придушил того врача), и с тех пор каждый вдох, каждое движение сопровождалось адской болью. Рана не заживала и потому, что грязный воздух огненного королевства был пропитан серой, которая из-за слабости организма убивала орган изнутри. И Гел страдал. Тихо, молча, страдал. Иногда случались такие приступы, когда кажется, что воздух исчез совсем. Он провел пальцем по незаживающему шраму на груди и откинулся на подушку. «я огненный. Король. Сын лорда, в конце концов. Я не имею право жаловаться.» Вдруг его охватила неконтролируемая тьма. Он мог бы править миром, а не этим жалким королевством! В такие моменты его мог остановить только отец. Но отца рядом не было, и заманчивые мысли просачивались в кровь, смешиваясь с тьмой. «если огонь не способен меня излечить, излечит тьма.» — он повернулся на бок и уткнулся в подушку. «ты страдаешь, Гелиос, я не слеп.. » — некстати вспомнились слова отца. «да, отец. Я страдаю. И ты об этом не должен знать.» *** Дни сменяли друг друга, но ничего не менялось. Ночные кошмары, утренний завтрак через силу, дневные проблемы, вечерние тихие слезы. Финна, как ни пыталась достучаться до мужа, не смогла добиться внятного пояснения, что же с ним происходит, и вскоре оставила попытки. Демон внутри парня становился сильнее, и он всё чаще срывался на двойняшек («ну бесят же!»). Не было и дарканов, на которых можно было бы выместить зло. Ему как никогда нужен был отец. Только он мог как-то воздействовать на тьму. ------------------------------------------------------------------------ В ночь с пятнадцатого на шестнадцатое октября в огненном королевстве впервые за всю осень был шторм. Раскаленный ветер закручивался в небольшие смерчи, сжигая ту немногую растительность, что была на огненной земле. Гел стоял на крыше замка, смотря в тёмное небо. Это была его стихия — огненный ветер. Он не чувствовал жара, он отдался потоку и вскоре в голове не осталось ни одной мысли. Только он, шторм и ночь. «начало дня рождения неплохое.» Тихие шаги, тёплая ладонь на плече. — с днём рождения, сынок. Гел отвлекся от созерцания бури и спиной прижался к отцу. — ты как нельзя вовремя. Эта тьма меня сводит с ума... Керион провёл по длинным волосам сына, другой рукой обнимая в ответ. — всё совсем плохо? Тот лишь кивнул. Какое-то время они просто созерцали ярко-алые сполохи, думая каждый о своём. Лорд прислушался к ауре сына — чёткой границы между огнём и липкой тьмой не было. И дыхание у него было прерывистое, хрипловатое — лёгким совсем хреново. Наконец, молчание нарушил Гел. — я подумал... Что, если проклятье не просто отбирает эмоции и прочее.. Что если оно что-то меняет в самом человеке? — что ты имеешь ввиду? — вдруг я постепенно стану таким же безжалостным и хладнокровным, как Войдус? Керион насторожился. Если не спугнуть, он выйдет на правду того, что произошло в том сражении.. — почему ты так решил? Парень закрыл глаза. — тогда... Он не просто меня проткнул, от его руки по лезвию прошёл разряд тьмы. Я теперь носитель его сил и частицы его самого. Я знаю, что ты всегда боролся за свет, но.. — он, пытаясь понятнее сформулировать мысль, замолчал. Керион терпеливо ждал, боясь потерять ту ниточку, что вела к разгадке. —.. Но если я стану новым тёмным лордом, что ты будешь делать? Ведь необязательно воевать. Я всегда был за баланс. Без света нет тьмы, без тьмы нет света.. — ты убил Войдуса, чтобы занять его место? Гел запрокинул голову, встретившись взглядом с карими глазами отца. — возможно. Согласись, из меня бы лорд получился намного лучше. Я без эмоций, я не хочу захватывать земли и я никогда не смогу воевать против друзей и семьи. Мужчина вздохнул, задумавшись. Всё, что говорил сын, безусловно, было правильно и понятно. Но в нём говорит тьма, а она не может быть без подвоха.. — баланс — понятие растяжимое. Для Войда и вечный хаос был балансом. Балансом тьмы и тьмы. — я не Войд. Я твой сын, и, по-моему, заслуживаю хоть каплю доверия. — верно. Но всё же я... — не доверяешь. Чтож, я понимаю, тьма и всё такое. Керион внимательно посмотрел на сына, читая, как книгу. Говорил он искренне, и кажется, это были его собственные мысли. Но доверять тьме... Тьме, с которой они всю жизнь боролись.. — я должен подумать и посоветоваться с остальными. Гел закатил глаза. — Тритион... — да-да, не верит в огонь в целом и в тебя в частности. Что поделаешь, такой он. — Керион вдруг улыбнулся. — но мы верим в огонь, и мы верим в тебя, этого достаточно. — в меня?.. — ты мой сын. Я могу не доверять тебе, но верить в тебя не перестану ни при каких обстоятельствах. Король улыбнулся. Нет, это не искренняя улыбка счастливого человека. Это привычное движение уголков губ. Просто он хотел хоть как-то показать отцу, что ему полегчало на тех осколках, что когда-то были душой. — даже если мы будем по разные стороны баррикад? — да. Кериону всегда было интересно, почему сын не похож на него полностью. Крепким телосложением парень не отличался, глаза были не карие, а бордовые. И эта необъяснимая связь со стихией ветра... Вон, стоит и упивается штормом. «и зачем я его Гелиосом назвал..» — подумал он, улыбаясь мыслям сына. К эйфории от урагана прибавилась мысль "поесть". — ой, ты же после тысяча-хрен-знает-сколько битв, а я тут тебя гружу своими проблемами.. — спохватился парень. — ночь же, иди спи. — грузи, я не против. — иди спи, пап! Это приказ, я король! — я, как лорд, могу отменить приказ, ваше величество, но... — он усмехнулся. — пап! ------------------------------------------------------------------------ День рождения он провел в полном одиночестве, отказавшись от предложения Ароса "слегка выпить".